Страницы вечности

Глава 1. Первое касание.

Дождь барабанил по древним крышам Трастевере, превращая узкие римские улочки в блестящие ручьи. В антикварном книжном магазине «Tempus Fugit» пахло старой кожей, пергаментом и тем особенным ароматом времени, который въедается в стены за столетия существования.

Кьяра Росси поправила непослушную прядь тёмных волос, выбившуюся из скромного пучка, и взглянула на часы. Восемь сорок вечера. Ещё двадцать минут до закрытия, но последний покупатель ушёл больше часа назад. В такую погоду мало кто решался выбираться из дома ради старых книг.

Она провела пальцем по корешку «Божественной комедии» издания 1892 года и почувствовала знакомое лёгкое покалывание. С детства Кьяра ощущала что-то странное, когда касалась старых вещей – словно они шептали ей истории о своём прошлом. Дедушка говорил, что у неё «чувствительные руки», но она подозревала, что дело в чём-то большем.

Раскат грома заставил её вздрогнуть. В тот же момент зазвенел колокольчик над входной дверью.

– Scusi, мы уже закрываемся, – начала Кьяра, поднимая глаза, и замерла.

В дверях стоял мужчина, и от его присутствия воздух в магазине словно наэлектризовался. Высокий, с идеальной осанкой, он был одет в дорогой тёмно-синий костюм, который даже после дождя выглядел безупречно. Капли воды блестели в его чёрных волосах, а карие глаза казались слишком старыми для лица, которому едва ли было больше тридцати.

– Добрый вечер, – произнёс он низким голосом с лёгким акцентом, который она не могла определить. – Меня зовут Марко Валентини. Мне очень нужна ваша помощь.

Кьяра сглотнула. Обычно она легко смущалась в присутствии привлекательных мужчин, но этот незнакомец вызывал у неё не стеснение, а какое-то странное чувство узнавания, словно она уже встречала его где-то.

– Я что именно вы ищете? – спросила она, стараясь не смотреть ему прямо в глаза.

Марко закрыл за собой дверь и сделал несколько шагов вглубь магазина. С каждым его движением покалывание в пальцах Кьяры усиливалось.

– Очень редкую книгу. Возможно, вы о ней не слышали. – Он достал из внутреннего кармана старую фотографию и протянул её Кьяре. – Называется «Chronos Codex».

Кьяра взяла фотографию, и мир вокруг неё зашатался. На снимке была изображена книга в потрёпанном кожаном переплёте с золотыми символами на корешке – та самая книга, которая стояла на верхней полке прямо за её спиной уже три года. Дедушка строго запретил её трогать, сказав, что она принадлежит их семье и «ждёт своего времени».

– Я – Кьяра попыталась вернуть фотографию, но Марко мягко коснулся её руки.

В момент прикосновения мир взорвался вспышками света.

*Горящий Рим. Женщина в белой тоге прижимает к груди книгу, убегая от языков пламени. Её лицо её лицо было лицом Кьяры.*.

*Средневековый замок. Девушка в простом платье прячет ту же книгу в тайнике. Снова её лицо.*.

*Дворец эпохи Возрождения. Юная художница склонилась над рукописью, копируя древние символы. И снова*.

Кьяра резко отдёрнула руку, тяжело дыша. Марко смотрел на неё с выражением, в котором смешались удивление, восхищение и что-то похожее на печаль.

– Что это было? – прошептала она.

– Ты видела, правда? – В его голосе звучала такая нежность, словно он знал её всю жизнь. – Ты видела прошлое.

– Это невозможно, – Кьяра отступила к полкам, но её спина упёрлась в стеллаж, где стояла «Chronos Codex». В тот же момент книга начала излучать мягкое золотистое свечение.

Марко проследил её взгляд и медленно повернулся. Увидев светящуюся книгу, он закрыл глаза и выдохнул:

– Наконец-то.

– Как вы как вы знаете моё имя? – Кьяра поняла, что он назвал её по имени, хотя она не представлялась.

– Потому что я искал тебя три столетия, Кьяра, – Марко открыл глаза, и в них плескалась боль веков. – Ты – последняя из хранительниц времени. И без тебя мир может потеряться в хаосе прошлого и будущего.

Книга пульсировала всё ярче, а в воздухе начали появляться символы – древние руны, которые складывались в слова на языках, которых Кьяра не знала, но каким-то образом понимала.

*«Дочь времени пробудилась. Пусть круг замкнётся.»*.

– Я не понимаю, – её голос срывался. – Я просто работаю в книжном магазине. Я обычная девушка.

– Нет, – Марко сделал шаг к ней, и она не отступила. Что-то в его присутствии успокаивало её, несмотря на весь хаос происходящего. – Ты – то, ради чего я жил все эти годы. Ты – моя надежда на спасение.

Кьяра подняла глаза и встретилась с его взглядом. В глубине его карих глаз она увидела отражение веков – битвы, дворцы, горящие города, любовь и потери. И в каждом из этих отражений была она. Всегда она.

– Кто вы такой, Марко Валентини?

Он протянул руку, и на этот раз она не отступила.

– Тот, кто любил тебя в каждой жизни, – прошептал он. – И тот, кто, возможно, обречён потерять тебя снова.

Когда их пальцы соприкоснулись, «Chronos Codex» вспыхнула ослепительным светом, и со всех полок в магазине начали лететь страницы – тысячи белых страниц, кружащихся в воздухе, как снег. На каждой из них проявлялись и исчезали слова, даты, имена.

В этом вихре времени и бумаги Кьяра увидела правду: она действительно была той, кого он искал. В каждой эпохе, в каждой жизни их пути пересекались. И каждый раз что-то разлучало их.

– Что нам нужно сделать? – спросила она, удивляясь собственному спокойствию.

Марко сжал её руку крепче.

– Выжить, – ответил он. – Потому что те, кто хочет заполучить книгу, уже знают, что ты пробудилась. И они идут за нами.

Как будто в подтверждение его слов, окна магазина осветились светом фар, а снаружи раздались быстрые шаги нескольких человек.

Кьяра посмотрела на книгу, которая теперь медленно спускалась к ней в руки, на Марко, чьё лицо напряглось от приближающейся опасности, и на вихрь страниц вокруг них.

Её обычная жизнь закончилась.

Глава 2. Наследие Росси.

Стекло входной двери треснуло от удара. Кьяра инстинктивно прижала к груди «Chronos Codex», которая всё ещё излучала мягкое золотистое сияние. Страницы продолжали кружиться вокруг них, создавая защитный кокон из древних знаний.

– Есть другой выход? – резко спросил Марко, не сводя глаз с входа.

– Через склад, – Кьяра кивнула в сторону задней двери. – Но там.

– Там что?

– Дедушка. Он болен, спит наверху. Я не могу его оставить.

Марко обернулся к ней, и в его взгляде промелькнула нежность.

– Тогда мы возьмём его с собой.

Входная дверь с грохотом распахнулась. В магазин ворвались трое мужчин в чёрных костюмах, их лица скрывали тёмные очки, несмотря на вечернее время. Предводитель – высокий блондин с холодными серыми глазами – сделал знак остальным.

– Сигнорина Росси, – произнёс он с лёгким акцентом, который выдавал в нём северянина. – Отдайте книгу, и никто не пострадает.

– Лучано, – прорычал Марко. – Я должен был догадаться.

Блондин усмехнулся.

– Марко Валентини. Три века гонишься за призрачной надеждой, и что получил? Влюбился в очередную смертную девчонку.

– Она не очередная, – в голосе Марко появились стальные нотки. – И ты это знаешь.

Кьяра почувствовала, как книга в её руках становится тяжелее. Страницы вокруг них начали светиться ярче, и вдруг она услышала голос – слабый, но знакомый.

*«Кьяра Кьяра, дитя моё»*.

– Дедушка? – прошептала она.

*«Беги возьми книгу и беги они не должны не должны её получить»*.

Голос звучал не снаружи, а прямо в её голове, словно дедушка говорил с ней через саму книгу.

– Отдай её, девочка, – Лучано сделал шаг вперёд. – Ты не понимаешь, с какими силами играешь.

– Может, лучше вы объясните? – Кьяра удивилась собственной смелости. Ещё час назад она бы спряталась за кассой, а теперь стояла лицом к лицу с явно опасными людьми.

Лучано рассмеялся.

– Твой дедушка не рассказал тебе семейную историю? Росси веками служили простыми хранителями, но истинная сила принадлежит тем, кто знает, как её использовать.

Книга пульсировала в руках Кьяры, и внезапно её сознание захлестнула волна видений.

*Древний Рим, 64 год нашей эры. Пожар пожирает город. Женщина в белой тоге – Аврелия Росси, её далёкая предок – прячет книгу в тайном убежище под городом. «Пока жива хоть одна из нашего рода, Кодекс будет защищён», – клянётся она.*.

*Средневековая Италия. Монастырь в Тоскане. Монахиня переписывает страницы Кодекса, создавая ложные копии, чтобы защитить оригинал.*.

*Эпоха Возрождения. Флоренция. Девушка-художница – снова лицо Кьяры, но в другом времени – встречается с мужчиной, очень похожим на Марко*.

– Видишь? – мягко сказал Марко. – Ты начинаешь вспоминать.

– Это невозможно, – Кьяра покачала головой, но видения не прекращались.

*«Кьяра поднимись ко мне есть то, что ты должна знать»*.

Голос дедушки стал более настойчивым.

– Мне нужно к дедушке, – сказала она.

– Никуда ты не пойдёшь, – Лучано достал из-под пиджака странный предмет – что-то среднее между кинжалом и жезлом, украшенное тёмными камнями. – Этот артефакт может разорвать связь между хранительницей и Кодексом. Не заставляй меня им воспользоваться.

Марко встал перед Кьярой, загораживая её от противников.

– Через мой труп.

– Это можно устроить, – холодно ответил Лучано.

В этот момент старинные часы на стене пробили девять, и что-то изменилось. Воздух стал гуще, страницы закружились быстрее, а книга в руках Кьяры стала такой горячей, что она едва не выронила её.

*«Сейчас поднимайся сейчас»*.

– Марко, – прошептала Кьяра. – Мне правда нужно к дедушке. Я чувствую он умирает.

Марко обернулся, посмотрел ей в глаза и кивнул.

– Лестница за стеллажом справа. Я задержу их.

– Не оставлю тебя одного.

– Иди, – его голос стал властным. – Это важнее, чем ты думаешь.

Кьяра метнулась к стеллажу. Лучано крикнул своим людям, но в тот же момент Марко изменился. Его движения стали невероятно быстрыми, почти нечеловеческими. Он подхватил тяжёлый бронзовый глобус с соседней полки и швырнул в ближайшего противника.

Кьяра не стала смотреть на схватку – она бежала по узкой лестнице на второй этаж, где в маленькой квартирке над магазином жил её дедушка.

Комната была погружена в полумрак. Джованни Росси лежал в кровати, его седые волосы разметались по подушке, а дыхание было прерывистым и тяжёлым. Но когда Кьяра вошла с книгой в руках, он открыл глаза – ясные, как у молодого человека.

– Nonno – прошептала она, присаживаясь на край кровати.

– Моя дорогая девочка, – дедушка протянул дрожащую руку и коснулся обложки Кодекса. – Значит, время пришло.

– Дедушка, я ничего не понимаю. Что происходит? Кто эти люди? И почему я вижу странные вещи?

Джованни с трудом приподнялся на подушках.

– Садись ближе. То, что я тебе расскажу, изменит всю твою жизнь.

Снизу доносились звуки борьбы – что-то падало, разбивалось стекло.

– Наша семья, – начал дедушка, – не просто торговцы книгами. Мы – хранители времени, Кьяра. Веками наши предки защищали Кодекс от тех, кто хотел бы использовать его силу во зло.

– Какую силу?

– Способность изменять прошлое. В правильных руках Кодекс может исправить ошибки истории, предотвратить катастрофы. Но в руках таких, как Лучано Нери – дедушка закашлялся. – Он из древнего рода, который когда-то пытался захватить власть над всем Римом, используя тёмную магию. Веками они охотились за нашей семьёй.

Кьяра прижала книгу к груди. Она была тёплой, словно живая.

– А Марко? Кто он такой?

Глаза дедушки заблестели.

– Ах, Марко Он проклят, дитя моё. Проклят любить хранительниц, но никогда не быть с ними счастливым. В каждом поколении он находит ту, кто может разделить с ним бремя Кодекса, но что-то всегда их разлучает.

– Это правда? Мы действительно встречались раньше?

– Души узнают друг друга, несмотря на время, – дедушка улыбнулся. – Твоя прабабушка Изабелла рассказывала мне о мужчине по имени Марко, который спас её во время войны. Её прабабушка тоже знала Марко. И так далее, до самых истоков нашего рода.

Звуки схватки внизу стихли. Кьяра напряглась.

– Дедушка, мне нужно спуститься. Марко может быть ранен.

– Подожди, – Джованни схватил её за руку. – Есть кое-что ещё. Секрет, который я должен передать только тебе.

Он с трудом повернулся к прикроватной тумбочке и вытащил из ящика старый ключ.

– Под магазином есть скрытая комната. Там хранятся артефакты нашей семьи, документы, доказательства. И там же – он запнулся. – Там же лежит дневник твоей матери.

Кьяра замерла. Родители погибли в автокатастрофе, когда ей было пять лет. Дедушка всегда говорил, что от них ничего не осталось.

– Мама знала? О Кодексе, о нашей семье?

– Она была следующей хранительницей. Но погибла слишком рано, и обязанность перешла к тебе.

Кьяра взяла ключ дрожащими пальцами.

– Почему ты мне раньше не рассказывал?

– Потому что надеялся, что ты сможешь жить обычной жизнью. Но Кодекс выбирает сам, когда пробудиться, – дедушка закашлялся кровью. – И он выбрал сейчас, потому что опасность слишком велика.

Внизу всё было тихо. Слишком тихо.

– Иди, – прошептал дедушка. – Найди тайную комнату. Всё, что тебе нужно знать, там. И помни – какие бы испытания ни ждали тебя и Марко, ваша любовь сильнее времени.

Кьяра наклонилась и поцеловала дедушку в лоб.

– Я люблю тебя, nonno.

– И я тебя, mia cara. Теперь иди. Защити то, что защищали наши предки.

Кьяра встала, крепко сжав Кодекс и ключ, и направилась к лестнице. В её груди смешались страх за Марко, горе от предстоящей потери дедушки и странное, почти болезненное чувство предназначения.

Она больше не была просто кассиршей в книжном магазине.

Она была последней хранительницей времени.

Глава 3. Тайна Марко.

Спускаясь по лестнице, Кьяра прислушивалась к тишине внизу – тревожной, неестественной тишине, которая бывает после бури. Кодекс в её руках слабо пульсировал, словно сердце умирающего животного, а ключ дедушки врезался в ладонь.

Магазин встретил её хаосом. Опрокинутые стеллажи, разбросанные книги, осколки разбитых ваз. Но что странно – крови не было. И тел тоже.

– Марко? – позвала она неуверенно.

– Здесь, – отозвался его голос из глубины магазина.

Кьяра пробралась между завалами книг и нашла его у дальней стены, рядом с секцией исторических манускриптов. Он сидел на полу, прислонившись спиной к стеллажу, и прижимал к плечу окровавленную рубашку. Но даже раненый, он выглядел не так, как должен был выглядеть человек после такой схватки.

– Где они? – Кьяра опустилась рядом с ним на колени.

– Отступили. Ненадолго, – Марко попытался улыбнуться, но вышло больше похоже на гримасу. – Лучано понял, что не сможет отнять у тебя Кодекс силой. Пока книга связана с хранительницей, она будет защищать тебя.

– Ты ранен, – Кьяра протянула руку к его плечу, но он мягко перехватил её запястье.

– Не стоит. Заживёт само.

– Что значит "само"? Нужно обработать рану, остановить кровотечение.

Марко посмотрел на неё долгим взглядом, полным древней печали.

– Кьяра, есть вещи, которые ты должна знать обо мне. И возможно, после того, как я расскажу, ты больше не захочешь со мной разговаривать.

Она села на пол рядом с ним, не выпуская из рук Кодекс.

– После всего, что произошло сегодня, меня уже мало что может удивить.

Марко рассмеялся – коротко и горько.

– Увидим. – Он закрыл глаза. – Меня зовут Марко Валентини, и я родился в Риме в 1724 году.

Кьяра моргнула.

– Тебе что, триста лет?

– Триста один. А выгляжу на тридцать и всегда буду выглядеть на тридцать, – он открыл глаза. – Это часть проклятия.

– Проклятия?

Марко отпустил её руку и осторожно пошевелил плечом. Кьяра заметила, что кровотечение действительно остановилось.

– Моя семья была влиятельной в своё время. Валентини владели торговыми путями, имели связи с Ватиканом, богатели на чужих войнах. Мой прадед Энрико был человеком амбициозным и жестоким. Он узнал о существовании Кодекса и решил заполучить его любой ценой.

Кьяра прижала книгу крепче к груди.

– И что случилось?

– Он обманул хранительницу того времени. Её звали Лукреция Росси – твоя предок. Притворился влюблённым, завоевал её доверие, а потом попытался украсть Кодекс во время их свадьбы.

Видения снова нахлынули на Кьяру. *Дворец XVIII века. Девушка в белом свадебном платье, её лицо искажено болью и предательством. Мужчина в богатом камзоле убегает с книгой, но она вспыхивает в его руках пламенем*.

– Она прокляла его, – прошептала Кьяра. – И всех его потомков.

– До седьмого колена, – кивнул Марко. – Мы обречены скитаться по земле, не старея, пока один из нас не искупит грех предка. И единственный способ искупления – это.

– Что?

Марко посмотрел ей прямо в глаза.

– Хранительница должна по своей воле отдать Кодекс потомку Валентини. Из любви, а не из страха или принуждения. Только тогда проклятие разорвётся.

Кьяра почувствовала, как холод разливается по её груди.

– То есть ты ты ищешь меня не потому, что любишь, а потому, что хочешь снять с себя проклятие?

– Нет! – Марко резко повернулся к ней, и в его глазах плескалась боль. – Кьяра, нет. Да, поначалу я искал хранительниц ради освобождения. Но с каждой встречей, в каждой эпохе, я влюблялся всё сильнее. В твою силу, в твою доброту, в то, как ты держишь в руках старые книги, словно они живые.

– В каждой эпохе? – она нахмурилась. – Дедушка говорил, что ты встречался с женщинами нашего рода, но.

– Не с женщинами. С тобой, – Марко протянул руку и осторожно коснулся её щеки. – Ты реинкарнируешься, Кьяра. Твоя душа возвращается снова и снова, в каждом поколении хранительниц. И каждый раз мы встречаемся, влюбляемся, и каждый раз что-то нас разлучает.

Кьяра отстранилась, её дыхание участилось.

– Это невозможно.

– Тогда объясни, почему ты узнала меня с первого взгляда? Почему твоё сердце билось быстрее, когда я вошёл в магазин? Почему прикосновение к моей руке показало тебе наше прошлое?

Она не могла ответить, потому что он был прав. С первой минуты Марко казался ей знакомым, родным, словно они расстались вчера, а не встретились впервые.

– Флоренция, 1503 год, – продолжал Марко мягко. – Ты была художницей по имени Изабелла. Расписывала фрески в доме моего деда. Мы встречались тайно в саду за виллой.

*Вспышка видения: руки, измазанные краской, крепкие мужские объятия, поцелуй под оливковым деревом.*.

– Венеция, 1645 год. Ты – Антонелла, дочь книготорговца. Я спас тебя от разбойников на мосту Риальто.

*Ночная Венеция, отражения фонарей в каналах, страх, а потом облегчение в чьих-то сильных руках.*.

– Неаполь, 1789 год. Белла, переписчица манускриптов. Ты прятала Кодекс от наполеоновских солдат, а я помогал тебе бежать из города.

*Грохот пушек, дым, скачка на лошади через виноградники, и снова те же карие глаза, смотрящие на неё с любовью и отчаянием.*.

– Прекрати, – Кьяра зажмурилась, но видения не останавливались.

– Рим, 1943 год. Лючия, библиотекарша. Ты укрывала еврейские семьи в подвалах Ватиканской библиотеки. Мы расстались на вокзале Термини, когда тебя эвакуировали на север.

– Хватит! – Кьяра открыла глаза, и по её щекам текли слёзы. – Если всё это правда, если мы действительно любили друг друга столько раз, то почему я ничего не помню? Почему всегда что-то нас разлучает?

Марко опустил голову.

– Потому что в момент смерти хранительница теряет память о прошлых жизнях. Это защитный механизм, чтобы боль не передавалась новому воплощению. А разлучаемся мы потому, что – он замолчал.

– Потому что что?

– Потому что каждый раз, когда мы становимся слишком близки, когда ты готова отдать мне Кодекс из любви, появляется Лучано или кто-то из его предков. Они убивают тебя раньше, чем проклятие может быть снято.

Кьяра почувствовала, как ярость поднимается в её груди.

– Значит, семья Нери веками охотится на нас?

– Они тоже прокляты, но по-другому. Обречены вечно стремиться к власти, но никогда её не получать. Кодекс – их единственная надежда изменить судьбу.

Кьяра встала и прошлась по разрушенному магазину. Кодекс в её руках стал тяжелее, словно впитывал её эмоции.

– А что, если на этот раз всё будет по-другому?

– Что ты имеешь в виду?

Она обернулась к нему, и в её глазах горела решимость.

– На этот раз я знаю правду с самого начала. У меня есть дедушкин ключ от тайной комнаты, где хранятся семейные артефакты. И главное – на этот раз я буду бороться.

Марко поднялся, его рана уже почти затянулась.

– Кьяра, ты не понимаешь, насколько они опасны. Лучано не просто амбициозный человек. Он изучал тёмную магию веками, собирал артефакты.

– Тогда и мы должны быть готовы, – она направилась к дальней стене магазина, где за старым портретом кардинала Борджиа должна была находиться скрытая дверь. – Дедушка сказал, что внизу есть всё, что может нам помочь.

Марко последовал за ней.

– Ты действительно хочешь ввязаться в эту войну? Ты можешь уехать, спрятаться. Взять другое имя, начать новую жизнь.

Кьяра нашла едва заметную щель в стене за портретом и вставила ключ.

– И обречь тебя на вечные скитания? – она обернулась к нему. – А себя – на жизнь в бегах? Нет, Марко. Если мы действительно любили друг друга во всех этих жизнях, значит, пора положить этому конец.

Замок щёлкнул, и дверь медленно отворилась, являя узкую лестницу, ведущую вниз. Оттуда потянуло холодным воздухом и запахом древности.

– Пора узнать, на что способны потомки хранителей времени, когда они не убегают, а дают отпор.

Марко подошёл к ней и мягко коснулся её руки.

– Ты уверена? Пути назад не будет.

Кьяра посмотрела на него – на этого человека, который любил её веками, который искал её в каждой эпохе, который был готов принести себя в жертву ради её безопасности. В её груди разлилось тепло, знакомое и в то же время новое.

– Я никогда ни в чём не была так уверена.

И, крепко сжав Кодекс, она первой ступила на каменные ступени, ведущие в тайны её семьи.

За её спиной Марко тихо произнёс:

– В этот раз всё будет по-другому. Обещаю.

Но в глубине души он знал, что история имеет свойство повторяться.

И что Лучано Нери не отступит так легко.

Глава 4. Библиотека теней.

Каменные ступени уходили в темноту глубже, чем Кьяра предполагала. Холодный воздух поднимался снизу, неся с собой запах старого пергамента, воска и чего-то еще – древнего и мощного, что заставляло кожу покрываться мурашками.

Кодекс в её руках светился всё ярче с каждым шагом вниз, словно приближение к семейным реликвиям пробуждало в нём дремавшие силы. Марко шёл следом, его присутствие за спиной успокаивало, но Кьяра чувствовала, как напряжение растёт с каждой секундой.

– Сколько ступеней, – пробормотала она, когда им показалось, что они спускаются уже целую вечность.

– Мы под уровнем древних римских построек, – ответил Марко. – Твой дедушка построил это убежище на фундаменте старого храма.

– Откуда ты знаешь?

– Я помогал ему.

Кьяра остановилась и обернулась.

– Когда?

– В 1960-м году. После войны многие древние семьи поняли, что старые методы сокрытия не работают в современном мире. Нужны были более надёжные убежища.

В свете Кодекса лицо Марко казалось изваянным из мрамора – красивым и печальным одновременно.

– Дедушка знал о тебе? О нас?

– Джованни был мудрым человеком. Он понял, кто я такой, с первой нашей встречи. И хотя – Марко замолчал.

– Что?

– Хотя тогда его дочь, твоя мать, была ещё жива. И он надеялся, что проклятие минует тебя.

Кьяра почувствовала боль в груди. Мать. Всё, что она знала о родителях, умещалось в несколько фотографий и расплывчатых детских воспоминаний.

Наконец они дошли до массивной деревянной двери, украшенной символами, которые Кьяра узнала – такие же были на обложке Кодекса. Замок был современный, но дверь дверь явно помнила века.

Кьяра вставила ключ, и замок поддался с мягким щелчком.

То, что она увидела за дверью, заставило её затаить дыхание.

Это была не просто комната – это была целая библиотека, вырубленная в скале. Стены от пола до потолка были заставлены стеллажами, на которых стояли сотни книг, свитков, деревянных ящичков и странных предметов. В центре зала стоял массивный дубовый стол, заваленный картами, рукописями и приборами, назначение которых она не могла определить.