Зов Севера. Забытая нежность
- -
- 100%
- +
Голос прерывался, а пальцы судорожно сжимали сумочку.Почувствовала себя лишней и неуместной, словно посторонняя гостья, забредшая сюда случайно. Хочется провалиться сквозь землю, чтобы не чувствовать ничего и не видеть.
Просто исчезнуть с лица земли.
— Уходи. Тебе здесь не место — проговорил он глухо и грубо.
Никаких вопросов, никаких разговоров...
Только эта ледяная стена отчуждения, сквозь которую невозможно было пробиться.
Его голос прорезал воздух неожиданно резко, словно лезвие ножа. Невольно вздрогнула, тело напряглось, а сердце пропустило очередной удар, наполнившись внезапной растерянностью.
Не место? А где тогда моё место?
Смотрела на него широко раскрытыми глазами, не зная, что сказать. Внутренне переживала бурю эмоций: обиду, разочарование, желание оправдаться. Но слова застревали в горле, и я лишь беспомощно молчала, осознавая свою уязвлённость и неспособность выразить чувства словами.
Их было столько, что они не умещались в голове.
Но я молчала.
Едва заметно кивнула в ответ на его равнодушные слова, понимая, что наши пути расходятся окончательно. Чувства сдавливали грудь тяжёлым грузом боли и отчаяния, но гордая слеза оставалась незамеченной, скрытая в тени ресниц. Едва различимый звук его голоса окатил меня волной холода и раздражения. Мужчина стоял напротив, скрестив руки на груди, и его взгляд выражал смесь недовольства, злости и чего-то ещё.
Непонятное и неизвестное мне.
— Где ты остановилась? — произнёс он сухо, сканируя меня внимательным взглядом.
От неожиданности я слегка замешкалась, стараясь сохранить спокойствие.
— Я не...
— Жди здесь, я подгоню машину и отвезу тебя. — холодно он отрезал и развернулся, чтобы зайти в дом.
Он прошёл мимо, оставив лишь лёгкий запах одеколона и звуку шагов.
Так сильно хочет, чтобы я ушла?
— Нет, спасибо, меня ждёт такси. — ответила ему тихо и с болью в голосе.
От услышанного он буквально застыл на месте, плечи напряглись, а губы плотно сомкнулись, отражая внутреннее напряжение. Тень беспокойства и боли промелькнула в глазах, но он быстро спрятал их за маской безразличия.
Или мне показалось?
Стояла мгновение, задержавшись взглядом на нём, будто прощаясь с воспоминаниями прошлого.
Неужели это всё? Я тебя больше никогда не увижу?
Этот взгляд проникал глубже кожи, заглядывая прямо в душу, открывая раны старых чувств и мечтаний.Молча повернувшись спиной, направилась обратно к ожидающему таксисту, готовый увезти меня прочь отсюда, подальше от разочарования и горьких воспоминаний.Сердце глухо билось в такт моим нерешительным шагам, пока медленно поворачивалась и уходила, погружённая в собственные мысли, полный тяжести невысказанных слов и сожалений. Шаги звучали тише обычного, растворяясь в воздухе, словно боясь нарушить хрупкую тишину нашей последнего встречи. Двигалась вперёд, стараясь удержать равновесие и не упасть обессиленно. Слезы катились по щекам, обжигая кожу болью и отчаянием.
Не могу больше видеть его глаза.
Они такие неживые и безразличные.
Они больше не помнят меня.
Каждый вдох отзывался острой резьбой в груди, как будто вместе с воздухом впускала острую иглу страдания.
Ну почему это так больно?
Мир вокруг казался чужим и незнакомым, усиливая ощущение полного одиночества и бессилия. Мысли путались, сталкиваясь одна с другой, создавая хаос в душе, наполненный сожалением и потерей надежды. Быстро приблизилась к стоящему неподалеку автомобилю, заметив знакомого водителя. Глаза покрасневшие, лицо мокрое от слез, я постаралась сделать вид, что ничего особенного не произошло, торопливо протирая влажные следы рукавом свитера.
Не хочу, чтобы кто-то видел мои слёзы.
Подойдя ближе, выдавила слабую улыбку и обратилась к нему спокойнее, чем чувствовала:
— Простите, пожалуйста, отвезёте меня в ближайшую гостиницу? Скоро стемнеет, а я ещё не нашла место, где можно остановиться.
Водитель понимающе кивнул, не задавая лишних вопросов, бережно закрывая дверцу и мягко трогаясь с места. Пока машина плавно скользила по улицам города, ночь постепенно опускалась, укрывая мир тёмным покрывалом. За окном проплывали фонари, очерчивающие силуэты домов и заснеженных деревьев причудливыми тенями. В салоне царила уютная полутьма, идеально соответствующая моему внутреннему состоянию — потерянному, одинокому и тихому.
Мыслей не осталось.
Пустота и безразличие окутало сознание. Время словно замедлилось, позволяя погрузиться в размышления о прошедшем дне, осмысливая произошедшее событие. Машина двигалась размеренно, успокаивающе мурлыкая двигателем, пока окружающая тьма поглощала последние отблески дневного света, оставшегося позади.
Всё изменилось. Теперь окончательно и бесповоротно.
Я должна привыкнуть жить среди этой непроходимой стены молчания и непонятной враждебности.
Готова ли я принять такое положение вещей? Смогу ли снова завоевать его любовь и доверие ? Или же мы навсегда останемся чужими друг другу людьми?
Мысли роились хаотично, заполняя сознание тревожностью и страхом перед будущим. А впереди простиралась бесконечная дорога мучительных размышлений и поисков понимания. Но пока оставалось одно — замереть на месте, ощущая боль утраты прежнего тепла и близости.Автомобиль остановился около подъезда небольшой гостиницы, тусклый свет уличных фонарей рассеивал ночную темноту. Обернулась к водителю, благодарно взглянув на него и произнесла:
— Спасибо вам большое, что довезли меня. Всего вам хорошего.
— Не переживай, девочка. Всё образуется. Поверь мне. — отозвался водитель и ободряюще улыбнулся.
Не будет уже ничего хорошо.
Выходя из машины, почувствовала облегчение от морозного колючего воздуха.Медленно продвигаясь вперед, сосредоточенная на собственных мыслях, я пересекла небольшую парковку и направилась ко входу в здание, стремясь хоть на немного забыть о минувших событиях.Войдя в холл гостиницы, я сразу ощутила приятную атмосферу спокойствия и комфорта.У стойки регистрации молодая девушка улыбчиво посмотрела на меня и спросила:
— Добрый вечер, вам нужен номер?
— Да, прошу вас, один номер на сутки, — вежливо произнесла я, стараясь сохранять уверенность в голосе.
Она быстро обработала мою заявку, вручая ключ от номера, сопровождающая искренним пожеланием хорошего отдыха. Покидая стойку регистрации, коротко поблагодарила персонал и направилась к лифту. Оказавшись наконец-то в номере, закрыла дверь и позволила себе расслабиться, испытывая глубокое удовлетворение от возможности остаться одной и привести мысли в порядок. Закинула чемодан в угол и устало рухнула на прохладную поверхность кровати.Обессилев от переживаний и эмоционального напряжения, я прижала колени к груди, крепко обхватывая руками ноги, ища поддержку и утешение в собственном тепле. Соленые слёзы потоком хлынули из глаз, вызванные накопившейся усталостью и чувством глубокой внутренней потери.
Как мне теперь быть?
Я не хочу уезжать
Рыдания сотрясали тело, освобождая эмоции, скопившиеся за долгие дни ожидания и надежд, теперь оказавшихся напрасными. Обессиленная и охваченная эмоциями, долго лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, давая волю слезам и отчаянью. Постепенно дыхание выровнялось, и усталость сменилась острым желанием поделиться своими переживаниями с близким человеком. Взгляд упал на телефон, лежащий рядом, и мысль позвонить кому-то возникла внезапно и остро. Я поднялась, взяла устройство дрожащими пальцами и открыла список контактов. Стрелочка курсора зависла над несколькими именами, каждое из которых ассоциировалось с теплом и поддержкой.
Мама и папа.
Не могу позвонить им. Не после точно что они сделали...
Просто не могу.
Медленно положив телефон обратно на прикроватную тумбу, я отвернулась, вновь погружаясь в собственные мысли и сомнения. Общение с близкими стало несбыточной мечтой, заменившей реальность грустью и одиночеством.
У кого мне искать утешения и поддержки?
Взгляд автоматически скользнул по комнате, задержавшись на кожаном чемодане, стоящем в углу. Там хранились сокровища, помнящие былую любовь — его письма, написанные собственноручно, согретые теплом памяти и трепетом сердца. Захотелось окунуться в прошлое, почувствовать близость дорогого человека, которого больше нет рядом.
Того , кто дорожил мной.
Любил безмерно.
Распаковав чемодан, начала перебирать содержимое, надеясь отыскать заветные послания, спрятавшиеся глубоко в складках ткани и забытых вещах.
Нашла.
Осторожно взяла драгоценную стопку и погладила ласково. Прислушиваясь к тишине , посмотрела на окно, медленно поднялась с пола и направилась к широкому деревянному подоконнику. Усевшись удобно, оперлась локтем о стекло, ощущая прохладу ночи сквозь тонкое покрытие окна. Светлая полоска лунного света озаряла комнату мягким сиянием, придавая письмам особую привлекательность и интимность. Руки нежно касались бумаги, открывая письмо с лёгкой дрожью в теле, но не решаясь читать.Письмо, написанное специально для меня.
Почерк такой знакомый и родной.
Что я хочу увидеть там?
Подтверждение своих страхов или хоть какую-то каплю нежности и любви, чтобы утешить мои страдания?
Я не знаю. Хоть что-нибудь.
« Маленькая моя,
Как же я скучаю. Нет ничего в моей жизни важнее тебя. Помни это.
Ты навсегда в моём сердце. Только ты одна, слышишь?
Жди меня, ладно? Я всегда вернусь к тебе, где бы я не был. »
Погрузилась в чтение, позволив каждому слову проникнуть в самое сердце, даря тепло и понимание утраченных ранее чувств.
Скучает... Он по мне скучал и любил.
Называл маленькой...
Назовёт ли он меня так ещё раз когда-нибудь? Будет ли снова нежным и любящим со мной?
Захочет ли, чтобы я снова ждала его?
Дышать становилось трудно, словно горло перехватывала тугая петля, не позволяющая вздохнуть полной грудью. Слёзы струились ручьём, размазываясь по лицу, оставляя солёные дорожки. Казалось, будто душа разрывается на части, оставляя внутри зияющую пустоту, заполненную страданием и тоской. Воспоминания, будто кинжал, вонзались в сердце, обостряя боль утраты, оставляя незаживающие раны. Хотела кричать, биться головой о стену, выплеснуть наружу всю боль, но вместо этого лишь беззвучно содрогалась, удерживаемая тяжёлой хваткой горя. Посмотрев в окно, заметила ночной город, укрытый толстым слоем снега, мерцавший призрачным блеском под бледным светом луны. Холодный ветер гнал пушистые хлопья вдоль улиц, делая каждую линию четкой и строгой. Тёмные силуэты зданий тянулись вверх, исчезая в густых сумерках, создающих иллюзию бесконечности пространства.Город казался пустынным и безразличным, подобно человеку, чьё равнодушие больно ранило мое сердце. Лишило всякого смысла и цели.
Я не могу больше так. Это невыносимо.
Мне лучше уехать отсюда.
Глава 8
Сидел в тишине, погружённый в работу над столом. Инструменты аккуратно разложены, свет лампы мягко падал на дерево, подчёркивая каждую линию, каждый вырез. Руки уверенно двигались, превращая грубые доски в изящную мебель. Рука уверенно держала инструмент, каждое движение было выверено годами практики. Каждое движение было отточенным и уверенным. Инструмент послушно следовал руке, словно продолжая её волю. Результат казался естественным итогом долгих часов тренировок и опыта. Мысли были сосредоточены, резки и чётки, как удары молотка по гвоздям.
Работа всегда отвлекает меня.
Очищает от лишних мыслей и чувств.Только я и понятная цель, которую нужно достичь. Чётко и понятно. Никакой суеты и нервика.
Целый день преследовало непонятное беспокойство. Будто нить, натянутая вдоль позвоночника, предупреждала: что-то идёт не так. Как будто чья-то тень кралась рядом, невидимая, но ощутимая кожей. Это чувство преследовало неотступно, цеплялось за спину холодком, пробирало до костей лёгким беспокойством. Готовься, говорил внутренний голос, кто-то близко, кто-то наблюдает. Мысленно возвращался к событиям прошедших дней, искал следы угрозы, незаметно вплетённой в повседневность.
К чёрту всё!
Мысли тревожные не покидали голову, а руки продолжали своё дело.Звук подъехавшей машины нарушил размеренный ритм работы.Машина притормозила резко, двигатель замолк.
Кого сюда принесло?
Замер мгновенно, инстинкт, наработанный годами тюрьмы сработал автоматически. Он меня никогда не подводил. Работал как часы, предупреждая о любой опасности. Прислушивался внимательно, напрягая слух и всё тело. За спиной знакомый скрип половиц — тело готово к любому повороту событий. Взгляд метнулся к окну, пальцы легли на рукоятку ножа, спрятанного под столом. Тюрьма научила выживать, доверять интуиции, чувствовать опасность раньше, чем увидишь врага лицом к лицу. Шаги стали громче, останавливаясь у двери.
Кто-то уже стоит здесь. Но не заходит.
Сердце забилось быстрее, дыхание стало глубже. Интуиция подсказывала: это не случайный визит, но опасности нет.Быстро убрав инструменты, подошёл к окну. Тень на улице, небольшой женский силуэт за стеклом.
Девушка?
Холод спокойствия вернулся мгновенно. Решительно направился к входной двери без какого-либо страха. Дверь сорвалась с петель резким движением руки. Стоял на пороге, готовый ко всему, кроме неё.
Она здесь..
Застыл, поражённый мгновением, которое выбило почву из-под ног.
Как это, блять, может быть правдой?!
Губы сжались жёстко, скрывая замешательство, но мысль прорезала сознание ясно: всё ещё реагирую на неё.
Даже спустя столько лет.
Сердце пропустило удар, грудь обожгла внезапная боль. Перед глазами возникла она, неожиданно и болезненно знакомая. Острые вспышки эмоций нахлынули сразу: удивление, гнев, разочарование и ноющая боль.Выражение лица оставалось каменным, но внутри бушевал шторм чувств, отвергнутых разумом, подавленных волей. Стояла растерянная и неловкая как непрошеный гость из прошлого, которого давно похоронил. Зимняя одежда придавала ей хрупкости, лицо бледное, глаза полны недоумения и страха.
Чего она боится? Меня?
Этот испуг отозвался тупым ударом в груди, сдавило сердце железным кольцом. Прекрасная и испуганная, напомнившая старую, незажившую и терзающую боль.
Такая невыносимо красивая и нежная.
Сука, до сих пор тело помнит её. Реагирует и поддаётся на каждый взгляд.Помню каждую мелочь, любую деталь её облика.
Легкое движение бровей, едва заметная морщинка возле глаз, тонкая линия губ — ничто не ушло из памяти. Вспоминаю походку — лёгкость движений, плавность шагов, грациозность фигуры. Даже запах волос, оттенок кожи, изгиб шеи остаются яркими картинами в моей голове. Кажется, я знаю её тело и лицо настолько хорошо, будто смотрю на своё собственное отражение. Однако эти воспоминания приносят лишь боль и страдания, заставляют чувствовать одиночество и потерю. Вспомнилось вдруг старое ранение, незаживающая рана души, отзывающаяся вновь острой, мучительной мукой. Голова гудит тяжёлым гулом, будто поезд мчится сквозь туннель сознания. Мысли острые, как осколки стекла, режут изнутри. Один вопрос снова и снова колотит по черепушке, как молот по наковальне:
Зачем?! Зачем она здесь?
Жизнь шла размеренно, чётко, словно стрелки часов, медленно двигаясь вперёд.
Всё было понятно и просто. Пусто и холодно. Пришла и снова сделала всё слишком сложным и невыносимым. Снова заставила почувствовать что-то. Думал, что навсегда забыл это, но...
Зачем вернулась?
Поему решила разрушить покой, выстроенный годами терпения и усилий?
Её присутствие вновь вызвало чувство тревоги, раздражения, беспокойства, которое давно казалось забытым. Душа разрывалась, ища покоя и чего-то ещё.
Чего она хочет?
В глазах её читалось удивление и расстерянность, губы дрогнули, собираясь произнести слова, которых не хотел слышать.
Не смогу это вынести. Не снова.
— Зачем ты приехала, Аня? — выплюнул сухо, пряча волнение под маской равнодушия.
Сердце билось тяжело, рука сжимала дверную ручку, как оружие против воспоминаний.
Аня... Я никогда так её не называл.
Даже забыл как оно звучит.
Девушка смотрела испуганно, виновато, хотела объяснить, оправдываться, но я не позволил.
Не захотел снова окунаться в это. Снова что-то чувствовать и ощущать.
Снова так любить.
Сердце моё выжжено дотла, нет места новым чувствам, нет желания страдать снова. Больше не позволю эмоциям завладевать мной, контролировать мои поступки, лишать сна и покоя. Снова добровольно обречь себя на муки.
Никогда.
Её появление всколыхнуло старые раны, острую боль предательства.Единственное письмо, кольцо и слова... Ты мне больше не нужен.
Не нужен...
Ударила точно в самое сердце, обжигая душу горячей лавой, оставляя после себя серую пыль и пустоту. Из сердца выпали искры надежды, теплота чувств ушла вместе с ней, осталась одна бесконечная тьма. Внутри образовалась дыра, злая и жадная, поглощающая остатки тепла и радости, превращая всё в камень и лёд. Запустела моя душа, замёрзла кровь, застыло дыхание. Остались одни суровые мысли, жёсткие взгляды, холодные решения.
Всё сожгла в душе и сердце. Больше ничего не осталось.
Она молчала, теребя рукав пальто, взгляды встретились ненадолго, потом девушка опустила голову.
Не позволю снова сломать меня.
— Уходи. Тебе здесь не место, Аня. — произнёс грубо и холодно с безразличием в голосе, надеясь что это точно подействует.
Заметил реакцию девушки — она дёрнулась как от мощного удара кулаком. Увидел, как губы её сжались в тонкую линию, подбородок задрожал, глаза потускнели, наполнившись влагой. Замерла на месте, будто поражённая молнией, не находя сил пошевелиться. Сразу понял, что задел за живое, попал точно в цель, ранил серьёзно и бесповоротно. Чувствовать чужую боль неприятно, особенно зная, что сам виноват в этом, но иной дороги нет.
Не могу себе позволить сочувствия и нежности.
Но невидимая рука схватила моё сердце и пытается вырвать его из груди. Боль такая острая, что перехватывает дыхание и заставляет сжиматься каждую клеточку тела. Будто железными когтями разрывают грудь изнутри, оставляя пустоту и отчаянье. Каждое мгновение приносит новую волну боли, словно удары молота по раскалённому металлу. Нет спасения, нет покоя — только бесконечная пытка, разрушающая остатки мёртвой души. Голова кружится, мысли путаются, и кажется, что мир вокруг рушится.
Хочется сдохнуть прямо здесь.
Только бы эта невыносимая мука прекратилась, лишь бы вернуть спокойствие и ясность ума.
Надо что-то решить пока не сорвался. Пока голова ещё способна соображать.
Голос выдал на автомате и чётко:
— Где ты остановилась?
— Я не... — начало она тихо, почти бесшумно.
— Жди здесь, я подгоню машину и отвезу тебя. — отрезал и отвернулся, не в силах больше смотреть на неё.
Эти глаза...
Эти чёртовы глаза, смотрящие с надеждой в глубоко потаённые части потерянной и тёмной души. Ждущие любви и прощения.
Зовущие и просящие вернуться назад.
Хотелось отозваться и сказать что-то, чтобы успокоить... Но молчал.
Надо поскорее увезти её отсюда, чтобы больше не видеть и не вспоминать.Чтобы забыть всё навсегда как страшный сон. Будто не было ничего в моей жизни.
Будто не было её.
— Нет, спасибо, меня ждут. — ответила с дрожь в голосе.
Застыл резко, напрягая сильно мышцы лица и поморщился. Воздух как-будто выбили из груди и не давали снова вздохнуть.
Ждёт? Кто? Мужик?
Сука.. Какого хуя так херово от этого?
Взгляд потяжелел, став холодным и сосредоточенным. Челюсть напряженно сжалась, исключив малейшую возможность проявления чувств. Вернул себе контроль над эмоциями и телом. Она смотрела на меня и в её глазах застыли слёзы. Видеть их — это адская мука, терзающая моё сердце и совесть. Каждая слезинка прожигает дыру в груди, заставляет жалеть о словах. Но выбора другого не было — отступить означало позволить себе слабину, потерять контроль над ситуацией.
Нельзя снова поддаться.
Боль, причинённая ей, ужасна, непереносима, но оправданна необходимостью защититься. Её голос и тело дрожали. Она смотрела на меня со слезами на глазах.
Глаза такие же.
Чистый и невинные. Всё как я помню. Словно ничего не помнят о случившемся. Словно ещё помнят меня. Любят. Ждут.
Маленькая моя...Не смотри на меня так...
Так блядски невыносимо.
Она медленно повернулась и, едва слышно ступая, двинулась обратно. Её фигура казалась хрупкой и уязвимой в тусклом свете фонарей. Каждый шаг отдавался болью в его душе, заставляя сердце сжиматься от невосполнимой утраты. Стоял неподвижно, заворожённый её уходящим силуэтом, понимая, что теряет нечто важное навсегда.
Я всё сделал правильно. Правильно.
Ей не место в моей жизни.
Душа терзалась, словно ножом разрезали пополам. Тело дёргалось, желая остановить и удержать рядом любой ценой. Но я стоял неподвижно. Признать это означало слабость, которой позволить себе не мог. Внутри нарастало ощущение безвозвратной потери и очередной порции привычной боли. Когда машина скрылась из виду, чувство беспомощности захлестнуло волной ярости.
Она уехала.
Снова оставила меня одного.
Рыча от бессилия, бросился к ближайшему дереву, молотил его кулаками, выплескивая накопившуюся злость и разочарование. Обрушивая на него всю боль и ярость. Кожа на костяшках быстро покрылась кровью, но физическая боль была ничтожна по сравнению с той пустотой, что оставила после себя она.
Я хотел, сука.
Хотел, чтобы она осталась.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.