Быть ли Богом?

Пролог. Будничный день обычного человека

Этот морозный, осенний, будничный день начался для Сергея Александровича Пророкова так же, как и всегда – с раннего и непростого пробуждения.

Сергей с большим трудом приоткрыл затёкшие глаза под песнопения будильника и вынырнул из сладкой, тёплой неги глубокого сна, всколыхнувшись всем телом в большой и прохладной кровати. Снились удовольствия долгожданного отпуска – состояние заслуженного безделья Пророков не чувствовал уже почти как два года.

Видимо поэтому, в момент пробуждения молодой и крепкий мужчина, всей душой чувствовал первобытную злость ко всему современному миру.

«Сначала встать – потом проснёмся», – в голове пронёсся знаменитый девиз отца, который с детства приучил Сергея подолгу не залёживаться в постели после пробуждения. Секрет девиза прост и неказист – чтобы сон не затянул снова, нужно было действовать. Но именно простота формулы обеспечивала её действенность.

Сергей рефлекторно оторвал голову от подушки, ещё до конца не осознав в какой из реальностей он находится. Ничего не различая и не понимая в вязкой мгле прохладного помещения пеналообразной спальни, Сергей сделал первые неосмысленные движения руками в поисках источника раздражающего шума. Несмотря на то, что в сознании ещё роились образы из сладкого сновидения, Пророков всеми фибрами души желал вырубить\ выключить\испепелить ненавистные песнопения штатного будильника на Android.

В кровати телефона не нашлось – ещё одна ловушка для самого себя, расставленная, перед тем как уснуть. Если в момент пробуждения телефон оказывался в досягаемости вытянутой руки, то создавался дополнительный соблазн отложить будильник и погрузиться в сон ещё «хотя бы на пять минуточек».

Нет телефона под рукой – изволь встать и найти источник шума на всём пространстве помещения.

Второй секрет отца – это совет каждый раз прятать телефон в новом месте.

Одеяло в сторону. По слегка смугловатой коже – дрожь от зябкого воздуха спальни.

Несмотря на морозы, штатная алюминиевая батарея грела довольно плохо, и стоило перед сном выключить обогреватель, как в помещении значительно холодало в течение получаса.

Конечно, небольшую, прохладную двухкомнатную квартиру хотелось поменять, но…

Не на все свои «хочу» есть деньги у среднестатистического россиянина. Сергей был рад и тому, что в тридцать полных лет имеет собственную жилплощадь и не имеет больших кредитов. Следовательно – стоит на ногах прочнее 50-60% своих сограждан.

Между тем, надоедливая мелодия всё так же терзала тишину утренней квартиры.

Источник шума был найден максимально быстро – холодный, остывший за ночь телефон ещё с вечера был поставлен на зарядку, дабы напитаться живительной энергией на грядущий день. Переговорное устройство сегодня лежало на подоконнике пластикового окна. То есть в том месте, куда на максимальной вытяжке дотягивался провод от зарядного устройства.

Уже на протяжении целого сентября – начала октября, почти каждое начало дня, чуть полноватый черноволосый мужчина средних лет и среднего роста, первым делом думал, что совершил катастрофическую ошибку: поставить на будильник некогда любимый трек. Пророков наивно полагал, что любимая мелодия будет способствовать «более лёгкому пробуждению» и созданию нужного настроя на грядущий день.

Более лёгкого пробуждения не получалось, как бы Сергей не старался. Нужного настроя – тем более. Может быть хотя бы потому, что и в тридцать полных лет Пророков всё ещё не понимал что такое «нужный настрой».

От подобных экспериментов с утренними ритуалами имелся только один результат – с каждым промозглым, тёмным, сибирским утром, бравая мелодия, рвущаяся из динамиков, становилась всё более ненавистной. Несмотря на искреннее почитание исполнителя трека, на данный момент времени Сергей искренне ненавидел именно эту композицию, ставшую синонимом будней.

Вот и выходило, что действенным было только то, что придумал отец, почивший несколько лет назад. Сын не мог привнести ничего нового в процесс раннего пробуждения.

В помещении Сергей был не один.

Большой, серый и пушистый кот-британец с купированными ушами на макушке крупной головы, до звонка будильника мирно спавший в районе ног, с рефлекторным рывком человека, как пружина подлетел в воздух и приземлился на пол. Согласно кошачьим традициям, зверь, после короткого полёта, сразу встав на четыре сильные лапы, чем в очередной раз доказал своё природное превосходство над родом человеческим.

Представители семейства кошачьих – всегда готовы к рывку. И не важно, какое состояние или положение предшествовало эффектному прыжку – кошки эволюционно предрасположены к любым поворотам в пространстве.

Что может в этой ситуации среднестатистический человек? Только неуклюже плюхнуться на пол. Возможно – с тяжёлыми повреждениями неподготовленного тела.

Недовольно фыркнув, кот нервно облизал шею и направился к полураскрытой двери. На пороге домашний питомец остановился, полуобернувшись в узком проёме сразу всем телом. Буквально за секунду до того, как исчезнуть в коридорной темноте, кот ещё раз бросил недовольный взгляд на силуэт хозяина, после чего гордо удалился в сторону кухни, распушив хвост.

В осуждающем, осмысленном взгляде животного можно было прочитать многое: кот искренне не понимал, почему, куда именно и по какой причине срывается его человек почти каждое утро, оставляя его и свою супругу скучать в замкнутом пространстве двухкомнатной квартиры.

Блеск кошачьих глаз заметил и Сергей.

В тот момент, когда кот вышел, мужчина, всё-таки справился с будильником и замер на фоне тёмного окна. Несмотря на лёгкую сонливую сутулость, выглядел Сергей в этот момент максимально эффектно – Пророков стоял, освещённый только жёлтыми отблесками света, исходящего от уличного фонаря, ввиду чего казался просто огромным, в сравнении со своими стандартными габаритами. Впрочем, если бы сторонний наблюдатель посмотрел на мужчину глазами кота, то он бы непременно увидел, что в фигуре хозяина квартиры по-прежнему угадывались бывшие спортивные пристрастия – мускулистые руки и налитая, крепкая грудь.

Из-за нехватки времени спорт давно остался в прошлом. Но упасть на пол и сделать сессию отжиманий Сергей любил до сих пор.

Негромко хмыкнул и, проводив кота завистливым взглядом, Сергей растёр озябшие плечи.

В морозное, осеннее или зимнее утро, человек максимально завидовал коту, которому не нужно было почти каждый день вставать спозаранку и шагать по шуршащим листьям или скрипящему снегу на работу. При этом коту также совершенно не надо было почти каждое утро таскать тяжёлую сумку с ноутбуком в отмерзающей руке, не надо было улыбаться и говорить приветствия ненавистным коллегам, а так же периодически краснеть в кабинете у начальника.

«Чёрт возьми: это ли не прекрасно – быть котом? Зачем все эти блага цивилизации, если людская данность делает человека несчастным? Делает человечество несчастным? Придумали же себе – квартиры, деньги, машины, долгую и комфортную жизнь. Но может, стоило жить коротко, но счастливо, наслаждаясь красивой, нетронутой природой первобытной тайги?» – пронеслась череда риторических вопросов в голове недовольного мужчины.

Впрочем, лощёного и обласканного британского кота язык бы не повернулся назвать «диким животным».

В семье Сергея кот жил как у Христа за пазухой, исправно получая трёхразовое питание, «вкусняшки» в виде даров цивилизации – жидкого корма и колбасы, а так же целое море ласки от супруги молодого человека.

Вспомнив о жене, Сергей встрепенулся и заметно приободрился – исчезла усталая понурость плеч.

Слегка щурясь раскосыми, карими глазами в темноте, Пророков с нежностью уставился на юную Анну Пророкову, которая только недавно завершила процесс смены фамилии.

При взгляде на спящую супругу что-то глубинное, природное всколыхнулось в самом мужском естестве. В тот момент, когда молодой человек, явно наслаждаясь зрелищем, вглядывался в желанные и всё ещё непривычные контуры свежего, молодого тела женщины – он пусть и не осознанно, но обрёл счастье.

Анна была удивительно устойчива к холоду.

И в прохладной спальне юная девушка спала, лишь наполовину накрытая белой простынёй. При этом и в глубоком сне она выглядела как греческая богиня – белая ткань, словно сама собой сформировала подобие древней тоги, приоткрыв то, что сладостно для взора и прикрыв то, что не стоит видеть молодому мужчине в столь ранний час.

«Хоть включай фотокамеру и фиксируй эту красоту для потомков», – с внутренней улыбкой подумалось Сергею.

Сон юной жены был так же крепок на зависть – молодая, стройная женщина так и не проснулась, несмотря на громкие, ритмичные звуки, рвущиеся из динамика телефона пятью минутами ранее.

Иногда, Анна разговаривала во сне, и по обрывкам разговоров Сергей понимал, сколь насыщенные сюжеты приходят в голову супруги. Иногда, супруга явно присутствовала во сне в компании других мужчин, невнятно называя самые разнообразные имена. Но Сергей не ревновал и не волновался, так как искренне верил, что в мире мыслей человек может быть полностью свободен.

Главное, что «других имён» не возникало в реальности.

Неизменно глубокому сну супруги мог позавидовать и пожарный на ночной, спокойной смене. Но в отличие от борца с огнём, молодая женщина спала неизменно мило, слегка раскинувшись по пространству кровати и разметав копну рыжих волос по белоснежной наволочке

«Крепкий и здоровый сон – признак здорового сознания и не менее здорового организма» – любил говорить отец.

Папа Сергея – Александр Игоревич Пророков был врачом по профессии с качественным, советским дипломом об образовании. Именно поэтому отец всегда знал много больше любого взрослого человека, которого Сергей встречал на жизненном пути.

Пророков тоже хотел стать врачом…

… но как-то не получилось, не срослось.

Жизнь повела совершенно иными путями, вдалеке от глубинных желаний и стремлений подростка и юноши. В одном Пророков был уверен: отца, как учителя, как наставника ему не хватало и спустя несколько лет, после его смерти.

Боль утраты могла хоть как-то компенсировать только горячо любимая жена.

Сергей любил Анну всем сердцем, смешав в душе практически все типы отношений: отец-дочь, мать-сын, брат-сестра, друзья-любовники.

Как символ победы Сергея над множеством реальных и нереальных конкурентов, на правой, худощавой руке Анны, высунутой из-под одеяла, блестело золотое, обручальное колечко, которое Пророков надел на безымянный палец своей избранницы всего полтора месяца назад. Второй аналогичный по смыслу символ – свежий паспорт с новой фамилией, лежал на низкой прикроватной тумбочке, возле небольшого ночника.

При взгляде на новый документ о гражданстве Российской Федерации, Сергею невольно вспомнилась шутка Ани, брошенная вскользь после выхода из ЗАГСа. Шутка, которая была со смехом встречена теми, кто услышал негромкую речь свежеиспечённой жены: «Какая-то настоящая божественная комедия с нами произошла, Серёжа! Сменить фамилию Лилит на Пророкову – это дорого стоит»!

Тема божественной комедии – основная тема недавней свадьбы.

Друзья молодожёнов договорились, что со стороны Сергея гости придут преимущественно в белых одеяниях. Со стороны Анны – в чёрных.

Друзья Анны оказались творческими личностями, и некоторые молодые люди из свадебной процессии даже побеспокоились облачиться в длинные, чёрные плащи – получилось контрастно и весело. То есть так, как и должно быть во время небольшого, но креативного бракосочетания, на котором присутствовала преимущественно молодёжь.

Где молодёжь – там и фривольные шутки. И очень многие друзья-товарищи позволили в этот день хоть по чуть-чуть, но намекнуть молодожёнам о предстоящей борьбе добра и зла, борьбе фамилий. Естественно – в кроватном и прикроватном пространстве.

Впрочем, друзья-товарищи ошибались. И в первую неделю удалось «побороться» по всему пространству квартиры, включая балкон.

Нет, конечно, и до официального вступления в брак, молодые люди не избегали физического внимания друг друга, но новый статус – статус жены, мотивировал Пророкова на новые подвиги.

О, темперамент Анны действительно соответствовал образу столь громкой фамилии, доставшейся в наследство роду Лилит.

Вот только не было в этой фамилии ничего демонического – род Анны происходил из глубин Кемеровской области и первым известным носителем фамилии стал кузнец Галактион Лилит, родившийся в 1829 году.

Пророковы же появились на Руси и того раньше. Языкастый и смекалистый народ очень часто величал «пророками» не только выдающихся представителей духовенства, но и обычных блаженных, которые в избытке водились на необъятных пространствах Третьего Рима.

Сергею даже пришлось потрясти головой, чтобы выбить из сознания ненужную какофонию пространственно-временных размышлений.

Так как жене нужно было вставать на работу на час позже (что особо и не заметно в осеннюю мглу), молодой мужчина искренне порадовался тому, что его орущий телефон, так и не помешал любимой женщине досматривать самые сладкие утренние сны. Более того, в очередной раз Сергей поклялся себе, что в течение дня, во что бы то ни стало, он переключит громкую мелодию на что-то более спокойное и «стандартное».

Ещё до конца так и не проснувшись ни разумом, ни телом, Пророков искренне поверил в то, что именно на этот раз он ни в коем случае не забудет про утреннее обещание. Что предрассветные клятвы не растворятся днём «как с белых яблонь – дым».

Всем естеством Сергей чувствовал, что не выспался – к пятнице накопилась усталость.

У этой усталости была и другая уважаемая причина: молодых людей тянуло друг к другу как Инь и Янь.

Поэтому одна из основ пятничной «разбитости» души и тела – это желание уделить «повышенное» внимание друг другу в минувшую ночь, ибо так приятно ощущать человеческое тепло под тоскливые завывания сентябрьского ветра за окном.

Да и чем-то иным заняться вечером было попросту сложно: из-за неудачного сезона и разгула коронавируса, намеченный медовый месяц в виде поездки в другую страну, был отложен на неопределённый срок. Данное досадное обстоятельство всё же не помешало молодым людям по полной программе отрабатывать «ночную часть» первого периода вступления в брак и у себя на Родине. Но всё же Пророковым было немного обидно – изначально, новый круговорот страсти и самых смелых экспериментов, планировалось провести в более тёплых широтах…

… новый круговорот страсти и экспериментов.

Только когда в голову полезли образы минувшей ночи, Сергей поймал себя на мысли о том, что уже пять минут стоит как истукан, непростительно растранжиривая дефицитное время после непростого пробуждения.

В очередной раз, зябко поёжившись и растерев руки и торс, молодой человек вышел в коридор и по примеру кота направился в сторону кухни.

«Да… для современного мужчины тридцатилетний возраст, да ещё и в столь стремительном и непростом мире – возраст солидный», – столь грустные мысли, словно сами по себе соткались в голове Сергея из коридорной тьмы, – «вроде и молодёжный возраст до тридцати пяти продлили, но в таких условиях – это решение выглядит как очередное издевательство правительства».

В прошлом спортсмен, уже сейчас молодой человек чувствовал, как костенеют и становятся малоподвижными старые травмы, надёжно закрепляясь в закостенелости бренного тела. Во взрослой, самостоятельной жизни на спорт не хватало времени – проклятая пятидневка и регулярные задержки на работе поедали все человеческие ресурсы, заставляя вечерами «прикипать» к экрану монитора, за вялым прохождением очередного «шедевра» из Steam.

Благо, что Анна, несмотря на молодость и разницу в шесть лет, просто прекрасно понимала ментальную и эмоциональную перегруженность супруга, поэтому не препятствовала такому варианту осеннего досуга. Впрочем, девушка уже несколько раз мягко намекала, что если не получится завести детей до весны, она непременно будет вечерами «таскать Сергея на стадион», чтобы он «окончательно не потерял форму».

Пророков и сам понимал, что непростительно расслабился и от былого пресса, не осталось и следа. Иногда, в порыве мотивации, Сергей всё-таки проводил неделю-другую в домашних упражнениях. Но дом – не зал. И заставить себя регулярно заниматься физической культурой в душной квартире панельной пятиэтажки, молодой мужчина искренне не мог.

Яркое подтверждение внутренней слабости – сложенная в дальнем углу коридора механическая, беговая дорожка. Бралась она с самой благой целью – возобновить тренировки. Однако ныне, данный тренажёр использовался исключительно как вешалка для летних вещей, до которых «так и не дошли руки», чтобы убрать одежду из прошлого сезона, в шкаф на балконе.

Чертыхнувшись про себя, Пророков старательно отвёл взгляд от беговой дорожки.

По утрам, чувство ненависти к внешнему миру, часто проецировалось на самого себя.

Сергей и сам понимал, что, скорее всего, более молодой и подвижной Анне было скучно вечерами в компании с ним, хоть она и тщательно скрывала оное. Пророков и сам осознавал, насколько редко куда-то удавалось выбраться из дома с любимой женой. Но он был «тёртым калачом» и прошёл ни одни отношения.

Сергей понимал – деньги в этой жизни играют «первую скрипку». В угоду деньгам приносилась главная жертва – досуг, проводимый по душе.

Молодой мужчина довольно хорошо зарабатывал, но за высокий доход приходилось платить высокую цену: быт затягивал; рутина – стандартизировала некогда многогранную личность. Тем не менее, сейчас, двигаться «в нужном русле» было важно как никогда: наметились хоть какие-то перспективы по карьерному росту, которые могли позволить вырасти до начальника целого отдела, а там…

… в счастливом «там» можно было дорасти и до заместителя Мэра муниципального образования, «перетерпев» ужасный и склочный коллектив муниципальных служащих ещё с пяток лет.

– Ну-ка, пятую точку – в кулак! – пробурчал себе под нос Сергей, вяло копируя в повседневности бравую фразу известного киногероя из вселенной Marvel.

Получилось ожидаемо – натянуто и неестественно. Уж очень не клеится забугорный комиксный героизм к современным российским реалиям.

Вялость сказанного выдавала и более глубокую проблему: так почти всегда звучат бравые фразы, в устах тех людей, которые давно потеряли свою настоящую мечту.

Это сейчас Сергей был наглым и хамоватым представителем местной администрации. Когда-то, всего пять-десять лет назад Пророков был довольно многогранной, творческой личностью и в подростковом возрасте видел себя не иначе как поэтом, писателем или сценаристом. При этом творческая стезя, в фантазиях подростка, неизменно ловко сочеталась с работой врача – уж очень сильное влияние отец оказал на личность своего ребёнка.

Однако взрослая жизнь – штука суровая и предсказуемая (да-да – именно предсказуемая), поэтому хитросплетения судьбы пронесли Пророкова вдали от русла писательского труда.

«Тем не менее, и такая должность, как главный менеджер по связям с общественностью – звучит гордо», – невольно подумал Пророков, мысленно поймав себя на желании немедленно всё бросить и одновременно стараясь хоть как-то оправдать свой путь.

Первое действительно осмысленное действие каждого дня – это поставить чайник на электроплиту.

И пусть дорогого читателя не смущает тот факт, что этот нужный предмет кухонной утвари не содержит следов электрификации – вода в небольшом, таёжном городке районного значения была столь ужасного качества, что электрические чайники горели по три экземпляра за год.

Так как у Сергея была всё же не столь высокая зарплата, как бы он хотел (уровень дохода значительно уступал средним «московским» зарплатам), а жена могла при благоприятном стечении обстоятельств в обозримом будущем уйти в декрет, на семейном совете было принято решение не заниматься глупыми тратами на всякие электрочайники.

Проблема была решена радикально, раз и навсегда – семья Пророковых вернулась к более древнему варианту кипячения воды, родом из прошлого поколения.

Пусть вас не смущает и тот факт, что молодой мужчина был абсолютно нагим.

На это было минимум две причины:

Во-первых, привычка «спать без ничего» у Сергея, появилась сразу в тот момент, когда он смог вывалиться из родительского гнезда и обзавестись собственной жилплощадью.

Именно тогда из глубин бессознательного, на передний план и вышла подхваченная где-то идея о том, что «тело должно дышать» во время сна и максимально отдыхать от будничного сковывания, тканями обязательных одеяний.

Этакий «постельный натуризм» перетёк в «натуризм домашний». Постепенно, к данной традиции удалось приучить и молодую супругу, что неизменно радовало мужчину.

Во-вторых, на данный момент и не было большого смысла натягивать трусы: неизменный, утренний ритуал молодого человека состоял в том, что ему было просто необходимо залезть в тёплую ванную и вымыть голову.

И плевать, что для этого приходилось просыпаться на целых пятнадцать-двадцать, а то и тридцать минут раньше! Ну не мог Сергей без полного мытья настроиться на нужный лад, искренне считая, что чистая и приятно пахнущая голова – лучший источник нужных мыслей в пространстве грядущего дня.

Кстати, о мыслях.

Одновременно благая и дурная привычка Пророкова состояла в том, что молодой мужчина очень много и очень глобально думал. Иногда, самые глубинные мысли выливались в строчки.

Например, вчера, за распитием вечернего кофе, на Сергея накатило вдохновение, заставившее взять в руки рабочий блокнот и втайне от супруги написать следующие строчки:

Мой внутренний мир неспокоен и мрачен

Здесь страсти царят и шальные мечты.

И пусть говорят – я духовно богаче

Мой внутренний мир – бурелом и кусты.

Здесь чёрт поломал волосатые ноги

И ангел давно улетел в небеса.

Мой внутренний мир – это грани, пороги

За каждой чертой – лишь безумие, тьма.

Бывает и свет. И в небесные дали

С улыбкой блаженной спокойно смотрю.

Но трудно блюсти все святые скрижали

В том мире, где прежде святого – «хочу».

Политикам нужен раскат разговора…

Богатые любят машины и фальшь…

А я? Что же я? Просто выйти из дома

И встать на дорогу свершений-удач.

В стране, где бельё обсуждают с охотой

И в грязь занырнуть с головою спешат

Зачем мне такая дрянная "свобода" -

Свой внутренний мир от толпы защищать?

Кому нужен дар и уменье поэта?

Я душу продам за серебряник вам…

Иль думали вы, что богами воспета

Умение так пробегать по словам?

Уверен, что нет. Это дьявола козни…

Иль кто за него возле пекла сидит?

Мой внутренний мир – это камни и кости

И мёртв уж давно ваш последний пиит.

В тот момент, когда чайник был поставлен на электроплиту, рабочий блокнот, лежащий на холодильнике, вновь попался на глаза, вынудив потерять ещё пару бесценных минут за прочтением вчерашнего произведения.

Закончив перечитывать собственное творение, Пророков страдальчески скривил нос – ранним утром, вечерние строчки не казались уж такими гениальными, какими виделись накануне сна. Наоборот, в ледяном и безжалостном свете белых ламп натяжного потолка, произведение казалось унизительно-бездарным.

Терпеть свою «поэтическую импотенцию» не было никакой мочи, ввиду чего стихотворение было грубо вырвано из блокнота и немедленно отправлено в мусорную корзину под мойкой.

Блокнот небрежно улетел обратно на холодильник, под ещё один недовольный взгляд кота.

И если бы домашний питомец умел анализировать происходящее, то он бы искренне удивился огромному количеству вырванных листов за всё время сосуществования человека и животного. Ритуал уничтожать собственные стихи на следующий день – ещё одна черта Сергея Александровича, известная только ему и молчаливому коту.

О, Сергей желал творить! И желание что-то писать всё ещё периодически наведывалось в неспокойное сознание мужчины.

Правда, после сонма разочарований в окружающих и в себе – всё реже и реже.

К чести неудавшегося поэта и несостоявшегося писателя, всё же следует сказать, что Пророков был весьма начитанным человеком, который с лёгкостью хватался за самые передовые веяния в области «личностного роста» и «философии жизни».

Вот только «нужные установки» и «лайфхаки» так и не смогли значительно увеличить качество жизни, по сути – самого простого человека на планете Земля. Хотя бы просто потому, что общество вокруг Сергея было максимально токсичным, закостенелым, угрюмым, а текущие реалии не давали каких-либо ощутимых гарантий «счастливого завтра» – хоть читай развивающую литературу, хоть не читай.