- -
- 100%
- +
– Сколько вас? – спросила она.
– Тринадцать – почти беззвучно ответила Сильвариэль. – По числу великих эльфийских родов.
Тринадцать имён. Восстановление одного имени уже отнимало у неё часть сил, но тринадцать Это может стоить ей почти всей магии. Возможно, и жизни.
Кай опустился рядом с ней, и его рука легла на её плечо.
– Ты не обязана это делать, – сказал он тихо. – Можешь сохранить хотя бы одно имя, главное.
– Нет, – покачала головой Эллара. – Они связаны. Если спасу одну, но оставлю остальных умирать, она всё равно не выживет. Это всё или ничего.
Она встала и прошла в центр каменного круга. Закрыв глаза, раскинула руки в стороны и позволила своему дару развернуться в полную силу. Мир вспыхнул тысячами цветов – здесь, в этой роще, концентрация умирающей магии была такой плотной, что воздух казался вязким.
– *Сильвариэль*, – начала она, и её голос зазвенел в тишине. – *Миртавен. Лаурелин. Эленион*.
Каждое имя отзывалось болью в груди. Магия вытекала из неё мощным потоком, устремляясь к угасающим духам. В деревьях начали мерцать огоньки – слабые поначалу, но всё ярче с каждым произнесённым именем.
– *Галадриэн. Нимродель. Келеборн*.
Ноги подкосились, но Кай подхватил её, не давая упасть. Его прикосновение жгло, как огонь, и Эллара вдруг поняла – его тепло не просто поддерживает её. Оно каким-то образом питает её магию, делает восстановление имён менее болезненным.
– Что ты делаешь? – прошептала она.
– Не знаю, – ответил он, но его глаза пылали золотом. – Просто чувствую, что могу помочь.
– *Арвен. Эльрондир. Финрод*.
Роща оживала на глазах. Чёрные листья снова зеленели, а в воздухе начинал звучать тихий хор голосов – благодарность тринадцати духов, которые вернулись к жизни. Из стволов деревьев выступали изящные фигурки, каждая размером с ребёнка, каждая неповторимо прекрасна.
– *Идриэль. Валиндра. Тариэль*.
Одиннадцать имён. Эллара чувствовала, как её сила иссякает, как что-то важное и драгоценное навсегда покидает её душу. Но тепло Кая все усиливалось, словно он отдавал ей частичку своей сущности.
– Осталось два, – прошептала она. – *Морвен*.
Двенадцатое имя прозвучало, и в роще раздался звон серебряных колокольчиков. Духи кружили в воздухе, оставляя за собой следы искрящегося света. Но последнее имя.
– *Эльберет*, – выдохнула Эллара, и мир взорвался светом.
Магия хлынула из неё водопадом, унося почти всё, что составляло её дар. Боль была такой острой, что она потеряла сознание прямо в объятиях Кая.
Когда она очнулась, солнце уже стояло высоко, а вокруг неё цвели тысячи серебристых цветов. Роща превратилась в сказочный сад, где между деревьев порхали духи, чьи голоса сливались в мелодию невероятной красоты.
– Как ты себя чувствуешь? – Кай сидел рядом, поддерживая её голову на своих коленях.
– Пустой, – честно призналась Эллара. – Словно из меня вынули что-то важное. – Она попыталась ощутить свой дар и обнаружила, что от прежней силы осталась едва заметная искорка. – Я потеряла почти всё.
– Но они живы, – сказал Кай, кивнув на духов. – Благодаря тебе целый мир не исчез навсегда.
Сильвариэль подлетела к ним, теперь сияющая, как маленькая звёздочка.
– Спасибо, Собирательница, – произнесла она голосом, звенящим, как ручей. – Ты вернула нам жизнь. Позволь отблагодарить тебя.
– Мне ничего не нужно, – начала Эллара, но дух леса покачала головой.
– Нам известны многие тайны. В том числе – о том, кто идёт рядом с тобой.
Все тринадцать духов обратили свои сияющие взгляды на Кая, и тот невольно напрягся.
– Мы чувствуем в нём отголосок древней силы, – продолжала Сильвариэль. – Силы, которая когда-то была друга нашим создателям-эльфам. Он не человек, Собирательница. Он – то, чего в мире не было уже три столетия.
– Дракон, – прошептала Эллара.
– Последний дракон, – подтвердила Сильвариэль. – И его имя его имя скрыто не просто забвением. Оно заперто проклятьем, которое можно разрушить только в одном месте.
– Где? – спросил Кай, и в его голосе прозвучала такая тоска, что сердце Эллары сжалось.
– В Сердце Молчания, – ответила дух леса. – Но путь туда лежит через земли, где правит Братство. И они уже знают о вас.
Словно в подтверждение её слов, в воздухе раздался резкий свист стрелы. Эллара инстинктивно пригнулась, но Кай оказался быстрее – он накрыл её собой, и стрела вонзилась ему в плечо.
Из-за деревьев выступили фигуры в чёрных плащах. Дюжина воинов Братства Молчания, каждый с оружием в руках. Их лица скрывали маски из тёмного металла, но глаза за прорезями пылали фанатичным огнём.
– Собирательница имён, – произнёс их предводитель голосом, лишённым всяких эмоций. – Ты нарушила естественный порядок вещей. Пора положить этому конец.
Эллара попыталась призвать свой дар, но в ответ ощутила лишь слабую искру. Её силы были на исходе. Но тут рядом с ней выпрямился Кай, и воздух вокруг него задрожал от жара.
– Если хотите её, – сказал он, и его голос стал ниже, опаснее, – вам придётся пройти через меня.
Стрела в его плече вспыхнула и рассыпалась пеплом. Золотые глаза вспыхнули внутренним огнём, и на мгновение Эллара увидела то, чем он мог бы стать – величественным драконом с чешуёй цвета расплавленного золота.
Битва началась.
Братья атаковали одновременно, но Кай двигался с нечеловеческой скоростью. Его кулаки оставляли вмятины в доспехах, а когда он коснулся одного из нападавших, тот вскрикнул – металл его брони раскалился докрасна.
Духи леса не остались в стороне. Они кружили вокруг воинов Братства, ослепляя их сверканием, путая иллюзиями. Но нападавших было много, а силы Кая – не безграничны.
Эллара видела, как он начинает уставать, как его движения становятся медленнее. Ещё немного, и его одолеют числом.
Собрав последние крохи своего дара, она встала и произнесла единственное заклинание, которое ещё могла сотворить:
– *Кайдорин вер'андар!* – "Кайдорин, проснись!"
Это было не восстановление имени – на это у неё не хватило бы сил. Это был лишь отголосок, эхо истинного имени дракона. Но даже этого оказалось достаточно.
Кай замер посреди боя. Его спина выгнулась дугой, глаза вспыхнули ослепительным золотым светом, и из его груди вырвался звук, который нельзя было спутать ни с чем другим.
Рык дракона.
Воздух вокруг него взорвался пламенем – не обычным огнём, а чем-то более первородным, более древним. Воины Братства отпрыгнули, но было поздно. Волна драконьего пламени накрыла их, не причинив вреда, но лишив всей магической силы. Их заклинания рассеялись, артефакты потухли, а сами они превратились в обычных людей в тяжёлых доспехах.
– Бегите, – сказал Кай, и в его голосе звучали отголоски истинного имени. – Скажите своему Братству: дракон пробуждается. И когда он вспомнит, кто он такой, ваша эра подойдёт к концу.
Воины Братства не стали испытывать судьбу. Они отступили так же быстро, как и появились, оставив лишь следы на земле да запах страха в воздухе.
Кай обернулся к Эллара, и в его глазах она увидела нечто новое – искру памяти, отблеск того, кем он был когда-то.
– Спасибо, – сказал он тихо. – Ты дала мне почувствовать себя собой. Пусть и на мгновение.
Эллара подошла к нему и коснулась его лица. Её собственные силы были почти на исходе, но она чувствовала себя счастливой. Впервые за долгие годы – по-настоящему счастливой.
– Мы найдём твоё имя, – пообещала она. – Что бы это ни стоило.
– А если это будет стоить нам всего? – спросил он.
Эллара встала на цыпочки и поцеловала его – быстро, как вспышка молнии, но от этого не менее искренне.
– Тогда пусть стоит, – прошептала она. – Некоторые вещи дороже жизни.
В её словах была магия – не та, что восстанавливает имена, а другая. Магия двух сердец, которые нашли друг друга в мире, полном забвения.
Глава 5. Охотники за именами.
Три дня после битвы в священной роще Эллара и Кай шли по пустошам, где когда-то цвели поля. Земля здесь была мёртвой – не выжженной огнём или отравленной магией, а просто пустой. Словно из неё высосали самую суть жизни.
– Здесь побывало Братство, – сказала Эллара, опустившись на колени и коснувшись серой почвы. – Они не просто убивают носителей имён. Они стирают память о том, что здесь вообще что-то росло.
Кай стоял рядом, напряжённо вглядываясь в горизонт. После пробуждения части своей драконьей природы он изменился – движения стали более плавными, а золотые глаза теперь буквально светились в сумерках. Но вместе с силой пришла и тревога. Он чувствовал преследователей задолго до того, как они появлялись в поле зрения.
– Они следят за нами, – сказал он. – Уже второй день держатся на расстоянии. Ждут чего-то.
Эллара встала, отряхнув руки от мёртвой земли. Её собственное состояние ухудшалось с каждым днём. Потеря магической силы давалась тяжело не только духовно, но и физически – она быстро уставала, часто кружилась голова, а по ночам мучили кошмары, где она видела, как все спасённые ею имена снова рассыпаются в небытие.
– Может быть, нам стоит найти убежище? – предложила она. – В старых книгах упоминались тайные святилища, где Братство не может.
Она не закончила фразу. Впереди, словно выросшие из земли, появились фигуры в чёрных плащах. Не дюжина, как в прошлый раз – целая армия. Десятки воинов Братства Молчания окружали их плотным кольцом, не давая ни малейшего шанса на побег.
Но самым пугающим было не их количество. Пугало то, что впереди остальных шёл человек без маски. Высокий, худощавый, с лицом, которое могло бы показаться красивым, если бы не полное отсутствие эмоций в тёмных глазах. На его груди висел медальон из чёрного металла – знак высшего ранга в Братстве.
– Инквизитор Мален, – прошептала Эллара, узнав его по описаниям из древних книг. – Великий Молчальник.
– Собирательница имён, – произнёс Мален голосом, лишённым всяких интонаций. – Наконец-то мы встречаемся лицом к лицу. Ты доставила нам немало хлопот.
– Не больше, чем вы мне, – ответила Эллара, стараясь скрыть дрожь в голосе.
Инквизитор медленно обошёл их, изучая, словно экспонаты в музее. Его взгляд задержался на Кае, и что-то мелькнуло в мёртвых глазах – удовлетворение хищника, загнавшего добычу в угол.
– Последний дракон, – произнёс он с лёгкой улыбкой. – Кайдорин Огненное Сердце, некогда величайший из крылатых. А теперь – жалкий осколок былого величия, заключённый в человеческой плоти.
Кай шагнул вперёд, и воздух вокруг него задрожал от жара.
– Я помню тебя, – сказал он, и в его голосе прозвучали отголоски драконьего рыка. – Ты был среди тех, кто накладывал проклятие. Молодой адепт с горящими от фанатизма глазами.
– Именно, – кивнул Мален. – Я помог заточить тебя в этой жалкой оболочке. И сегодня я закончу начатое – навсегда сотру твоё имя из памяти мира.
Он поднял руку, и в воздухе засверкали странные символы – не буквы и не руны, а что-то более древнее. Анти-символы, высасывающие смысл из реальности.
– Вы не понимаете, – сказала Эллара, отчаянно пытаясь найти слова, которые могли бы остановить неизбежное. – Имена – это не просто слова. Это память о том, что было прекрасным в мире. Уничтожая их, вы делаете реальность беднее.
– Именно этого мы и добиваемся, – ответил Инквизитор. – Слишком много голосов, слишком много хаоса. Магия должна принадлежать избранным, а не каждому червю, который смог произнести забытое слово.
Он сделал жест, и символы в воздухе начали пульсировать. Эллара почувствовала, как что-то внутри неё сжимается от боли – Братство атаковало не её тело, а саму сущность её дара.
– Представьте мир, где магия подчиняется строгим законам, – продолжал Мален, наблюдая за её мучениями с холодным интересом. – Где каждое заклинание контролируется, где нет места случайности и хаосу. Мы создаём порядок из первозданной бури.
– Вы создаёте пустоту, – прошептала Эллара, падая на колени. – Мёртвую, безжизненную пустоту.
Кай рванулся к ней, но стена воинов преградила ему путь. Клинки направились на него со всех сторон – не обычная сталь, а металл, выкованный специально для борьбы с магическими существами.
– Интересно, – задумчиво произнёс Инквизитор. – Как далеко ты зайдёшь ради неё, дракон? Готов ли ты отдать остатки своей силы, чтобы спасти человеческую девочку, которая обречена на смерть?
– Готов, – без колебаний ответил Кай.
– Даже если это означает, что ты никогда не вернёшь своё истинное имя? Что навеки останешься заперт в этом слабом теле?
Кай посмотрел на Эллару – бледную, дрожащую, но всё ещё пытающуюся сопротивляться магии Братства. В её глазах он увидел не просьбу о помощи, а нечто большее. Любовь. Настоящую, безоговорочную любовь, которая не требовала ничего взамен.
– Да, – сказал он тихо. – Даже тогда.
Что-то изменилось в воздухе. Эллара почувствовала, как боль отступает, как тьма, которая пожирала её дар, начинает рассеиваться. Но не от её собственных усилий – от силы, которая исходила от Кая.
Он стоял, раскинув руки, и его тело светилось изнутри золотым огнём. Не драконьим пламенем – чем-то более глубоким, более первородным. Огнём души, который готов сжечь себя ради другого.
– Невозможно, – прошептал Мален, и в его голосе впервые прозвучала эмоция. Страх. – Магия жертвенной любви Её не существует уже тысячелетия.
– Существует, – сказала Эллара, поднимаясь на ноги. Сила возвращалась к ней – не её собственная, а их общая. Магия двух сердец, бьющихся в унисон. – И она сильнее всех ваших проклятий.
Она протянула руку к Каю, и их пальцы переплелись. В этом касании была вся нежность мира, вся готовность к самопожертвованию – и одновременно сила, способная сокрушить горы.
Золотой свет хлынул от них во все стороны, смывая символы Братства, как прибой смывает рисунки на песке. Воины отшатнулись, а сам Инквизитор вынужден был отступить на несколько шагов.
– Это временно, – сказал он, но в его голосе больше не было прежней уверенности. – Ты лишь отсрочила неизбежное, собирательница. Мы найдём способ разорвать вашу связь.
– Попробуйте, – ответила Эллара. Рядом с Каем она чувствовала себя сильнее, чем когда-либо. Их магия переплеталась, создавая нечто новое – не просто восстановление имён, но и защиту от забвения.
Мален сделал знак своим людям, и они начали отступать. Но перед тем как исчезнуть, Инквизитор обернулся в последний раз.
– Знаешь ли ты, дракон, какую цену заплатишь за эту связь? – спросил он. – Магия двух сердец требует равного вклада. Чем больше силы ты даёшь ей, тем дальше уходишь от своей истинной природы. Продолжай в том же духе, и ты навсегда останешься человеком.
– Это моя цена, – ответил Кай. – И я готов её заплатить.
Братство исчезло так же внезапно, как и появилось, оставив лишь следы на мёртвой земле. Но слова Инквизитора повисли в воздухе, тяжёлые от невысказанной угрозы.
Эллара обернулась к Каю. В его золотых глазах она увидела решимость – и боль. Он действительно жертвовал своей драконьей природой ради их связи. Каждый раз, когда использовал силу, чтобы поддержать её, он становился чуть более человечным.
– Кай, – прошептала она. – Ты не должен.
– Должен, – перебил он, нежно коснувшись её лица. – Впервые за столетия я чувствую себя живым. Не потому, что помню, кем был, а потому, что знаю, кем хочу стать.
Он наклонился и поцеловал её – медленно, нежно, вкладывая в этот поцелуй всю глубину своих чувств. В этом прикосновении была обещание: что бы ни случилось дальше, они пройдут этот путь вместе.
Когда они разорвали поцелуй, мир вокруг них изменился. Мёртвая земля под их ногами зазеленела – не много, всего несколько травинок, но это было начало. Магия их любви исцеляла саму реальность.
– Нам нужно двигаться дальше, – сказала Эллара. – Братство не остановится. Они будут преследовать нас, пока не добьются своего.
– Тогда мы должны добраться до Сердца Молчания раньше них, – ответил Кай. – И разрушить источник их силы.
Они отправились в путь, держась за руки. Впереди их ждали опасности, которые могли разрушить не только их любовь, но и сам мир. Но они больше не были одиноки в своей борьбе.
Глава 6. Истинная природа.
Горный перевал Железных Врат встретил их ледяным ветром и снегом, который хлестал по лицу, словно тысячи маленьких кнутов. Эллара поднялась выше воротника плаща и прижалась к Каю, ища тепла. Его тело излучало жар даже сквозь толстую ткань – единственное, что спасало её от замерзания в этой высокогорной пустыне.
– Ещё немного, – сказал он, указывая на едва различимый силуэт впереди. – Видишь? Развалины сторожевой башни. Там мы сможем переждать бурю.
Они с трудом пробивались сквозь снежную завесу, когда Эллара почувствовала знакомое покалывание опасности. Её ослабленный дар всё ещё мог различать магические ауры, и сейчас он подавал сигнал тревоги.
– Кай, – прошептала она, хватая его за руку. – Здесь что-то не так.
Он остановился, напрягшись, словно хищник, учуявший засаду. Золотые глаза сузились, всматриваясь в кружащийся снег.
– Ледяные волки, – произнёс он тихо. – Целая стая. Они окружили нас.
Сквозь завывание ветра донеслось другое звучание – низкое рычание, от которого кровь стыла в жилах. Из снежной мглы один за другим появлялись силуэты размером с маленьких лошадей. Волки, но не обычные – их шерсть переливалась голубоватым светом, а глаза горели холодным огнём. Магические создания, для которых человеческая плоть была деликатесом.
– Их слишком много, – прошептала Эллара, считая тёмные фигуры. Дюжина, может быть больше – в метели было трудно разобрать точно.
Кай шагнул вперёд, заслоняя её собой. Воздух вокруг него начал дрожать от жара, и Эллара увидела, как по его рукам пробежали тонкие золотистые линии – не совсем чешуя, но и не человеческая кожа.
– Убегай, – сказал он, не оборачиваясь. – Найди укрытие в башне.
– Я не оставлю тебя!
– Эллара, – в его голосе зазвенели драконьи нотки. – То, что я собираюсь сделать ты не должна это видеть.
Вожак стаи – громадный волк с шерстью цвета полуночи – медленно приближался, оскалив клыки размером с кинжалы. За ним двигались остальные, образуя плотное кольцо. Пути к отступлению не было.
Кай закрыл глаза и глубоко вздохнул. Когда он их открыл, зрачки стали вертикальными щелями, а радужка пылала ярким золотом.
– Прости меня, – прошептал он.
Трансформация началась с крика – не человеческого, но и не совсем звериного. Что-то среднее между воплем боли и драконьим рыком. Тело Кая выгнулось дугой, кости хрустнули, мышцы натянулись, словно струны.
Эллара смотрела в ужасе и восторге одновременно. Кожа Кая темнела, покрываясь золотистой чешуёй, которая проступала неровными пятнами по всему телу. Пальцы удлинялись, ногти превращались в когти. Плечи раздались вширь, но не гармонично – одна лопатка была покрыта зачатками крыла, другая оставалась человеческой.
Но самое страшное происходило с его лицом. Челюсти вытягивались, зубы заострялись, но процесс то и дело останавливался, словно что-то мешало ему завершиться. Половина лица оставалась человеческой, другая становилась драконьей. Результат был чудовищным.
– Кай! – закричала Эллара, делая шаг к нему.
Он обернулся, и в его искажённом лице она увидела боль – не только физическую, но и душевную. Стыд за то, кем он становится. Страх того, что она отвернётся от него в отвращении.
Вожак стаи воспользовался моментом замешательства и прыгнул. Но Кай был готов. Частично трансформированная рука перехватила волка в полёте и швырнула его в скалу с такой силой, что камень треснул.
Остальные волки атаковали одновременно. Кай сражался как воплощённая ярость – когти рвали плоть, из его искажённого рта вырывались струи пламени, но не того мощного драконьего огня, каким он мог бы обладать, а жалких всплесков, больше напоминающих горящую нефть.
Каждое движение причиняло ему боль. Эллара видела, как он морщится, когда пытается использовать недоразвитое крыло, как дрожат ноги, не выдерживая неправильно распределённого веса.
Два волка пытались напасть на него одновременно с разных сторон. Кай развернулся к одному, оставив спину открытой для другого. Ледяные клыки уже почти достигли цели, когда.
– *Шаер вен!* – крикнула Эллара, вкладывая в древние слова последние крохи своей силы.
Волшебный щит вспыхнул между клыками и спиной Кая – тонкий, почти прозрачный, но достаточно прочный, чтобы остановить атаку. Волк ударился о барьер и отлетел в сторону.
Но эта магия стоила Эллара почти всех оставшихся сил. Она упала на колени в снег, чувствуя, как мир плывёт перед глазами.
Кай убил последнего волка, разорвав ему горло когтями. Потом обернулся к ней, и Эллара увидела, как трансформация начинает обращаться вспять – медленно, болезненно, оставляя на теле шрамы от магических изменений.
Он упал рядом с ней, тяжело дыша. Человеческое лицо было мокрым от пота и слёз, а на коже остались отдельные золотистые чешуйки – напоминание о том, что только что произошло.
– Не смотри на меня, – прошептал он, отворачиваясь. – Я я чудовище.
Эллара протянула дрожащую руку и коснулась его щеки, заставляя повернуться к ней.
– Ты не чудовище, – сказала она твёрдо. – Ты человек, который жертвует собой, чтобы защитить тех, кого любит.
– Но ты видела то, во что я превращаюсь. Ни дракон, ни человек. Что-то уродливое, неправильное.
– Я видела того, кто спас мне жизнь, – перебила она. – И того, кто страдает больше, чем должен любой человек.
Она наклонилась и поцеловала его – нежно, невесомо, словно боясь причинить ещё больше боли. В этом поцелуе не было страсти, только безграничная нежность и принятие.
– Проклятие Братства, – прошептал он, когда их губы разъединились. – Оно не просто заперло моё истинное имя. Оно исказило саму суть трансформации. Я не могу стать драконом, но и остаться человеком тоже не могу.
– Мы найдём способ снять проклятие, – пообещала Эллара. – В Сердце Молчания.
– А если не найдём? Если я так и буду балансировать между двумя природами, причиняя боль себе и пугая тебя?
Эллара взяла его лицо в обе ладони, заставляя посмотреть ей в глаза.
– Тогда мы примем это. Вместе. – Она улыбнулась, несмотря на слёзы. – Магия двух сердец, помнишь? Не важно, в каком теле бьётся твоё сердце – драконьем, человеческом или каком-то ещё. Важно только то, что оно бьётся в унисон с моим.
Кай смотрел на неё так, словно не мог поверить в услышанное.
– Как ты можешь любить такого, как я? – спросил он. – Сломанного, неполного.
– Потому что ты – это ты, – просто ответила она. – Кайдорин или Кай, дракон или человек – ты остаёшься тем, кто нашёл меня на краю мира и согласился разделить мой путь. Тем, кто готов пожертвовать собой ради других. Тем, кого я люблю.
Слово повисло в холодном воздухе, тяжёлое от смысла. Это была первая настоящая признание между ними, и Эллара почувствовала, как что-то изменилось в самой ткани реальности.
Кай обнял её – осторожно, словно боясь, что она исчезнет.
– Я тоже люблю тебя, – прошептал он. – Больше жизни. Больше своей драконьей природы. Больше всего в мире.
Снег вокруг них начал таять от тепла их объятий – не физического тепла, а чего-то более глубокого. Магия двух сердец разгорелась ярче, согревая их лучше любого огня.
Но даже в этот момент близости Эллара видела боль в его глазах. Трансформация оставила следы не только на теле, но и на душе. Каждый раз, когда он пытался стать тем, кем был когда-то, проклятие напоминало о себе болью и уродством.
– Мы должны поторопиться, – сказала она тихо. – Чем дольше длится проклятие, тем больше вреда оно причиняет твоей истинной природе.
Кай кивнул, помогая ей подняться. В его движениях всё ещё чувствовалась скованность после трансформации, но он старательно скрывал боль.
Они добрались до руин сторожевой башни как раз вовремя – буря усилилась, и видимость упала почти до нуля. В полуразрушенном помещении было холодно, но по крайней мере их укрывало от ветра.
Кай развёл огонь обычным способом – кремнем и трутом. После неудачной трансформации он не решался использовать драконье пламя.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.