Эфилиас и Рождественское чудо, или Тайна третьей сферы

Глава 1. Пролог

«Многие подумают, что это лишь вымысел или нелепый миф, действительно ли это так? Не знаю… Но то, что я увидела тогда, не казалось мне сном. Что ж, не будем торопить события, а начнём всё по порядку…»

Солнечный день зимы. Хоть солнце и быстро пряталось за горизонт, оно отдавало всю свою яркость в эти мгновенья своего захода, что снег с радостью отражал его лучики в ответ. Когда идёшь по тропинке, обсыпанной снежными бриллиантами, невольно чувствуешь приближение Нового года и праздничной атмосферы. В подтверждении слов, снег громко хрустел под ногами и согласно прогибался, оставляя отпечаток подошвы моих ботинок, от быстрого движения дыхание сбивалось и клубки пара невольно вздрагивали, разбегались, а после… Исчезали.

Через некоторое время я заметила знакомый дом, ускорила шаг и вскоре была напротив двухметровой, коричневого цвета двери, украшенной пышным зимним венком тёмно-зелёного цвета и красными ягодками, конечно же, последним и главным штрихом являлась классическая алая ленточка в виде бабочки. Прежде чем позвонить в звонок, я перевела дыхание, попутно рассматривая сие произведение искусства, что так стремительно упиралось в мой уровень поля зрения. Когда дыхание восстановилось, всё ещё не решалась нажимать на него.

«Спросите, почему? Что ж… Не буду таить, это был первый день знакомства с родственниками и я не знала, как они отреагируют. В попытке хоть как-то разбавить эту будущую неловкость, даже взяла с собой гостинцев из родного города. Возможно бы и рассказала, какая причина смогла довести до такого, но всему своё время, поэтому не будем пока заострять на этом внимание…»

Решившись потянуться к звонку, вскоре был слышен звон колокольчиков. Дверь открыла светловолосая женщина средних лет в праздничном свитере и чёрных штанах, напоминающая мне чуть ли не давно забытую женщину.

– Ну, здравствуй, Сара! Чего стоишь в дверях, заходи скорее!

Её бодрый и слегка оборванный голос, в силу возраста, был так знаком, но при этом так отдалён от меня, будто отголоски прошлого требовательно шептали в спину, чтобы я повернулась к ним и всё вспомнила. Что-то кольнуло в моём сердце, но я лишь мысленно отмахнулась, заходя в дом и неловко отвечая:

– Здравствуйте! А вы… Миссис Уинсли? С наступающим Рождеством!

– О, спасибо! И тебя с наступающим Рождеством! Как добралась? Надеюсь, не замёрзла, а то зимой у нас такие морозы, не то, что в Бринвелле. У нас в деревне хоть и холодно, но спокойно… Бери печенюшки!

«Думаю, с этого момента стоит раскрыть пелену неизвестности и рассказать вам более подробно: Бринвелл – город, в который уехали мои родители, забрав меня с собой. Многие говорили, что это перспективный город, в котором можно будет прожить счастливую жизнь, но когда мы приехали, он не оказался таким уж хорошим. По мере моего взросления статус «перспективного города» рушился, в то время я была слишком мала, чтобы понять всех тонкостей жизни, но мать напрочь не хотела возвращаться обратно, пока вскоре сама не ушла от нас, не вынеся больше такой жизни с отцом. Всё это время он растил меня и как-то рассказал о родственниках, с которыми она до сих пор в неприятных отношениях… Я не была на неё зла, скорее, хотела её понять и узнать, почему она именно так поступила, да и мне было интересно, как выглядит бабушка, что она за человек…» 

– Спасибо! Очень красивые… – с недолгой паузой ответила.

Мы обменялись гостинцами. Свежеиспечённое изделие выглядело не только по виду красиво: в виде человечков, в красных новогодних костюмчиках, но и очень вкусно! Когда я откусила и издала положительный звук, миссис Уинсли продолжила:

– Я старалась… Ну чего ты, раздевайся, располагайся! Твоя бабушка ждёт тебя у камина.

 Как только она это произнесла, указала рукой в какую сторону мне идти и сразу ушла в глубь кухни. Я разделась и огляделась: дом был весьма просторный и уютный, в нём было несколько комнат и лестница на второй этаж. У входа был большой разноцветный коврик, а справа находилась свободная кухня, огороженная специальной стойкой, на которой находились тарелки с разными гостинцами, считая те красивые печенья.

Напротив входной двери был коридорчик, с двух сторон которого несколько дверей, а слева, видимо, была гостиная, откуда слышались приглушённые звуки трескающихся дровишек. Хорошо украшенная прихожая, как и, собственно, дом, передавали мне приятную атмосферу и уверенность, но я осторожно подходила к гостиной, ведь неизвестность, а тем более первая встреча, всегда пугает… Сглотнув нервный ком в горле, вошла в комнату.

Меня встретил приглушённый свет, это тёплое свечение исходило из красиво украшенного камина и маленькой лампы на ножке у кресла, который стоял рядом с диваном, а сверху, на стенке, грозно нависал большой плазменный телевизор. «А бабушка не отстаёт от времени» – подумала я, когда мои глаза привыкли к свету и смогла разглядеть каждую деталь. Совсем скоро заметила бабушку, окутанную в милый вязаный шарфик, сидящую в кресле и перелистывая какую-то книжку, а у неё их много, если смотреть по размеру стеллажей. Я стала неуверенно подходить к дивану, не отвлекая её от чтения.

Когда я всё-таки села, то негромко прокашлялась, чтобы показать своё присутствие, и спросила:

– Бабушка?.. До этого тихо покачиваясь и читая свою книгу, бабушка вдруг остановилась, седые волосы резко встали дыбом, она поправила свои очки и направила своё удивлённое, сморщенное лицо на меня, при этом отвечая вопросом на вопрос:

– С-сара? Внученька, неужели это ты?! – со слабым, хриплым и еле слышимым голосом произнесла.

– Да, бабушка, это я… – так же тихо произнесла, боясь испортить момент от весьма смешанных чувств.

– Ох, внученька, ну чего ж ты как неродная, обними бабку-то! – радостно воскликнула Ариана.

«Да-да, Ариана! Не каждый в жизни встречал бабку с именем Ариана, не так ли? Но мы в деревне все по-свойски называли её бабушкой Риной»

От такого неожиданного тёплого приёма, встала на секунду в ступор, но после крепко-крепко обняла бабушку, из-за переизбытка чувств слёзы скапливались в глазах и…

«Ох, да ладно! Вам наверняка интересна сама суть, а не вся эта сентиментальность. Так уж и быть, перемотаем время чуть вперёд… Но знайте! Я не зря завела тему про бабушку Рину, ведь именно с неё начались зачатки волшебства или чуда, называйте как хотите, а всё началось с…»

– Бабушка, а расскажи что-нибудь интересное! Наверняка у тебя в запасе есть какая-нибудь интересная история, о которой все говорили… – с долей любопытства спросила, отвлекаясь от негромкого телевизора.

– Хм… Раз спросила, имеется одна история на примете… Вот, только… Он может казаться выдумкой или слишком сюрреалистичной, наверняка посчитаешь меня старой маразматичкой! Но я была тому доказательством… – отвлекаясь от книжки, посмотрела на меня с вопросительным взглядом.

– Бабушка, даю слово, что поверю тебе, только скажи! – с явным интересом упрашивала.

– Хорошо, расскажу… Только присядь поближе, чтобы голос не напрягать.

Даря счастливую улыбку, я послушно подсела к бабушке и начала внимать каждое слово.

– Ну, слухай внимательно! Такое не каждому говорят, а раз ты моя внучка, то должна об этом знать! Когда-то, во времена моей молодости…

Не успев и фразы сказать, как нас сразу отвлекла миссис Уинсли:

– Девочки, не хотите кушать? Всё уже готово! – свободно воскликнула и застыла в проходе, вытирая полотенцем руки.

– Миссис Уинсли! Вы не очень вовремя… Мы не хотим кушать, если что, позовём вас!

Немного неловко было торопить миссис Уинсли, но любопытство брало вверх, поэтому я как можно точнее давала понять, чтобы она занялась своими делами.

– Как же? Совсем не хотите? Ну уж нет, так не годится, дайте я вам хотя бы молока с кексами подам, так, закусить хотя бы!

– Ну миссис Уинсли-и-и! – безнадёжно протянула, мысленно молясь, что она отойдёт как можно скорее.

– Ну что ты, Сара, никуда от тебя история не убежит, не переживай… Ах, дорогая, перед выходом не забудь выключить свет, хорошо? – всё тем же слабым голосом, бабушка Рина попросила об услуге миссис Уинсли.

– Конечно! – бодро сказав, быстро поставила на журнальный столик тарелку кексов и два стакана тёплого молока, после выключила свет и так же быстро умчалась прочь.

 Наконец, когда всё вокруг было подходящим для рассказа, я вжалась в диван, как можно ближе к бабушке, и вновь внимала её каждое слово:

– На чём мы там остановились? Ах, точно! Когда-то, во времена моей молодости…

Глава 2. Странные обстоятельства

– Я была совсем юной, гораздо младше, чем ты. Моё любопытство не имело предела и я никогда не могла усидеть на месте… Как-то раз, после обеда, мы вышли с друзьями погулять, о-о-о… Где мы только не шлялись! Весь посёлок обскакали до самого вечера, даже мороз и снег по колено нас не смущали, но чёрт меня знает, почему меня потянуло в гущу леса!..

Темнота. Только фонари светили своими белыми огромными лампочками, всех уже звали домой, поэтому я разворачивалась вместе со всеми в сторону дома, пока не заметила маленький светящийся кружочек на растоптанной тропинке. Резко остановилась, чтобы приглядеться и попросила подождать друзей, но, скорее всего, они не услышали и ушли дальше, а я была так заинтересована этим кружочком, что не сводила с него глаз, пока не дошла до него.

Взяв этот маленький шарик в свои крохотные ладошки, начала рассматривать со всех сторон. Хоть он и был маленький, как попрыгунчик, но светил так красиво, будто северное сияние поместили в маленький хрустальный шар, он переливался то нежно розовым, то голубым, иногда переходя в фиолетовый или зелёный. Вдоволь насмотревшись, хотела взять с собой, положив его в карман, так он как соскользнул из моих рук и покатился в сторону леса! Не могла же я такую красоту потерять только найдя, поэтому поспешила за ним и не заметила из-за столь больших сугробов рядом, что там обрыв! Ох, и покатилась я кубарём, а дальше сплошная темень…

– Боже мой! Что же дальше произошло? Тебя нашли? – взволнованно спросила бабушку Рину.

– Найти-то, нашли! Но, отнюдь, не человек…

– А кто же?

– Слухай-слухай, и узнаешь…

«Признаюсь, моя любопытность ничуть не отличалась от бабушкиной, «яблоко от яблони…» – скажете вы, а ведь это действительно так!»

Я энергично кивнула бабушке Рине, в надежде услышать интригующее продолжение.

– Это было… Существо! Оно очень смахивало на человека, поначалу я действительно подумывала о том, что меня нашёл человек, пока протирала глаза, но нет… Только после того, как полностью проснулась, осмотрелась вокруг: я оказалась в маленьком домике, всё было немного странным не только из-за размера, но и по тому, из чего всё было сделано. В самом доме был костёрчик, чем-то похожий на печку, там что-то варилось и бурлило в железной кастрюльке, а рядом с костром, спиной ко мне, стоял спаситель. Он был высок, ростом не меньше деревянного шкафа неподалёку, одетым во что-то зелёное и тряпичное, очень отличающее от нашей одежды, что я аж сразу съёжилась от холода, увидев его в таком, на улице холод-то был дикий! А после передалась удивлению, когда заметила большие заострённые уши, волосы у него были светлые, длинные, но связаны в пучок, не сразу бы догадалась, что меня спас парень, не будь его голос ломано-низким, которые бывают у мальчиков – подростков. Заметив, что я очнулась, он не торопясь подошёл к койке и присел рядом с деревянной кружкой без ручек, внутри которой были какие-то травы, и коротко сказал:

– Пей.

– Кто ты?.. И что это? Отрава?

– Ц, ты глупая? Зачем мне тогда тебя домой тащить, пей давай.

– Сначала скажи, кто ты! Зачем меня спас?..

– Только после того, как выпьешь. – дерзко перебил нахлынувшую волну вопросов.

Если честно, его тон был жутко угрожающим, что никак не связывалось с миловидным лицом: аккуратный нос, рот, большие и проницательные глаза… Он был взволнован, но будто обижен, я не понимала, что он от меня хочет… Но я сделала то, о чём он меня просил. После этого «отвара» меня та-а-к клонило в сон, но я успела спросить лишь об одном:

– Кто ты?..

Глаза становились тяжёлыми, словно залитые свинцом, зрение расплывалось, сквозь нахлынувшую сонливость еле смогла распознать, что он ответил:

– Айн…

Он хотел было ещё что-то сказать, что именно, я уже не услышала, так как провалилась в глубокий сон… От туманного сна меня разбудили крики горожан и я вновь почувствовала холод, как снег падает на мои щёки, как бегут родители вместе с соседями в мою сторону…

Как позже оказалось, меня искали двое суток. На вопрос: «где ты пропадала?!», отвечала с абсолютной искренностью, но мне никто не поверил. Посчитали, что я там провалялась двое суток без сознания и мне это всё приснилось, но через некоторое время я вспомнила про маленький шарик и, на удивление, он у меня был! Вот, только… Он больше не сиял тем красивым мерцанием, выглядел как обычный хрустальный шарик.

Я никогда не верила в то, что говорили мне родители, поэтому всеми силами пыталась найти Айна… Приходила на то место несколько раз и звала, искала информацию в библиотеке, но никакого ответа… Я, конечно же, никому о об этом шаре не говорила, отобрали бы небось или сломали, ты же знаешь этих подростков… Время шло, а я никогда не давала себе забыть своего вредного спасителя, только этот маленький шарик не давал мне о нём совсем позабыть…

– Бабушка, а этот шарик ещё у тебя?

– А что? Не веришь мне? – с толикой укора произнесла.

– Нет, бабуль, верить-то верю, просто интересно вживую увидеть!

– А как же… Ладно, поди за мной, покажу, только аккуратно! Вещь всё-таки хрупкая…

– Конечно-конечно! Буду с предельной осторожностью осматривать его!

Так мы направились по длинному коридорчику, сначала в бабушкину комнату, она оттуда вышла уже со старым ключом, а после подходили к самой дальней комнате, которая находилась напротив нас. Я была в предвкушении, пока бабушка Рина открывала дверь. Вскоре дверь распахнулась и мы вошли в комнату. Ничего не было видно, словно в пучине тьмы, пыльной пучине тьмы! Откашливаясь от густой пыли, спросила бабу Рину:

– Кхе-кхе, что это за место?

– Кладовая, самое нечищеное и старинное место, хорошее для того, чтобы сюда никто не совался. Она тут со времён моих родителей! – с лёгкой иронией ответила, ища на стенке включатель.

– Странно, я думала, ты этот шарик всегда рядом держишь… Или в своей комнате, хотя бы. – высказала вслух предположения.

– Сара, это же банальщина… Да и небезопасно, родители в любой момент могли бы зайти в мою комнату, а ровесники спокойно отобрать и сломать! Вроде моя внучка, а хитростью не наделена… Эх, в мать пошла!

– Ба, опустим тему… Так где он?

– А вот тут где-то…

Бабушка прошла к дальним полкам, остановилась у самого угла и начала ощупывать что-то между них. Проделав странные действия и услышав незамысловатый звук, она позвала меня:

– Ну-к, поди сюды!

Пробираясь сквозь давний беспорядок, остановилась возле бабушки и увидела… Небольшое квадратное отверстие в стенке, видимо, это был тайник, который скрывался картонкой в цвет стенки, а в так называемом «тайнике» виднелся обычный хрустальный шарик, немного исцарапан в силу времени, но хорошо сохранён. Бабушка взяла его в руки и несколько секунд смотрела на него таким взглядом, будто в нём таились все приятные и счастливые моменты, будто этот шарик был ключиком от двери чуть незабытой ностальгии, способной сбросить белую пелену её увядшей памяти, далёких воспоминаний… Но это продлилось недолго, баба Рина с теплотой в глазах посмотрела на меня и протянула руки, в которых был шарик, и так же ласково произнесла:

– Сара, теперь это твой хрустальный шар, я дарю его тебе, пусть для тебя он и выглядит безделушкой, но я всем сердцем прошу тебя, чтобы ты его бережно хранила, ради меня…

«По правде говоря, я не особо верила бабушкиной истории, но заметив, как маленький шарик для неё важен и как она на него смотрит… У меня внутри что-то защемило, даже если это её фантазии или сон, принятые за реальность, я не могла никоим образом показать, что не верю ей или сомневаюсь в правдивости. Учитывая, что она была так ко мне добра, я не могла поступить иначе»

Удивлённая таким поворотом событий, тяжко выдохнула, чтобы не показать своей неуверенности и спросила:

– Ты уверена?.. Для тебя это очень важная вещь…

– Абсолютно, именно поэтому я и отдаю его тебе. – твёрдо ответила бабушка.

Заметив мою растерянность, баба Рина взяла всё в свои руки: коснувшись моей ладони, вложила туда шарик, бережно накрывая своими пальцами мои.

– Не переживай, я уверена в своём решении… Может, пойдём? А то скоро задохнёмся от пыли! Кхе-кхе.

Недолго посмеявшись, положила шарик в передний карман штанов, а после помогла замести следы чистоты от наших шагов и быстро ретировались в гостиную, там немного поговорили на общие темы. Чуть позже мы поужинали и разошлись по комнатам, желая друг другу спокойной ночи.

«Моя комната находилась на втором этаже, оттуда красивый вид из окна, да и к тому же раньше здесь жила моя мама… Я успела рассмотреть каждый уголок, комната была уютная, бабушка говорила, что ничего не трогала с её отъезда и первым, что пришло в мою голову: «Она ничего не взяла с собой, кроме одежды… Она не готовилась к отъезду или намеренно оставила вещи?». Жила она явно счастливо, судя по фотографиям на столе и на стенах, да и по различным записям ничего особенного не находилось, тогда я вновь подумала о причине ненависти моей мамы к бабушке, неужто из-за того нереалистичного рассказа? Согласитесь, странно уходить из дома только из-за несуществующих событий… Наверняка может кому-то прийти на ум спросить бабку об этом, но будьте уверены, если бы вы увидели своими глазами беззащитную старушку, которая хватается за жизнь благодаря вам и истории столетней давности, которую едва ли помнит, стали бы вы беспокоить её о наболевшем? Сомневаюсь. Что ж, вернёмся к недавним событиям…»

Глава 3. Где я?..

Стрелки на часах уже давно показывали за полночь, а я всё никак не могла уснуть. Чтобы хоть как-то скрасить бессонное время, разглядывала маленький шарик лёжа на кровати, глубокого задумываясь: «Хм… Обычный хрустальный шар… Может, он просто отражал свет или что-то вроде этого? Не понимаю, каким образом такая вещица могла иметь в себе хоть что-то необычное?..».

«Эх, вот это подарочек на Рождество, конечно, держи волшебство, которого нет!» – недовольно пробубнила себе под нос и повернулась набок, чтобы положить шарик в небольшой комод, как вдруг яркий и быстрый отблеск в окне привлёк моё внимание.

От неожиданности я рефлекторно сжала шарик, положила обратно в карман, когда встала, и осторожно подходила к окну. Встав вплотную к нему, резким рывком руки отодвинула тюль! Ничего. На улице всё было так же, только одинокий тускловатый фонарь светил недалеко, а дальше – холмики крыш, плавно перетекающие в бескрайний и белоснежный лес, если б не украшенные различными гирляндами и новогодним декором дома, то они бы с лёгкостью слились с ночной темнотой, только фонари и звёзды освещали бы путь, но фонари и звёзды, как правило, отдают белым светом, а этот отблеск был… Голубой?

«Точно не знаю, как описать этот цвет, хоть он и виднелся всего пару секунд, но отличался таким ярким цветом, что невозможно его пропустить, он отдавал светло-голубым, как небо, но будто сливался с цветом морской волны, немного зеленоватым и этот отблеск, он… Отдавался чем-то, непохожим ни на что другое! Ладно, если быть серьёзными, для полного понимания представьте: вечер, темно, только белые фонари освещают снежную дорогу, на улице так морозно, что снег отражает свет фонарей, вот так красиво блестит снег, словно вы идёте по дорожке, сплошь обсыпанной бриллиантами, а теперь смешайте всё в одну однородную массу и получите именно тот отблеск, который я увидела, без преувеличений. Только не улетайте далеко в представления, иначе забудете о том, для чего вы здесь, хе-хе»

Нормальный человек просто отмахнётся и свалит на бессонницу, но не я, что-то явно не давало мне покоя. Быстро накинув первопопавшуюся кофту, бесшумно спустилась по лестнице на первый этаж и побрела к выходу, на ощупь натянула ботинки и вышла на улицу. Тишина… Гнетущая тишина. Я огляделась, обхватив себя руками и дрожа от холода. Недолго постояв на месте, хотела было вернуться в дом, но услышала хруст веток и заметила напротив себя еле видимое движение! Внутри меня всё съёжилось, от страха попятилась, в горле встал ком. Спустя некоторое время ком сошёл и я выпалила:

– К-кто здесь?! Покажись!

Ответа не последовало. «Это вполне мог быть зверёк, а я тут панику навожу, так, Сара, соберись!» – подождав ещё немного, я запихнула страх куда подальше и аккуратно подходила к месту звука по очищенной тропинке. Движение виднелось недалеко от дома, поэтому я отошла лишь на пару метров, ещё раз внимательно огляделась, но снова ничего: ни шума, ни звука, следов не было видно, поскольку тропа уже протоптанная, а снег вечером не падал.

Тяжко выдохнув то ли от радости, что ничего серьёзного не случилось, то ли от досады, ведь ничего интересного не произошло, повернулась в сторону двери и начала подходить к ней. На пол пути лампочка у двери на прощанье помигала и обессиленно вырубилась. «Класс, перегоревшей лампочки мне ещё не хватало!» – не очень обрадовавшись такому порыву постоять на холоде в кромешной тьме, ночью у дома, ещё раз вздохнула и продолжила начатый путь, пока вскоре не осознала, что об что-то споткнулась и падаю…

«По ощущениям падение казалось невыносимо долгим, крики утопали в тишине ровно до того момента, как поцеловалась головой с твёрдой поверхностью. Да-да…Это сравнимо с тем, как во сне падаешь с высоты в чёрный омут, где не видно ни конца, ни края. Секунды плавно перетекают в минуты, а минуты — в часы и так до бесконечности, твои крики лишь отдаются эхом, их никто не услышит, да и некому, вокруг только всепоглощающая темнота. А потом… Вжух! В омуте образовывается брешь и ты просыпаешься. У меня схожая ситуация… Только в реальности конец совсем другой, хотя… Я не сильно уверена, что это была реальность так таковой, но тактильные чувства ощущались сполна! Сначала невообразимая лёгкость, как ветерок поддувает в спину, а после — резкая и острая боль в зоне затылка. Я совсем потеряла сознание.»

По пробуждении тупая боль отдавалась в виски, что мои глаза не сразу сфокусировались, когда их открыла. Морщась от неприятного состояния, потянулась рукой к месту ушиба – оно было забинтовано. Проморгав ещё несколько раз, заметила склонившееся надо мной большое пятно. Когда фокус наконец восстановился, я поняла, что надо мной нависла пара больших, любопытных и удивлённых глаз, они напоминали мне два хорошо отполированных сапфира, что будь желание увидеть в них своё отражение, то это легко бы удалось. Смутившись от такого пристального надзора, хотела привстать на локти, но от каждого движения боль в затылке только усиливалась, поэтому я лишь обессиленно упала обратно на подушку.

«В глазах моментами рябило и я не могла понять, что происходит и где я. Попытки здраво мыслить были безрезультатными, поскольку состояние было не из лучших. Когда головная боль немного утихла, хотела спросить незнакомку или незнакомца, что произошло и как я тут оказалась, но в действительности лишь что-то прохрипела невнятное, как никак, горло было пересохшим. Я чувствовала себя истерзанной годами куклой, которую выбросили в бочку мусора, или маленьким слабым котёнком среди стаи бродячих собак. Ничего, кроме жалости, это не вызывало. Но кое-что мне давало поддержку…».

Через мгновенье я услышала тоненький успокаивающий голос:

– Не делай резких движений, расслабься, ты в безопасности и тебе ничего не угрожает. – убаюкивающе произнесла незнакомка, поглаживая моё плечо.

Повернув голову в её сторону, хотела разглядеть незнакомку, но в глазах вновь всё расплывалось, я не заметила, как снова провалилась в сон. Так повторялось несколько раз: то просыпалась, то так же скоро возвращалась в сон. Иногда я чувствовала на губах привкус трав или различной еды – это давало маленькую надежду на то, что я действительно в безопасности.

Спустя длительное время проснулась, но не от боли или касаний, а от тихого стука фарфора. Не до конца отойдя от сна, подумала, что это миссис Уинсли зашла в мою комнату, чтобы доставить завтрак, который я, конечно же, благополучно проспала. «Ещё пять минуточек…» – хотела сказать шумящей миссис Уинсли, как резко распахнула глаза, вспомнив нахлынувшие события. В этот раз ясность ума была предельно чиста и я с немым вопросом села на кровать, направляя свой взор на шум за дверью. Ощупав затылок, огляделась: комната была просторной и светлой, пастельные оттенки и мебель ясно давали понять, что это чья-то спальня. Кровать была свободная, с тёплыми пуховыми одеялами и украшена красивыми извилистыми узорами, словно из самой кровати исходили ветви в хаотичном порядке, но при этом сохраняли свой правильный образ, по виду действительно смахивали на настоящие светло-каштанового цвета ветви, сверху покрытые лаком.