Арский. Доктор без имени. Книга первая

Когда-то я встретил одну девушку, которая по жизни шла вперед, не думая о последствиях, подобно тому мотыльку. Ее не интересовало ничего, кроме как побыстрей прожить свою жизнь. Идя по жизни, она брала от нее все, что смогла унести. Однажды она встретила человека, который ей открыл глаза на время. Этим человеком был я. Есть одна цитата от умных людей, ей можно доверять, так как она отражает суть того, что случилось с этой девушкой. Ее придумали люди, которые жизнь знают – думал я, вспоминая эту историю. «Бери ношу по себе, чтобы не падать при ходьбе».

Всякий раз, когда меня встречают люди, пытающиеся заглянуть ко мне в душу, то обнаруживают там либо свое отражение или же то, что оставляет в них замешательство вперемешку со страхом. Поэтому в моем мире не остается практически никого близкого или того, кого я мог бы назвать другом. С этой девушкой было особенно сложно. Я видел, что она двигается так по жизни, как будто бы ей управляет сила чужой судьбы. Я хотел ей помочь, но не смог. Иногда, когда я говорил ей, что хочу помочь, она отвечала мне, чтобы я сначала себе помог, прежде чем помогать ей. На что я отвечал, что она слишком важна, раз не видит реальную помощь, которую я хочу предложить. Объясняя ей многократно при наших с ней беседах и встречах, что она не видит того, что с ней происходит, куда идет и для чего.

Девушка была с характером и парировала мои слова, на ходу отвечая таким образом, чтобы я на время получил вспышку непонимания и отстал от нее, так как у нее нет времени принимать помощь от того, кто сам не в состоянии себе помочь. Она думала таким образом, что если не видит, куда идет, для чего и что с ней происходит, то я ей только буду мешать. На вопрос, кто же тот, кого она слушает, что с ней такое происходит, она отвечала, что слушает только себя, больше никого. Но кто тот, кого она считает собой – вот загадка. Пытаться узнать внутренний мир этой необычной девушки – загадка не менее важная, чем судьба человека, который ей пытается помочь – думал я. Вытаскивать из грязи сокровище с видом того, кто боится запачкать руки – это задача не для меня. Если я могу помочь, то помогу человеку, тем более если я вижу, что с ним происходит действительно что-то такое, куда вмешивается судьба, касаясь при этом меня и моего мира.

На одной из наших встреч я начал объяснять ей, как и куда она двигается по жизни, что ее способ жизни не только рискованный, но и совершенно глупый. В чем-то она согласилась, ей нравился экстрим и скорость жизни. Что было вчера – ее не волновало, что будет сегодня – вот в чем вопрос. «Прошлое осталось где-то там, во вчерашнем дне, и его больше не существует», – говорила она, тогда как настоящее происходит сейчас и упускать его равносильно такому процессу, который ее не устраивает, потому что нужно многое освоить еще в жизни, и успеть это сделать так, чтобы было, что вспомнить в старости лет. Такой подход являлся весьма опасным, так как дожить до старости при таком подходе навряд ли удастся – отвечал я ей. Но она только смеялась надо мной, предлагая мне посмеяться вместе с ней и разделить ее глупость.

Она мне нравилась, было в ней что-то такое, ради чего я хотел ее изменить и сделать счастливей. Но она куда-то бежала и спешила, у нее не было времени на то, чтобы остановиться. Ее страсть ко всему необычному выражалась в весьма опасных способах достичь своего результата. Однажды она сообщила мне, что хочет купить мотоцикл, и ее никто и ничто не остановит. Я не стал ее пугать фактами о том, что люди с таким характером, как у нее, часто разбиваются на мотоциклах насмерть, потому что они не чувствуют ни скорость, ни ощущение безопасности, происходящего с ними. Они выжимают из мотоцикла весь сок, при этом им кажется, что этого им мало, и они летят подобно мотыльку на свет огня.

Предложив ей вариант на четырех колесах в качестве более безопасного транспорта, она отказала мне в моем предложении, назвав меня скучным занудой, который в жизни кроме как одиночества и своей работы ничего не видел. Я не обижался на ее слова, так как знал – она это сказала не подумав обо мне, как о том, кто знает многое о ней самой и о том, куда ее тянет чужая судьба. Мы были противоположны по характеру и в своем отношении к жизни. Меня она называла черепахой, ползущей по жизни. Я же ее называл так, отчего она молча смотрела на меня – мотыльком, летящим на свет огня. Блуждающим и самозабвенно бьющимся в стремлении существом, готовым сгореть в огне, в поиске смерти; считающим, что его жизнь коротка, и требующего как можно большего приключения испытать смысл жизни за тот короткий промежуток времени, что отвела ему судьба для жизни.

После таких мимолетных споров и встреч с ней мы перестали общаться до того момента, пока я не встретил ее снова. Год тому назад я работал в больнице, как туда поступил пациент, требующий скорейшей операции. По воле случая или судьбы это была та самая девушка. Я попросил медперсонал, участвовавший в операции, взять меня на ассистирование в качестве операционного медбрата, так как этот человек мне знаком, и я бы лично хотел участвовать на операции. Получив разрешение, я помогал хирургу, чем мог, и старшей операционной медсестре. Операция продлилась около десяти часов, после чего пациента увезли.

Как оказалось, она разбилась на своем мотоцикле. Я не мог приложить ума, но это был факт. Я помогал ей восстанавливаться, когда она пришла в сознание. Первое, что она сказала мне: «Прости». Я смотрел в ее глаза и видел то, как они выражали сожаление. Стоя в тишине и смотря на нее, я заметил, как слезы потекли из ее глаз. В ней не было больше прежнего отношения к жизни, она получила жизненный урок, но какой ценой. Подойдя к ней поближе и взяв стул, я сел ближе к ней и вытирал ее слезы рукой, успокаивая ее и говоря ей, что все уже позади, и что она не виновата в случившемся с ней. Силы, вмешавшиеся в ее судьбу, делали свою работу, поэтому она не могла ничего поделать с ними.

На какое-то мгновение ее глаза остановились, и она держала свой взгляд в одной точке, смотря куда-то в потолок. Я понял, что она понимает язык, на каком я с ней разговариваю. Мы молча смотрели друг на друга какое-то время, прежде чем я заговорил с ней снова:

– Ира, когда ты поправишься и сможешь самостоятельно ходить, пообещай мне, что больше не будешь заниматься подобными вещами, какими ты занималась. Подумай о том, что судьба дала тебе второй шанс, и используй его разумно. Тебе больше не нужно делать те действия, которые ты делала раньше для поиска смысла жизни. Смысл был рядом всегда, недалеко от тебя, где бы ты ни находилась.

Она кивнула в ответ, в знак понимания. Наверняка ей было, что сказать мне, но она находилась в таком состоянии, в котором ей не положено что-либо говорить, нервничая. Я приходил к ней каждый рабочий день, иногда даже в выходные дни, меняясь сменами с медсестрами. Подбадривал Ирину, говоря ей теплые слова, что она расцветает с каждым днем. Когда она смогла говорить без затруднений и скованности, мы разговаривали с ней на различные темы. Ее интересовала учеба и семья; она говорила мне о том, что я не просто так сейчас в это время нахожусь рядом с ней. Это знак судьбы. Я согласился с ней, сказав, что она понимает свою судьбу. Смотря на меня каким-то особенным взглядом, кажется, она хотела что-то сказать, но ничего не сказала. Я догадался по ее выражению глаз и лицу, что она хотела сказать мне, но промолчал. Взяв ее за руку, сказал ей, что после того, как она выздоровеет, мы обязательно встретимся. Ирина согласилась.

Прошло какое-то время после того, как она смогла выздороветь и покинуть больницу. Когда я провожал ее, мне казалось, что наши судьбы переплетаются. Они взаимосвязаны между собой. Но однажды набрав ее номер телефона, я услышал, что номер недоступен. Я знал, что у нее богатая семья, и что, возможно, она может быть сейчас на дорогостоящем восстановительном лечении за границей. Ее семья могла себе позволить это. Я ждал ее и звонил ей, но так и не дозвонился. Что с ней случилось, я мог только гадать.

До сих пор не теряя надежду встретить ее снова, я жил ради этого момента одним днем, занимаясь тем, что делал до сих пор. Погружаясь в депрессию и настроение, которое остается для меня критическим, держал свои чувства под контролем. Однако иногда терялся контроль, и я начинал искать ее следы в этом мире. Считал, что будет, то будет, но я ее найду. Куда пропадают люди, я не знал, в этом мире – это еще одна тайна. Был человек, стоял, улыбался, общался, после свернул за угол и пропал. Куда?

В очередной раз вспоминая ее, я подумал о Шелковике. Может, он мне сможет помочь найти ее? Прозвучал звонок на мобильный. Ответив, понял, что приехала доставка, и нужно принять заказанный мною товар. Ожидая доставщиков с открытой дверью, принял товар и расписался на бумаге, после мне предстояло его распаковать. Доверяя на слово магазину и доставщикам, распаковав коробку, я увидел две разборные гантели и коврик. Какое-то время оглядывая со стороны форму гантели, попытался взять ее в руку. Тяжелая, нужно сменить на ней вес. Для меня подойдет шесть или восемь килограммов, как для новичка – думал я, подбирая вес. Представив смех Шелковика насчет происходящего, я и сам чуть не засмеялся от того, как это выглядело.