- -
- 100%
- +
Тишина.
– Триста миллионов? – медленно повторил Джеймс.
– Может быть, и больше. Это древнейшая форма жизни на планете. И она была здесь до динозавров, до первых растений на суше, возможно, даже до кислородной атмосферы.
Эмили прислонилась к стене, чувствуя, как мир вокруг теряет привычные очертания. Триста миллионов лет. Сеть была свидетелем всей истории жизни на Земле. Она видела, как континенты сталкивались и расходились, как виды появлялись и вымирали, как планета менялась снова и снова.
– И мы её разбудили, – прошептала она.
– Разбудили чем? – резко спросила Линда Чэн.
– Геотермальным бурением, – ответил Джеймс. – Три месяца назад правительство одобрило новый проект по добыче энергии из подземных источников. Мы бурили глубже, чем когда-либо. Возможно, повредили структуры, в которых сеть находилась в состоянии покоя.
– Тогда это не атака, – медленно произнесла Линда. – Это защитная реакция. Организм, которому причинили боль, естественным образом.
Её голос оборвался. На заднем плане послышались крики, суматоха. Камера дёрнулась, показав мелькающие силуэты людей, бегущих к окнам лаборатории.
– Линда? Что происходит? – Джеймс наклонился к экрану.
Камера снова развернулась, и они увидели лицо профессора, искажённое шоком.
– Гавань. Вода в гавани Окленда она тоже светится. Боже мой, это по всему побережью.
Связь прервалась.
Эмили, Джеймс и Арахи молча смотрели на чёрный экран. Потом Джеймс медленно открыл спутниковую карту Новой Зеландии в реальном времени. То, что они увидели, заставило сердце пропустить удар.
Весь Северный остров был покрыт зелёными точками. Озёра, реки, даже участки океанского побережья светились. Сеть больше не скрывалась. Она заявляла о своём присутствии всему миру.
– Сколько времени, по-вашему, до того, как это охватит весь остров? – спросил Арахи.
– При текущей скорости распространения – Джеймс быстро считал. – Сорок восемь часов. Максимум семьдесят два.
– А потом?
– Потом она достигнет Южного острова. А дальше – он не договорил, но все понимали.
Океан. Если сеть научится существовать в солёной воде, ничто не остановит её распространение по всей планете.
Эмили вдруг резко схватилась за голову. Боль пронзила череп, острая и всепоглощающая, а вместе с ней – поток образов. Она видела подземные реки, пещеры, заполненные светящимися нитями, корни деревьев, обвитые сетью, косяки рыб, плывущих синхронно, словно части единого организма.
И голос. Тот самый голос без слов, который говорил прямо в сознание.
*Дети воды. Дети земли. Дети огня. Все возвращаются домой. Все становятся единым.*.
– Эмили! – Джеймс схватил её за плечи. – Что с вами?
– Она говорит со мной, – Эмили открыла глаза, в которых отражался зелёный свет. – Она хочет, чтобы я поняла. Она не враг. Она просто воссоединяет то, что было разделено. Возвращает мир к его изначальному состоянию.
– К какому состоянию?
– Когда всё было связано. Когда не было границ между видами, между организмами. Когда планета была единым живым существом.
Арахи медленно кивнул, словно это подтверждало что-то, что он давно подозревал.
– В наших легендах есть слово – whakapapa. Оно означает родословную, связь. Но это больше, чем просто семейное древо. Это понимание того, что всё связано со всем. Камни – наши братья. Реки – наши сёстры. Мы все – части Папатуануку, Матери-Земли.
– Поэтическая метафора, – пробормотал Джеймс.
– Нет, – возразила Эмили. – Буквальная правда. Сеть показывает мне это. Все живые существа произошли из одного источника. Мы делим одну ДНК, одни базовые молекулы. Мы никогда и не были отдельными. Просто забыли об этом.
Снаружи крики птиц стали громче, оглушительнее. Эмили подошла к окну. То, что она увидела, заставило её остановиться.
На берегу стояли олени. Десятки оленей, которые спустились с гор. Рядом с ними – дикие свиньи, обычно избегающие открытых пространств. Кролики, опоссумы, даже несколько диких лошадей. Все они стояли у самой воды, неподвижные, словно зачарованные, и смотрели на светящуюся поверхность.
– Они ждут, – прошептал Арахи. – Ждут приглашения.
И в этот момент Эмили поняла. С леденящей ясностью поняла, что происходит. Сеть не просто пробуждалась. Она собирала армию. Не для войны – пока нет. Но для чего-то другого, чего-то, что человечество ещё не могло понять.
– Нам нужно предупредить всех, – сказала она, разворачиваясь к Джеймсу. – Правительство, военных, учёных. Это не локальная проблема. Это глобальное изменение, и оно только начинается.
Джеймс кивнул, потянулся к телефону, но Эмили остановила его.
– И, Джеймс нам нужно решить. Мы с этим или против?
– Что вы имеете в виду?
– Сеть предлагает симбиоз. Возвращение к единству с природой. Но цена этого – всё, что мы считали цивилизацией. Технологии, города, наше господство над планетой. Вопрос в том, готовы ли мы отказаться от этого?
Глава 4. Первая жертва.
Марк Тейлор приехал в Новую Зеландию, чтобы забыть. Забыть развод, забыть работу, которую потерял, забыть квартиру в Сиднее, где каждый угол напоминал о женщине, которая собрала вещи и ушла три месяца назад. Он снял комнату в маленьком мотеле у озера Ротомахана, купил дешёвую палатку и решил, что неделя в одиночестве среди дикой природы – именно то, что ему нужно.
Он даже не знал о свечении в воде. Интернет в мотеле не работал, телевизор показывал только помехи, а телефон Марк специально оставил в номере. Полная изоляция. Именно этого он хотел.
Утро двадцать третьего января началось с тумана. Плотного, молочного, который превращал окружающий мир в призрачную акварель. Марк разбил лагерь на небольшой поляне в пятистах метрах от берега, развёл костёр, сварил кофе в походной кружке. Сидел, слушал тишину и впервые за месяцы чувствовал, что может дышать полной грудью.
Потом услышал пение.
Не птиц. Не ветра в ветвях. Что-то другое, низкое и протяжное, словно далёкий хор голосов, сливающихся в единую мелодию без слов. Звук шёл от озера.
Марк встал, прислушался. Туман был таким густым, что он не видел дальше десяти метров, но пение усиливалось, становилось отчётливее. Манящее. Почти гипнотическое.
Он пошёл на звук, сам не понимая почему. Ноги двигались автоматически, разум словно отключился, уступив место чему-то более древнему, инстинктивному. Ветки хлестали по лицу, мокрая трава цеплялась за ботинки, но Марк не замечал этого. Он слышал только пение.
И увидел свет.
Зелёный, мерцающий, пробивающийся сквозь туман. Озеро светилось, как будто под водой включили тысячи подводных прожекторов. Марк остановился на берегу, завороженный зрелищем. Вода двигалась странно – не волнами, а пульсирующими кругами, расходящимися от центра озера к берегам.
– Красиво, – прошептал он.
Пение стало громче, настойчивее. Оно вибрировало в костях, в черепе, заставляя сердце биться в такт неведомому ритму. Марк сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Холодная вода коснулась ботинок, но он не остановился.
*Иди. Войди. Стань единым.*.
Слова? Мысли? Марк не мог определить. Но они наполняли его сознание, вытесняя все остальные мысли. О разводе. О потерянной работе. О пустоте, которая съедала его изнутри последние месяцы. Всё это вдруг показалось таким незначительным, таким мелким по сравнению с тем, что звало его из глубины.
Он вошёл в воду по колено. По пояс. По грудь.
И тогда увидел их.
Нити. Тысячи светящихся нитей, поднимающихся со дна, тянущихся к нему. Они обвивали его ноги, руки, осторожно, почти нежно, и Марк не чувствовал страха. Только покой. Глубокий, всеобъемлющий покой, какого не знал никогда в жизни.
*Боль закончится. Одиночество закончится. Ты станешь частью целого. Навсегда.*.
– Да, – прошептал Марк, закрывая глаза. – Да, я хочу.
Нити стянулись сильнее. Вода сомкнулась над его головой.
Полиция нашла его лагерь через два дня.
Инспектор Сара Митчелл приехала из Роторуа после звонка владельца мотеля, обеспокоенного тем, что постоялец не вернулся и не отвечает на телефонные звонки. Обычная процедура – туристы постоянно теряются в новозеландских лесах, особенно одиночки, которые переоценивают свои навыки выживания.
Но это было не обычное дело.
Палатка стояла нетронутой. Костёр остыл, но продукты были аккуратно упакованы в рюкзак, спальный мешок сложен. Никаких признаков борьбы, паники или поспешного бегства. Словно человек просто встал и ушёл, намереваясь скоро вернуться.
Сара осмотрелась, пытаясь понять, что случилось. На земле были следы – ботинки сорок третьего размера, ведущие от лагеря к озеру. Она пошла по следам, держа руку на кобуре табельного оружия. Не то чтобы она ожидала опасности, но инстинкт, отточенный пятнадцатью годами службы в полиции, подсказывал: что-то здесь не так.
Следы вели прямо к воде и обрывались у самого берега. Сара присела на корточки, изучая песок. Никаких следов возвращения. Человек вошёл в воду и не вышел.
– Утопление? – пробормотала она, доставая рацию. – Но зачем входить в озеро в одежде и ботинках?
Она уже собиралась вызывать водолазов, когда заметила что-то на камне у воды. Одежда. Футболка, джинсы, даже ботинки – всё аккуратно сложено, словно человек раздевался перед купанием. Но что заставило её остановиться – это то, что обвивало одежду.
Нити.
Тонкие, полупрозрачные, светящиеся тусклым зелёным светом даже в дневное время. Они опутывали каждый предмет одежды, проникали в ткань, словно корни, врастающие в почву. Сара попыталась поднять футболку, но нити держали её крепко, не желая отпускать.
– Что за чёрт.
Она попробовала разорвать одну из нитей. Та оказалась на удивление прочной, словно сделана не из органического материала, а из металлической проволоки. Сара достала нож, перерезала нить. Та дёрнулась, словно почувствовала боль, и все остальные нити синхронно отпрянули, оставив одежду свободной.
Сара отступила, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом. Нити не просто лежали на камне – они двигались. Медленно, почти незаметно, но определённо целенаправленно, отползая обратно в воду.
Это было живое.
Она схватила рацию, пальцы дрожали.
– Центр, это Митчелл. Мне нужна подмога на озере Ротомахана. И – она замолчала, подбирая слова. – И специалист по биологическим угрозам. Немедленно.
К вечеру у озера собралась целая делегация. Полиция, спасатели, двое учёных из местного университета, даже представитель Департамента охраны природы. Все они стояли на берегу, глядя на светящуюся воду, на нити, которые теперь открыто поднимались к поверхности, создавая подводные сады из живого света.
– Мы не можем начать поиски, – сказал командир спасательной группы, крепкий мужчина лет пятидесяти с выцветшими от солнца волосами. – Пока не поймём, с чем имеем дело. Это может быть опасно.
– Опасно? – повторила Сара. – Человек пропал! Каждая минута на счету!
– Инспектор Митчелл права, – вмешался один из учёных, молодой человек в очках. – Но посмотрите. – Он указал на берег.
Животные. Десятки животных – птицы, кролики, даже несколько овец с близлежащей фермы – стояли у самой воды. Неподвижные. Тихие. Словно ждущие чего-то.
– Это ненормально, – прошептал второй учёный, женщина средних лет. – Хищники и жертвы стоят рядом, не обращая друг на друга внимания. Это это противоречит любой логике поведения животных.
Сара подошла к ближайшей овце, попыталась отогнать её от воды. Животное даже не дёрнулось, продолжая смотреть на зелёное свечение пустыми, остекленевшими глазами.
– Они в трансе, – сказала женщина-учёный. – Или под каким-то внешним контролем. Я таког.
о никогда не видела.
В этот момент рация Сары ожила.
– Всем постам, это Окленд. Правительство объявляет зону карантина вокруг всех светящихся водоёмов. Радиус – пять километров. Немедленная эвакуация гражданского населения. Специальные отряды выдвигаются к вашему местоположению. ETA – два часа.
– Специальные отряды? – Сара нахмурилась. – Что это значит?
– Военные, – тихо сказал командир спасателей. – Они собираются использовать силу.
Сара посмотрела на воду, где нити сплетались во всё более сложные узоры, создавая что-то похожее на гигантскую светящуюся паутину. Где-то там, в глубине, возможно, был Марк Тейлор. Живой? Мёртвый? Или превратившийся во что-то третье, что она не могла даже представить?
– Эвакуировать зону, – наконец произнесла она в рацию. – Начинаем немедленно.
Но даже отдавая приказ, она знала: уже слишком поздно. Что бы ни пробудилось в этих водах, остановить его обычными методами не получится. Это была не чрезвычайная ситуация. Это была война. Война между человечеством и силой, которая существовала задолго до того, как первый человек сделал первый шаг по этой земле.
В ту ночь, когда Сара писала отчёт в палатке полевого лагеря, установленного в безопасной зоне в пяти километрах от озера, она услышала его снова. Пение. Тихое, едва различимое, но настойчивое.
Она вышла из палатки. Ночь была ясной, звёздной. Вокруг стояли другие палатки, горели костры, дежурили полицейские. Всё было нормально, безопасно.
Но пение не прекращалось.
Сара посмотрела в направлении озера, где за деревьями мерцало зелёное сияние, и вдруг с ужасом поняла: она хочет пойти туда. Каждая клетка её тела требовала встать и пойти к воде, к свету, к нитям, которые обещают покой, единство, конец всем страхам и сомнениям.
– Нет, – прошептала она, вцепляясь в столб палатки. – Нет, нет, нет.
Но пение становилось громче. Оно заполняло сознание, вытесняя все мысли. И Сара поняла с леденящей ясностью: Марк Тейлор не утонул. Он не заблудился. Он просто откликнулся на зов. И теперь этот зов звучал для неё.
– Инспектор Митчелл? – голос дежурного полицейского заставил её вздрогнуть. – С вами всё в порядке?
Сара разжала пальцы, отпустила столб. Сделала глубокий вдох.
– Да. Всё всё в порядке.
Ложь. Ничего не было в порядке. Потому что она знала: что бы ни случилось с Марком Тейлором, это было только начало. Сеть находила способы проникнуть в сознание людей, манипулировать ими, звать к себе. И сопротивляться этому зову становилось всё труднее.
Когда утром прибыли военные, они нашли на берегу озера ещё трое одежды, аккуратно сложенной и опутанной светящимися нитями. Трое полицейских исчезли ночью, не оставив никаких следов, кроме этого жуткого свидетельства.
Паника, которую правительство пыталось предотвратить, стала неизбежной. Люди начали покидать города, расположенные рядом с озёрами. Дороги забились машинами беженцев. А сеть продолжала расти, распространяться, звать всё больше и больше тех, кто мог её услышать.
Глава 5. Эвакуация.
Сирены начали выть в шесть утра.
Эмили проснулась от звука, который словно разрывал ткань реальности – протяжный, механический вой, разносящийся по всему вулканическому плато. Она выскочила из каюты, не успев даже натянуть обувь, и столкнулась с Джеймсом в коридоре.
– Что происходит?
– Эвакуация, – его лицо было серым. – Правительство объявило чрезвычайное положение во всех регионах, прилегающих к заражённым водоёмам. У нас три часа, чтобы собрать вещи и покинуть станцию.
– Три часа? – Эмили уставилась на него. – Это безумие. Мы не можем просто бросить исследования, когда.
– Исследования окончены, Картер. – Голос Джеймса был жёстким, но в глазах читалась усталость. – Это больше не научная экспедиция. Это зона бедствия. Военные перекрывают все дороги к озёрам. Через шесть часов здесь будет карантинная зона, и любого, кто останется, будут считать нарушителем.
Эмили прошла мимо него на палубу. Озеро Таупо больше не походило на озеро. Вода светилась так ярко, что было больно смотреть, и свечение пульсировало волнами, расходящимися от центра. Нити поднялись над поверхностью – впервые она видела их на воздухе – тянулись к берегам, к деревьям, которые начинали светиться изнутри, словно сок в их стволах заменили флуоресцентной жидкостью.
– Боже мой, – прошептала она. – Она выходит из воды.
Джеймс встал рядом, его дыхание было прерывистым.
– Да. По последним данным, сеть начала распространяться по суше. Сначала вдоль рек и ручьёв, но теперь она использует корневые системы деревьев. Растительность становится частью неё. – Он помолчал. – Ботаники из Веллингтона зафиксировали рост скорости фотосинтеза в заражённых растениях на триста процентов. Деревья, которым сто лет, за ночь выросли на два метра.
– Это невозможно.
– Говорите это озеру. – В голосе Джеймса прозвучала горечь.
На дороге, ведущей от станции к ближайшему посёлку, уже виднелась вереница машин. Люди бежали. Кто-то вёз только самое необходимое, кто-то пытался затолкать в багажник всё своё имущество. Эмили видела в бинокль семьи с детьми, пожилых людей, опирающихся на трости, домашних животных в переносках. Лица всех были искажены одним выражением – страхом.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.