- -
- 100%
- +
глава 3
Дежурство 30 декабря оказалось на редкость тяжелым и беспокойным. Вероятно, в городок завезли крупную партию наркотиков: санпропускник заваливали молодежью с передозировкой, везли скорые, и сами наркоманы удивлялись, что от обычной и привычной дозы вслед за приходом и кайфом у многих наступала остановка дыхания, и серо-синие бездыханные тела доставлялись для оказания медицинской помощи. Из трех одномоментно доставленных молодых людей на иномарке из цыганского аула доставивший как будто почувствовал неладное и отказался колоться, несмотря на уже начавшуюся ломку: двое уже были трупы, а у третьего еще сохранялось сердцебиение. Доставивший умолял спасти своих друзей, он ничего не пожалеет, что он скажет их родителям…
А вскоре заполыхали цыганские дома, и начался исход из города целого народа, обвиненного в наркобизнесе – не без оснований, конечно. И кто-то стал жестоко мстить. Дома вспыхивали, как свечки, один за другим. Горожане некоторое время торжествовали, так велик был запрос на справедливость и негодование бездействием властей. Но поджигателя вскоре поймали, в отличие от наркоторговцев, которые были неуловимы для наших правоохранительных органов, осуждили и посадили. А спустя некоторое время табор вернулся в город, и все вернулось на круги своя. После дежурства 30 декабря остался работать в день, как и всегда – такой режим стал привычным для многих медиков, то есть работа по полтора суток.
31 декабря 1999 года было знаменательно не только тем, что встречали Миллениум и наступал 2000 год, но и уходом первого президента России. «Я ухожу, я сделал все что мог. Мне на смену приходит новое поколение, поколение тех, кто может сделать больше и лучше», – слова Б. Н. Ельцина 31 декабря 1999 года вызвали ликование и надежду на будущее.
Глава 4
Проблема наркомании приобрела ужасающие размеры и стояла крайне остро. Помощь наркоманам стала частью работы в связи с большим количеством поступающих с передозировкой, их без преувеличения привозили пачками в больницу, интубировали, переводили на искусственную вентиляцию (ИВЛ), они занимали имеющиеся аппараты и нередко затрудняли помощь другим тяжелым больным после операций, с инсультами, травмами и т. д. Мне казалось, что мир сошел с ума, по крайней мере из больницы мир мне виделся совершенно безрадостным: население на пути строительства нового капиталистического будущего пьянствовало, молодежь кололась и стреляла друг друга, а властьимущие старательно делили остатки советской империи в соответствии с афоризмом – грабь награбленное.
Из своего еще небольшого наркологического опыта портрет наркозависимого рисовался таким образом: это молодая человеческая особь, в силу глупости, излишней самоуверенности, любопытства и желания поймать необычные ощущения, так называемый кайф, начинает пробовать различные наркотические вещества и в конечном итоге попадает в зависимость от героина или синтетических наркотиков. Уже через короткий промежуток времени весь смысл его существования превращается в поиск и добычу наркотиков, любым способом, все моральные и нравственные принципы умирают, остается только одно желание – достать дозу, и это становится единственным смыслом их жизни, толкая на любые противоправные действия. Суть заболевания на тот момент мне виделась таким образом: поступление извне наркотиков нарушает практически необратимо выработку эндорфинов, которые участвуют и регулируют деятельность центральной нервной системы, эмоциональную сферу, сознание, психическую составляющую. Клетки, их вырабатывающие, гибнут, и теперь для нормальной деятельности, уже не для кайфа, нужно поступление наркотических веществ извне: возрастают дозы, меняются эффекты, и человек становится рабом того, что вначале приносило удовольствие. Возникает наркозависимость с единственным смыслом жизни любой ценой достать наркотики. Попутно приобретаются гепатит С, гепатит В, ВИЧ, исчезают вены, возникают осложнения септического характера, и наркоман покидает этот мир еще в молодости, нередко не создав семьи и не успев повзрослеть. Булгаков в своем рассказе «Морфий» хорошо описал весь процесс и последствия.
Лечение данной категории пациентов казалось мне делом неблагодарным и бессмысленным, видимо, из-за недостаточного опыта и знаний в отношении этой категории больных.
Глава 5
Ощущая недостаток знаний по наркологии, отправился в одну из частных наркологических клиник, коих открылось на тот период немало, но особенной конкуренции за больных не наблюдалось, всем хватало. Для восполнения пробела в этой области прибыл в наркологическую клинику, уже лет 6 как созданную братом и его коллегами. В отличие от государственных медучреждений, зарабатывали здесь относительно неплохо и ни о каких задержках зарплаты речи никогда не было. И так как мы хорошо знали друг друга, от меня не было тайн и секретов в работе. Провел я в клинике с ними двое суток безвылазно, и полученный опыт оказался бесценным и незабываемым. Клиника, рассчитанная на 12 мест, на период моего пребывания была заполнена наполовину. Пять наркозависимых и один алкоголик с месячным запоем. Я наблюдал ломку, наркотическую абстиненцию в реальном времени, все пациенты находились на разных временных отрезках этого состояния. Передо мной промелькнули все стадии абстиненции – от страха, бессонницы, слезотечения, насморка до выраженной боли в мышцах, суставах, во всем теле, до рвоты, поноса, судорог и помутнения сознания. Это были два дня, проведенные без права сна в сумасшедшем доме. Дежуранты сменялись, а я оставался изучать проблему и учиться оказывать помощь. В отличие от государственной больницы, здесь находилась другая в социальном плане категория больных: люди при деньгах, как дети благополучных родителей, так и представители криминального мира. С такой категорией больных казалось – если уснешь, то можешь и не проснуться. Всех объединяло одно – зависимость, все сломлены наркотиками или алкоголем: по глупости, невежеству, самонадеянности или просто из любопытства и желания поймать кайф. Иллюзия «я только попробую и остановлюсь, потому что я волевой и все под контролем» ни у кого не сработала. Я видел жалких, страдающих и одновременно социально опасных людей, чьи мысли вертелись только вокруг дозы, жизнь которых превратилась в ад.
Мне показывали новую, разработанную в стенах клиники высокоэффективную методику, предлагая присоединиться к ним, рассказывая о перспективах клиники и хорошей зарплате.
Устав от обилия информации и бессонной ночи, ушёл в двухместную пустую палату, предварительно закрывшись на замок от непрошенных гостей.
Некоторое время размышлял о том разрушающем действии, которое оказывают наркотики на личность, превращая молодых и сильных людей в жалкие и безвольные существа, готовые ради дозы на любые преступления. На время забылся в тяжёлой полудрёме. Сон прервался грохотом, шумом и голосами дежурного персонала, пытающегося совладать с больным, у которого развился алкогольный психоз, «белая горячка».
Возвращаюсь в реальность наркологической клиники и понимаю, что в ближайшее время не смогу связать себя с этой категорией больных. Потому что просто сойду с ума с этими «придурками». Уходя, пообещал не раскрывать тайн ведения больных, так как, в отличие от советского здравоохранения, уже была конкуренция и никто не спешил делиться знаниями и умениями.
Много позже, разговаривая с братом, проработавшим в наркологии более 20 лет и разочаровавшимся в профессии, услышал утверждение, что наркомания и алкоголизм – это не болезнь, а человеческий порок. И проблемой, по его мнению, должна заниматься церковь. Такие люди должны находиться под полным контролем, чтобы не представлять опасности для общества.
Я видел профессиональное выгорание и разочарование, но спорить и разубеждать не стал.
глава 6
Последующие несколько лет пролетели в напряженной работе и попытках освоить искусство новой профессии, добиться совершенства, которым обладали мои новые коллеги. Жизнь врача имеет свои особенности, которые не могут понять люди, не связанные с медициной: она сжата во временных рамках, в рамках добра и зла, жизни и смерти, истины и фальши. Она не протекает как обычно у всех людей, она летит, бурлит, горит, вспыхивает и нередко взрывается. Каждый врач в душе философ и ученый и видит жизнь несколько иначе, чем остальные.
Уже несколько лет нашу больницу возглавлял новый человек – из глубинки, из практических врачей, представленный Минздравом, которому предстояло проводить модернизацию местного здравоохранения. Это был весьма активный, незаурядный и деятельный человек, обладавший ораторским искусством, умением убеждать, что наряду с высокой коммуникабельностью подкупало и предрасполагало. Уже в короткие сроки началось строительство нового многоэтажного корпуса больницы, работа кипела вовсю. Сам он активно дежурил, чтобы познакомиться с коллективом и быть в курсе существующих проблем. И вот однажды он предложил мне поехать на конференцию по критической медицине в другой регион. Мы были знакомы уже несколько лет, сталкиваясь на дежурствах, во время операций, нередко споря и отстаивая свои позиции в отношении ведения пациентов, лечения, диагнозов. Заведующая реанимационным отделением категорически отказалась от этого предложения, мотивируя отказ занятостью и семейными заботами. Ему требовалась компания, а мне было интересно и хотелось развеяться от повседневной и тяжелой работы. И я прямо с дежурства отправился с главным врачом на конференцию, мечтая выспаться по дороге, которая по моим расчетам должна занять около 5—6 часов. Путешествие проходило в затонированном джипе, заваленном какими-то медикаментами и коробками с растворами, которые вез в этот центр бизнесмен и хороший знакомый главного. Водитель был занят дорогой и молчал, а мои спутники обсуждали грандиозные планы и перспективы взаимовыгодного сотрудничества. Я вначале дремал и даже уснул. Сквозь сон в мое сознание изредка прорывались обрывки разговоров о строительстве корпуса, о медицинском обеспечении, о закупках медицинской техники и лекарственных препаратах, о том, что строительство больницы всего лишь трамплин для его головокружительной карьеры и министерских амбиций. Где-то далеко в сознании застряли слова о переподчинении местной аптеки, готовившей дешевые растворы, что невыгодно для их сотрудничества, и если они не подчинятся и не пойдут на их условия, то их просто разорят. В голове всплыла недавняя ситуация рейдерского захвата щебеночного завода в городе, когда в травмпункт и больницу поступили десятки рабочих с травмами, которые пытались отстоять завод во главе со своим директором, а в результате получили дубинками по голове от каких-то молодчиков в спортивных костюмах. А местная еще тогда милиция молча наблюдала за избиением, не вмешиваясь в этот процесс: завод менял собственника, на смену советским руководителям приходили новые люди с новым мышлением и новыми целями.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.