- -
- 100%
- +
– Что нагадали-то? – спрашиваю, видя, что бабулю несёт не в ту сторону.
– Что нагадали? Сейчас вспомню дословно, – замолкает ненадолго и спустя несколько мгновений продолжает. – Скоро встретишь ты свою судьбу. Придётся побороться за счастье своё и отпустить все старые обиды, что тянут тебя назад.
– И всё? Не очень-то и понятно, что это значит. Твоя Лорка правильно всё нагадала, или придумала это всё?
– Вот я также подумала, – важным голосом соглашается со мной ба. – У тебя там не завелось никого?
– Бабуля!
– Что «бабуля»? – тоже возмущается. – Вдруг я что-то не знаю. Мы же так давно не виделись. А звонки эти не заменят живого общения.
– Ба, ты же знаешь, что я всегда рада тебе. Переезжай ко мне, места хватит, – в который раз предлагаю ей.
– Что я там в твоей культурной столице делать буду? – стандартно отвечает бабушка. – Да как я брошу Лорика? Она ведь пропадёт без меня. Кто её контролировать и наставлять на верную путь будет? Ты лучше ко мне приезжай, – вдруг добавляет.
За все годы, что я не приезжала в родной город, бабуля ни разу не предлагала вернуться хотя бы на время, прекрасно зная и понимая мои чувства, именно поэтому сейчас странно слышать такое. Моя бабушка только с виду кажется божьим одуванчиком, но если её рассердить, то встреча с заматеревшим военным не в лучшем своём расположении духа покажется раем. Она у меня женщина старой закалки. Не приемлет подлости, предательства и необоснованной глупости.
Я лет с пяти росла с ней – родители погибли в автокатастрофе, попав зимой под огромную фуру, когда ехали забирать меня от второй бабушки по маминой линии. Баба Аня тогда не выдержала известия о гибели единственной дочери и через несколько недель ушла вслед за ней, оставив мне в наследство домик в деревне и квартиру в Питере, которую незадолго до автокатастрофы приобрела в подарок для моей мамы, но не успела его вручить. Квартиру, пока я была маленькая, сдавали. Благодаря доходу от её сдачи нам удавалась неплохо жить, ведь бабулиной пенсии с трудом хватало на нас двоих.
Бабушке Маше пришлось нелегко, ведь она тоже потеряла своего единственного ребёнка, но смогла оправиться после такой потери ради меня. Ведь она осталась единственным моим родственником, без которого меня отправили в детский дом.
Когда же я рассталась со своей первой любовью и неделю рыдала в подушку, бабуля поставила меня на ноги и почти в приказном порядке отправила учиться в Питер, заявив, что не потерпит мою кислую физиономию. Уезжала я с тяжестью на сердце, но бабушка заверила меня, что ничего с ней не случится и никому она не выдаст моего местоположения без веской причины или моего желания.
– Касатика твоего в городе нет, – верно истолковав моё молчание, говорит ба. – Уехал он в другую страну. Я специально справки наводила, да и Лорка с его бабушкой на короткой ноге, ты же знаешь. Она сетовала, что внук редко навещает их, погрязнув в работе с головой. Так что ты можешь со спокойной душой приехать ко мне. После новогодних праздников. Раньше я тебя не приму, тебе с друзьями нужно время провести, а не со старухой. Вот как отпразднуешь, отдохнёшь, сразу ко мне. Усекла? – грозно так добавляет.
– Усекла. Я подумаю, а…
– Алёнку недавно видела. Спрашивала она про тебя, – перебивает бабушка. – Переживает всё-ли с тобой хорошо. Попросила передать, что очень хочет встретиться с тобой. Адрес я ей не дала, но согласилась передать просьбу.
На сердце появляется тяжесть.
Мне не хватало всё это время моей верной подружки. Но страх столкнуться с бывшим парнем был настолько велик, что я не могла пересилить себя и возобновить общение с Алёной. Хотя я прекрасно понимаю, что поступила и поступаю с ней отвратительно, по сути предав нашу дружбу.
Может пора перестать бояться? Всё же я больше не страдаю по нему, да и стала старше и умнее. Даже если и встречусь с ним, то ничего страшного не произойдёт. Просто покажу ему насколько теперь он мне безразличен. Хотя я предпочла бы больше его не видеть и ничего о нём не слышать.
Рано утром меня будит мелодия, то и дело прерываясь. Кто-то настойчиво пытается до меня дозвониться. И я даже знаю кто.
– Ленка, ты время видела? – недовольным тоном говорю ей и зарываюсь под подушку, укрывшись одеялом с головой. – Дай поспать перед тяжёлым днём.
– Ян, а давай я тебе помогу? – не обратив на мои слова внимания, вдохновлённо щебечет подруга. – Напишешь своим клиенткам, и мы одновременно примем двоих. Ламп у тебя достаточно, а жужжалку твою страшную я могу прикупить по пути к тебе. Как тебе идея? Правда замечательная?
– Ужасная идея, – широко зеваю, не скрываясь. – Спасибо за предложение и заботу, но я сама справлюсь. Не переживай, не сбегу я к себе домой, не запрусь на все замки, отключив связь с внешним миром, и отправлюсь с тобой за город. Я же обещала. Да и когда я вас бросала? – и не дожидаясь ответа, продолжаю. – Не было такого. Так что дай мне доспать положенные полчаса. До встречи.
Отключаюсь, пока Ленка ещё чего не напридумывала и вновь засыпаю.
Но неугомонная подруга всё равно делает по-своему…
Спустившись на несколько этажей, обнаруживаю её с большой сумкой наперевес у двери, ведущей в студию. Переминается с ноги на ногу и увлечённо смотрит очередной приключенческий фильм.
– Я составлю тебе компанию, чтобы ты не скучала и не чувствовала одиночества, – заявляет она, как только мы переступаем порог квартиры. – Я посижу у тебя в кресле для педикюра. Оно удобное.
Вздохнув тяжело, закатываю глаза и приступаю к работе. Вереница клиенток идёт своим чередом. Ленка пока не создаёт проблем, или, как она говорит, не наводит шухеру. Смотрит свои приключенческие фильмы в наушниках, да иногда вступает в диалог с приходящими женщинами. И я расслабляюсь, полностью отдаюсь рабочему процессу, погружаясь в своеобразный транс.
К семи часам освобождаюсь, и мы вместе с подругой, приведя стадию в порядок, отправляемся в небольшую кофейню на Фонтанке, чтобы там дождаться парней, которые должны нас забрать. Пока я выбираю выпечку к кофе, Ленка беседует с Арсением, точнее отчитывает его. У них довольно своеобразные взаимоотношения. Постоянно друг друга отчитывают, подкалывают и даже обижаются друг на друга одновременно. Я бы сказала, что они неравнодушны к друг другу, но пока не замечают этого.
С Арсом я познакомилась через Колю, с которым училась в одной группе до четвёртого курса.
Уже в начале ноября выпал снег и с тех пор больше не желает исчезать, прочно укрепив свои позиции. Второй час лекцию по макроэкономике заунывным голосом ведёт Аркадий Олегович – мужчина в преклонном возрасте, преподающий в нашем институте с незапамятных времён. Где-то под потолком жужжит муха, непонятно как ещё живая, ей вторит мерное гудение ламп. Я же несмотря на унылую атмосферу с удовольствием впитываю знания и веду конспект в то время, как мои однокурсники либо находятся в трансе от голоса преподавателя, либо сидят в телефонах, либо откровенно переговариваются, не обращая на других внимание.
Не то, чтобы я была заучкой, но экономику очень любила. Она казалась мне очень интересной. Да и очень выручила, завладев моими мыслями после быстрого побега из родного города. Я до конца ещё не оправилась, не была уверена, что это произойдёт в скором времени, поэтому хваталась за любую возможность забить голову, чтобы не думать, не вспоминать и не представлять, что было бы, если бы я осталась и…
– Эй, Милославская, – вдруг чувствую лёгкий тычок сбоку. – Дашь списать?
– Ты же и без меня всё это знаешь, да и конспект тоже ведёшь, – с подозрением гляжу на однокурсника – Николая Раевского, который, к слову, уже сейчас, на первом курсе, считается лучшим среди нашей группы.
– Вот умеешь же ты испортить всё, – вроде как укоряет, но при этом задорно улыбается, что против воли хочется ответить такой же широкой улыбкой, а из головы исчезают плохие мысли. – Это предлог, чтобы подкатить к тебе.
– Ко мне? Зачем?
– А может ты мне понравилась, и я который месяц пытаюсь придумать, как привлечь твоё внимание, – нахально заявляет он. – Пошли на свидание сегодня?
– Извини, но я не хожу на свидания, – даже как-то неловко ему отказывать.
– Тогда на дружескую встречу? – а Коля не сдаётся. – Если ты смущаешься, могу позвать друга, а ты подругу позови. Ту не совсем нормальную, что все в ректорате холодным потом покрываются, заслышав её голос или увидев на своём пороге. Ну так что?
Кидаю на него оценивающий взгляд. Пшеничные волосы уложены на бок, карие глаза смотрят с интересом и неприкрытым ожиданием положительного ответа. Длинный светлый шрам вдоль щеки ничуть его не портит, а наоборот придаёт шарма. Ко всему прочему, Коля очень высокий. Даже я, метр семьдесят два, выгляжу на его фоне малышкой. Не знаю, что на меня находит, но соглашаюсь на предложение одногруппника.
Ленка приходит в неописуемый восторг, как только я рассказываю ей о приглашении на прогулку. Она тут же выплёскивают всю свою неиссякаемую энергию и направляет её на сборы с мальчиками. Даже вытягивает меня из меланхоличного состояния, заставляя ей помогать. К назначенному времени мы прибываем в полной боевой готовности.
К нам тут же подходят двое. Рядом с Колей шагает почти такой же высокий брюнет в расстёгнутой несмотря на холодный ветер куртке и без шапки.
– Не знал, что у нас сходка малышей, – говорит он, когда все обменялись приветствиями и познакомились.
– Не знала, что у нас сходка с беспардонными шпалами, – в тон ему говорит Ленка, сразу поняв, что обращаются к ней, ведь только её рост не достигает и ста шестидесяти сантиметров. Несмотря на показной вид она не обиделась, лишь азартно сверкнула глазами, найдя для себя достойного противника, с которым будет интересно потягаться в остроумии.
– Малышка, хочешь я тебе мороженого куплю, чтобы ты не обижалась? – Арсений даже наклоняется, чтобы его глаза оказались на одном уровне с лицом девушки.
– А вот и хочу, – растягивает губы в ехидной улыбке та и начинает перечислять свои пожелания. По мере увеличения списка озвученного лицо Арса вытягивается.
– Думаю, скучно нам не будет, – говорит стоящий рядом со мной Коля, с интересом, как и я, наблюдая за взаимодействием этих двоих.
Арсений Загорский учится на юридическом в том же вузе, что и мы все. С Колей знаком ещё со школы – вместе участвовали в различных олимпиадах. Неожиданно встретившись в ВУЗе, разговорились и начали общаться.
Хорошо проведя время, наша четвёрка сдружилась. И теперь мы постоянно куда-нибудь выбираемся.
– Малышка, не стоит злиться, – слышится со стороны входа. – Если очень хочется сладкого, так ты скажи мне, и я тебе куплю, что пожелаешь. Привет, Яна, – Арс подходит ко мне и целует в щёку, а следом за ним идёт Коля.
– Готовы? – спрашивает он после приветствия.
Арс и Ленка, не сговариваясь, оба залезают на заднее сиденье, я же занимаю пассажирское место рядом с Колей, который, убедившись, что все пристёгнуты, выруливает с парковки. Ехать нам долго, поэтому я без зазрения совести устраиваюсь поудобнее, закрываю глаза и засыпаю.
Мы не проехали и половину пути, как меня будит громкий голос подруги.
– Янка, а, Янка, хватит дрыхнут, – тормошит меня самым бессовестным образом. – Давай я тебе лучше расскажу про Тима.
– Давай я лучше посплю, а про твоего Тима пусть мальчики послушают, – не разлепив веки, сонно бормочу я, не желая вырываться из царства Морфея. – Если пожелают.
– Янка, – но Лена не успокаивается и тормошит меня, пока я не открываю глаза и не поворачиваюсь полу-боком, чтобы посмотреть в её наглые глаза. – Слушай, Тим может помочь открыть тебе дело. Ты же мечтаешь рисовать обложки, а он может это организовать. Он же юрист, значит, может обезопасить тебя с юридической стороны, а там…
– Я тоже юрист, между прочим, – подаёт голос Арсений. Мне даже чудятся в его голосе обиженные нотки.
– Не мешай, юрист, – отмахивается от него моя неугомонная подруга и продолжает. – Что если нам устроить с ним встречу? Поговорить, обсудить дело в непринуждённой обстановке. Глядишь, пока работаете, сблизитесь…
Не сдержав страдальческого стона, поворачиваюсь обратно. На мою руку, находящуюся на коленке, ложится мужская ладони и легонько сжимает, подбадривая. Кидаю взгляд на Колю и получаю сочувствующую улыбку.
Глава 3
– Годы идут, а ты всё также по нему сохнешь, – говорит Алёнка, застав меня за подсматриванием. – Может ты уже сама сделаешь первый шаг?
– Ага, и стану одной из его фанаток, – расстроено выдыхаю, глядя, как объект моего воздыхания флиртует с девочкой из параллели. – Не хочу быть в их числе.
– А ты не в их числе?
– Ты же знаешь, что нет, – на мгновение отрываюсь от окна и поворачиваюсь к подруге. – Я заметила его, ещё когда мы были в пятом классе, и он не имел такой популярности. Ты же сама не одобрила мой выбор. Не помнишь, что ли?
– Да помню-помню, – обнимает меня и выглядывает в окошко. – Ты не прогадала, вон какой красавец вымахал. Пол школы по нему сохнет, даже девушки одиннадцатого класса с ним флиртуют. И это мы только в девятом. Представь, что будет потом! Поэтому тебе надо как можно раньше забрать в свои руки его сердце, пока этого не сделал кто-нибудь другой более прыткий. Точнее прыткая.
– Как ты себе это представляешь? – снова смотрю через стекло на уже целующуюся парочку.
Прошло несколько лет с того времени, как к нам перевёлся новенький и похитил моё маленькое детское сердечко, так и не отпустив его по сей день. Мы не общались, иногда только перекидывались парой слов. И то – по делу. Иногда пересекались взглядами, но не более. У меня не хватало духу с ним заговорить первой, а он, кажется, и вовсе не интересовался мной. С каждым годом он становился всё прекраснее и прекраснее, обзаводился друзьями, поклонницами, становился увереннее. Теперь сложно было представить в этом уверенном в себе симпатичном парне того молчаливого робкого мальчика, которого всё время одёргивала мама.
– …А потом мы поведём ваших детишек в Диснейленд, – вдохновлённо вещает Ленка, вырывая меня из воспоминаний.
– Чего? Каких детишек? – удивлённо вскидываюсь и даже поворачиваюсь к подруге, сидящей на заднем сиденье.
– Твоих и Тима, – невозмутимо повторяет, а потом, всмотревшись в моё потрясённое лицо, восклицает. – Только не говори мне, что ты всё прослушала?! Я тебе тут распинаюсь, рассказываю планы об улучшении твоей личной жизни, а ты даже не слушаешь!
– Давай со своей, – делаю акцент на слове «своей». – Личной жизнью я разберусь сама.
– Разберёшься, как же, – мои слова её не останавливают. – Разобралась уже, – кидает на водительское сиденье многозначительный взгляд.
– Со своей личной жизнью я разберусь сама, – твёрдо повторяю я, глядя подруге прямо в глаза. – Без чьего-либо вмешательства. Ты лучше со своей разберись, – поставив жирную точку этими словами, отворачиваюсь.
За спиной слышится обиженное пыхтение и тихий голос Арса, который что-то втолковывает Ленке на ухо. На мгновение жалею о своей резкости, но вспоминаю, что за меня решают важные вещи, и успокаиваюсь. Лене надо понять, что у всего есть предел, про который она постоянно забывает или не хочет его замечать. Я её очень люблю, но не позволю вмешиваться в свою жизнь. Тем более если это связано с парнями.
Осторожно смотрю на строгий профиль Коли, пытаясь понять задели ли его слова подруги. На лице умиротворение, будто он даже ничего и не слышал. Только взглянув на Колины сильно сжатые руки на руле, можно понять его чувства. Тяжело вздыхаю, чувствуя себя виноватой, и вздрагиваю, вновь ощутив мужскую ладонь на своей руке. Снова поворачиваю голову и вижу лёгкую улыбку на лице друга и быстрый взгляд на меня, наполненный уверенностью. Немного успокаиваюсь и сжимаю ладонь в ответ.
Минут через тридцать подъезжаем к двухэтажному дома с мансардой и террасой. В окнах горит свет, информируя, что друзья уже там.
– Арсений! – возмущается подруга, когда мы выходим из серебристого внедорожника. – Долго тебя ждать? Помоги сумки достать, потом осмотришься.
– Малышка, прояви терпение, – слышится невозмутимый ответ. – Не все такие гиперактивные как ты. Если ты не умеешь останавливаться и наслаждаться моментом, то это не значит, что другие так не могут. Посмотри какая чудесная погода. Скоро снег пойдёт, если верить синоптикам.
– Чего это не умею? Прекрасно умею.
– Докажи.
– Ещё чего!
– Значит не умеешь.
Пока эти двое спорят, мы с Колей достаём из багажника сумки.
– Всё в порядке? – спрашивает друг, остановив меня и повернув к себе за плечи.
– В полном, – незамедлительно отвечаю ему. – А ты?
– Не волнуйся, – лёгкая улыбка и полный взгляд уверенности. – Я справлюсь. Не маленький сопливый пацан.
– Чего застыли? – тут же повисает на наших плечах Ленка. Вернее, пытается, поскольку ниже нас намного. – Погнали в дом, – хватает меня под локоть и ведёт в сторону дома. – Мальчики и без нас справятся, не даром же такие шпалы.
В наши спины летит смех Арсения.
Заходим в дом через веранду. Как только переступаем порог, нас разу окутывают тепло и запах мандаринов. Из гостиной, вход в которую находится за поворотом под широкой деревянной лестницей, слышатся голоса. Хлопает входная дверь, впуская внутрь парней с сумками. Раздевшись, забираю свою и иду наверх, чтобы занять комнату получше нам с Ленкой, которая осталась внизу с парнями, решившими сначала поздороваться.
Заглядываю за каждую дверь, осматриваю комнаты, и, дойдя до конца коридора, наконец выбираю спальню. Огромная двуспальная кровать, стоящая у окна, сразу западает мне в душу, а уж, увидев, рядом с ней кресло-кокон, в котором удобно сидеть, я прихожу в неописуемы восторг. Раскладываю вещи в небольшой шкаф прямо за дверью. Задумываюсь, стоит ли переодевать любимую вязаную кофту жёлтого цвета, который давно выцвел, но не успеваю принять решение.
– Янка-а, ты там скоро? – снизу доносится громогласный голос Ленки, разрывая благостную тишину.
– Да иду я, иду, – ворчливо отзываюсь, но не спешу покидать понравившуюся мне комнату. – Дай хоть отдохнуть немного. Никакого от тебя покоя.
Оценивающе смотрю на кровать, а потом с разбегу падаю на неё. Переворачиваюсь на спину и смотрю на балки на потолке. Хорошо всё-таки. Не зря Оля, старшая сестра Лены, оббивала порог хозяина дома и добилась, чтобы именно мы арендовали его. Для нашей большой компании он подходит лучше других. С виду небольшой, а внутри вместительный. Столько комнат, что некоторые из нас могут жить по одному.
Судя по машинам, стоящим во дворе, Оля со своим женихом Сергеем уже на месте. Их общий, можно сказать семейный, автомобиль сразу бросился в глаза из-за своего ярко-красного цвета, второй не был мне известен. Чёрный, длинный и судя по значку на капоте жутко дорогой. Интересно чей он? Не припомню ни у кого из друзей такого. Может хозяин дома ещё не уехал? Это странно, ведь до Нового года всего пару часов, а до ближайшего города примерно полтора часа езды в хорошую погоду.
– Янка-а, – снова вопит на весь дом подруга, выдёргивая из дремоты.
Надо же, даже не заметила, как задремала.
– Почему именно ко мне ты привязалась? —страдальческим тоном отвечаю ей и с большой неохотой поднимаюсь с мягкой кровати. – В доме столько народу, но нет, надо к уставшему человеку пристать. Ты не можешь подождать, когда я в себя приду, отдохну немного? Никакого сострадания к ближнему.
Не став переодеваться, бреду вниз, а то ведь горячо любимая подруженька не отстанет и сама притащит на себе. Волоком.
– Давай быстрее, – ничуть не смущается она и, дождавшись, когда я спущусь к ней, продолжает – Я тебя познакомлю с тем парнем. Помнишь, я о нём тебе говорила?
– Да-да, – устало отвечаю ей, смирившись, что меня сейчас всё-таки будут сватать. Мои слова, сказанные в машине, не достаточны для неё, значит повторю ещё раз и более убедительно. – Как я могу о нём забыть, если ты три часа бухтела над ухом и мешала спать, расписывая все его достоинства, которые, по твоим словам, я должна оценить, а потом тут же влюбиться в него и завести с ним детишек, которых потом надо будет вести в Диснейленд. Не подскажешь в какой? Чтобы уж точно быть готовой к тому моменту, когда придётся почку продать. И хорошо если одну.
– Ладно тебе, – отмахивается и хватает меня под локоть. – Не бухти. Вот сейчас как глянешь на Тима, так беспамятно в него влюбишься. Гарантирую.
– Не надо мне такое гарантировать, – тут же возражаю, позволяя ей вести меня в гостиную, вход в которую заслоняет спина Коли, с кем-то беседующего. – Ты лучше пообещай не лезть в мою личную жизнь.
– Обещаю-обещаю, – с жаром заверяет подруга, а я на неё смотрю со здоровым скептицизмом. – Вот сейчас только познакомлю с Тимом. Вот как увидишь его…
– Так влюблюсь беспамятно, – перебиваю её, когда заходим в гостиную. – Помню я, помню. Не надо мне постоянно об этом говорить. Давно уже в подкорке всё записано. Хочешь проверить? Ночью тогда разбуди и попроси процитировать твои слова. Уверена ты окажешься в полном восторге.
– Почему столько недоверия во взгляде? – почти обиженно спрашивает Ленка и начинает по новой описывать положительные качества самого-лучшего-в-мире-парня-по-имени-Тим.
Уже хочу спросить его полное имя, но застываю, подняв глаза, а подруга продолжает вещать, не заметив моего ступора. Зато все остальные его хорошо замечают и теперь смотрят так вопросительно, переводя взгляды с меня на сидящего в кресле и обратно.
Я же, встретившись с серыми глазами, чувствую ком в горле. В голове сумятица. Отказываюсь воспринимать увиденное. Ну не могла я встретить ЕГО в доме, до которого добираться из Питера несколько часов, не считая того, что наш родной город находится за две тысячи километров от культурной столицы. Эмоции накатывают снежной лавиной, не щадя нервы. В голове проносятся воспоминания, связанные с НИМ, а потом накатывает тихая, ничем не замутнённая ярость. Как он посмел сюда явиться и так спокойно сидеть среди моих друзей?!
В серых, некогда любимых мною глазах удивление сменяется радостью, а та – настороженностью. Видать ни я одна не ожидала этой встречи. Расстались мы, откровенно говоря, плохо. Что ж, сейчас самое время показать Тимофею Кутузову, что я прекрасно могу жить и без его царской персоны. Как иронично, что он носит фамилию великого полководца.
Мигом беру себя в руки, довожу внешний вид до спокойствия, даже холодного равнодушия несмотря на бурю, всё-ещё царившую в душе. Я разберусь с этим, но позже, когда останусь одна.
– Что он здесь делает? – холодным, прямо-таки ледяным тоном спрашиваю у своих друзей, при этом не отрывая взгляда от парня, словно завороженная.
Повисшая тишина бьёт по ушам. Даже всегда болтливая Ленка молчит, не зная, что сказать.
– Вы знакомы? – первым как ни странно отмирает Арс, возвышающийся над Тимофеем.
– К сожалению, – ядовито отвечаю, наблюдая, как приподнявшийся ранее парень падает назад, а его кадык дёргается, будто мои слова больно ударяют его. – Значит, это и есть тот самый супер-пупер-великолепный-Тим, от которого я должна была потерять разум? – поворачиваюсь к Ленке. – Поздравляю, – говорю, так и не дождавшись от неё ответа. А он и не требуется – всё сказал её испуганный взгляд, ведь никто из присутствующих ещё не видел меня такую. Сухо продолжаю, обведя всех взглядом, но проигнорировав только одного. – Я уже когда-то потеряла от него голову. Больше не хочу, спасибо.
В этот момент хлопает входная дверь, приводя всех в чувства, и в коридоре слышатся возбуждённые голоса новоприбывших.
– Всем привет! – в гостиную через несколько минут вплывает изящная блондинка с обалденно-голубыми глазами – Ангелина Астахова.
– А вы чего такие хмурые и молчаливые? – появляется за ней любимая всеми пышечка – Екатерина Попова, и с удивлением осматривает нашу напряжённую компанию. – О, у нас пополнение в рядах.
Решаю, что с меня хватит, круто разворачиваюсь на пятках и вылетаю из комнаты, столкнувшись ещё с двумя парнями в дверях. Быстро поднимаюсь по лестнице на второй этаж и закрываюсь в спальне, благо в двери имеется замок, который можно открыть с другой стороны только ключом.
Глава 4
Метаюсь по комнате из угла в угол, сжигаемая яркими противоречивыми эмоциями. Качаюсь из стороны в сторону, выбирая остаться или уехать домой. Если сейчас уеду, то получается опять сбегу, а если останусь, то две недели буду видеть Тимофея. Хватит ли у меня сил?
И так разозлилась, что в глазах помутнело.
Это МОИ друзья, МОИ выходные. Я планировала эту поездку много времени, собиралась воспользоваться свободным временем, чтобы заняться своим хобби, на которое в последние дни не было ни сил, ни времени из-за маникюрного дела. Я повзрослела и теперь смогу дать отпор, если он посмеет как-то меня задеть.