Бабье лето

На этот раз мысли пожилого мужчины были навеяны реальной действительностью, тем, что происходило вокруг него. Происходило каждый день, каждую ночь…

Европа, часть света, превратилась в континент мигрантов. Ее жители все больше и больше испытывали страх перед огромными полчищами туземцев. Испытывал чувство боязни и Васильев. И ни только за свою жизнь, но и за своего внука Владимира, который учился в Штутгарте. Дед очень радовался, что его внук во время учебы был очень прилежным и настойчивым. На дискотеки или другие увеселительные мероприятия ходил он очень редко. И свободное время, как правило, использовал для пополнения своего умственного багажа. Несмотря на это, дед и внук частенько посещали культурные центры города. Приобщались к его истории, к истории своей земли.

Пугало Васильева и уменьшение численности коренных немцев. Каких-либо перспектив по их увеличению он не видел. В земле Баден-Вюртемберг в 1961 году каждый 46-й житель был иностранцем, в 1973 году – каждый десятый. На дворе был 2018 год… Официальных данных Васильев не знал, но в том, что были бы для него убийственными, он нисколько не сомневался.

«Темнели» и общеобразовательные заведения земли. Васильев тяжело вздыхал, когда в школах отменяли празднование национальных или христианских праздников. И это происходило по довольно банальной причине ─ не было немцев.

Мало того. Многие родители боялись пускать своих детей в школу. Учебно-воспитательные учреждения нередко получали письменные и телефоные угрозы, что их взорвут. Полиция не успевала на это реагировать. Повседневная жизнь страны, особенно во время проведения каких-либо общественных мероприятий, как правило, не обходилась без усиленных нарядов полиции, без бетонных заслонов. Это делалось на случай внезапной вылазки террористов или экстремистов. С каждым днем немцы теряли свои демократические завоевания, лишались всего того, ради чего работало ни одно их поколение.

Многолетнее пребывание Васильева на немецкой земле все больше и больше приводило его к одной мысли. «Интернационализм», «любовь» к беженцам и проявление других высокопарных страстей основаны на страхе жителей, в первую очередь, коренных немцев перед властью. За слово «иностранец», что считалось в этой стране оскорблением, который произносил немец, его могли выгнать с работы или из учебного заведения, поставить на особый учет или посадить за решетку…

Незаметно для себя пожилой мужчина заснул. Сказалось ни только нервное потрясение, связанное со смертью знакомого человека, но и возраст. Васильев частенько прибегал к услугам интернета. Интересовался жизнью выпускников своего военного училища. Многих уже не было в живых. Одни погибли в Афганистане или Чечне, другие покинули мир в результате естественной смерти.

Проснулся Васильев перед въездом в Штутгарт. Выйти из состояния покоя помогла ему женщина, сидевшая позади. Она настойчиво била своей ручонкой по плечу мощного мужчины, который во время сна изредка часто что-то мямлил себе под нос. Едва автобус остановился, Васильев помахал рукой своей соседке и сразу же его покинул. Каких-либо баулов у него не было. Он накинул ремень своей сумки на плечо и ускоренным шагом пошел в сторону аэропорта, к станции метрополитена.

Олеся Астахова за время отсутствия своего наставника решила сделать вылазку в город. Из дома она вышла только к обеду. До этого лежала в постели и ни о ком и ни о чем не думала. Лежала просто так, нежилась.

У женщины, вышедшей из подъезда дома, волосы были слегка растрепанные, на ногах были поношенные тапочки. Спортивные брюки были ей явно не по размеру. Одежду она взяла у Васильева напрокат. Нашла ее в шифоньере. В отличие от предыдущих визитов блондинка на этот раз избрала свободный стиль одежды. Одеваться так, как одевались «немки», после злопамятного ночного визита в Штутгарт, стало правилом для туристки из Украины.

Астахова слегка сгорбилась и неспеша двинулась в сторону остановки метро. Безразличие сидевших на скамейках павильона, к ее собственной персоне, Олесю обрадовало. Без сомнения, этому был бы рад и Васильев. Они были едины в одном ─ небрежно одетый человек менее привлекательный для зевак.

Девушка вошла в середину вагона и присела на сиденье с правой стороны по ходу поезда. Он всегда и везде старалась так делать. Считала это более безопасным, на случай какой-либо аварии или других непредвиденных обстоятельств. Затем она уставилась в окно. В отличие от большинства пассажиров, которые играли клавишами мобильных телефонов или читали газеты, у нее определенного занятия не было. Свой мобильник она оставила дома, купить свежую газету для нее было очень накладно. Газеты, не говоря уже о журналах, стоили очень дорого. Наслаждаться пробегающим городским ландшафтом Астаховой долго не пришлось. На следующей остановке вошла молодая африканка и села напротив.

Это была очень толстая женщина, черные волосы которой были сплетены в несколько десятков тонких косичек. Ее толстые губы были страшно намалеваны красной помадой. Олеся не стала впиваться глазами в физиономию пассажирки. Это было некультурно, и с другой стороны, она не хотела подвергать себя излишней опасности. Она не знала, что в голове чернокожей, которая тотчас же заявила о своем присутствии. Едва она приземлилась, как сразу же стала разговаривать на английском языке по мобильному телефону. Ее голос был настолько громкий и мощный, что пожилой немец, сидевший неподалеку, не то от испуга, не то от беспардонного поведения иностранки, ретировался прочь. Вскоре не выдержала и Астахова. Она еле слышно что-то фыркнула себе под нос и тут же покинула зону повышенного звукового давления.

Астахова неспеша прошла один вагон, затем очутилась в другом, и увидев свободное место, присела. Затем окинула взглядом сидевших. Каких-либо подозрительных личностей не было. Она улыбнулась и вновь прильнула к окну.

Она с огромным удовольствием глазела на пробегавшие мимо нее строения. Не отрицала, что они были куда красивее и более привлекательными, чем отечественные, будь это на Украине или в Сибири. Радовало ее и обилие газонов, где благоухали цветы. Она невольно повернула голову в сторону и тут же потупила свой взгляд. У противоположного окна сидел пожилой темнокожий мужчина, и как ей казалось, «раздевал» ее глазами. Астахова, несмотря на свою молодость и научность, как правило, угадывала желания мужчин. Да и ни только она одна. При этой мысли она улыбнулась и невольно подумала: «Женщины из бывшего Союза, без всякого сомнения, были и остаются самыми красивыми».

Что-либо размышлять дальше красивой блондинке не пришлось. Электропоезд неожиданно резко затормозил. Около дюжины пассажиров, стоявших в проходе и перед выходом, тут же оказались на полу салона. Астахова, только что глазевшая через окно, в один миг оторвалась от сиденья и полетела всем своим телом вперед. И тут же в прямом смысле «боднула» головой сидевшую напротив женщину, не то турчанку, не то арабку. Затем ее развернуло и она ударилась плечом в стенку сиденья…

Только минут через пять, Астахова, как и все другие пассажиры, окончательно пришли в себя. Предыстория поистине трагического путешествия была очень простой. Водитель «проморгал» красный свет светофора и резко ударил по тормозам. Некоторое время двери электропоезда не открывали ни только по причине безопасности, но и ожидали полицию. Вскоре приехали полицейская машина и две кареты скорой помощи. Прибывшие прошли по вагонам и осмотрели пассажиров. Выявляли пострадавших. Троих вынесли на носилках. Ими оказались две старушки и одна молодая девушка. Во время торможения она была без опоры.

Туристка из Украины каких-либо претензий не высказала, несмотря на то что у нее сильно болело левое плечо и кружилась голова. К дорогам бывшего Союза она привыкла еще с детства, здесь же подобное для нее было настоящим шоком. Едва Астахова покинула вагон, как тут же бросилась к передней части электропоезда. За рычагами управления сидел темнокожий мужчина, на его голове был не то шарф, не то другая повязка…

Произошедшее в пути в корне изменило планы Олеси Астаховой. Ей желание посетить исторические или культурные места города в один миг рассеялось. Причиной этому была ни только боль в верхней части передней конечности, но и никудышнее настроение. Возвращаться домой и сидеть на балконе ей также не хотелось. Не ради этого она проделала большой путь от Днепра до Штутгарта. Искать в этот день женихов ей также не хотелось. Чем больше она об этом думала, тем меньше верила в эту авантюру. Найти молодого человека, который бы запал в ее душу и сердце, для нее сейчас казалось несбыточной мечтой. «Мечтать никому не запрещено…» ─ при этой философской мысли блондинка тяжело вздохнула и неспеша двинулась в неизвестном для себя направлении.

Молодая особа бродила по городу довольно долго. Бродила бесцельно, бродила просто так. Нередко останавливалась и внимательно разглядывала то или иное здание, тот или иной супермаркт. Не оставляла она без внимания и уличных музыкантов, когда слышала их музыку или пение. Ей казалось, что они приехали из всего мира, чтобы заработать какую-либо копейку. Возможно, приезжали просто так, мир посмотреть и себя показать. Астахова, испытывая чувство усталости, нередко присаживалась на скамеечку и бросала ленивые взгляды на прохожих. Ее сердце невольно замирало от страха, когда среди многоликой толпы она видела двух, а то трехэтажные детские коляски, а также множество беременных женщин непонятной национальности.

Астахова приехала домой поздно вечером. Приняла душ и тут же легла в постель. Усталось и боль в плече давали о себе знать. Лишь после того, как боль немного ушла, она окунулась в размышления. Они были навеяны ни только днем сегодняшним, но и всем тем, что она раньше видела и читала о стране, о которой ее дед Владимир был без ума. Только ради осуществления его мечты, да и также своей, она прилежно учила немецкий язык.

В этот вечер Астахова не лгала себе. Она все больше и больше испытывала симпатии к здешнему укладу жизни, его особенностям. Ей нравилась простота и скромность немецких чиновников. В отличие от российских они были не так напыщенные. Градоначальник или министр ходил пешком или ездил на велосипеде, или перекусывал в забегаловке, где питались простые смертные. Не слышала она и пронзительного воя сирен полицейских машин, которые сопровождали большого или маленького чиновника. Исключение составляли лишь машины скорой помощи или пожарные, которые спешили на помощь больным или для тушения пожара. Они, как правило, неслись до пункта назначения без всяких помех…

Была полночь, когда Васильев открыл дверь своей квартиры. Открыл ее очень осторожно, не хотел разбудить свою внучку. В своих предположениях он не ошибся. Олеся крепко спала, об этом свидетельствовал громкий храп, исходивший из небольшой спальни. Пожилой мужчина улыбнулся. Она также относился к отряду храпунов. Он сам свой храп не замечал. Необычный феномен сильно раздражал жену Полину. Только по этой причине она стремилась, как это было возможно, заснуть первой. Если это не удавалось, то щелкала пальцем по носу супруга. Он без всяких напоминаний ложился на бок, что-то невнятно хрюкал и тут же засыпал. Спал он крепко. Желание хорошо поспать у него появилось после увольнения из армии. Для Васильева и для его сотоварищей по службе, спокойный сон, как наступающее через определенные промежутки времени физиологическое состояние покоя и отдыха, был редкостью. Причиной этой были наряды, учения или стрельбы. Нарушали его и безмозглые начальники с большими звездами. Делали они это ни только по долгу службы, делали просто так, для куража.

Васильев очень тихо вошел в свою комнату, разделся и лег в постель. Сразу же погрузился в сон. Сказалось двухдневное нервное и физическое напряжение.

Храпуны проснулись почти одновременно. Небольшое помещение было залито ярким солнечным светом, когда Астахова открыла свои глаза. Она слегка потянулась и неспеша пошла в ванную комнату. Приняла душ, затем привела себя в порядок. Едва оказалась в коридоре, приостановилась, напрягла слух. Она обрадовалась, когда на балконе услышала шорохи. Приезд наставника после ее вчерашней вылазки в город, которая была опять неудачной, оживил блондинку.

Обитатели квартиры встретились за обеденным столом. Они некоторое время молчали, лишь поглядывали друг на друга. Пожилой мужчина все еще не отошел от смерти своего знакомого, молодая девушка находилась под впечатлением очередного неудачного визита в город.

Им было не до разговоров и по другой причине. Они оба были страшно голодные. Лишь после того, как они расправились с овощными салатами, они приступили к общению. Первой нарушила молчание Олеся. Она все это время косила глаза на своего наставника и слегка вздыхала. За время вынужденной разлуки он несколько состарился. Две морщины, разделявшие переносицу, как ей казалось, стали еще глубже. Давали о себе знать и руки. Они слегка дрожжали, когда он подносил вилку ко рту. Олеся не стала расспрашивать его о том, что произошло в Стендале. Она выдавила из себя улыбку, и отложив тарелку в сторону, произнесла:

─ Иван Петрович! Сегодня у нас идет борьба с голодомором… Мне сейчас кажется, что я целую вечность не кушала…

Несколько странное высказывание девушки рассмешило Васильева. Он улыбнулся, затем подошел к холодильнику, и открыв его дверцу, с улыбкой ответил. – Откровенно говоря, поголодать мне пару суток и не помешало бы…

Слегка погладив несколько выпуклый живот, он продолжил:

─ В отличие от многих мужчин, особенно моего возраста, я еще не беременный. Сначала этому мне мешала военная служба, затем спартанский образ жизни…

Что на деле означал спартанский образ жизни, мужчина не стал рассказывать. Он вытащил из холодильника пару бутербродов и положил их на стол. Затем приготовил кофе. Астахова с улыбкой наблюдала за своим наставником, он все больше и больше напоминал ей деда Владимира.

После обеда они вышли на балкон и уселись в кресла. Стали делиться новостями. Информацию внучки Васильев воспринял совершенно спокойно. Мало того. Он извинился перед девушкой, что не все ей рассказал об особенностях жизни немецкого города и общественного транспорта. После небольшой полемики с пострадавшей он выдал ей на-гора небольшое наставление, инструктаж. Он чем-то напоминал боевой приказ начальника своему подчиненному: 1. Прежде чем занять место в общественном транспорте, сначала посмотри кто сидит с тобою рядом или стоит. Если есть подозрительные типы ─ лучше пересядь. 2. В случае резкого торможения транспорта ─ в один миг упрись обеими ногами в сиденье напротив. Не забудь выкинуть также обеи руки вперед. Во время движения никогда не стой без опоры. 3. Всегда и везде действуй по обстановке…

Указания старожила города девушке очень понравились. Она то и дело смеялась, словно ее направляли на специальное задание по наведению порядка в общественном транспорте или на поимку бандитов.

После продолжительных наставлений Васильев улыбнулся, слегка потрепав девушку по плечу, на полном серьезе подытожил:

─ Олеся, я тебя очень прошу… Береги себя, ведь жизнь – это главное для любого человека. Это особенно очень важно для тебя, ведь ты такая молодая…

Глава пятая.

Поздняя любовь

Прошло три дня. У пожилого мужчины и молодой девушки за это время ничего особенного не произошло. Все и вся было по-прежнему. Пенсионер Васильев жил своей обычной жизнью. Мизерного жалованья хватало только на самое необходимое. Жить в принципе можно было и нужно было. Он смотрел немецкие передачи о той стране, откуда приехал. Как правило, сильно переживал. Жизнь в России, особенно в глубинке, была ужасающей. Люди влачили жалкое безрадостное существование…

Через неделю Васильеву исполнялось 70 лет. При этой мысли он слегка покачал головой. Радовало то, что он столько прожил. За эти годы он многе видел и многое сделал. Строил коммунизм, исполнил интернациональный долг в сопредельном государстве. Затем была перестройка и развал огромной страны под названием СССР, его родины…

В его бытность жили и умирали многие кормчие партии и государства. Ушли в мир иной, и кое-кто из его родных, близких людей. Умерла Полина, его жена, самая любимая женщина. Умер и его боевой командир Владимир Астахов.

Васильев тяжело вздохнул. До сих пор он ничего для его внучки не сделал. Все и вся оставалось на нуле. Несмотря на это, он не опускал руки. Он всем нутром чувствовал, что праздник жизни придет и к Олесе…

Старика радовало и то, что у него был любимый внук Владимир. Он назвал его в честь своего командира Владимира Астахова, который спас ему жизнь. Благодаря ему жил и здравствовал дед и внук. Володя окончил Штутгартский университет, факультет информатики. Юноша учился блестяще. Он ни только много знал, но и многое делал своими руками. После окончания вуза талантливый программист имел право выбора работы. К удивлению деда, внук заманчивые предложения фирм из Германии, Австрии и Швейцарии напрочь отмел. Он выбрал российский город Краснодар, где через полгода открыл свое дело и наладил контакты с ведушими фирмами Европы. Кумекал он сам, кумекал и со своим другом Евгением. Протокин, как и Астахов, были однокурсниками, учились на одном факультете. Различие состояло в том, что один из них был внуком гражданина ФРГ, другой – внуком крупного предпринимателя из Москвы.

Иван Васильев сначала сильно переживал за любимого Володьку, который очень рано остался без родителей. Ему было всего пять лет, когда они развелись. Отец через некоторое время вообще исчез в неизвестном направлении. Мать не стала его разыскивать. Знала, что все будет без толку. После развала Советского Союза во всех учреждениях царила анархия и неразбериха. Чиновники заботились лишь о том, как быстрее набить собственные карманы. Им было не до копеечных алиментов.

Дальнейшее воспитание и обучение внука Васильев взял на себя. Он помогал ему во время его учебы в России, затем в Германии. Дед души не чаял в своем наследнике. Молодой парень был не только настырный, но и сторонился девушек. Он только пару раз был на дискотеках. Все время был занят учебой. Ей принадлежало и свободное время, которого студент имел очень мало. Каникулы также принадлежали ей. Особое внимание Владимир уделял изучению английского языка. Немецкий ему давался без особого труда. Ему помогало то, что дед общался с ним только по-немецки.

Васильев о своем внуке Олесе Астаховой ничего не рассказывал. Каких-либо вещей, фотографий, которые бы свидетельствовали о присутствии другого человека, в квартире также не было.

В отличие от своего наставника у Астаховой жизненный тонус был на самой нижней отметке. Прошло два месяца. Ее мечты до сих пор не сбылись. Она все больше и больше уединялась в небольшой комнате и впадала в раздумья. В голову девушки приходили мысли, от которых ей хотелось поплакться, а лучше разрыдаться. Она уже нисколько не сомневалась, что через две недели, согласно обратному билету, она сядет в знакомый автобус «Одри» и вновь поедет в свою Украину. Приедет в земное небытие, которого она страшно боялась. Она, без всякого сомнения, будет искать хоть какую-нибудь работу, пусть даже не по специальности. Без денег невозможно жить.

Была пятница. Астахова пришла к окончательному выводу. За завтраком надо поговорить с Васильевым и окончательно поставить точку над «i». Она была категорически против поиска женихов. Искать работу, чтобы положить в карман пару евро, ей не разрешалось. Изложить свои откровения блондинке не удалось. Помешал этому Васильев, у которого было приподнятое настроение. Он во время завтрака рассказал Олесе пару анекдотов из жизни немецких политиков. Сказал он и о том, что надо усилить поиск женихов для красивой невесты. Астахова на предложения наставника даже словом не обмолвилась. Она лишь кисло улыбнулась и утвердительно кивнула головой. Свои потаенные мысли блондинка оставила до следующего раза. Сейчас не хотела портить настроение пожилому мужчине.

Через час квартира Васильева опустела. Хозяин поехал к своему другу Истомину, который в этот день улетал в Египет. Он уже давно мечтал посмотреть знаменитую прирамиду Хеопса, египетского фараона. Перед отлетом мужчины хотели еще раз напомнить о себе, да и просто-напросто пообщаться.

Не усидела в четырех стенах и Астахова. Она решила также развеяться. На этот раз в центр города она не поехала. Остановила свой выбор на близлежащих окрестностях. Она неспеша прогулялась по жилому району «Цуффенхаузен», затем незаметно очутилась в микрорайоне «Рот». Уже где-то к полудню оказалась в супермаркете «Альди», продовольственный магазин находился на жилом массиве «Фрайбург». Туристка из Украины делала все возможное, чтобы не отягощать расходами своего наставника. Один раз в неделю, как правило, закупалась на свои деньги.

Астахова стояла неподалеку от кассы и совершенно случайно обернулась назад. У полки со специями стоял молодой мужчина и что-то внимательно рассматривал на красочной этикетке. Блондинка слегка улыбнулась и отметила про себя. Среди толпы покупателей, которая напоминала собою многонациональный муравейник, этот человек выделялся особо. Ни только правильными чертами лица и белой кожей, но и своей фигурой. Астахова неспеша выложила свои покупки на транспортную ленту и вновь обернулась. Мужчина на этот раз стоял возле полки с мясными продуктами. У женщины радостно екнуло сердце. Она про себя подумала: « Этот немец, оказывается, довольно красивый. Он, скорее всего, к тому же и не дурак».

Закупив продукты питания, Астахова направилась в русский магазин «Кливер». Ей нравились русские вафли. Она любила их в детстве, любила и сейчас, когда ей перевалило за четверть века. Затем она направилась домой. Шла неспеша, довольно часто останавливалась. При этом она слегка прикрывала свои голубые глаза и махала рукой солнцу, которое в этот день, а точнее уже под вечер, светило по-особому. Она просила вечное светило, чтобы он дарил свои лучи не только ей, но и всем хорошим людям.

Астахова открыла дверь квартиры и тут же обомлела. Перед ней стоял молодой человек, который пару часов назад в прямом смысле запал в ее сердце, в ее душу.

В этот вечер на просторном балконе господина Васильева запахло жареным. Жильцы шашлычили. Заводилой в небольшой компании и хозяином электрошашлычной был внук Васильева. Владимир приехал на семидесятилетие своего деда. Он никогда не забывал самого близкого для него человека. Не забывала своего деда и Олеся Астахова.

Васильев со слезами на глазах поднял тост за своего внука. Он ни от кого не скрывал, что он был для него самой дорогой ценностью на этой земле. Всплакнула и Астахова, когда видела своего наставника в этот вечер очень жизнерадостным и необычно оживленным. Через некоторое время Васильев, сославшись на усталость, покинул молодых людей. Оставил их наедине. До самой полуночи предприниматель из России и безработный философ из Украины разговаривали между собою. Они общались то по-русски, то по-немецки. Довольно часто тыкали, иногда называли друг друга на «Вы». Официальность их не пугала, наоборот, она молодых людей сближала.

Была глубокая ночь, когда Астахова оказалась в постели. Она вновь погрузилась в мир размышлений. Они в корне отличались от вчерашних, которые были мучительно-неприятными. Она впервые после смерти своего любимого деда Владимира вновь почувствовала себя человеком.

Человек, живое существо, обладающее даром мышления и речи, есть нечто необычное на этой земле. Астахова уже давно мечтала о нормальной человеческой жизни, с ее радостями и заботами, с другими передрягами. Без этого жизнь, как особая форма существования материи, физиологическое существование человека, невозможна.

Одновременно она хотела любить и быть любимой. Ощущать каждый миг и каждый шаг любимого мужчины, его нежность и заботу. В эту ночь она не обманывала себя. Появление Владимира в один миг изменило ее миропонимание. Он ворвался в ее жизнь, как смерч, возникший в грозовом облаке, которое то и дело пугало молодую женщину. К ее удивлению, этот вихрь разогнал все тучи и на небосклоне появилось солнце. Имя которого была Любовь. Олесе с первого взгляда понравился мужчина, покупатель немецкого супермаркета «Альди». Мало того. Дружеское общение, которое произошло в этот прекрасный вечер, в стократ укрепило ее чувство сердечного влечения к внуку Васильева. И это ощущение, которое Астахова еще никогда в жизни не испытывала, с каждым ее вздохом крепло, углублялось и превращалось в нечто святое, неотъемлемое внутреннего мира ее души. По возрасту оно было очень молодое и прекрасное. И с этим она связывало свое будущее.

Астахова улыбнулась и вновь очутилась в мире грез о счастье. В первую очередь, она жаждала любви. Именно она олицетворяла ее будущее, определяла чистоту и прелесть жизни. Ей хотелось, чтобы ее любовь всегда была очаровательной, вечно юной, звенящей как весенний ручей, внезапно появившийся среди тающих снегов.

Она почему-то не сомневалась, что дружба с этим молодым мужчиной, ее влечение к нему не будет ошибкой. Любовь, благородные чувства друг к другу не делают ошибок. Эти ошибки невозможно восполнить, как невозможно изменить или переделать, или возвернуть. Главное в жизни – любовь к человеку, к семье, детям. Уважительное отношение к близким тебе людям. И предтечей этому являлась любовь мужчины к женщине, женщины к мужчине. Без этого невозможна человеческая жизнь. Любовь ее главное сокровище, которое, как и человеческие шедевры, за деньги не рождаются. Настоящая любовь не приносит боли. Боль приносят те, кто не умеет любить…