Когда Боги улыбаются

– Ты слишком молод для настоятеля, – все же проворчала Елена, когда они поднимались по витой щербатой лестнице на галерею.

– Мне сорок три года, – доброжелательно сообщил Егор. – Это нормальный возраст. А вообще, мне просто повезло. Я был секретарем у предыдущего настоятеля. Он был слишком стар, чтобы заниматься делами. И я заменял его.

– А после его смерти, конечно, братья выбрали тебя, – досказала за него Елена.

Они прошли по второму этажу, через маленькую дверцу, вступили на открытую галерею, соединяющую собор с келейными корпусами.

– Выбирал меня архиепископ, – уточнил он. – Но естественно, по протекции братьев. Отец Александр всегда хорошо ко мне относился, так что, мне опять же повезло. Он вообще благоволит нашей общине. Когда шесть лет назад стало понятно, что монастырь нуждается в срочном ремонте, епархия по его ходатайству выделила нам средства.

– И вы восстановили собор Пресвятой Богородицы и отреставрировали гостевую часть монастыря, – уверенно продолжала она. – Туристический бизнес дает неплохую прибыль.

– Но дотации епархии не прекратились, – добавил Егор. – Архиепископ лично следит за ходом работ.

– Круто, – прокомментировала Елена. И его рассказ и то, что видела вокруг.

Они шли по широкому светлому коридору. Справа из окон падал солнечный свет, ложась симпатичными ассиметричными лужицами на паркетные плитки. А слева располагались кельи, более напоминающие неплохие гостиничные номера. По просьбе Елены, они заглянули в одну из них. Ковролин, одноместная немного узковатая постель, крохотный угловой стол, бежевые занавеси на окнах и цветы в горшочках. За дверью прятался небольшой шкаф для одежды. Места, правда, было очень мало, но в принципе, кельи были довольно уютными.

Они прошли коридор до конца, он закончился еще одной лестницей, по которой они поднялись наверх. Теперь Егор вел ее в надвратную церковь. Но не в сам зал, а выше, под самый купол. Здесь располагалась крипта. Елена очень хотела остаться здесь хоть ненадолго. Когда еще представится такая возможность, побывать в самых сокровенных местах мужского монастыря? Но Егор уверенно вел ее дальше. Они прошли еще одну галерею, на этот раз крытую. С богатой резьбой и фресками из жизни святых. Из окон был виден хозяйственный двор обители, госпитальный корпус и мастерские.

Наконец, они спустились по очередной лестнице и вошли в усадьбу. На самом деле, это была всего лишь пристройка ко второму Келейному корпусу. Всего несколько помещений. Кабинет, спальня и библиотека….

Елене показалось, что внутри резко и неожиданно вспыхнул огонь. Яркий и жестокий. Он заставил ее задохнуться, перед глазами замелькали желтые точки, зашумело в ушах. Егор подхватил ее под локоть.

– Что с тобой?

– Не очень умно, – с трудом проговорила Елена. – Прятать ее здесь. Слишком очевидно.

Он практически оттащил ее от двери в библиотеку. Чем дальше они отходили, тем быстрее отступало это жуткое чувство. Елена не могла еще так быстро справиться новой и мощной силой. Артефакт заявлял о себе слишком чувствительно.

– Может, тебе полежать? – заботливо спросил Егор.

– Ненормальный? – нервно усмехнулась она. – Это слишком рискованное предложение, даже для монаха.

Егор рассмеялся и наконец-то ввел ее в свой кабинет. Кто-то уже заботливо накрыл им маленький столик. Сервировка была отменной. Елена уселась в мягкое кресло с резными подлокотниками мореного дуба и высокой спинкой, подушки были обтянуты бархатом. Бордовым. Тут все было выдержано в темно-красных тонах. Обивка мебели, тяжелые портьеры, ковер. И мебель темного дерева. И позолота. На подсвечниках, на окладах икон. Довольно старинных. Которые так странно смотрелись в комплекте с мощным компьютером на рабочем столе.

Егор налил ей густого и ароматного фасолевого супа. Из тонкой фарфоровой белой супницы с кокетливо изогнутыми ручками. Тарелки тоже были белыми с легкой золотистой каймой по краю. Приборы, естественно, серебряные.

– Неплохо быть настоятелем, – оценила Елена. – О! Вкусно. Сейчас ведь не пост?

– Тебе повезло, – подтвердил он.

Некоторое время они молча наслаждались обедом. Близкое присутствие неизвестного артефакта все еще ощущалось тупой болью в висках и легким головокружением. Но Елена прикладывала все усилия, чтобы совладать с новой силой, и кажется, ей становилось легче.

– Послушай, – серьезно сказала она, через некоторое время. – Предыдущий настоятель. Это ведь он погиб в часовне Иоанна Крестителя?

– Да, – Егор чуть напрягся.

– Как давно?

– Полтора года назад.

– Они искали эту вещь, – это был не вопрос, а утверждение. – И не нашли. Тогда ты перенес его из Благовещенского храма в библиотеку?

Он кивнул.

– И они придут опять, – серьезно продолжала она. – Ты же это понимаешь?

– Естественно, – Егор отложил ложку.

– Если я могу так сильно чувствовать эту вещь, – развивала Елена свою мысль. – То, кто сказал, что не почувствуют они?

– В библиотеке слишком много вещей, – возразил Егор. – И там это ощущение рассеивается.

– Скорее, наоборот, концентрируется. Конечно, это трудно. Но ведь это не книга.

Он промолчал, но Елена знала, что догадалась верно.

– Ты готов к их приходу?

– Я думаю, что да, – немого помолчав, ответил Егор.

– Будь осторожнее, ладно? – Елена не знала, что еще она могла для него сделать.

Он лишь ласково улыбнулся ей в ответ.

Потом Егор угощал ее бараниной, запеченной в рассоле со специями, с гречневой кашей, рассыпчатой и необычайно вкусной. Запивали они обед морсом.

К концу трапезы, ей стало грустно. Сказка заканчивалась, и она не знала, что делать. Она так и не поняла, зачем она здесь. Елена так и не смогла ответить на его первый вопрос. Да и Егор явно не знал ответа.

Конечно, можно было бы предположить самый банальный вариант. Просто Судьба преподнесла ей странный и немного жестокий подарок. В период расцвета бурного романа с Владом, с многочисленными и пафосными сценами ревности, несколько часов с этим странником в антураже древнего монастыря, та ситуация, про которую говорят: клин клином. Но все же, все же… Это слишком нереально, слишком остро. Такие истории не заканчивались просто так. Или же так больно и грустно.

– Пора? – спросила она, отставляя бокал.

– Наверное, – рассеяно сказал Егор. – У тебя больше нет времени?

Это звучало так… Они не хотели расставаться. Но смысл встречи так и остался загадкой. А сказки всегда кончаются.

– Я выведу тебя через другой выход, – вставая из-за стола, предложил он. – По берегу. Там скит.

Она чуть приподняла вопросительно брови. Скит? Похоже, это и есть развалины той самой часовни Волха. Да, вот тебе и прощальный подарок.

Они молча вышли из кабинета, тут же свернули на другую лестницу и поспешили вниз. Через двор с уже привычной брусчаткой, по очередной узкой тропинке. Очень крутой и извилистой. Всю дорогу они, как дети держались за руки. Елена презирала саму себя. Такие викторианские страсти были явно не для нее. Но не заваливать же его в кустики. Она слишком уважала себя для этого.

Скит был сложен из древних камней, которые, казалось, держатся только за счет мха, облепившего их со всех сторон. Егор остановился у порога. Пахло сыростью и болотом. Каменное ложе, щербатый подоконник, видимо, когда-то служивший столом. Икона и лампадка под ней. Все, как положено. И уже знакомый прилив древней и темной силы, дарующей свободу и … острое чувство одиночества. И печали.

– Оказывается, к этому можно привыкнуть, – невесело усмехнулась Елена.

– Да, – коротко ответил он.

Егор знал это очень хорошо. …

Тянуть не было смысла, Елена развернулась и продолжила спуск к древней стене, с вершины которой уже упало несколько камней.

– Там калитка, – сухо, будто с трудом сказал Егор. – Она всегда открыта…

Елена кивнула, думая, что уже никогда не воспользуется этим приглашением. А потом, повинуясь какому-то дурацкому импульсу, достала из сумочки свою визитку.

– Держи. Вдруг будешь в наших краях. На каком-нибудь монашеском съезде.

Он улыбнулся и сжал ее ладонь. Она подумала, что самым логичным в этой мелодраме будет расплакаться и броситься ему на шею. И уткнуться носом в черную ткань рясы. Да… Елена развернулась и поспешила прочь.

На автобусной остановке толпились туристы в своих идиотских бейсболках, с пирожками и сигаретами. Они галдели и смеялись. Слишком громко и … реально. Елена старалась подавить чувство разочарования и раздражение.

– Ты! – Алек выглядел рассерженным и встревоженным. – Лена! Ты хоть понимаешь…

– Понимаю, прости, – коротко ответила она и полезла в сумку за сигаретами. Кажется, у нее слегка тряслись руки.

– Где ты была? – лучший друг понял, что с ней что-то не так, его раздражение прошло, осталась только тревога за нее. – С тобой все в порядке?

– Нет, не все, – честно ответила она. – А вообще, я просто потерялась. Но я же здесь. И мы не опоздали на автобус.

Алек понял, что сейчас ее лучше не трогать. Но это не значит, что он стал меньше за нее волноваться. Скорее, наоборот. Тревога усилилась.

– Прости, – еще раз сказала она, выкинула сигарету и пошла садиться в автобус.

Был летний спокойный вечер. Когда все кругом застывает в прощальных оранжевых лучах заходящего солнца. Они сидели на берегу Волхова, у самой кромки воды. Прямо на земле. Чуть в стороне шуршала ива. А за ней шумел Новгород. Обычным городским шумом. Таким не совместимым с уютом этого местечка, маленькой кромкой природы, с боем отвоевавшей малюсенькую часть территории у цивилизации. Алек глотнул холодного пива и посмотрел на подругу. С того момента, как она дерганная и несчастная села в автобус, почти ничего не изменилось. Елена по-прежнему выглядела подавленной и отстраненной. Вокруг нее витало нечто. Незнакомое и тягостное. И еще… было впечатление, будто она забилась далеко в свою раковинку и теперь смотрит на мир из ее глубины, не понимая целиком, где она и что с ней происходит. Будто подсматривала за реальностью из другого измерения. Этот образ «гостьи из будущего» или из прошлого, что выглядело более логичным, его тревожил.

Юля посоветовала оставить Елену в покое. Ей и раньше приходилось наблюдать странные состояния подруги. Так же возникающие после каких-то встреч или событий. Но Юля не была магом. Алек понимал Елену лучше. Ведь магические способности были частью ее сущности, и весьма не малой частью. И Елена могла ему доверять, зная, что он такой же, как она.

– Лен, – он все же решил составить разговор. – Тебе лучше?

– В чем-то, да, – глядя на неровную гладь Волхова, сказала она. – Извини меня, еще раз. Просто… Наверное, я не смогла бы поступить иначе.

– Знаешь ли, – пробурчал он. – Пока я там бегал, как угорелый, по этому монастырю, я уж чего только не придумал. Все же там около сотни оголодавших мужиков…

– Алек, – она, наконец-то, развернулась к нему и даже выдавила из себя усмешку. – Не стоит так верить в байки о монахах-насильниках… – и тут же помрачнела. – Хотя… Если в следующий раз я начну с жаром уверять тебя, что ведьма и монах это пошло… тащи меня прочь от монастырей и даже просто церквушек.

– Ну, знаешь ли! – с напускным весельем заявил он. – Не слишком ли много переживаний из-за случайной интрижки с каким-то монахом?

– Он не какой-то, – поправила она довольно спокойно. – Он настоятель этого монастыря.

– Что? – Алек чуть не подавился пивом, которое успел отхлебнуть. – Ты соблазнила настоятеля! Это круто даже для тебя!

Маленький, но упрямый пуританин в его душе воспротивился такой наглости.

– Я его не соблазняла, – Елена не оправдывалась, она просто констатировала факт.

– Понимаю, – соврал он. – Он и сам был не против.

– Был, – улыбочка у нее стала несколько циничной. – Как и я. Но секса не было.

Алек задумался. Что-то как-то не складывается. Вроде бы, она никаких норм и правил, не своих личных, не общественных, не нарушила. В душу закралось легкое раздражение. Долго еще вытаскивать все из нее клещами?

– Секса не было, – повторил он. – А что было?

– Просто экскурсия по закрытой части монастыря и обед в его усадьбе.

– Не хило, – он почувствовал себя несколько обделенным. Он-то повелся на заявления гида, что в местной рыгаловке потчуют монастырской кухней… Видимо, та кондёвая столовая приплачивала тетке за рекламу. – В чем дело? Может, уже хватит, а?

– Это была не-случайная встреча, Алек, – наконец, призналась она, отвернувшись опять к реке.

– В смысле? – он интуитивно почувствовал тревогу, но пока не мог понять почему.

– У тебя же наверняка тоже такие были, – тон подруги стал почти просительным. – Вспомни. Это когда тебе достаточно только посмотреть на незнакомого человека, встретиться с ним взглядом и… Такое впечатление, будто он твой близкий, будто ты знал его тысячу лет, и так же долго искал. Было так?

– Да, – суховато подтвердил Алек, понимая, что его опасения явно обоснованы. – Так было с тобой.

Их история напоминала строчки из песни: «как одна случайная встреча растянулась на несколько лет». И это, на самом деле, не было случайностью. Вот только даже в столь запущенном случае, как у них, это свидание привело к некоторым событиям, довольно бурным, в которых они приняли активное участие. Это закон таких не-случайных встреч. Что-то должно было произойти.

– И? – напряженно поинтересовался он.

– И ничего, – весомо сказала Елена. – Представляешь? Просто чудесная романтическая сказка в викторианском стиле.

– Мелодрама какая-то, – Алек нахмурился. – Может, все же это ошибка?

– Однозначно нет, милый, – тон у нее был совершенно безрадостным. – Видишь ли… Наша с тобой игра оказалась слишком близкой к реальности. В этом монастыре и правда скрыт мощный артефакт.

– Вот как, – ошалело прокомментировал он и стал беспокоиться еще больше. – И что это?

– Не знаю, – Елена пожала плечами, как-то потеряно. – Нечто принадлежащее одному из древних языческих богов.

– Так ты что? Ты даже эту вещь и не видела? – вот в это Алек просто не мог поверить.

– Я отказалась, – спокойно подтвердила она.

– Как отказалась?! – это уже переходило все границы.

– Алек, – Елена по-прежнему даже не оборачивалась, но говорила твердо и внушительно, считая свои аргументы очень весомыми. – Я свернула с той тропы, по которой мы шли к источнику. Свернула, почувствовав зов. Зов одного, отдельно взятого места. И когда я на это место пришла… Знаешь, мне хватило той силы, которая оставалась там. С учетом, что артефакт перенесли оттуда больше года назад. Поверь, даже остаточной силы более чем достаточно.

– А ты не переоцениваешь его мощность? – засомневался маг. – Все же ты была не в совсем нормальных обстоятельствах…

И тут она вскочила на ноги и резко развернулась. Алек буквально видел, как вокруг нее, маленьким торнадо свивается сила, мощная и незнакомая. Елена выставила руки вперед, и, рожденный где-то в ее груди сгусток энергии, через вытянутые руки, по ее сигналу, выстрелил в него.

Алек чуть не задохнулся от такого напора и от мгновенно нахлынувшего на него потока эмоций. Древняя мощь, какой-то особый удивительный свет и тепло, восторг, свобода, полная и безграничная, некое откровение и смирение и знание, старое и верное, абсолютная истина… и власть, которую она дает.

– Ой! – все, что он смог из себя выдавить.

– Вот именно, что ой, – Елена опустила руки, села на место и, наконец-то, взяла свою бутылку пива. – Лично у меня не хватило бы смелости брать эту вещь в руки или хотя бы приближаться к ней. Она слишком мощная. И…желанная.

– Да уж, – он потянулся за сигаретами. – Представь, какую власть она дает.

– Даже думать страшно, – подтвердила его подруга. – Я бы не справилась с искушением.

Любая магическая сила и умение ею пользоваться дает это самое ощущение власти. Власти над миром, людьми и, главное, над их душами и волей. И это самый сильный наркотик на свете. О чем знает каждый, даже самый слабый маг. Собранная в достаточных количествах и при достаточном знании, эта власть способна … уничтожить мир. Или создать новый. Искушение в данном случае огромно.

– Ты можешь собой гордиться, – сказал Алек.

– Угу, – но Елену это не радовало. – Стоит упоминать, что настоятель монастыря является хранителем этой вещи?

– Наверное, уже не стоит, – и вот тут-то до него дошел весь смысл ее переживаний. – Лен, давай-ка я подытожу. Ты попадаешь в место, обладающее поистине волшебной силой. И там встречаешь Хранителя. Что явно уже не-случайная встреча. И вы просто спокойненько беседуете, борясь со взаимным влечением? И все?

– Да, – казалось, она сказала это даже с некоторым облегчением.

– Мы влипли, – зато Алеку резко стало плохо.

– Почему?

– Лен! – его возмутило ее не понимание всей серьезности ситуации. – Тебя практически против воли заносит в то место. Это если верить твоим словам, что ты просто ехала отдыхать.

– Но я правда не искала на свою пятую точку приключений, – искренне подтвердила она.

– Вот именно, – Алек кивнул и сделал внушительный глоток пива в надежде успокоиться. – И все же тебя туда заносит. Более того, ты просто совершаешь подвиг, отказавшись даже увидеть тот артефакт. И даже не соблазняешь хранителя. А потом тебя просто отпускают. И ты уверена, что это конец истории???

– Насчет просто отпускают, ты сильно погорячился, – заметила она. – У меня самая натуральная ломка с душевной травмой. Но… Вообще, я понимаю, к чему ты ведешь. Хотя мы с тобой мирно сидим на берегу Волхова. Автобус увез меня оттуда и не сломался по дороге. Меня даже никто не уговаривал остаться на ночь. … Почти не уговаривал… Но не важно. И вообще, уже завтра мы отчаливаем отсюда насовсем.

– Если спокойно доживем до завтра, – Алек не был оптимистом. – Обещай мне, пожалуйста, что при малейшем намеке на неприятности, ты зовешь меня.

– Обещаю, – даже не раздумывая, ответила она. – Но… может, это все-таки просто влюбленность?

Она так хотела услышать положительный, хотя и заведомо ложный, ответ. Алек неохотно улыбнулся и кивнул.

– Но вообще-то, – сказал он, закрывая тему. – Могла бы и плюнуть на условности и девичью гордость. Секс с монахом, в принципе, не так уж и пошло… Что он, не мужик, что ли?