Рыцари дорог и Ночные ведьмы

Повзрослев, красавица-блондинка, которую по старой памяти все продолжали называть Лисенком, поступила на факультет журналистики. Разумеется, сама. Разумеется, бесплатно и на бюджет. И, разумеется, закончила его с красным дипломом.

Как?

Вы еще спрашиваете…?

После института ее моментально взяли в крупнейший городской журнал. Писать она могла на любые темы – от светских сплетен до криминальной хроники. А ее статьи нередко ставили в пример тем, кто от «этой дурочки-блондинки» ничего хорошего и не ждал, будучи уверенным, что она облажается.

Леночка их не разубеждала. Так было проще – ее посылали туда, куда она сама хотела, направляли на самые интересные задания, просто не воспринимая всерьез. Порой вопрос о ее назначении (весьма выгодном!) решался со словами «Да пусть Ленка скатается, все равно у нее ничего не получится! А когда она облажается, тогда и я поеду…» Потом, правда, приходилось удивленно чесать в затылке и ворчать: «Надо же, как этой блондинке повезло! Случайно, наверное…»

Если же Лену отправляли туда, куда ей не хотелось, то она могла с чистой совестью запороть репортаж. А потом невинно похлопать ресничками – «ну вот как-то так получилось…» После чего от нее отставали, просто махнув рукой. Ну что с этой дуры возьмешь, в самом деле? Одно слово – блондинка…

Писать статью о байкерах ее отправили тогда просто потому, что больше никто не хотел. Даже взрослые мужики из их редакции побаивались соваться «на аську» – место, где собирались по выходным любители мотоциклов. Слишком уж угрожающая репутация была у тамошних обитателей. В результате решили послать Леночку – почему-то все верили, что ее никто не посмеет обидеть. Даже мото-беспредельщики.

Ей самой было немного не по себе отправляться в такое место, но… В то же время было и интересно, и любопытно, и она, как всегда, верила в свою счастливую звезду… и свое обаяние.

Правда, собиралась в этот раз с особой тщательностью, долго выбирала подходящий наряд, прихорашивалась и «наводила красоту»… В результате отправилась туда в розовой мини-юбке, на огромных каблуках и с распущенной гривой. Как дурочка (это она сама потом поняла).

Удивленные байкеры смотрели на нее, как на павлина в курятнике. Точнее, как на невиданную райскую птицу, непонятно каким чудом спустившуюся с небес и залетевшую в грязный сарай. Нет, общались с удовольствием и в целом настроены были весьма доброжелательно. Отвечали на любые вопросы, рассказывали о себе и своих железных конях (пялясь на ее грудь и периодически сбиваясь с мысли из-за этого), вспоминали какие-то забавные истории по ее просьбе, много шутили и прикалывались… Но вот всерьез ее никто не воспринимал, и всю ту чушь, что ей несли, можно было смело записывать в категорию «Навру с три короба – пусть удивляется!»

Вечером Лена перечитала свои записи – и погрустнела. Все-таки она привыкла серьезно относиться к своей профессии, а такой уровень материала… Короче, это была хрень.

По счастью ей повезло встретить Багиру. Та как раз приезжала туда на своей «шадухе», радостно приветствуемая байкерами, и Лисенок не могла пройти мимо такого кадра.

Они познакомились, разговорились… Поначалу обе отнеслись друг к другу с некоторым предубеждением. Но, пообщавшись немного, пробившись через стену первоначального недоверия, каждая нашла там интересного собеседника. И тогда Багира заявила:

– Слушай, давай честно! Это все дерьмо, что ты там понаписала, весь тот бред, что тебе понарассказывали прикола ради… Это все никуда не годится! Хочешь написать нормальную статью? Настоящую, правдивую, за которую потом не будет стыдно перед байкерами? Тогда снимай всю эту свою дурацкую мишуру, влезай в какие-нибудь старые джинсы и поехали со мной на мото-фест. Я тебя отвезу, место найдется. Там посмотришь на все без прикрас, сама все увидишь своими глазами. Пообщаешься, так сказать, с байкерами в естественной среде обитания, как они есть… Многое поймешь, на многое станешь по-другому смотреть. Побудешь в их шкуре. Тогда и писать будешь совсем иначе…

Леночка поначалу смутилась. Нет, ей и самой хотелось окунуться во все это с головой, но все же как-то… Ехать неизвестно куда с какой-то едва знакомой девушкой…Да еще ехать НА МОТОЦИКЛЕ!

– Да не ссы, я аккуратно вожу! – усмехнулась Багира, глядя на ее нерешительность.

– Ага, я видела! – рассмеялась Лена.

И все-таки авантюрный склад характера и тяга к приключениям – пересилили. И девчонки отправились на мото-фест…

Происходившее там Леночка потом еще долго будет вспоминать с гримасой притворного ужаса, картинно закатывая глаза, но и с неизменным смехом. Да уж, это было самое отвязное приключение в ее жизни!

Статью, кстати, потом так и не напечатали. Редактор забраковал. Хотя сами байкеры оценили…

Но ей было уже пофигу. Потому что на следующий день Лисенок отправилась в мото-школу.

На «аське» теперь она была частой гостьей, а с Багирой они сдружились быстро и накрепко. Та помогала ей освоить управление «железным конем», а Лена в свою очередь учила ее краситься и кокетничать с мальчиками. Обе фыркали в ответ на такую науку, но их дружбе это не мешало.

Сдала на права она не сразу и не без помощи природного обаяния. Но, получив заветную категорию «А», начала старательно тренироваться, а затем… задумалась о покупке «чего-нибудь легко и симпатичного…красный спорт какой-нибудь или что-то в этом роде…» Багира вздохнула и сказала, что так байк не выбирают. «Ты еще розовый со стразиками попроси…»

И отправила ее первым делом покупать фулл-экип.

А потом они поехали в Москву.

Там им поначалу не везло. Находили или не то, или слишком дорогое, или продавцы оказывались какими-то мутными типа, стремящимися наебать «этих двух глупых девчонок». Но с Багирой такой номер не прокатывал – в технике она разбиралась получше многих, да и любые шашни видела за версту.

Помотавшись по Москве и Подмосковью, так и не найдя ничего подходящего, они совсем уж было отчаялись и собирались ехать назад. Как вдруг…

Видимо, правы те, кто говорят: «Свой мотоцикл – ты узнаешь сразу!» Увидев тот «джиксер» необычной раскраски, красно-черный, с причудливой аэрографией и завораживающей плавностью линий – Лена влюбилась моментально. А прокатившись чуть-чуть на том аппарате – не захотела с него слезать. Напрасно голос разума в лице Багиры увещевал ее, что «ты ж на нем убьешься наглухо!», это было любовь с первого взгляда! И на всю жизнь. А любовь, как известно, глуха к логике. В конце концов, Багира плюнула и вступила в бой с хозяином мотоцикла.

Тот, надо сказать, заломил изрядную цену, чем довел Лисенка почти до отчаяния – таких денег у нее просто не было. Она готова была расплакаться, готова была пойти в банк за кредитом, она готова была даже… нет, про «расплатиться натурой» речь не шла, но…

Увидев состояние подруги, Багира врубила «тяжелую артиллерию». Она придиралась к каждой мелочи, она рассказывала владельцу мотоцикла, что с его аппаратом не так, и что выйдет из строя в ближайшие месяцы, сыпала такими заумными терминами и техническими подробностями, что тот просто ошалел от напора и недоуменно восклицал: «Девушка, откуда вы все это знаете???» через каждые 5 минут. Словом, в конце концов, он сдался. А Леночка, узнав НАСКОЛЬКО подруга «подвинула» его по цене – кинулась обнимать Багиру.

Назад они ехали медленно и осторожно, «тошнили» по 60 км\ч, Ольга нарочно не позволяла увлекающейся блондинке обгонять себя, уговаривая, что «вот приедем в город, разберем-соберем твой аппарат, тогда и будешь гонять, а пока терпи, привыкай, осваивай, притирайся…»

Уставшие и измученные они все-таки добрались до родных улиц. А еще через день Лисенок произвела фурор, приехав на нем на «аську». Байкеры офигели от такого зрелища.

Дурочкой-блондинкой ее больше никто не называл…

– Поехали со мной на рейв? Сегодня вечером? – с места в карьер предложила Леночка.

– Чччего??? Какой еще…? – поначалу даже не поняла Багира.

– Ну, ты же помнишь – фестиваль электронной музыки. Каждый год проводится. За городом. В области.

– Аааа, этот…

Багира, наконец, вспомнила. Километрах в 50 от города, подальше от людей и жилья, ежегодно выбирали большую уединенную поляну, на которой возводились огромные павильоны, ставились несколько сцен, приглашались всевозможные ди-джеи, музыканты и пиротехники, затем все это обрастало палатками, кемпингами и фудкортами – и на несколько дней уединенный уголок превращался в грохочущую и сверкающую вакханалию с многотысячными толпами народу; орущей музыкой, давящей на уши басами; искрящимися фейерверками и светомузыкой; а также атмосферой нескончаемого безумия. В общем, «мегаватты звука, тонны пиротехники, зоны танцевального (и не только) угара» – как любили рассказывать организаторы. Фестиваль электронной музыки носил какое-то пафосно-вычурное название, но местные называли его коротко – «рейв». Или добавляли более нецензурные эпитеты. Находились, правда, и те, кто с придыханием говорил о «русской Ибице», и стремился попасть туда за большие деньги. Вот только байкеры к последним не относились. Они предпочитали другую музыку и другой формат мероприятий.

– Чего там делать, Лисенок? Не музыку же слушать…, – Багира скривилась.

– Мне надо написать статью. А ты просто поедешь со мной за компанию. Вот, смотри – аккредитация для прессы на двух человек. Люди за это кучу денег платят, а мы пройдем бесплатно!

– Да мне такого счастья и даром не надо…

– Ну, Оль…

– Да в самом деле! Я-то тебе там зачем? Ну, езжай сама, раз по работе надо, а мне этот шабаш с объебосами как-то вот вообще не по нутру. Лучше бы ты предложила, где денег заработать по-быстрому… Мне надо Боцману долг за мотоцикл отдать, и вообще…зашиваюсь…

– Ну, за один сегодняшний вечер ты все равно ничего не заработаешь. А так – хоть отвлечешься ненадолго… А я потом с тобой гонораром за статью поделюсь! Ну, правда, Оль, давай съездим! А то я что-то боюсь туда одна соваться! Там, говорят, кого только нет! И кавказцы, и нарики, и просто мудаки-мажоры… С тобой как-то спокойнее!

– Ага, значит, кавказцев ты опасаешься, а с байкерами-отморозками водиться – не страшно?

– Ой, да я тебя умоляю! Байкеры – они же, как плюшевые мишки! Большие, неуклюжие, могут что-то сломать по неосторожности… но в глубине души – дружелюбные и веселые!

– На лицо ужасные, добрые внутри…

– Ну правда… Хоть они и грубоватые порой бывают, и выглядят грозно, но я ни разу не слышала, чтобы кто-нибудь из них девушку обидел. Хоть чем-то! Скорее, наоборот – рыцари дорог…

– Ага… романтики с большой дороги… Это ты просто с ними мало общалась, а вот как узнаешь поближе…

– Ты поедешь со мной или нет???

– Ладно уж, скатаюсь, раз такое дело… Не одну же тебя отпускать. Еще обидит кто… Когда выдвигаемся?

– Через час. Как раз успеем к началу. А пока… можно я тебя порасспрашиваю? – Леночка кокетливо улыбнулась.

Багира хмыкнула. Еще с прежних времен, когда ее подруга писала статью о байкерах, за ней сохранилась давняя журналистская привычка – при каждом удобном случае она доставала блокнот с ручкой или маленький диктофон и принималась расспрашивать любого из окружающих о мото-мире. Как устроена байкерская тусовка, как в нее попадают люди, какие тут обычаи и правила, какие забавные случаи бывают – ей все было интересно…

– Не угомонишься все никак? Зачем тебе это теперь-то? Ты ж свою статью давно написала.

– Просто для себя. Из любопытства. Я ужжжасненько любопытная! И вообще… может, когда-нибудь я напишу книгу про все это! И стану известна, как Джоан Роулинг!

– Скорей уж, как Хантер Томпсон…

– Кто это?

– Не важно. Так что ты хотела узнать? Спрашивай, пока время есть…

Леночка как-то замялась. Склонила голову на бок. Внимательно посмотрела на Ольгу.

– А почему байкеры так не любят автомобилистов?

– Ну дык… основная для них угроза на дорогах. Если не считать, конечно, собак, выскакивающих под колеса, и пешеходов, перебегающих дорогу в неположенном месте… Больше половины всех ДТП для мотоциклистов – это столкновения с машинами.

– Так они же тоже пострадавшие получаются…

– Ага, пострадавшие… Если какая-нибудь дура за рулем, которая права купила или водятел, которому плевать на все, въедут в байкера, то – для них, чаще всего, дело ограничится помятой машиной. А для байкера – травмы, переломы и смерть.

– А я слышала, что байкеры сами напрашиваются нередко… и зеркала сносят у машин, и стекла бьют…

– Зеркала никто просто так бить не станет. Только за дело. Если такой вот водятел по зеркалам не смотрит при перестроении, прыгает из ряда в ряд, не включая поворотник, разворачивается там, где нельзя или не предоставляет преимущество в движении байкеру (там, где должен), то – тогда да. Ему снесут зеркала. И хорошо еще, если только этим ограничатся…

– А сами байкеры не нарушают ПДД?

– Бывает и такое, чего уж там… Байкеры тоже разные бывают, есть и те, кто «без головы» ездят. Ракетчики, мать их… Но такие, как правило, долго не живут, и когда «долетаются», то – сами виноваты. А «коробочники»-то подставляют всех! Не только ракетчиков… Да зачастую еще и нарочно.

– Почему?

– Ну, бесит их то, что байкеры едут свободно, пока они в пробке стоят. Вот и начинают всякие пакости творить – то дверь откроют, то нарочно дорогу перегородят, то к бордюру прижмут… Не все, конечно. Есть и абсолютно адекватные водители. Но таким никто зеркала сносить и не станет.

– Я вот вообще когда вижу байкера (когда сама на машине еду) – всегда стараюсь прижаться куда-нибудь к краешку, чтобы ему не попадаться на дороге. Страшно, блин… Они так носятся!

– Да не обязательно никуда прижиматься. Просто едь, как ехала – прямо и спокойно. Без резких торможений, без непредсказуемых маневров. Поворотники включай, по зеркалам смотри, когда перестроиться решила. И не будет у тебя никаких проблем с байкерами.

– А ты сама тоже зеркала сбивала? – Леночка пристально посмотрела на подругу.

– Чаще всего, нет. Обычно мне достаточно подъехать к такому водятлу где-нибудь на светофоре и, ласково поглаживая перчаткой зеркало, дружелюбно поинтересоваться – что ж он ведет-то себя так невоспитанно? Религия запрещает поворотники включать и по зеркалам смотреть? Или половая ориентация? И обычно все резко становятся вежливыми и сознательными, извиняются, обещают исправиться и впредь так не поступать…

– Могу себе представить! – хмыкнула Леночка. – Это ты у своих друзей-байкеров набралась таких повадок?

– Типа того…

– Слушай, а вот вообще… почему байкеры? Как ты связалась с ними? Зачем? Для чего?

– Скажи еще – «тыждевочка»! – фыркнула Багира. – А вообще, я думала, ты и сама это понимаешь, раз уж пошла на права учиться …

– Мне твою версию хочется послушать.

– Нууу… если разобраться – нас все время заставляют делать то, что «надо». Даже если не хочется. Работать на нелюбимой работе, влезать в ипотеку, выходить замуж, рожать детей… Никто не спрашивает тебя – нужно ли тебе это, хочешь ли ты этого? Просто – «так принято». А значит – надо! Кем и когда принято – непонятно. Я вот лично – не принимала…  И здесь я впервые встретила тех, кто имеет смелость жить для себя. Так, как им хочется, а не так, как принято. Тех, кто привык отвечать за свои слова и держать однажды данное обещание. Похоже, мне просто нужно было место, где можно было бы быть собой. Где не нужно никого из себя изображать. И где тебя такую – примут и не отвергнут. И даже если я им не нравлюсь – скажут это прямо в лицо, честно и открыто, а не будут шептаться за спиной. И ты еще спрашиваешь, почему я вожусь с ними, а не с кем-нибудь другим? А с кем, Лен?

– Ну, ладно-ладно, не заводись! Я поняла твою мысль. Кстати, я вот тут на днях… когда ждала тебя у Боцмана… Видела странного парня. Такой, знаешь… со шрамом через все лицо. На байкера, вроде, не похож… И взгляд такой… мертвый. Кто это вообще?

– Ах, этот…, – Багира поморщилась. – Найджел. Мутный тип. Появился не так давно. Никто про него толком ничего не знает. Каждый год в конце сезона пропадает куда-то, а как весна – снова объявляется. Ездит на стареньком «Урале» какого-то грязно-зеленого цвета. Хотя, вроде бы, деньги у него есть. Почему не возьмет себе чего-нить поприличней – я не знаю. Да и вообще про него мало знаю, он же из «северных». А я-то больше с «южными» общаюсь.

– А эти… «северные», «южные»… это мото-клубы, да? И почему такое название?

Багира кивнула на реку:

– Вон видишь… Почему правый берег реки всегда выше левого?

– Не знаю… А что – всегда?

– Ага. Мне объясняли, да я забыла. Что-то там с вращением Земли связано… Не суть. Главное, что город у нас стоит на реке, и одна его половина – на верхнем берегу, а вторая – на нижнем.

– Ага. Так и говорят – «верхняя часть города», «верхушка»… Или «нижняя»…

– А еще говорят – «северная» и «южная». В северной части с прежних времен еще осталось куча старых строений, каких-то исторических зданий и всего такого прочего. Ничего не меняется уже который год. А южная часть постоянно строилась, обновлялась… и до сих пор расширяется. Дома там новые, офисы, многоэтажки, новостройки… В общем, жизнь бурлит, и все по-новому. Наверное, отсюда-то оно и пошло…

– Что пошло? – не поняла Леночка.

– От этого-то все и берется! – уточнила Багира. – В северной части собираются, в основном, старые байкеры – взрослые дядьки, почитатели традиций, любители прежнего… Ну, знаешь, такой old-school, труъ-чопперисты, все такие из себя правильные и древние, все у них по понятиям и «как принято». Многие еще с советских мотоциклов начинали, стояли у истоков мото-движения… Ездят в основном на «чопперах» и «круизерах». «Спортоводов» недолюбливают – дескать, они «пластиковые» и вообще «несурьезный народ», мальчишки, «каждый год новые», и все такое…

– А на юге?

– На юге наоборот. Там как раз собираются те, кто из «новой волны». Гоняют преимущественно на «спортах» и ко всяким там «байкерским традициям» и обычаям – попроще относятся. Не то чтобы не соблюдают, но не так жестко. Над «северными» посмеиваются – дескать, вы, ребят, то ли в детстве в бандитов не наигрались, то ли книжек начитались и фильмов насмотрелись про мото-банды. Все-то у вас по понятиям и правилам…

– И что, прям враждуют они?

– Ну нет, конечно… Это больше негласное разделение, и не всегда оно соблюдается. И на севере тоже есть спорты, и на юге чопперы попадаются. Но все же по большому счету – примерно так… Эти – там, а те – здесь… И в каждой избушке – свои погремушки…

– А мото-клубы?

– Ну, а потом, соответственно, появился клуб «северных» на одной половине города, а на другой – «южные» У них, конечно, свое пафосное название имеется – у каждого… но чаще всего их просто так и называют – северные да южные. «Чопперастами» руководит Викинг, ты его, наверное, видела…

– Да уж… такого не спутаешь! Действительно на викинга похож…

– А у «южных» – Боярин за президента…

– Это который выглядит как русский богатырь? И говорит еще вечно, как в старинных былинах, да? Только он же, вроде, не «спортовод»? На «харлее» ездит?

– Я же говорила – не везде это правило соблюдается. А Боярин с Викингом вообще, говорят, раньше лучшими друзьями были. Потом поссорились отчего-то да разбежались. Теперь вот – у каждого свой клуб. Из-за чего? То дело давнее, никто уж и не помнит… Может, как раз из-за традиций этих…

– Так вот откуда вражда?

– Я ж говорю – особой вражды там нет. Так, некое соперничество… Желание доказать, кто круче… А вообще они нередко объединяются, общие дела какие-то делают. Все ж таки, мото-братство, все байкеры – друзья, и все такое… Мото-фест вон совместно проводят да кавказцев гоняют…

– А кавказцы тут причем?

– Они у нас в городе рынки держат. Оттуда вся наркота расползается. Из «братских южных республик». Привозят, потом распространяют… А байкеры этого сильно не любят.

– Почему? Ну, то есть, понятно, что ничего хорошего в этом, но чтобы прям так…

– Говорят, у кого-то из них девушка от передоза погибла. А у кого-то друг. Ну и вообще… Есть причины, короче. Поэтому к кавказцам у них давняя нелюбовь. И к наркоторговцам – тоже. В общем, однажды собрались все дружно, решили – наркоту в город не пускать. Ну и…совместными усилиями… начали выживать эту дрянь из города.

– Помогают полиции бороться с преступностью? – фыркнула Леночка.

– Да какое там… Полиция у нас давно «мышей не ловит». Так только, для видимости… Может, купленные они все, а, может, просто удобно им…

– Что удобно? – не поняла журналистка.

– Ну, вот смотри… Узнали они, допустим, что по такому-то адресу нарко-притон имеется. Казалось бы, надо туда поехать да всех накрыть, верно?

– Конечно!

– А вот и нет! Зачем им это надо? Один накроешь – завтра два других появится, и ищи их потом, бегай-старайся, начальство еще с тебя три шкуры сдерет, если не найдешь… У них ведь тоже план по раскрываемости имеется, и если всех наркош из города повывести, то – на чем тогда план делать? Кого ловить?

– А как же тогда…?

– А вот так! Возьмут они хозяина того притона за жопу и скажут – будешь работать на нас, а то посадим. И будет он торговать спокойно, время от времени сдавать кого-нибудь – чтобы отчетность не падала, информацию опять же поставлять – кто был, кто с чем приходил, кто что видел, что слышал… Это тоже очень ценно, потому что раскрываемость-то – с них, с информаторов, а вовсе не от размышлений с трубкой у камина, как в фильмах про Шерлока Холмса показывают. Опять же, если у начальства вдруг приступ служебного рвения проснется, и начнет оно требовать срочно «усилить меры по борьбе» и «немедленно раскрыть» – всегда можно придти в знакомый притон и взять там кого-нибудь «левого». Предъявить до кучи и премию получить. Хорошо, когда знаешь, куда идти – удобно, всем выгодно… Вот так и живем.

– Мда… А байкеры что?

– А с ними все по-другому. Во-первых, они сами выросли на улицах и прекрасно знают – как там и что. У кого какая «точка», где «толкают», кто именно. В каждом районе – есть байкеры. Везде у них «глаза» и «уши». Опять же – люди к ним идут, а не в полицию, потому что знают… Насмотрелись. И уж если байкерам станет известно про притон… Их не купишь взяткой и «по-хорошему» не договоришься. Они не придут вежливо с уговорами и задержаниями, не повезут тебя в камеру с адвокатами и аппеляциями, не станут тебе зачитывать права и выпускать под залог. Просто переломают руки-ноги, а «товар» спустят в унитаз.

– Да уж…

– И при таких раскладах – мало кто хочет торговать. Связываться с байкерами – себе дороже. Поэтому наркоты в городе и нет.

– И что, кавказцы смирились?

– Куда им деваться… Хотя… Правильней сказать – договорились. Приспособились. Сейчас у них с байкерами что-то вроде перемирия. Эдакое джентльменское соглашение. Которое никто не подписывал, но про него все знают. Кавказцы не торгуют наркотой здесь, а байкеры не мешают им за пределами города. В области, например, можно купить все, что угодно. Цены только задирают… Но уж если кого-то заметят в городе – считай, сам виноват. Пусть пеняет на себя.

– Сурово все тут у вас…

– А ты как хотела?

– Ладно, насчет «северных» и «южных» – я поняла. А «восточные» тогда кто такие?

– Эти-то…, – скривилась Багира. – Так, отщепенцы всякие…

– А поподробнее?

– Понимаешь, мото-сообщество все-таки строится на обычаях и традициях. Нет, не на тех обязанностях, которые пытаются всем навязать «северные» – их как раз соблюдают далеко не все, это, можно сказать, всего лишь рекомендации. И каждый сам решает… Но есть и незыблемые правила, которые существуют с незапамятных времен. Ну там – помочь байкеру на дороге, выручить друга в беде, отвечать за свои слова… Ну и просто – не быть мудаком, не делать подлостей «своим» и проч. Это то, что считается само собой разумеющимся в мото-братстве, и если ты не будешь их соблюдать, если покажешь себя не с лучшей стороны – скорей всего, байкеры не захотят тебя видеть в своих рядах. А поскольку байкеров в принципе не так много – все друг друга знают, всё на виду. И если что – весть о твоем «косяке» быстро разойдется по городу. А тогда уже всё – никто не захочет иметь с тобой дело. Стая назад не примет! – Багира усмехнулась, вспоминая свой любимый мультик.

– И что после?

– А ничего. «Изгнанный из тусовки» становится отверженным. Никто ему руки не подаст. А байкеру в одиночку, без друзей – ох, как плохо живется на свете! Вот, например, сломался ты где-нибудь за городом, на трассе… поздно вечером или ночью… и что ты будешь делать?

– Эвакуатор вызывать?

– Ага… Ночью-то да еще в незнакомом городе! – хмыкнула Багира. – Так он к тебе и приедет… Опять же, оставить мотоцикл на обочине и уйти – тоже нельзя… В общем, без друзей – никак. На том мото-братство и стоит… На помощи и взаимовыручке. Сегодня ты, завтра тебе.

– И что же делать таким изгоям?