Мозаика простых историй

Хорошее видится из далека

Даная – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 7

Мой друг Федька – — – — – — – — – — – — – — – — – — 8

Сватовство Петра-2 – — – — – — – — – — – — – — – — —9

Родительский дом – — – — – — – — – — – — – — – — – 12

Повезло – — – — – — – — – — – — – — – — – — – – – 15

Простите девчонки – — – — – — – — – — – — – — – — -17

Учитель литературы – — – — – — – — – — – — – — – — 19

Татьянино счастье – — – — – — – — – — – — – — – — —22

Гвардейская, 11 – — – — – — – — – — – — – — – — – — 23

Шефская помощь селу – — – — – — – — – — – — – — – 26

Крылья сложили палатки – — – — – — – — – — – — – —27

Страх высоты – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 30

Фронтовые шофёры – — – — – — – — – — – — – — – — 32

Полёты не во сне, а наяву – — – — – — – — – — – – – -34

В дороге бывает всякое – — – — – — – — – — – — – — —37

Дорога железная – — – — – — – — – — – — – — – — – -40

Между Космосом и Землёй – — – — – — – — – - – — – - 41

Полёты во сне и наяву – — – — – — – — – — – — – — – 44

Аэропорт, аэропорт – — – — – — – — – — – — – — – — 46

Телевышка – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — 48

Радио Вера – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —50

Герои моего времени

У Сузгунской горы – — – — – — – — – — – — – — – — —51

Подарок с надписью – — – — – — – — – — – — – — – — 53

Электрификация – — – — – — – — – — – — – — – - – — 55

Они и Мы – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — —60

Медицинские курьёзы – — – — – — – — – — – — – — – 62

Тайны мужской общаги – — – — – — – — – — – — – — -64

Там в степи глухой – — – — – — – — – — – — – — – - – 67

Мы из Амдермы – — – — – — – — – — – — – — – — – —69

Уроки немецкого – — – — – — – — – — – — – — – — – -72

Елаев из Елабуги – — – — – — – — – — – — – — – — – -74

Зоопарк на промплощадке – — – — – — – — – — – — – 77

Пусть говорят – — – — – — – — – — – — – — – — – — —79

Хозяйство Галиева – — – — – — – — – — – — – — – - – 81

Три Петровича – — – — – — – — – — – — – — – — – — 84

Наш паровоз вперёд лети – — – — – — – — – — – — – -88

Ночной сторож – — – — – — – — – — – — – — – — – — 90

Свадьба сына – — – — – — – — – — – — – — – — – — —92

Про сварщиков – — – — – — – — – — – — – — – — – — 95

Три моих брата – — – — – — – — – — – — – — – — – — 97

Валера – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —99

О воде и водороде – — – — – — – — – — – — – — – –104

Волобуев – — – — – — – — – — – — – — – — – — – –106

К нам едет Солженицын – — – — – — – — – — – — – -110

Вместе – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 113

Свиная история – — – — – — – — – — – — – — – — – 119

Озеро Светлое – — – — – — – — – — – — – — – — – —120

Ваучер – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 123

Миллениум – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 125

Здравствуй, Родина

Оркестр наш духовой – — – — – — – — – — – — – — – 127

Воздух Родины – — – — – — – — – — – — – — – — – —128

Частная коллекция – — – — – — – — – — – — – — – — 131

Ветераны не любят рассказывать о войне – — – — – — 132

Гудбай Америка – — – — – — – — – — – — – — – — – -134

Награде не подлежит – — – — – — – — – — – — – — – 139

Осторожно, гипноз – — – — – — – — – — – — – — – - -141

Блондинка за рулём – — – — – — – — – — – — – — – -143

Авария – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 146

На Байкале, на Ангаре – — – — – — – — – — – — – — -148

Путешествие в Белокуриху – — – — – — – — – — – – 157

Лучше гор только горы – — – — – — – — – — – — – — 161

Верхом – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 168

Наши – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —171

Простые истории

Даная -2 – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — —178

В Ленинград с сыном, в Санкт Петербург с отцом – — —179

Гараж – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — 189

Вот ещё история. Про бани – — – — – — – — – — – – -192

Непроизводственные отношения – — – — – — – — – - -195

Квест – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — -198

Поездка на Юг – — – — – — – — – — – — – — – — – –200

И смех и грех – — – — – — – — – — – — – — – — – — —205

В КОВИД ном госпитале – — – — – — – — – — – — – — 208

Пост КОВИД ная история – — – — – — – — – — – — – -216

Стихи про ЭТО – — – — – — – — – — – — – — – — – — 218

Воспоминания о будущем – — – — – — – — – — – — – 221

Хорошее видится из далека

Даная

Год 1964 июнь рабочий посёлок Абатский Тюменской области. За успешное окончание

4 класса начальной школы отец, получивший путёвку от общества «Знания», взял и меня с собой в г. Ленинград.

Из множества впечатлений от долгой поездки на поезде, почему-то отложилось это:

– В поездах немтыри (может быть эти парни притворялись глухонемыми) торговали игральными картами с порнухой. И хотя наши детские органы зрения все окружающие старались уберечь от этого безобразия, но вскользь-то удавалось подсмотреть. Из чисто детского дюбопытства.

Город Ленинград – колыбель революции. Город Ленина. Крейсер Аврора. Зимний дворец (эрмитаж).Строгий канцелярский стиль одежды и причёски у женщины экскурсовода.

У картины Рембранта Даная я поотстал от группы. Как в фильмах про шпионов

и совсем не с плотскими намерениями я сфотографировал на свою Смену (был такой «фотик») эту простую постельную сцену.

Шпионские ассоциации я упомянул не зря – потом мне пришлось в тайне от родителей

в тёмной комнате при красном свете проявлять, печатать и сушить эту, с позволения сказать, “ порнуху».

И всё ради того, чтобы похвастать перед друзьями. Постельных сцен в кино, в литературе

и в журналах, и в помине не было. Фильмы «Маленькая Вера», «Интердевочки» появились где-то через 15 – 20 лет.

Вот так, Мы – деревенские, знакомились с высоким искусством.

Правда я был искренне возмущён действиями того придурка, который в 1985 году выплеснул на Данаю флакон серной кислоты.

Мой друг, Федька.

Был у меня в школьном детстве друг, Федя. Ну жили близко, но в школу ходили порознь. Ну сидели за одной партой. Ну списывать просил у меня.

На Новый Год купили мы с папой ёлку, Принесли и поставили в сугроб напротив окна. Зашли в дом. Сказал маме, что я выбрал ёлку – красавицу.

Она посмотрела в окно: _ А где ёлка -то? Глянули мы с отцом, и в правду не видно. Оделись снова, вышли на двор и пошли по следу разыскивать беглянку. След на снегу только ёлочный, как прямо в сказке -следов человечьих не видно. Так и идём с фонариком по следу. Через один другой забор перелезли… Пока не вышли на утоптанную тропинку ещё надежда была, что настигнем. Ну вышли на улицу как раз возле федькиного дома.

_Гляди, наша ёлка – говорю папе.

А в освящённом окне с незадёрнутыми шторами ёлку наряжают. Нашу красавицу!

Зашли в дом. Поздоровались. Да и спроси невзначай: _ Где такую красавицу раздобыли? _ Федя в лесу срубил – говорят. _ Где же срубил -то? – спрашивает папа.

_Федька, иди скажи где ёлку срубил – зовут его. А Федька забился в угол и не выходит. Тут мы и предъявили свои права на нашу ёлку. Кстати, спиленную, а не срубленную топором.

Ели и сосны очень далеко от нашего степного села росли. Пешком по зиме не донесёшь. Росли правда сосны рядом с домом культуры – бывшей церковью. Но те были уже толстые да высокие.

В общем чуть не оставил нас на Новый Год без ёлки, Федька, мой друг.

С таким другом и враг не нужен!

Учительница первая моя была опытный педагог. Я тоже старательно учился и был у неё на хорошем счету. Учила всему: азбуке, арифметике, русской литературе… Традиционная русская школа, как на картине Н.П.Богданова-Бельского «Устный счёт», что печаталась на обложке учебника.

На уроке арифметики записала пример на школьной доске. Подходит и на ушко слушает правильный ответ.

Тянул я руку сказать ответ, тянул, ёрзал, ёрзал за партой да и скажи соседу, Феде: _ Худоумая, мол, какая… Не зло так сказал, не в серцах. А просто, ляпнул по детски не думая.

А Федька – друг, да и подхвати: _ Ага – говорит. Счас как скажу про тебя! Не успел я сообразить, а в таких-то делах Федька соображал лучше меня, как: наябедничать, стибрить у кого что, проколоть велосипедное колесо кому. В общем Федька только поднял руку, она к нему уже: _ Ну давай отвечай на вопрос. А Федька говорит: _ Я не на вопрос. Я про него хочу сказать! И отстраняется так это от меня. Как словно я воздух испортил в классе.

_ Он! – говорит: _ Вас худоумой назвал! Вот!

Учительница спрашивает меня: _ Ты так сказал?

Ну как тут ответить, если врать совсем не обучен. Соврать – это же тоже долго учиться надо. Мог бы ещё ответить, что это слово не про неё совсем. Худоумными (малоумными) в классе многих можно было назвать.

_ Да! – ответил я на вопрос.

Хотя сказал – то во всё горло не я, а Федька!

Учительница сразу обиделась: _ Не бывало у меня, чтоб такого слова от ученика услышать… Никаких моих извинений не принимала потом.

Заявила, что не будет учить этого ученика. А другие учителя меня не возьмут из солидарности с ней.

Тогда запросто оставляли на 2 й год, а иногда и на 3 й, но до 4 класса всё же дотягивали уже здоровенных «второгодников».

Как-то всё утряслось. Но обида на меня иногда проскальзывала в её взгляде, а то и в словах моей первой учительницы.

Когда я впервые посмотрел фильм «Уроки французского “ по рассказу Валентина Распутина – грустный фильм, так напомнил мне этот школьный урок, который стал мне уроком на всю жизнь.

Вот такой был случай у меня в начальной школе. Сейчас учителя в школах плачут от выходок учеников и не имеют права даже повысить голос. Меняются времена. Меняются и нравы.

Сватовство Петра – 2 (второго).

Про сватовство отца рассказывала моя мама.

Было это в тот год, когда умер Сталин. Но то было в январе, а сейчас было лето – Холодное лето 53 года.

Прилетел он в Тобольск из Тюмени самолётом. Двухмоторный ЛИ-2, как старый знакомый фронтовой «Дуглас» (отец служил семь лет в воздушно-десантных войсках). Прошёл в войну Вену, Прагу, но такой красоты, такого вида города со стороны реки не встречал.

Из Тобольского аэропорта в город тогда ходил речной трамвай.

На фото: Тобольский Кремль, вид с реки Иртыш.

Вышел он на пристани недалеко от базарной площади. Солнце в июне заходит поздно и несмотря на время вечернее базар ещё кипел своей жизнью.

Был субботний вечер. Сватался Пётр впервые и подарков заранее не припас. Так что на базар ноги сами занесли.

Что купить, чем удивить на скромный оклад милиционера?

Работал он после демобилизации в железнодорожной милиции. Ещё вчера стоял в оцеплении вдоль ж.д.полотна при проезде перегруженных литерных составов увозивших из лагерей ЗЭКов, отпущенных по амнистии по случаю смерти Сталина.

Там и заработал свои 3 отгула. Такова жизнь. Вперёд поездов шла молва, что под амнистию выпускают уголовников. А они наровят сойти не доезжая до предписанной станции.

Так что же купить, чтобы всех удивить? Сам удивился, когда увидел на прилавке большого осетра, и, купил осетра на все деньги.

Пока нашёл нужный адрес ул. Обдорская, №13 – смеркалось.

Тобольск конечно город знатный, но жизнь здесь почти деревенская: управились по хозяйству, накормили скотину и легли рано спать.

Будить будущую родню Пётр постеснялся. Прошёл через двор в огород, покурил на завалинке, зашёл в баню да и уснул. Сон крепкий, ещё молодой в 27 лет.

Рано утром ругает баба Мотрёна деда: _Ты, старый, пошто не закрыл дверь в огород. Гуси и утки всю мою рассаду поклевали.

Дед Михаил, не отвечая на упрёки, мысленно прикидывал:

_ Засов на воротах отодвинут. Ночью собака злаяла недолго. Двери в огород приоткрыты. Предбанник тоже открытый стоит.

Осторожно заглянул в баню… _И, вот он «виновник торжества».

О возможном приезде жениха родителей заранее предупредила дочь. Нина приехала на днях в отпуск к родителям тоже из Тюмени, где они и познакомились. (Закончила в 1947 Тобольское медучилище, работала в Тюмени медиком тогда и всю жизнь).

Жених, однако, весь продрог в бане, в летнем-то костюме испачканном свежим осетром. Чихал и дрожал мелкой дрожью, посинел от холода. В общем удивил родню по полной.

_Что же, ты, не разбудил нас!? – говорил тесть (будущий) отпаивая жениха самогоном.

Так состоялось сватовство Петра – II (второго).

В то время старшая дочь и сестра, Анна, уже 7 лет была замужем за Петром – I (первым). Жили наши свояки и ровесники Пётр – I и Пётр – II дружно, долго и счастливо, и умерли в один год в 1997.

Мама в 1947 г. Отец в 1953 г.

Родительский дом.

«Родительский дом начало начал, ты в жизни моей надёжный причал…»

поётся в песне. Вот и у меня в жизни, как в песне. Только с оговоркой – родителей уже нет. И дети уже взрослые и уже есть внуки.

На фото: Родительский дом. Пихты в огороде. А вокруг уже много лет подбираются новостройки.

А родительский дом всё стоит. И Слава Богу!

Хотя он давно уже и не наш, и хозяев сменил не раз. Но стоит родительский дом! И это хорошо!

Давно замечено, что дом стоит пока в нём живут. И нет большой разницы кирпичный дом или деревянный. У доброго хозяина и деревянный дом простоит 100 лет. А родительскому дому уж точно век. Купили его дед с бабушкой в 1935 году у прежнего хозяина. Я уже в 1965 году, лазая по чердаку находил там журналы «НИВА» издания 1912 -14 годов.

Патефон в рабочем состоянии и старинные грампластинки, альбом грампластинок с речью И. Сталина на каком-то съезде. Всё от прежних хозяев. Медный ведёрный самовар, керосиновая лампа на 7 свечей с рукавным (а не плоским) фитилём при мне уже не использовали. Стояли они в кладовке и трогать их не дозволялось.

Огромный деревянный ларь для муки ёмкостью мешков на семь (из кедра) редко был наполнен меньше чем на половину. Бабушка каждый выходной стряпала шаньги, ватрушки, пироги. Она беспокоилась и торопила с покупкой муки деда.

Понятно, натерпелась в войну, когда осталась одна с двумя несовершеннолетними дочерьми и тремя квартирантами (дальними родственниками). Дед вернулся с войны в 43 году по ранению. Заработок его составлял то, что смастерит своими руками и продаст.

Столяром он был классным, хотя кисть левой руки не работала и всю жизнь маялся грыжей. Он был участником 3х войн: 1й Мировой, Гражданской и ВОВ.

Слава Богу дочерям повезло. Вышли замуж после войны за здоровых мужиков: за моего отца и моего дядьку. Оба зятя Пети: Пётр Максимович и Пётр Прокопьевич.

В доме нашем в разное время было по разному – то тесно, то пусто.

То старшая дочь с зятем живут, то младшая, дети родятся у них. То уезжают жить в другие края. Уж такова жизнь. Но рожать обе дочки приезжали в Тобольск к маме. А после подкидывали нас сыновей на лето к дедушке с бабушкой.

Помню в моём детстве вокруг нашего дома жизнь кипела. Были живы ещё соседи ровесники деда с бабой. Собирались летом на лавочке у дома, зимой приходили в гости и пели песни. Петь тогда народ любил – неказисто, но с чувством. Слушал я их песни лёжа на русской печи. А какой табачёк курил мой дед – махорка 2й номер. Я специально пристраивался рядом, чтобы нюхать его запах. Но курить так и не пристрастился.

Помню мама читала вслух зимними вечерами, когда мы жили в с. Абатском на юге Тюменской области, письма от деда с бабой из Тобольска. Дед обстоятельно описывал за сколько купил стеклорез и столярный клей, во сколько обошлась машина берёзовых дров, когда отелилась корова. В войну у бабушки было 2 коровы и козы. Они и помогли выжить в тяжёлую годину.

Как она справлялась с домом и хозяйством пока дед был на войне?

Помню летнюю страду на покосах. Это уже когда мы переехали жить в Тобольск. На одну корову траву косили семь человек (6 взрослых и я ученик 7 класса). А потом гребли. А потом стоговали. А потом вывозили сено на грузовой машине по бездорожью. Помогали знакомые с которыми бабушка потом расплачивалась молоком.

_ Держали корову, а молока и сметаны до сыта не ели – говорила моя мама.

Держали коров родители моих олноклассников: Юры Попова, Коли Моргулиса, Саши Кошкарова. Городской быт мало отличался от сельского. У многих городских семей домашнее сельское хозяйство. Вокруг города были пастбища для скота. Только в нагорной части Тобольска каждый день собирались с индивидуальных хозяйств коровы в два стада по 50 -70 голов. Да десяток колхозов в Тобольском районе. Со строительством Тобольского НХК всё больше деревень и сёл пустело. А после развала СССР и колхозы закрыли.

Но я продолжу о родительском доме. Дом тоже переживал большие перемены.

Начали разъезжаться из родного дома внуки: в Армию, на учёбу, на работу. Потом родители переехали в благоустроенную квартиру.

Что поделаешь – веление времени.

Потом дед умер и бабушка осталась одна. Одно время квартирантов пускала в дом. Так хотела умереть в родном доме. Помогали конечно по хозяйству ей, но только по выходным. Уже не было ни коровы ни свиньи.

Как-то старший брат, Валера, задумал пахать наш большой огород электроплугом. Достал конский лёгкий плуг, электрическую таль от подъёмной лебёдки. Саша, младший брат сварил конструкцию рамы. Я взялся за электрическую часть: кабель, монтаж эл. схемы управления эл. плугом и подключение к эл. сети.

Переделанный из 3х фазного в 1 фазный электродвигатель наш плуг не потянул. И пришлось лезть на столб подключать 3 фазы.

Вот тогда дело пошло.

Эл. плугом пахали так споро, что наша бабушка, Мотрёна Ильинична попросила: _Дайте мне вспомнить молодость!

И вспахала одну борозду в 83 годочка!

Долго не поддавалась бабушка на уговоры, но наконец-то согласилась и перебралась из своего дома в квартиру к дочери. Родительский дом продали недорого. Завальный район не застраивали. Новостройки двигались совсем в другую сторону. А дома, по генплану не подлежавшие сносу, дорого не продашь.

Бабушка, переехав в благоустроенную квартиру, начала сдавать и долго не зажилась. Правду говорят, что старое дерево на новом месте не растёт.

А родительский дом стоит на своём месте и живёт!

П. С. Всё меньше деревянных домов и в исторической части города. Сгорел когда-то деревянный драмтеатр-теремок. Снесли дом Журавских в кедровой «Роще Журавских», что у ПАТП. Недавно сгорел дом в котором жил актёр Александр Абдулов. Брались восстанавливать и бросили «Дом декабриста Фонвизина». Историческая подгорная часть почти вся выгорела.

Да что уж говорить, если в Париже не уберегли Нотр-Дам (Собор Парижской Богоматери).

Но в Томске, Казани сохраняют деревянные постройки. В Тюмени недавно организовали пеший экскурсионный маршрут для знакомства с деревянной архитектурой (с озвучиванием аудиогидом).

Эх, какой-бы музей-усадьбу можно было-бы организовать в родительском доме. Только не по силам это одному хозяину.

Повезло.

Местные пацаны красиво ныряли кто с пирса, а кто и с высокой набережной у пляжа города Алушты в Крыму. Маленькие и ловкие ныряльщики они, несмотря на небольшую глубину, не задевали дно, а по инерции тут же круто выскакивали из воды. Наловчились.

Завидно было, но признавая их мастерство, я даже не пытался нырнуть с набережной. Нырял себе с пирса и старался входить в воду без брызг. Длинное моё туловишо шукой уходило в морскую воду и уже на глубине три метра начинало давить на уши. Долго находиться под водой не хватало дыхалки. Откроешь глаза, схватишь что успел увидеть на дне и быстрей на верх.

Этот мой нырок со знакомого пирса был обычным. Но когда я красиво вошёл в воду с вытянутыми вперёд руками и закрытыми глазами, вдруг ощутил сильный удар в голову. _Вот так и тонут – пронзила мой мозг мысль. Отчаянно заработав руками и ногами я выскочил из воды на пирс.

Кровь заливала глаза и лоб щипало солёной водой.

На отдых в Крым мы в первый и единственный раз приехали всей семьёй: отец и мама, я и младший брат. Ученик девятого класса я уже засматривался на девчёнок. А вот они на меня… Нет. Толи недоставало мне смелости. Толи просто мне не везло.

Наложили мне на лоб четыре шва в городской ПОЛУКЛИНИКЕ (поликлиника по украински). С забинтованной головой через два дня я и вся семья отправились в обратный путь.

Ехали поездом из Симферополя через Керченскую паромную переправу. Вагоны были без кондиционеров. От июльской жары вагоны раскалялись и только ночь приносила небольшое облегчение.

В ту ночь мою голову словно дятел долбил. Терпел, чтобы не беспокоить родителей. Итак, можно сказать, испортил отдых. Утром мама посмотрев на меня разволновалась не на шутку. Я понял, что «дело пахнет керосином». Ссадят на ближайшей крупной станции в больницу, а семье куда деваться? То ли бросить меня, то ли всем вместе оставаться со мной.

Проводница вагона подсказала, что в поезде едут студенты медики в Ташкент. Там в Ташкенте случилось крупное землетрясение с многими человеческими жертвами.

Привели мне на помощь красивую девушку студентку с красным чемоданчиком. Начала она развязывать повязку на моей голове да как заохает: _ Ой! Ой! Ой! Здесь же нужна операция! Наркоз!

_Ну – думаю я. Не спроста дятел всю ночь череп мой долбил…

А мама моя, после войны закончила Тобольское медучилище, каких только ран на мне не лечила. Смотрю на неё с надеждой.

«_Потерпи! – говорит мне мама.

И, отодвинув студентку, мама ножницами надрезала и выдернула одну нитку шва на моём лбу.

Потом начала выдавливать гной в ванночку, которую держала ассистентка – студентка. Гноя выдавили порядочно. А мне как -то сразу полегчало. Дятел, что долбил мне в череп – улетел. Спиртом обработали рану, но мне для наркоза не дали. Хотя отец и предлагал налить мне и себе.

И я быстро уснул, не смотря на жару. Студентка потом навещала меня – такого вот красивого. Перевязывала! Вот повезло мне!

Но через два дня в Куйбышеве сошла с поезда. Пересадка на поезд Москва-Ташкент.

Простите, девчонки.

Такая гордая прошла с портфелем первый раз в первый класс.

На «Зинку-корзинку» уже не отозвалась. Как будто забыла все наши детские игры и приключения: снежные сугробы, горы из пиленых и колотых дров, огурцы и морковку с чужих грядок. А вскоре мы расстались с Зинкой, но как оказалось не навсегда. Перемена места жительства тому причина.

Появилась у меня вскоре Зинка вторая. Дет. сад, начальная школа, может даже первая любовь. До 5 класса длились наши с ней, как бы теперь сказали, отношения. Вновь переезд и вновь расставания, но снова не навсегда.

Работал я в 7 классе на кирпичном заводе. Грузим вдвоём с товарищем сухой кирпич на люльки конвейера. Рядом оживлённая группа девушек – студенток мед. училища работает. Ну в сравнении с нами они уже «тётьки».

Вдруг одна подходит и спрашивает: _ А тебя не Володей зовут? Ты меня не узнаёшь?

_Зинка! Зина, та, что первая – гордая!

А позже, в Тюмени на втором курсе института это было, при посещении общежития Техникума торговли и кооперации встретил я и Зинаиду – 2.

«Как будто нарочно, как пишут в романах

Встречаются эти ребята повсюду!

Я тоже смущён совпаденьем немного.

Но в нём не фантазии нету не вздора.

Ходите не скраю, а главной дорогой,

И встретите всех, кто вам близок и дорог!

(Е. Долматовский «Добровольцы.«Роман в стихах.)

Переезд из села в город состоялся весной. Весна в тот год вышла ранняя.

Уже в апреля реки вскрылись ото льда и разлились широко.

Наверное так разливаются по весне только наши сибирские реки, которые текут на Север. Низовья Оби и Иртыша ещё подо льдом, а впадающие в них Тобол, Ишим и другие реки уже проснулись и поднялись. Поджимаемые на Севере могучими льдами и неожиданно вернувшимися морозами, на Юге области реки стремительно разливаются, затопляя всё вокруг.