Ангелия. Жизнь за тремя морями

Тайные занятия.

Несколько дней Ангелия то и дело хвостиком везде бегала за Мэрри. Наблюдала за тем, как та готовит, старательно запоминала все тарелочки для этого дела, каждую кухонную приблуду, каждую кастрюлю и сковородку, изучала как правильно ориентироваться в готовности ингредиентов.

По пятам девушка следовала за ней, когда та что-то перекладывала с места на место в доме: одежду, баночки, скляночки, веник, полотенца, постельное бельё, бумаги, клинки и мечи с саблями. Ангелия старалась запомнить всё в этом доме. К тому же, в этом процессе узнавала новые тонкости. Приготовленное и не съеденное – убрать в прохладную комнату, где вход в погреб. Подмела или помыла пол – всё необходимо вымыть и вычистить, потом ставить на место. Сделали закрутки или консервы – помести банки, где темно и холодно. Можно подумать, что это всё простецкие вещи, которые знает каждый, но для неё это была абсолютно новая информация, которая раньше была сокрыта за быстрой и незаметной работой других людей у неё дома.

Мэрри оказалась и в правду искренне доброй женщиной. Хотя девушка первое время и задумывалась о возможном её двуличии. Из опасности к незнакомцам, разумеется. Она относилась к ней с таким пониманием и волнением, что сложно было представить, что несколько дней назад они вовсе и не были знакомы. Всё рассказывала и показывала, относясь со спокойствием к тому, что Ангелия ничего не знает. И всё старалась внести ей в голову то, что хоть та и приставлена к ней, как помощница по дому, но она не её собственность и не служанка в доме. Что она обыкновенный человек со своими желаниями и настроением. «Все тебя тут так воспринимают.» – Уверяла Мэрри её.

Так же хозяйка рассказала, что на острове есть еще пара таких людей. Которых подобрали в море, после каких-либо природных явлений. Все нашли здесь своё место, а кто-то даже подался в плаванья. Вот она и уверяла девушку в том, что и Ангелия найдет своё. Хоть та и не совсем серьёз воспринимала её слова. Как можно тут найти своё место, если ты вырос совсем в других условиях? Да и к тому же, как можно забыть свой дом и родных, которые о тебе беспокоятся? В общем, девушка не сомневалась в том, что её начнут искать, хоть и не известно когда.

Каждый день, просыпаясь, Ангелия смотрела в окно. Морской горизонт пленил своей синевой, поблёскивая от утреннего солнечного света. Из раза в раз, она любовалась им, всё еще не веря в то, что находится здесь. Она так далеко от дома. Она так далеко от привычных ей занятий и быта. И смотря на горизонт, у неё всё не утихала надежда, что может быть её найдут уже сегодня. Разумеется, здравым смыслом она понимала, что такого не случится.

Каждую ночь, перед сном, девушка представляла свою маму, которая занимается своими делами дома. Которая ходит ночью по большой гостиной с огромными панорамными окнами в свете луны и камина и пьёт чай из своей фарфоровой чашки. Которая днём посещает свою любимую конюшню и проходится мимо стойл, звонко стуча тростью и каблуком идеально отполированных туфель. И она даже не представляет куда занесла судьба её дочь.

Еще Ангелия представляла, как обрушится её гнев на всех, когда до неё донесут весть о крушении. Как мать всполошит тут же пол города, снарядит корабли и отправит их на поиски. Как она будет грозно смотреть в глаза Гарену. Оказалось, прелестный молодой человек не так уж и идеален? Будет ли она разочарована в нём после такого? А позволит ли находиться рядом, а тем более заикаться о свадьбе? А если он не выжил? Кто теперь придёт на его место, когда девушка вернётся домой?

Иногда ночью Ангелию посещали кошмары. Ужас громадных волн всё не покидал её. Горящий корабль и водяная гладь каждый раз поглощали кого-то из её близких. Ей снилось что она тонет, задыхаясь от собственных волос, или кто-то тащил за ноги на дно пучины. Снились неприятные сны, как она попала на пиратский корабль, но всё развернулось далеко не так как наяву. Каждый раз просыпаясь под покровом ночи, Ангелия нервно выдыхала и успокаивала себя тем, что сейчас всё хорошо с ней и она в лучшем месте. Хорошо, что эти сны были редкостью.

Домашним девушку уже представили, как Энджи. Мэрри объявила это за одним из ужинов, когда удалось собраться всем вместе. Капитану очень понравилось, что её имя теперь звучит проще. Как он сказал, «Теперь не будет черной чайкой среди людей!», а его сын же скорее никак не воспринял эту информацию. Немного сдвинув брови, он искоса посмотрел на отца и мать и это была вся его реакция.

Отношение к Ангелии в доме было абсолютно равнодушным. Капитан замечал её только тогда, когда на неё обратит внимание жена. В остальное время ему не важно тут она или нет. На любое приветствие он может что-то буркнуть в ответ или протянуть: «Угу». А сын так вовсе никак с ней не взаимодействовал, даже не здоровался. Иногда девушка замечала, что он смотрит на неё слишком серьёзным, слегка прищуренным взглядом, но иногда он бывает через чур безразличным. Он никак не реагировал на приветствие и вовсе делал вид, что к нему никто не обращается.

Но так себя он вёл не только с Ангелией. Мужчина не лез в общение за столом, не останавливался поболтать с Мэрри на кухне, и единственное, что он говорил дома это: «Доброе утро.» и «Как скажешь, пап.», если тот ему что-то говорил. Разумеется, если ему задавали вопросы, то он отвечал на них. Да и вообще, он вёл такой образ жизни, что дома он почти не появлялся. Либо появлялся тогда, когда Ангелия его не видела – ночью или утром, а может на оборот уходил в это время. Большую часть своего времени Лео находился у себя в комнате, а если есть возможность взять еду с собой – то и за столом не появлялся.

Мэрри, конечно, во время домашних дел уделяла время девушке. Разговаривала, что-то спрашивала, интересовалась чем-то. А как только дома появлялся капитан, так Ангелия уходила на второй план. Может тем самым она показывала, что нужно быть самой по себе? Это лишь догадки.

Как итог – девушка привыкала к новому окружению, стараясь быть аккуратной, тихой и послушной. Как и планировала. Это совершенно другой мир, со своими правилами и законами, со своим стилем общения, с абсолютно другого нрава людьми. Всё еще непривычными оставались слова, употребляемые в речи, прямота выражения эмоций, местные наречия. Ангелия до сих пор дивилась открытости нарядов хозяйки: юбкам чуть ниже колена и на ногах, нет никаких чулок, глубокому декольте, что её доброго размера грудь блистала своей неотразимостью… Оставалось ещё многое повстречать на этом острове, ещё многому можно будет удивиться!

Как-то одним днём Ангелия осталась дома одна. Мэрри ушла готовить прилавок к продажам, уточнив при этом, что уже затянула с его открытием из-за новой гостьи. Ангелии же было поручено не скучать, а заняться ответственным делом – протирание пыли по всем комнатам. Так сказать, пора оттачивать навыки, самостоятельно направляя свои действия. Женщина снарядила юную леди пипидастром и парой влажных тряпок.

Протирать всё на первом этаже не заняло труда. Неспеша Ангелия протёрла все вокруг стола. Ветвистые рога, ту самую страшненькую клыкастую рыбу, картину с морским простором. Все завитки, вырезанные на стульях, подоконники обоих окон, где-то смогла достать до высоких карнизов.

После протёрла подоконник около входной двери. Это окно больше всех нравилось девушке – витражное с красными, тёмно-коричневыми, зелёными и синими стёклышками, составленных в разнобой. Когда солнце под конец дня начинает светить на дом, то пол в зале становится невероятно красивым!

Потом были протёрты все полки на кухне. Каждая тарелка, кувшины, вазочки, всё что было пыльным и стояло на виду. Протёрт кофейный столик у дивана, сам диван, кресло, опять подоконники.

– Уф! – Выдохнула Ангелия, поставив кулаки на тазовые кости, осматривая всё вокруг. – Пол дела сделано! Осталось комнаты.

Только начала подниматься по лестнице, как увидела пыль на перилах, балках и столбиках. Эта волшебная штуковина, пипидастор, просто палочка с длинными ворсинками, а как хорошо справляется со своей работой! В любую щель залезет и уберёт всё при всё!

Наконец, ступени наверх закончились. Уверенным шагом девушка зашагала в комнату капитана и его жены. Но тут уверенность пропала, пятки более аккуратно стали касаться пола, а потом и вовсе шаг начинался с пальцев. Девушка еще ни разу не заходила в комнату хозяев дома. Робко она посмотрела на входную дверь, которую отсюда было хорошо видно, удостоверившись, что сейчас никто не зайдёт. Ещё чуть помявшись на месте, наконец, вытянув руку вперёд, Ангелия толкнула пальцами дверь, чуть зашкрябов ноготками. Деревянная дверь открылась.

Комната меркла в приглушенном солнечном свете от плотных занавесок. Какой-то сладкий запах коснулся носа. Первое что увидела девушка – это большой пушистый ковёр на полу кофейного цвета. Оказалось, это небольшая комната, чем думалось ранее. При входе стоял угловой шкаф тёмных тонов, с большим зеркалом во весь рост на одной дверце. После по стене стоял комод, заставленный всякой мелочёвкой: заколки, расчёски, баночки. Тут же, выше него, много полочек с разной всячиной, фигурки, статуэтки. В углу к потолку подвешен горшок с цветком, стебли которого спускаются вниз почти до пола. У окна стоит кровать с балдахином, но на котором нет никакой ткани или штор, просто голые деревяшки. Светлая цветная постель на кровати, сразу видно, где чья сторона по подушкам – огромная с левой стороны и справа в два раза меньше. На прикроватных столиках тоже заметны особенности – справа лежит зеркальце, какие-то склянки, по-видимому, с кремами, а с лева кружка с отбитой ручкой, какая-то книга и изюминка – воткнутый в столешницу нож. Как попиратски!

А что увидела Ангелия на стене с левой стороны поразило её до центра разума! Вся стена увешана различными мечами необычных форм, шпагами невероятных кузнечных работ, саблями с разными изгибами, ножами с ювелирными рукоятками, необычные топоры! Открыв рот, Ангелия смотрела на эту красоту и не могла оторвать глаз. Один клинок с позолоченной рукоятью и изумрудами, вот сабля с волнообразным лезвием и гравировкой на нём у рукояти «主虺»,чтобы это не значило. А вот на той шпаге точно вставлены бриллианты, не иначе, так блестят на солнце! И большая часть этих орудий точно в рабочем состоянии!

– Вот это да! – Прошептала она, всё еще бегая глазами по разным достопримечательностям этой комнаты.

Как она была рада, что у неё есть возможность посмотреть на такое изобилие драгоценностей. А что еще лучше – есть возможность подойти поближе и поразглядывать что хочется! Смахивая пыль ворсистым оперением с клинков, Ангелия представляла, как берёт тот или иной в свою руку. Как делает взмах или выпад.

Когда-то она так же удивилась в своей жизни возможности посмотреть на огромное количество холодного оружия. И многие из них подержать в руке, выбирая подходящий. Воспоминания нахлынули Ангелию.

Еще совсем юная она бегала по дому, не желая больше слушать уроки, которые сильно ей надоели. Девушка закрывалась у себя в комнате, не желая никого видеть и подпускать к себе. Это время, когда она еще не стала светской дамой, хотя по её возрасту уже было необходимо вести себя подобающе. Но вот незадача – все занятия, которые окружали её не были милы душе. И вот однажды, собравшись с мыслями, Ангелия как подобает юной леди, вышла в своём синем платье из комнаты и по большим коридорам отправилась на завтрак с мамой. Проходя большой отполированный холл, шурша платьем и цокая невысокими каблучками, она оказалась в столовой. Тут уже сидела её мать. Как всегда строго одета в рубашку и жакет чёрно-белых тонов, с какой-нибудь дорогой брошью на левом кармане. Её черные волосы с заметными прядями седины завиты в волны и уложены в идеально ровное каре, модной стрижкой того времени. Она сидела на своём месте с показательной осанкой, держа перед собой газету. На столе уже стоял завтрак.

Острый взгляд вонзился в девушку, как только та пришла. Голубые глаза, подведённые чёрными стрелками, были точно лезвие бритвы.

– Ты опоздала. – Уточняющий сухой тон её голоса эхом разлился по мраморному полу.

– Я знаю. – Тихо, но уверенно ответила девушка.

– Что за выходки, Ангелия? – Переведя взгляд в страницы, женщина продолжала разговор, по-деловому приподняв свой острый подбородок. – Как мне объясняться учителям за твои капризы? Чего тебе не хватает?

– Мама, я хочу тебя попросить кое о чём. – Опустив глаза в пол, девушка стала перебирать пальцы на руках.

– Что на этот раз? – Женщина стала складывать газету.

– Я хочу научиться защищать себя. – Уверенность пропадала с каждым новым словом.

– Опять ты за своё… – Прошипела женщина, с шумом выдохнув.

Кончики её пальцев коснулись лба. Повисла тишина на несколько секунд.

– Я тебе уже давала свой ответ.

– Я знаю! – Всполошилась Ангелия, и чуть не плача затараторила, – Прошу тебя! Столько великих дам умело владеть клинком! Я тоже хочу быть в их числе! Мама, ну очень тебя прошу! Отдай меня на обучение!

– Хватит! – Чуть прикрикнула женщина. – Будет достаточно твоих занятие верховой ездой. Фехтование – это слишком опасно.

– Мама, послушай! – Жалостливо протянула девушка.

– Оно тебе не нужно. Рядом с тобой будет достойный мужчина, который сможет защитить тебя в случае опасности. Ты не деревенская простушка, чтобы завладевать оружием! Охрана, стража, гвардейцы, зови их как угодно, для чего существуют? Чтобы защищать тебя!

Последние слова прогремели точкой в её высказывании. Холод стен и пустота зала возвысились. Ангелия что есть мочи сжала юбку платья в кулаки. Почему другим можно всё что они попросят? Почему именно она должна быть «хорошей невинной девочкой»? Почему всё решают за неё? Примерно такие вопросы вертелись у неё в голове. И где тут справедливость?

– Завтрак давным-давно остыл. – Проговорила отчётливо её мать. – Присядь за стол, Ангелия.

Еле держа слёзы, девушка прошла к своему месту, рядом с матерью. Сжала спинку стула хрупкими пальцами до бела. И вот вдохнув побольше воздуха, будто он придал ей сил, она снова заговорила:

– Я сердечно прошу тебя. – Взглянув в ясные глаза женщины, девушка расправила плечи. – Разреши мне обучаться искусству владения клинка. И я обещаю, я больше никогда ни о чем тебя не попрошу! Клянусь.

Задумчивый выдох от госпожи Бранка не предвещал ничего хорошего. Она закрыла глаза и сложила руки в замок перед собой, опершись переносицей в них. Прошло несколько мгновений, показавшимися вязкой вечностью, от чего у Ангелии затряслись все поджилки.

– Бог с тобой. – Наконец проронила женщина, словно совершенно нехотя. – Если я найду подходящего для этого учителя, знающего толк в своём деле. Но с этого дня ты не пропускаешь других запланированных занятий.

Надо ли говорить о том, что счастью Ангелии не было предела? Стоит ли говорить о том, что она не верила своим ушам? Думаю, тут и так всё понятно. Многие годы упрашиваний были бесполезными и тут свершилось чудо!

Долго, хотя аж бесконечно, но учитель нашелся. В запланированный день он прибыл в дом, а Ангелия с самого утра была, как на иголках. Вечером она спустилась из своей комнаты в пудровом платье, вся светясь от радости и еле сдерживала себя, чтобы вдруг не пойти бегом. В гостиной её мама уже вела беседу с новым посетителем их дома. Молодой мужчина стоял спиной ко входу и первое что увидела девушка – это его каштановые волосы, повязанные на чёрный бант в низкий хвост по лопатки и белый костюм на нём.

– А вот и она. – Прервала разговор женщина и указала кивком в сторону вошедшей дочери.

Едва поклонившись, мужчина развернулся к указанной персоне. Уголки его тонких губ были едва приподняты и держался он как подобает всем вышестоящим сословиям. Прямые брови указывали на его невозмутимость прибывания здесь. Острые скулы и прямой нос подчеркивались искусственным освещением. Мать девушки встала рядом с ним.

– Ангелия, познакомься. – Начала она, указывая на мужчину, – Это твой учитель по фехтованию, Даниэль Женри Гонтье.