Карабахская война 1991-1994
- -
- 100%
- +
Пять известных деятелей советского кино – А. Гельман, С. Юрский, Г. Панфилов, А. Смирнов и И. Сурикова – подписали письмо, где говорилось о том, что «под предлогом изъятия оружия убивают и депортируют мирных жителей армянских сёл».63
Движение «Демократическая Россия» несколько раз выступало с заявлениями, где осуждались операции в НКАО и выражалась поддержка армянскому движению в НКАО.
Андрей Нуйкин, писатель и публицист, написал ряд ангажированных статей про Карабах. 23 марта 1991 г. в «Независимой газете» была напечатана его статья «Где же ты была, русская интеллигенция?». По факту данной публикации старший помощник генерального прокурора СССР Виктор Илюхин возбудил уголовное дело по ст. 74–1 УК РСФСР (разжигание национальной вражды). После августа 1991 года уголовное дело в отношении А. Нуйкина было прекращено, а сам В. Илюхин был уволен из органов прокуратуры.
После августа 1991 г. к власти в Москве пришли политические силы, где у армянской стороны были сильные позиции и которые активно поддерживали Армению и армянское движение в НКАО.
3. Информационные возможности Азербайджана были крайне слабы как в союзных, так и в западных СМИ. Фактически никакой целенаправленной информационной работы со стороны Азербайджана не проводилось. Это привело к тому, что площадка союзных и западных СМИ была прочно занята проармянскими и армянскими авторами. Подавляющее большинство статей об армяно-азербайджанском конфликте освещали события с армянских позиций. Во время операции «Кольцо» многие западные СМИ («Лос-Анджелес Таймс», «Нью-Йорк Таймс», «Балтимор сан», «Франс Пресс» и т. д.) подняли шум о притеснениях армян в НКАО. Как справедливо отметил директор «Азеринформ» Азад Шарифов, «создаётся такое впечатление, что против Азербайджана ведётся широкомасштабная кампания»64. Для этого были и объективные причины: на западе существовала многочисленная и политически активная армянская диаспора, обладающая серьёзными позициями в СМИ и обществе. Кроме того, как уже упоминалось, карабахский конфликт рассматривался антисоветскими силами как серьёзный рычаг для расшатывания СССР.
4. Совместное заявление Армянского освободительного движения и Народного фронта Азербайджана от 17 мая 1991 г. «О нарушении прав местных армянских жителей со стороны А. Муталибова во время проводимых им в Карабахе операций» даёт основание утверждать, что внутри самого Азербайджана существовала самая настоящая пятая колонна в лице руководства НФА. В ожесточённой борьбе за власть лидеры НФА настолько запутались в своих приоритетах, что сочли возможным прибегнуть к любым средствам, включая солидаризацию с армянскими сепаратистами и их лоббистами, назвав восстановление юрисдикции азербайджанских властей в Ханларе, Геранбое, Шаумяновском районе формой депортации. И это нельзя объяснить одним лишь недомыслием и отсутствием тактической гибкости. НФА всегда являлся подконтрольным внешним силам идейно-политической организации. Для них стратегическим вопросом являлось уничтожение СССР и ликвидация коммунистической власти. Эльчибей и его ближайшее окружение выполняли чужой заказ и ещё раз доказали, что их целью была власть, а истинный патриотизм им чужд, как и истинная демократия. Этот позорный политический кульбит НФА навсегда останется в его истории ярким примером двуличия, полной неспособности разобраться в сложных условиях межнационального противостояния, отсутствия патриотизма и беззастенчивого стремления обрести власть любой ценой.65
5. Как ни странно это звучит сейчас, по истечении многих лет, операция «Кольцо» наглядно продемонстрировала, что объективными союзниками Азербайджана в тот период были союзные силовые органы: высшие армейские круги, внутренние войска, разведка. При правильной работе, продолжении линии на взаимодействие с союзным военно-политическим руководством, можно было переломить в свою пользу весь ход карабахского конфликта. К сожалению, события, последовавшие в августе 1991 г., и политика официальных властей Азербайджана с осени 1991 года и до лета 1993 года не позволили в полной мере воспользоваться имеющимися возможностями в интересах Азербайджана.
Вместе с тем, несмотря на все издержки и проблемы, операция «Кольцо», без сомнения, являлась огромным успехом Азербайджана.
Анализируя ход операции, председатель КГБ Азербайджана, генерал-майор Вагиф Гусейнов, даёт ей такую итоговую оценку: «Появилась уверенность, что при грамотной работе с Центром, армией и людьми мы сможем выйти на перспективные политические решения». Я был уверен, что необходимо наращивать усилия и решительно брать инициативу в свои руки в карабахском вопросе.
На глазах возмужали бойцы ОМОНа и спецназа КГБ, научившиеся побеждать хвалёных армянских боевиков вместе с их иностранным вооружением и находящимися в международном розыске именитыми террористами.
Думаю, нет смысла подробно останавливаться на остальных боевых эпизодах операции «Кольцо». Скажу только, что в ходе её были освобождены от армянских террористических группировок свыше 20 населённых пунктов, разгромлены и ликвидированы десятки бандформирований. Несмотря на колоссальное давление, оказываемое на политическое руководство Азербайджана армянскими лоббистами в Москве, явными и тайными международными покровителями армянства, разыгравшими карабахскую карту в антисоветском заговоре, весной и летом 1991 года, нам реально удалось подтвердить своё право собственными силами восстановить порушенный суверенитет над значительными территориями вокруг НКАО, усилить азербайджанское присутствие непосредственно в охваченном мятежом Нагорном Карабахе.
Скажу откровенно, это стало возможным благодаря новой тактике официального Баку в политическом взаимодействии с союзным Центром, в особенности с формирующимся сопротивлением в военно-политических кругах горбачёвскому курсу, уже тогда воспринимавшемуся многими как предательский.
В готовности высших военных кругов, включая и разведку, поддержать Азербайджан в его справедливом и законном желании очистить республику от террористов виделся реальный шанс приступить к практическому решению карабахской проблемы.
В те дни мы вышли на перспективные и влиятельные силы в руководстве СССР, при поддержке которых, опираясь на собственные вооружённые силы, наладили и обеспечили оборону приграничных Лачинского, Кедабекского, Казахского, Таузского и других районов, взяли под надёжную защиту азербайджанскую часть НКАО, предотвратив реальные планы этнической чистки области, фактически очистили значительную часть Карабаха от армянских захватчиков. Наконец, окончательно были предотвращены попытки армянизации Ханлара, Геранбоя, Шаумяновского района.
Гянджа и весь прилегающий к нему западный регион, имеющий стратегическое значение с точки зрения сдерживания агрессивных поползновений внешних сил, были взяты под жёсткий контроль республиканского Центра – Баку.
Стоит добавить и то, что десятки единиц боевой техники, а также иного военного снаряжения (боеприпасов, радиостанций, взятых нами в ходе операций) по моему прямому указу были переданы МВД республики – в распоряжение отрядов ОМОНа.
В непростых условиях того времени это был весомый вклад в арсенал первых военных подразделений, находящихся в прямом подчинении главе суверенизирующегося азербайджанского государства.
Не наша вина, что тщательно разработанные планы по освобождению НКАО от агрессивных сепаратистов и восстановлению суверенитета над областью не удалось довести до конца. Нам помешал заговор ГКЧП и последовавший распад СССР.
Как говорится, мы сделали всё, что смогли. Пусть новые политики сделают больше и лучше нас. Пока же, когда я пишу эти строки, военно-политическая операция, вошедшая в историю Карабахской войны (1984–1994 гг.), остаётся самым реальным, эффективным и крупным достижением Азербайджана в непрекращающемся споре с Арменией.66
Строительство и развитие Вооружённых сил Азербайджана в период Карабахской войны
После неудачной попытки сменить в августе 1991 года руководство страны общественно-политическая ситуация в СССР резко обострилась. Многим стало понятно, что центробежные процессы в СССР приняли уже необратимый характер. Союзные республики начали одна за другой объявлять о своей независимости. 30 августа 1991 г. внеочередная сессия Верховного Совета Азербайджана приняла Декларацию о восстановлении государственной Азербайджанской Республики67. В этот же день Верховный Совет Азербайджана принял решение: в целях защиты суверенитета и территориальной целостности Азербайджана создать силы национальной самообороны68. Этим же решением была создана совместная комиссия Кабинета министров и Верховного Совета с целью подготовки законопроекта о статусе, структуре и порядке организации сил национальной самообороны. 9 октября 1991 г. Верховный Совет принял закон «О Вооружённых Силах Азербайджанской Республики»69. В соответствии с данным законом республика начинала организацию не сил национальной самообороны, а национальных Вооружённых Сил. Также 9 октября Верховный Совет принял решение «О порядке вступления в силу закона “О Вооружённых силах Азербайджанской Республики”»70. Этим решением объявлялась национализация всего вооружения и материально-технических средств частей и подразделений Вооружённых Сил СССР, расположенных на территории Азербайджана, Кабинету министров поручалось провести инвентаризацию этого имущества, переговоры с МО СССР о поэтапном выводе личного состава частей и подразделений Вооружённых Сил СССР с территории Азербайджана. Кабинет министров также должен был принять меры по пресечению вывоза вооружения и военной техники с территории Азербайджана и его повреждению или уничтожению. Военный комиссариат, Бакинское высшее общевойсковое командное училище (далее – БВОКУ), Бакинское высшее военно-морское училище (далее – БВВМУ), штаб сил гражданской обороны Азербайджанской Республики передавались в распоряжение Министерства обороны Азербайджана. Прекращался призыв граждан Азербайджана в ряды Вооружённых Сил СССР. МО Азербайджана поручалось начать работу по возвращению офицеров и прапорщиков – азербайджанцев, проходивших службу за пределами республики, в ряды Вооружённых Сил Азербайджана. МО Азербайджана должно было в трёхмесячный срок создать пограничные части в составе Вооружённых Сил Азербайджана для защиты границ республики. Кабинету министров поручалось обеспечить МО Азербайджана необходимым вооружением, военной техникой, материально-техническими средствами. Кабинет министров должен был провести переговоры с МО СССР о том, чтобы с учётом вклада Азербайджана в валовый национальный продукт СССР в течение 70 лет были выделены и переданы в распоряжение республики вооружение и материально-технические средства Вооружённых Сил СССР, расположенные за пределами республики (за исключением ядерного оружия). Был утверждён текст военной присяги.
5 сентября 1991 г. президентом Азербайджана был подписан указ о создании Министерства обороны Азербайджанской Республики71. Министром обороны Азербайджана был назначен генерал-лейтенант Валех Баршадлы72.
Решение о создании сил национальной самообороны и создании Министерства обороны было в первую очередь продиктовано расширяющейся войной в Нагорном Карабахе, необходимостью защиты суверенитета и территориальной целостности республики. Валеху Баршадлы пришлось с абсолютного нуля начать создавать Вооружённые силы Азербайджана. На первоначальном этапе он мог рассчитывать только на офицеров запасов, которые имелись в республике. Первый штат МО Азербайджана состоял из 4 человек: сам генерал-лейтенант Валех Баршадлы, полковники Ариф Салахов, Тельман Мехтиев и Дадаш Рзаев.
Несмотря на то, что указ о создании МО был издан 5 сентября, лишь 28 сентября решением Кабинета министров для МО были выделены помещения в клубе им. Дзержинского. Но освобождение этих помещений заняло значительное время, из-за чего МО было вынуждено обратиться к Кабинету министров, чтобы данный вопрос был оперативно решён. Поэтому до середины октября МО было вынуждено занимать три кабинета Высшей контрольной инспекции в администрации президента. В составе МО было создано командование вооружённых сил. Оно должно было самостоятельно управлять сухопутными войсками, организацией воинских частей и подразделений. Командующим силами национальной самообороны – первым заместителем министра обороны – был назначен полковник Дадаш Рзаев73. Начальником главного штаба сил национальной самообороны был назначен полковник Ариф Салахов.
Сразу после указа президента о создании Министерства обороны началась работа по организации деятельности министерства. 16 октября 1991 г. Кабинетом министров была утверждена штатная численность центрального аппарата МО в количестве 80 человек, из которых 5 были заместителями министра74.
Сам Валех Баршадлы так говорил о своих планах: «Армии нет ни у Армении, ни у Азербайджана. Союзные структуры распадаются. Рано или поздно мы юридически станем независимыми, и все международные законы начнут распространяться и на нас. А пока ситуация в Карабахе такова, что мы не используем ни численное превосходство, ни географические и позиционные преимущества. Причина в том, что нет единого командования и ни одной регулярной части. Моя задача – обеспечить самооборону пятидесяти четырёх азербайджанских сёл НКАО. Для этого я командирую в каждое село одного офицера и одного сержанта, обеспечу их рацией и несколькими автоматами. Офицер и сержант будут обучать ополченцев из числа селян. Их задача – оборона своего села. Как только армянские боевики начнут нападать, из соседних сёл выступят на подмогу отряды самообороны. Нам надо продержаться пять-шесть месяцев. К тому времени мы закончим формирование и обучение первого батальона национальной армии. Поверьте, сейчас и один батальон регулярной армии может обеспечить безопасность НКАО. А дальше, естественно, будут подготовлены и другие части. Через год у нас будет костяк армии, которая будет в состоянии отстоять Карабах»75.
Создание территориальных сил самообороны и их боевая деятельность
На совещании у государственного секретаря Т. Исмаилова 1 ноября 1991 г. обсуждался вопрос о положении в НКАО. Было отмечено, что в результате нападений армянских вооружённых формирований почти 15 тыс. азербайджанцев были вынуждены покинуть свои дома в г. Ханкенди и в других районах НКАО и стали беженцами. В области действует более тысячи переброшенных из Армении, прошедших подготовку и вооружённых до зубов армянских боевиков. Союзные органы самоустранились от выполнения своего конституционного долга, и размещённые в НКАО советские воинские части выполняют роль наблюдателей. На совещании было отмечено, что для отражения атак армянских вооружённых формирований надо ускорить работу по организации отрядов самообороны. Важнейшей задачей было сформулировано создание боеготовых вооружённых сил.
Министр обороны Валех Баршадлы согласился с необходимостью принятия срочных мер, но указал, что по объективным причинам создать боеготовые вооружённые силы в ближайшее время очень сложно. Это объяснялось тем, что собрание призывного контингента в воинских частях и их обучение займёт значительное время. В этих условиях министр обороны предложил создать в приграничных с Арменией и НКАО районах территориальные отряды самообороны. Сформированные из добровольцев эти отряды должны были занимать оборону, пока не будут созданы первые воинские части вооружённых сил.
На совещании было принято решение, в котором, в частности, говорилось:
• Министерству обороны, военным комиссариатам и другим заинтересованным органам принять решительные меры по созданию Сил национальной самообороны.
• До конца ноября должны быть готовы военные силы численностью 5 000 человек для защиты приграничных районов.
• От Кабинета министров требовалось, чтобы он принял организационные меры в отношении тех лиц, которые допускают халатность и саботаж при формировании Сил национальной самообороны.
• В связи с тем, что руководство МО СССР отказывается передать военное имущество в распоряжение руководства Азербайджана, необходимо наладить на промышленных предприятиях Азербайджана производство необходимого военного имущества и техники76.
19 ноября министр обороны подписал приказ № 03 о создании территориальных сил самообороны77. По этому приказу для обеспечения безопасности приграничных районов должны были быть организованы территориальные силы самообороны в Газахском, Агстафинском, Кельбаджарском, Лачинском, Губадлинском, Шушинском, Зангеланском, Джебраильском, Товузском, Физулинском, Агдамском, Геранбойском, Ханларском, Евлахском, Бардинском, Тертерском, Уджарском, Дашкесанском, Гедабекском, Шамкирском районах и в городах Гянджа и Ходжалы. Численность территориальных сил самообороны была определена в 500 человек78.
Комплектование территориальных сил самообороны должно было проводиться на добровольной основе. Предполагалось, что по мере комплектования воинских частей из призывников служившие в территориальных силах самообороны будут отправлены в запас. Поэтому МО в своём приказе требовало, чтобы призывники из вышеуказанных районов были направлены для несения службы в территориальные силы самообороны. Комплектование офицерами и сержантами также должно было проводиться силами районов. Т. к. офицеров запаса на учёте в военкоматах этих районов было мало, комплектование должно было также проходить за счёт направления на службу в территориальные силы самообороны преподавателей начальной военной подготовки в школах. Согласно справке-докладу МО, к концу 1991 года было сформировано 22 территориальных батальона самообороны общей численностью 11 000 человек79.
Для назначения командиров территориальных батальонов самообороны приказом МО был определён очень сложный механизм: кандидаты на должности командиров батальона и их заместителей отбираются военными комиссариатами, предлагаются главами исполнительных властей районов, которые уже представляют их в МО для назначения на должности. Командиры территориальных батальонов самообороны одновременно являлись заместителями главы исполнительной власти района по военным вопросам. Таким образом у командиров территориальных батальонов самообороны получалось двойное подчинение: и Министерству обороны, и главе исполнительной власти района. Это создавало объективные сложности в управлении этими подразделениями.
Согласно приказу МО, командиры территориальных батальонов должны были организовать заставы на приграничной территории, создать систему связи между приграничными сёлами и городами и сообщать об обстановке в МО. Батальоны самообороны должны были организовать оборону важных объектов и населённых пунктов. Командиры батальонов должны были организовать роты и учебно-тренировочный процесс личного состава. Об обстановке надо было докладывать в МО два раза в день: в 9:00 и в 21:00. В докладах об обстановке должно было быть указано:
• обстановка на территории района;
• статус выполнения инженерных и фортификационных работ;
• состояние дисциплины среди личного состава;
• планирование работ по боевой подготовке;
• комплектование батальонов и их техническое оснащение.
При обострении военно-политической обстановки в районе об этом нужно было делать незамедлительные доклады в МО. Исполнение приказа об организации территориальных сил самообороны было возложено на первого заместителя командующего Силами национальной самообороны.
Хоть приказ о создании территориальных сил самообороны был подписан 19.11.1991, фактически создание сил самообороны шло с сентября 1991 г. Так, ещё в сентябре 1991 г. в Агдамском районе был создан отряд территориальной самообороны под командованием полковника-лейтенанта Ширина Мирзоева. Данный отряд размещался в ПТУ № 50. В конце сентября этот отряд был размещён в с. Алимадатлы Агдамского района. На момент размещения отряда в с. Алимадатлы у него на вооружении было всего 9 автоматов80.
Формирование сил территориальной самообороны шло и в других районах. На начальном этапе эти силы формировались на базе отрядов самообороны, созданных местным населением. В тех районах, где руководство района, руководство органов внутренних дел и местные богатые люди оказывали помощь формируемым силам территориальной самообороны, удавалось добиться значительных успехов в их организации.
Например, в Геранбойском районе местные отряды, работавшие в тесном контакте с правоохранительными органами и органами исполнительной власти, смогли надёжно организовать оборону района. Благодаря помощи исполнительной власти района и общественности, в краткие сроки был не только сформирован батальон, но и была обеспечена его материально-техническая база. В декабре 1991 г. на вооружение батальона территориальной самообороны Геранбойского района находилось: 2 танка, 5 ед. 140-мм орудий, 1 ед. 76-мм орудия, 4 ед. установок «Алазань», 3 МТЛБ, а также другая техника и вооружение. Также предпринимались попытки по боевой подготовке рядового состава. Так, по договорённости с командирами подразделений СА в Гяндже 50 бойцов батальона прошли обучение в одной из частей СА81.
Отряд самообороны был создан и в пос. Ходжалы. Командиром отряда был Тофик Гусейнов. Отряд был размещён в доме культуры пос. Ходжалы. В сентябре была сформирована 1-я рота отряда. В октябре была сформирована 2-я рота отряда. Данный отряд под командованием Т. Гусейнова оборонял пос. Ходжалы, который с середины ноября находился в окружении в течение почти 4 месяцев.
Особое внимание МО уделяло организации оборонительных и фортификационных работ на территории районов. В приказе МО № 5 от 12 ноября 1991 г. о необходимости организации данной работы говорилось отдельно.
Основной проблемой было обеспечение формировавшихся территориальных батальонов самообороны вооружением. Дислоцированные на территории Азербайджана воинские части Советской армии отказывались передавать имеющееся вооружение и технику в распоряжение МО Азербайджана. Добывавшегося различными путями вооружения катастрофически не хватало. По состоянию на 7 декабря МО смогло передать в территориальные батальоны самообороны только следующее количество вооружения:
• мелкокалиберные винтовки – 280 шт.;
• автоматическое оружие – 1020 шт.;
• ручные пулемёты – 32 шт.;
• ручные гранатомёты – 12 шт.;
• пистолеты – 25 шт.82
Для организации территориальных сил самообороны МО было подготовлено наставление. Согласно этому наставлению, территориальные отряды самообороны были предназначены как для мирного, так и для военного времени. В мирное время отряды самообороны должны были быть сокращённого состава: состоять только из командира, его заместителей и командиров рот. Эти отряды должны были финансироваться из бюджета районов, где сформирован этот отряд. В военное время отряды должны были быть укомплектованы по полному штату за счёт людских и транспортных ресурсов района. 1–2 сельсовета должны были обеспечить комплектование одной роты. Согласно наставлению, материально-техническое обеспечение должно быть организовано исполнительной властью района, вооружение и снаряжение должно быть обеспечено за счёт средств отделов ДОСААФ и отделов внутренних дел, а также путём сбора охотничьего оружия у населения. Техническое оснащение должно быть обеспечено со стороны колхозов, совхозов, предприятий и управлений района. При выполнении боевых задач отряды самообороны должны группировать свои силы в двух эшелонах. Первый эшелон должен был находиться на переднем краю обороны. В него должны были входить две роты. Второй эшелон должен был состоять из одной находящейся в резерве роты, её задачами должно было стать отражение возможных прорывов противника и вступить в бой при необходимости83.
В феврале были созданы силы территориальной самообороны в Агджабединском и Бейлаганском районах. Были созданы роты территориальной самообороны 12.02.1992 в с. Гюнешли и 17.02.1992 в с. Орта Гюнейпая. Взводы территориальной самообороны были созданы 13.02.1992 в с. Муганлы и 17.02.1992 в с. Амираллар. Также в феврале были созданы роты территориальной самообороны в с. Баш Гюнейпая, Малыбейли, Миниклы, Гюлаблы, Черектар, Хатынбейли, Туг и т. д.
В большинстве случаев формировавшиеся территориальные подразделения самообороны были предоставлены сами себе. Эти отряды никому не подчинялись, были сами по себе, каждый добывал сам себе оружие и воевал сам по себе. Надо отметить, что в тот период времени видными командирами армии часто становились непрофессиональные военные. Причина была в том, что проблемы ведения войны в Азербайджане в тот период – это прежде всего проблемы снабжения вооружением, припасами, обмундированием, сотрудничество с российскими военными специалистами и т. д. И люди, способные наладить хорошие связи с российскими военными и на свои деньги вооружить людей, реально могли сделать для армии едва ли не больше, чем профессионалы, офицеры Советской армии, которым (особенно народнофронтовцы) не доверяли. Так, в своём интервью генерал В. Баршадлы подробно рассказал о системе «партийно-кланового» снабжения и пояснил, что это было одной из причин его снятия в сентябре 1992 г. с должности начальника генштаба84. Таким образом, фактически в стране были две параллельные вооружённые структуры: Министерство обороны и созданные им официальные воинские части и добровольческие отряды самообороны в прифронтовых районах. Часто добровольческие отряды самообороны создавались политическими структурами: батальоны НФА, отряд Этибара Мамедова и т. д. – и также часто использовались для внутриполитических целей. Созданные при активном участии политических сил такие подразделения самообороны впоследствии неоднократно использовались для решения внутриполитических задач, захвата власти и надолго стали головной болью властей.