Город из стекла

Что ж, отчего-то именно сегодня он решил что-то «доказать». И уже пожалел о своей инициативе, но поздно.

Класс откровенно подвывал и потешался. На Лидию Григорьевну было жалко смотреть. Он только беспомощно хлопала глазами за толстыми линзами и смотрела на Лёку, будто не узнавала.

Звонок прозвенел, когда Олег уже успел дойти до конца коридора. Плеснув водой на пылающее лицо, он жадно припал к фонтанчику. Захлопали двери, в коридоре стало разом шумно и тесно, а парень все стоял, оперевшись руками о подоконник, и пытался понять, с чего его вдруг так понесло.

– Ну ты даешь, Аленький! – Серега со всей силы хлопнул его по спине, передавая набитый рюкзак. – Довел класснуху до валерьянки!

Где-то в дебрях подсознания запоздало зашевелилась совесть. Дома тетя, естественно, накричит. Игорь, при желании, тоже может устроить такую взбучку, что мало не покажется. Да и ему самому было понятно, что надо пойти и извиниться. Но тут сзади его обдало цитрусовым облаком, и Лёка застыл, боясь пошевелиться. В принципе, когда у тебя на шее виснет пусть и худощавая, но все-таки уже взрослая девушка под метр семьдесят, пошевелиться в принципе нелегко. А когда это твоя девушка, то отстраняться не хочется по ряду других причин.

– Ты сегодня один, без этой своей? – Кристина прижалась к его спине, каштановая прядь защекотала ладонь. Больше всего сейчас Лёка был рад, что стоял лицом к окну, и никто не видел его идиотской счастливой улыбки.

– Наверное, мне стоит извиниться. Как считаешь?

– Спасибо, что заступился за меня, – от ее шепота стало щекотно. Лёка чуть дернулся. Ну, не любил он, когда кто-то касался ушей, с самого детства.

– Она меня три раза заставляла переписывать сочинение. Представляешь? Три. Думала, что я из интернета списала.

– А ты списала?

Вместо ответа хитрюга легонько, почти незаметно, коснулась губами его щеки и ушла. Девушки они такие. Знают, как увильнуть от ответа.

Начался урок, а из кабинета так никто и не вышел. Судя по всему, классная отменила следующее занятие – возле дверей потолкалась кучка старшеклассников, а затем всех дружно увела завуч, наградив Лёку подозрительным взглядом.

– А ты почему здесь? Марш на урок!

– Сейчас, – парень вновь приник к спасительному фонтанчику. – Жажда знаний замучила, сил нет!

Не утерпев, он все же подергал на себя скобу дверной ручки – заперто. Изнутри, однако, не доносилось ни звука. Ни тебе приглушенных рыданий, ни возмущенного разговора по телефону. Заподозрив неладное, Лёка припал к замочной скважине, пытаясь хоть что-то рассмотреть. А в следующий момент уже бежал по гулкому коридору к учительской, которая, к счастью, не пустовала.

– Там человеку плохо! – запыхавшись, выпалил он. В голове все плыло, как во сне. – Вызовите скорую!

***

Открывшийся мир можно было охарактеризовать одной фразой: болдинская осень. Пейзаж вокруг сделал бы честь Густаву Климту: безлюдная аллея в старом парке, разлитый в воздухе пряный аромат, шуршащие охапки листьев под ногами, цветасто-пестрое на черном. Лёка даже по привычке полез в карман за телефоном, чтобы заснять все это великолепие.

Если бы сны можно было фотографировать, работать стало бы намного легче.

И кто бы мог подумать, что у нашей мымры такое богатое воображение, – подумал парень, проведя рукой по ближайшему багряному кусту. Коралловый барбарис немедленно расцвел россыпью ярко-бирюзовых лепестков. И впервые за всю практику Лёка оказался в чужом сне совсем один, без напарника.

Честно говоря, парень сильно сомневался, стоило ли ему идти вообще. С того дня, как Лидию Григорьевну увезла скорая, прошла уже неделя. Сомнений быть не могло: преподавательницу свалил приступ хандры, и он, Олег, был к тому непосредственно причастен. Обычно тетка отменяла сеанс при малейшем намеке на стресс и отправляла своих подопечных к знакомому психологу – приводить мысли в порядок. Но на этот раз ни квадрат Декарта, ни техника «пустой стул» не смогли избавить парня от навязчивого чувства вины. Так что Адель, выслушав его сбивчивые объяснения, лично проводила – даже нет, препроводила

Примечания