- -
- 100%
- +
– Даже сквозь туман можно определить, где оно. По свету. По тени, если она есть. – Маркус говорил уверенно, и это успокаивало. – Я ходил в пустыне без GPS и карт. Выживал. И сейчас выживу. Мы все выживем.
Лилиан смотрела на него и думала – откуда у него эта уверенность? Откуда силы продолжать, когда вокруг рушится мир? Может быть, дело в дочери. В Майе. Когда есть ради кого жить, становишься сильнее.
– Кто пойдет завтра? – спросил Маркус, поднимая голову от карты.
– Я, – повторила Лилиан. Она не передумала.
– Я тоже, – неожиданно сказала Дженнифер. – Я медсестра. Если кто-то получит травму или отравится, я смогу помочь.
Маркус кивнул.
– Хорошо. Трое – нормальное число. Больше не надо. Остальные останутся здесь, присмотрят за детьми, продолжат герметизацию.
– А эти, из соседнего дома? – спросил Роберт. – Они же тоже пойдут.
– Встретимся на улице. Объединимся. – Маркус сложил карту. – Теперь нужно подготовиться. Одежда – максимально закрытая. Перчатки, шарфы на лицо. Лучше найти что-то водонепроницаемое – обычная ткань промокнет от влажности.
Они разошлись по квартирам – своим и брошенным соседским – в поисках подходящей экипировки. Лилиан нашла старую кожаную куртку, которую носила еще в колледже. Тяжелые ботинки для трекинга. Перчатки. Шарф. В квартире Роберта обнаружились лыжные очки – защита для глаз от тумана.
Дженнифер притащила из дома аптечку – огромную, набитую бинтами, антисептиками, обезболивающими. Маркус одобрительно кивнул.
– Молодец. Это пригодится.
Они собрали все необходимое в три рюкзака. Еда – на день. Вода – по две бутылки каждому. Веревка – на случай, если потеряют друг друга в тумане. Фонарь. Нож. Спички.
– Оружие, – вдруг сказал Маркус. – Нужно оружие.
– У тебя есть? – спросила Лилиан.
– Нет. Но найти можно. – Он обернулся к Кевину. – Ты же программист? Наверняка знаешь, как взламывать замки.
Кевин моргнул.
– Это не совсем моя специализация. Я пишу код, а не.
– Научишься, – Маркус положил перед ним набор отмычек – откуда он их взял, Лилиан не знала. – В соседних квартирах наверняка есть что-то. Биты, трубы, в крайнем случае кухонные ножи.
Кевин нехотя взял отмычки и пошел в коридор. Вернулся через полчаса с арматурой, молотком и двумя складными ножами.
– Это лучшее, что нашел, – пробормотал он. – В одной квартире был сейф, но я не смог его открыть.
– Сойдет, – Маркус взял арматуру, взвесил в руке. – Этим можно и защититься, и дверь выбить.
Лилиан смотрела на эти импровизированные «оружия» и чувствовала, как холод ползет по спине. Они правда собирались идти в мертвый город, вооружившись арматурой и ножами. Это было безумие.
Но оставаться здесь – тоже безумие.
– Спать, – скомандовал Маркус. – Всем. Выходим через четыре часа, как только станет светлее.
Никто не спорил. Они разместились, кто где мог. Лилиан легла на ковер в гостиной, подложив под голову подушку. Закрыла глаза. Но сон не шел. В голове крутились мысли – что будет завтра? Вернутся ли они? Что, если не вернутся? Что будет с детьми?
Она повернулась на бок и увидела, что Маркус все еще сидит у стены, не ложась. Их взгляды встретились.
– Не спишь? – шепотом спросил он.
– Не могу.
– Я тоже.
Они помолчали. Потом Маркус тихо сказал:
– Знаешь, я думал, что самое страшное, что я видел в жизни – это война. Взрывы, кровь, смерти друзей. Но это – он обвел рукой комнату, окно, мир за ним, – это хуже. Потому что там был враг. Конкретный. Ты знал, в кого стрелять, от кого защищаться. А здесь врага нет. Есть только воздух. И от него не спрячешься, не убежишь.
– Мы найдем способ, – сказала Лилиан, хотя сама не верила в свои слова. – Обязательно найдем.
Маркус улыбнулся – грустно, устало.
– Ты оптимистка.
– А ты нет?
– Я реалист. А реализм в нашей ситуации – это понимание, что шансов мало. Но пока они есть – нужно пытаться.
Он закрыл глаза и откинул голову на стену. Через минуту его дыхание стало ровным. Уснул. Наконец-то.
Лилиан тоже закрыла глаза. И как ни странно, сон пришел. Тяжелый, без сновидений, похожий на провал в темноту.
Проснулась она от прикосновения к плечу. Открыла глаза и увидела склоненное над ней лицо Маркуса.
– Пора, – прошептал он. – Рассвет.
Лилиан села. За окном было чуть светлее – серая мгла приобрела желтоватый оттенок. Рассвет в мире, где больше не было солнца.
Она встала, натянула куртку, завязала шарф на лице. Надела рюкзак. Дженнифер уже была готова – стояла у двери, бледная, но решительная.
София вышла из спальни. Подошла к Лилиан, обняла.
– Вернись, – прошептала она. – Пожалуйста, вернись.
– Вернусь, – пообещала Лилиан, хотя не знала, сможет ли сдержать обещание.
Маркус подошел к двери спальни, приоткрыл ее. Майя спала, прижавшись к мальчикам Софии. Он смотрел на нее долго, потом закрыл дверь и повернулся к остальным.
– Пошли.
Они вышли в коридор. Туман здесь был плотнее, чем вчера – казалось, он просачивался сквозь стены. Дышать через ткань было трудно, но терпимо.
Они спустились по лестнице – лифты не работали. На первом этаже в вестибюле валялись разбитые цветочные горшки. Стекла входных дверей были выбиты. Снаружи было темно и страшно.
Маркус первым шагнул на улицу.
Лилиан и Дженнифер последовали за ним.
Глава 4: Радио молчит.
Улица встретила их мертвой тишиной и плотной стеной тумана. Видимость – не больше трех метров. Дальше все растворялось в серо-желтой мгле, будто мир заканчивался прямо там, где кончался взгляд. Лилиан инстинктивно сделала глубокий вдох – и тут же закашлялась. Даже сквозь влажный шарф воздух жег горло, оставляя металлический привкус на языке.
– Дышите неглубоко, – прошептал Маркус, обернувшись. – Поверхностно. Меньше вдыхаете – меньше яда попадает в легкие.
Они связались веревкой – Маркус впереди, Лилиан в середине, Дженнифер замыкала. Шли медленно, осторожно, вглядываясь в пелену. Под ногами что-то хрустело – битое стекло, ветки, мусор. Машины стояли прямо посреди дороги, брошенные. Двери некоторых были распахнуты, внутри никого. Люди пытались бежать и не успели.
В одной машине, черном седане, на заднем сиденье лежало тело. Женщина в деловом костюме, безжизненно откинувшаяся на спинку. Лилиан отвернулась, стараясь не смотреть на ее остановившийся взгляд.
– Не останавливайтесь, – бросил Маркус через плечо. – Продолжаем движение.
Они прошли квартал. Два. Ориентироваться было невозможно – все знакомые ориентиры исчезли в тумане. Вывески магазинов, светофоры, дорожные знаки – призрачные силуэты, возникающие из ниоткуда и тут же растворяющиеся. Лилиан пыталась считать перекрестки, но сбивалась. Третий? Или уже четвертый?
– Стоп, – вдруг скомандовал Маркус.
Они замерли. Откуда-то слева доносились звуки. Шаги. Приглушенные голоса. Кто-то еще был на улице.
Из тумана медленно выплыли фигуры. Четверо, как и обещали. Трое мужчин и одна женщина, все в импровизированной защите – платки на лицах, очки, капюшоны. Один из мужчин держал в руках биту.
– Вы из того дома? – спросил он хрипло, указывая битой куда-то назад, в туман. – С фонариком сигналили?
– Да, – ответил Маркус. – Мы договаривались. Идем к складу.
Мужчина кивнул и опустил биту.
– Рэй, – представился он. – Это Томас, Анна и старина Джек. Мы с одиннадцатого этажа. Вчера проснулись – все это дерьмо. – Он обвел рукой улицу. – Думали, локально, только наш район. Но по радио услышали – везде так. Весь чертов город. Может, и вся страна.
– Не только страна, – Маркус покачал головой. – Мир.
– Господи, – прошептала Анна, женщина лет пятидесяти с седыми прядями, выбившимися из-под платка. – Как это вообще возможно?
– Потом выясним, – резко оборвал Маркус. – Сейчас главное – добраться до склада и вернуться живыми. Готовы?
Они кивнули. Группа растянулась цепочкой, двигаясь по середине дороги. Рэй шел рядом с Маркусом – у него была карта города, потрепанная, замызганная, но все же карта. Он периодически останавливался, пытаясь сориентироваться по зданиям-призракам вокруг.
Прошло, наверное, минут двадцать. Может, больше. Время текло странно, растягивалось, будто резина. Лилиан чувствовала, как начинает кружиться голова – нехватка кислорода. Легкие горели. Каждый вдох давался с усилием.
– Передохнем, – сказал Маркус, останавливаясь у какого-то здания. – Пять минут.
Они прислонились к стене, пытаясь отдышаться. Джек, пожилой мужчина в кожаной куртке, сполз на тротуар, держась за грудь.
– Сердце, – прохрипел он. – Старое чертово сердце.
Дженнифер бросилась к нему, выудила из рюкзака таблетки.
– Под язык, – скомандовала она. – Быстро.
Джек послушно открыл рот, и она положила ему под язык нитроглицерин. Через минуту ему стало легче – дыхание выровнялось, краска вернулась на лицо.
– Извините, – пробормотал он. – Я вас задерживаю.
– Ничего, – Дженнифер похлопала его по плечу. – Главное, что вы в порядке.
Лилиан посмотрела на остальных. Все выглядели измотанными. Томас, молодой парень в спортивной толстовке, все время кашлял. Анна держалась за стену, чтобы не упасть. Рэй был на ногах, но лицо у него было серым, словно воск.
«Мы не доберемся», – подумала Лилиан. «Мы все умрем здесь, на этих улицах, как те, кто в машинах».
Но вслух сказала:
– Давайте дальше. Чем быстрее дойдем, тем быстрее вернемся.
Они снова пошли. Лилиан не знала, откуда брала силы. Просто ставила одну ногу перед другой, механически, не думая. Справа мелькнула витрина магазина – выбитая, разграбленная. Консервные банки валялись прямо на тротуаре. Кто-то уже побывал здесь до них.
На следующем перекрестке они наткнулись на перевернутый грузовик. Он лежал на боку, перегородив всю дорогу. Из кабины торчала рука водителя – неестественно вывернутая, с разбитой костью.
– Обходим, – скомандовал Маркус.
Они полезли через завал, цепляясь за металл, царапая руки. Лилиан поскользнулась, упала на колени, но Рэй подхватил ее за локоть.
– Осторожнее.
Они перебрались на другую сторону и продолжили путь. Еще квартал. Еще один. Туман становился гуще – Лилиан больше не видела даже Маркуса впереди, только веревку, натянутую между ними.
И тут она услышала звук. Неожиданный. Чужеродный в этой мертвой тишине.
Музыка.
Откуда-то справа, из-за угла здания, доносилась тихая мелодия. Старая песня, которую Лилиан помнила с детства. Ее мать напевала ее, когда мыла посуду.
– Вы слышите? – прошептала она.
– Слышу, – Маркус замер. – Откуда?
Они пошли на звук. Свернули за угол и увидели маленький дом, наполовину скрытый туманом. Дверь была приоткрыта. Изнутри лился свет – свечи? – и звучала музыка. Старый проигрыватель, заводной, играл без остановки.
Маркус осторожно толкнул дверь. Она открылась со скрипом.
Внутри, на полу в гостиной, лежал старик. Мертвый. Рядом с ним – открытая бутылка виски, почти пустая. На столе – записка, написанная дрожащим почерком.
Лилиан подошла, взяла листок, прочитала вслух:
«Мне восемьдесят шесть. Я пережил войну, голод, потерю семьи. Но это это слишком. Я не хочу задохнуться в этом аду. Пусть музыка играет. Она мне нравилась».
Анна всхлипнула. Томас отвернулся. Даже Маркус на мгновение закрыл глаза.
Лилиан осторожно положила записку обратно на стол.
– Идем, – тихо сказала она. – Нам нужно идти.
Они вышли из дома. Музыка продолжала звучать за их спинами, все тише, пока не растворилась в тумане совсем.
Шли молча. Никто не произносил ни слова. Что можно было сказать? Что мир рухнул? Что человечество платит цену за десятилетия безразличия? Что каждый из них может умереть в любую секунду, как тот старик?
Все это они знали и без слов.
Наконец Рэй остановился, вглядываясь в туман.
– Вот, – он указал вперед. – Порт. Вижу ворота.
Лилиан прищурилась. Да, впереди маячили массивные металлические ворота, полуоткрытые. За ними – силуэты складских ангаров.
– Осторожно, – предупредил Маркус. – Может быть охрана. Или мародеры.
Они подошли к воротам, прислушиваясь. Тишина. Мертвая, абсолютная. Маркус первым шагнул внутрь, подняв арматуру. Остальные последовали.
Территория порта была огромной. Контейнеры, краны, грузовики – все застыло в неподвижности, покрытое слоем желтоватой пыли. Они двигались между ангарами, заглядывая внутрь. Пусто. Пусто. Пусто.
– Там, – вдруг сказала Дженнифер, указывая на отдельно стоящее здание с надписью «Снабжение армии США». – Военный склад.
Они подошли к дверям. Те были заперты на кодовый замок. Маркус попробовал выбить дверь арматурой – бесполезно. Металл был слишком толстым.
– Окна, – предложил Рэй.
Они обошли здание и нашли узкое окно на высоте второго этажа. Рэй и Томас помогли Маркусу забраться наверх. Тот выбил стекло, протиснулся внутрь и через минуту открыл дверь изнутри.
Внутри склада было темно. Фонарик Маркуса выхватывал из тьмы стеллажи, ящики, полки. Они начали обыск, лихорадочно роясь в контейнерах.
– Нашел! – крикнул Томас. – Противогазы!
Он вытащил из ящика несколько штук – старые, армейские, в брезентовых чехлах. Проверил фильтры – целые.
– Есть еще, – Рэй тащил целый мешок. – Тут штук двадцать минимум.
– Берите все, – скомандовал Маркус. – Консервы тоже, если найдете. Воду. Одеяла. Все, что можем унести.
Они быстро набивали рюкзаки. Противогазы, консервные банки, бутылки с водой, аптечки, термоодеяла. Лилиан нашла даже несколько фонарей на батарейках.
И тут она услышала его снова. Звук. Который поймала утром на радио.
Она обернулась и увидела на столе старый рацию – профессиональную, армейскую. Та тихо шипела, на экране мигал зеленый индикатор.
– Маркус, – позвала она. – Здесь рация. Работает.
Он бросился к ней, схватил микрофон.
– Алло? Есть кто на связи? Прием.
Шипение. Треск. Потом – голос. Искаженный, прерывистый.
«база Сьерра повторяю база Сьерра кто на линии?».
– Гражданские, – Маркус говорил быстро, отчетливо. – Лос-Анджелес, район Санта-Моники. Группа выживших. Просим инструкций. Прием.
«слышу вас плохо но слышу обстановка критическая эвакуация горы Сьерра-Невада там зоны защищенные воздух чище».
Сигнал пошел разладами.
– Повторите! – крикнул Маркус. – Где точно? Координаты!
«карты старые туристические маршруты база Альфа в горах ищите это единственный».
Сигнал оборвался. Маркус яростно крутил ручки, пытался восстановить связь. Бесполезно. Только мертвое шипение.
– Записывай, – он обернулся к Лилиан. – Все, что запомнила.
Она достала клочок бумаги, записала дрожащей рукой:
«База Сьерра. Эвакуация в горы. Сьерра-Невада. Защищенные зоны. База Альфа. Туристические маршруты».
– Это шанс, – прошептала Дженнифер. – Там есть люди. Есть безопасные места.
– Но как туда добраться? – спросил Томас. – Это же сотни километров. Мы едва пять прошли.
– Найдем способ, – жестко ответил Маркус. – А сейчас уходим. Быстро. Пока есть силы.
Они подхватили рюкзаки и выбежали из здания. Противогазы надели сразу – теперь дышать стало легче, хоть резина и сдавливала лицо. Видимость улучшилась – стекла защищали глаза от едкого тумана.
Обратный путь был быстрее. Они почти бежали, подгоняемые надеждой. Надеждой на то, что где-то есть место, где можно дышать. Где можно жить.
Когда добрались до их дома, на улице уже стояли остальные – София, Роберт, Элис, Кевин. Увидев их, София бросилась вперед.
– Вы вернулись! Господи, вы вернулись!
Они поднялись наверх все вместе – обе группы, теперь объединившиеся окончательно. В квартире Лилиан раздавали противогазы, делили еду, рассказывали о том, что слышали по рации.
– Значит, мы уходим, – подытожил Роберт. – В горы. Завтра?
– Нет, – Маркус покачал головой. – Нужно подготовиться. Еды, воды, снаряжения. И нужна машина. Пешком не дойдем.
– Где найдем рабочую машину? – спросил Кевин. – Там весь город в мертвых авто.
– Найдем, – уверенно сказал Маркус. – Обязательно найдем.
Лилиан смотрела на их лица – измученные, но живые. На детей, которые возились с противогазами, смеясь, потому что те были смешными и большими. На Софию, обнимающую своих сыновей. На всех этих людей, которые еще вчера были чужими, а сегодня стали семьей.
И впервые за эти кошмарные дни она почувствовала что-то кроме страха.
Надежду.
Глава 5: Запасы истощаются.
Неделя в аду имеет странное свойство – она одновременно длится вечность и пролетает за секунду. Лилиан потеряла счет дням на третьи сутки, когда поняла, что это больше не имеет значения. Понедельник, среда, суббота – все слилось в один бесконечный серый день, разделенный лишь на периоды сна и бодрствования.
Они жили в квартире Лилиан все вместе – одиннадцать человек, включая детей. Тесно. Душно, несмотря на все усилия по вентиляции. Пахло потом, немытыми телами, страхом. Воду экономили – мылись раз в три дня холодной водой из-под крана, которая текла все слабее и была все мутнее.
Электричество не вернулось. Газ тоже отключили на второй день. Готовили на портативной горелке, которую Рэй притащил из своей квартиры, но баллоны кончались быстро. Последние два дня ели холодные консервы прямо из банок.
Лилиан вела учет запасов на листке бумаги. Каждый вечер пересчитывала банки, бутылки, пакеты. И каждый вечер цифры становились меньше.
Сегодня она сидела на кухонном полу, разложив перед собой весь их провиант, и считала в третий раз, надеясь на ошибку. Но цифры не врали.
– Два дня, – сказала она, когда Маркус присел рядом. – Максимум три, если совсем урезать порции. Потом будем жевать воздух. Правда, учитывая качество этого воздуха, долго мы на нем не протянем.
Маркус не оценил черный юмор. Он смотрел на консервные банки с таким выражением, будто пытался силой мысли заставить их размножиться.
– Нужно идти за припасами, – наконец сказал он. – Супермаркет на углу Четвертой улицы. Помнишь? Большой, двухэтажный.
– Помню. – Лилиан кивнула. – Там всегда была очередь. Люди затариваются в первую очередь именно там.
– Значит, там ничего не осталось, – мрачно заключил Маркус. – Но попробовать стоит. Может, в подсобках что-то есть. Или в тех секциях, куда не успели добраться.
– Когда?
– Сейчас. Сегодня. Откладывать некуда.
Они собрались быстро. На этот раз никто не вызывался идти с ними – все понимали риск, и никто не хотел оставлять детей сиротами. Рэй пообещал следить за группой, пока их нет. Дженнифер проверила их противогазы, убедилась, что фильтры еще работоспособны.
– Будьте осторожны, – прошептала София, обнимая Лилиан на прощание. – Там там могут быть другие люди. Не все дружелюбные.
– Знаем, – Маркус похлопал по арматуре, которую сунул за пояс. – Готовы ко всему.
Они спустились по лестнице – в противогазах, с рюкзаками, вооруженные импровизированным оружием. Выглядели как персонажи из постапокалиптического фильма. Только это не было кино.
Улица была пустынной. За неделю туман стал еще плотнее – теперь не видно было дальше метра, даже в противогазе. Приходилось идти почти на ощупь, держась за стены зданий. Под ногами хрустело стекло, валялся мусор, иногда натыкались на что-то мягкое – тела. Их становилось все больше с каждым днем.
Лилиан старалась не смотреть вниз, но это было сложно. Один раз чуть не споткнулась о труп молодой женщины в деловом костюме. Она лежала на спине, вытянув руки, словно пыталась дотянуться до неба. Телефон все еще был зажат в ее ладони.
Они шли молча. В противогазах было невозможно разговаривать – голос терялся, искажался. Маркус шел впереди, время от времени оборачиваясь, проверяя, что Лилиан рядом. Она отвечала кивком и продолжала двигаться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.