Тарас. Охота на бюрокрастов

Тарас знал, что первые минуты он будет объектом наблюдения не только программ анализа, но и какого-то узкоглазого психолога, а в службу безопасности берут не только из-за успехов в боевых искусствах и меткой стрельбе. И сидит этот надзиратель в далеком Мокиеве, холодным взглядом следит за работой Тараса, настраивает внутренности системы, чтобы потом она следила за подобными случаями уже сама. Потому надо с улыбкой и расторопностью взяться за починку. Сделать хотя бы первый.

На это ушло полчаса. Затем Тарас как бы по ходу дела достал из нижнего ящика небольшой пульт с двумя антеннами. Прочный алюминиевый корпус тяжелее в сравнении с обычными любительскими пультами из пластика. Нажал оранжевую кнопку и подошел к восстановленному дрону. Взмахом руки поднял его в воздух, подошел к компу и переключил на управление основной программой. Дрон живо откликнулся, передал свои параметры, сигнал готовности, открыл канал для ввода адреса и секции в ангаре, откуда подхватить посылку. По экрану побежали кривые графиков и часто замелькали цифры, услужливо сообщая все параметры дрона. Тарас взял пульт и пару раз ткнул пальцем в сенсорный экран. Подошел к монитору и улыбнулся, когда увидел, что в основной программе данные меняются с помощью его пульта. Затем Тарас повозился со вторым дроном, до условленного звонка Жеки. Тот красиво пригласил Тараса на срочную встречу в кафе по поводу повышения на работе. Разговор, естественно, был записан системой мониторинга Ali-Express.

Лучась теперь уже искренней улыбкой, Тарас сунул устройство в сумку и направился к выходу.

Система на этот раз связала с оператором.

– Вы закончили? – спросил Тараса холодный голос. С экрана смотрели бесстрастные узкие глаза.

– Не совсем, но я… Меня неожиданно пригласили приятели. Все-таки выходной. Я доделаю в рабочее время. Извините!

Лицо на экране окаменело и Тараса на миг окатило холодной волной до самых пят. Но голос прозвучал приветливо:

– Все в порядке, Тарас Гарматный! Спасибо за то, что сделали работу в свободное время.

Двери распахнулись и быстрым шагом, чуть не срываясь в бег, что вроде бы как можно, но заподозрят, Тарас засеменил к машине.

#

– Куда теперь? – спросил Орест, как только надавил на газ.

– Туда, где мы оставили дрон. – Тарас казался вполне серьезным.

Прибавив скорость, Орест хмыкнул:

– Ну, ты нас точно прикончить хочешь!

– Мы тут обговорили все, – сказал Жека, – и решили, что ты хоть и сумасшедший, но все же герой.

– Да! – поддержал его Андрей. – Не сказать, что мне нравятся твои затеи, но … они реально мотивируют. По тебе вижу, по Жеке.

– А по мне? – спросил Орест. – Вообще, может и действительно в этом какой-то смысл? А то крутишься в суете, а тебя давят и давят эти дерьмоеды. И ведь знаем, что дальше будет только хуже, но все боятся рыпнуться. Нас уже стреляют, блин, а мы все ездим на работу!

Наконец-то оценили! Тарас повернулся в полоборота, чтобы видеть всех троих и сказал:

– Мужики! Я верю, что это только начало. Главное – убрать этих гадов. Придут еще – уберем и тех. А потом будут бояться. Или вообще нормальные придут. Да… Лучше, чтобы не боялись, а были как мы.

– А может тебя изберем? – спросил Жека. – Серьезно! А?

Орест даже присвистнул:

– Хо-хо! Вот это идея! Что скажешь, Тарас?

– Ты такой инициативный! – заметил Андрей. – У тебя получится. Точно! Будешь главой района.

– Да и нам будет польза. Куда-то устроишь потом. – сказал Жека.

– Не понял! – насторожился Тарас. – Это куда еще? Тебе что, на твоей работе плохо? Я думал, ты у нас лучше всех устроился!

– Короче, Тарас! Мы готовы помочь тебе. – подытожил Орест. – Не знаю, что из этого получится, но с тобой всегда интересно. А сейчас тем более.

Наконец появились первые машины. Где-то здесь утром произошло самое яркое событие в жизни друзей. Но сколько их еще будет с безумными планами Тараса? Орест повернул на улицу, что вела за город и уменьшил скорость. Следов на дороге не видно – полотно сухое, ни снега, ни грязи, смотреть надо далеко вперед, выедая глаза в страхе снова нарваться на вооруженных отморозков. Если попадутся в этот раз, то Макс вряд ли поможет.

– А как работает эта штука? – спросил Жека, кивая на пульт в руках Тараса.

– Сейчас он поищет доступные сигналы, их легко засечь, а кодировка у всех одинаковая. Та-а-ак!

Внезапно Андрей закричал:

– Смотрите!

И ткнул пальцем на свою сторону дороги, чуть вперед и вверх – со стороны леса к ним летел дрон. Тот самый, что у них забрали утром. Тарас узнал его по характерному профилю.

– Значит, они где-то рядом? – в голосе Жеки зазвучала тревога.

– Не обязательно! – ответил Тарас. – Радиус управления до пяти километров. Так что…

Он лихорадочно бегал пальцами по сенсору пульта. Дрон к тому времени пошел на снижение и друзья, вжавшись в кресла, а Орест еще и вот-вот вырвет руль, наблюдали, как траектория полета выводит дрон, начиненный взрывчаткой, на их Форестер.

– Тормози! – закричал Жека.

Почти в тот же миг Андрей выпалил:

– Давай быстрее!

Орест заревел медведем и надавил на газ. Наконец Тарас озарился улыбкой:

– Все! Он опять наш!

Дрон резко взмыл вверх в нескольких метрах от машины. Сделав петлю с изворотом, полетел рядом. Тарас хлопнул Ореста по плечу:

– Тише, дружище! Тише! Все в порядке.

Машина съехала на обочину. Руки Ореста вросли в руль. Он слегка покачивался взад-вперед и мотал головой:

– Это что же они хотели сделать? А?

– Развлекались ребята! – попытался улыбнуться Жека. – Не наигрались дронами в детстве!

– А оно у них было? – съязвил Андрей.

– Пусть лучше бы их самих не было! – Жека скривил губы. – Они что, хотели типа сбить нас нашим же дроном?

– Типа того! – кивнул Тарас. – Вряд ли они знали о бомбочках. Просто хотели поприкалываться.

В двух метрах перед машиной медленно приземлился дрон.

– Представляю, какие у них сейчас глаза. – засмеялся Тарас. – Видят все то же, что и мы, а сделать ничего не могут.

– Слушай, ну это мы точно проблем не оберемся! – заключил Орест. – Меня вычислят первым по машине.

Он глубоко вдохнул и сипло выпустил воздух.

– Да, это проблема! – согласился Тарас. – Но… Блин, дрон у нас. Заряженный! А время идет. Ты, Орест, отвези нас в спокойное место, а я доделаю то, что мы запланировали.

Он снова уткнулся в пульт и спустя секунды друзья проводили взглядами хищную пластиковую птичку. Орест вывел машину на дорогу.

– А ты можешь определить, где же эти ребята? – спросил у Тараса.

– Момент!… – Тарас выдержал паузу и, округлив глаза, выпалил: – Они по ходу движения. Разворачивай! Скорее!

Машина сделала резкий разворот, выехала на обочину и, оставив глубокий след в мокром гравии, стрелой полетела к городу.

Тарас не отрывал взгляда от пульта, что-то тыкал, водил пальцем по экрану, наконец откинулся на спинку и закрыл глаза:

– Все! Мужики! В этот раз я сам! Не мешайте только!

– Давай, давай, Тарас! – бросил Орест. – Но ты говорил, что нельзя в город?

– Уже можно! Езжай хоть куда-то, лишь бы побыстрее!

Тарас не отрывал взгляда от экрана. Конечно, не такой удобный, как голограмма, но этот пульт-перехватчик сделан одноканальным для защиты и надежности и потому связь с дроном никто и ничто не нарушит. Андрей осторожно придвинулся к другу и, вытянув шею, заглядывал в экран. Он хоть и небольшой, но видно, как на картинке застыл красивый дом, конек на крыше ярко бросал в камеру блики от солнца. Рядом с домом кипарисы, какие-то плодовые, пока еще без листвы, во дворе никого нет. Тарас снизил дрон и прошептал:

– Узнаю! Хоть за это время он успел многое перестроить, зараза! За мои деньги!

Андрей в упор посмотрел на друга:

– Ты что?! Не только же за твои!

– Вот именно! Гад! Представляешь, сколько людей шлют этому хирургу проклятия?

– Но ведь кто-то и благодарит.

Тарас оторвал взгляд от экрана и отстраненно уставился вперед. Уже въехали в город, встретили несколько машин, по улицам уже ходят люди.

– Может быть! – Тарас исподлобья посмотрел на Андрея. – Но таких, как я – больше.

Пальцы ожили, заскользили по сенсору и картинка тронулась. Дрон набрал высоту и завис над домом.

– Сегодня никакой пощады! – ледяным голосом сказал Тарас и большим пальцем надавил на экран. Картинка озарилась вспышкой. И в тот же миг раздался взрыв где-то впереди по ходу движения. Тарас вскинул голову и мотнул ею из стороны в сторону, разглядывая улицу.

– Ты куда нас завез? – гаркнул Оресту.

– Сам же сказал езжать куда хочешь. Я сделал петлю и теперь, думаю, им нас не найти.

– Двор Саловича на соседней улице! Блин!

– Что блин?! Заканчивай уже! Я могу остановиться. А?

– Не надо.

Тарас вытер со лба пот и опять уткнулся в экран. Там во дворе уже люди, выбежали в домашней одежде и мечутся возле летней беседки подальше от дома. Две женщины, наверное, жена и дочь, что-то голосили, то воздевая руки к небу, то хлопая ладонями у груди, то хватаясь за голову. Салович – жирный как боров, стоял у гаража и смотрел прямо в камеру. Заметил! Затем достал из кармана мобильник и кому-то пытался дозвониться.

– Страшно им! – презрительно скривился Тарас. – А жить не по средствам страшно не было?! Сволочи! Вот Вам еще!

Занесенный большой палец Тарас тяжело обрушил на экран. В этот раз громыхнуло совсем близко. Завыла сигнализация, раздались чьи-то крики. Тарас замер над экраном. Вот разошлись клубы пыли, дым отнесло ветром в сторону и на картинке проявилась огромная воронка, по краям обугленные деревья, беседка сложилась и завалена на соседние грядки. Тел не видно. Тарас направил дрон ниже. Под выступающим козырьком гаража лежала окровавленная груда, на стене пятно, видно взрывная волна бросила Саловича на кирпичи и теперь… Тарас приблизил дрон вплотную к телу. Да, мертв! Нечего тут рассматривать – от такого зрелища может и стошнить. Дрон взмыл вверх и сел на крышу гаража, хищной птицей оглядывая двор.

#

По соседней улице, наводя ужас на прохожих и заставляя их прижиматься к стенам, гулко и натужно мчался красный Туарег. На каждом повороте он притормаживал, чтобы дать возможность Сырому проверить не спрятался ли в каком переулке наглый Форестер с компанией обнаглевших идиотов. Посмели перехватить дрон! Он уже стал собственностью Сырого – такое давно понятно всем жителям Хаковки. Ну, хотя бы тем, кого после встречи Сырой оставил живым. Таких тоже немало, особенно в последнее время. Сырой стал замечать, что становится мягче, чуть ли не добрее – убивать тянет не всегда. Да и жителей все меньше, скоро не у кого будет отбирать. Хотя это отговорки – лохи и бараны будут в избытке во все времена. Просто внутри Сырого что-то изменилось за столько лет вседозволенности. Его уже знают, боятся, при первом намеке всё отдают либо, если это женщина, без вопросов отдаются. Иногда ему казалось, что его даже уважают. И тут такое!

Когда прогремел первый взрыв, интуиция Сырого мгновенно подсказала, что надо туда и срочно – дерзкая компания на Форестере там! Затем та же интуиция крепко – до боли – сжала внутренности Сырого: взрывы неспроста, что-то эти ботаны скрывают в своем дроне. Но последнее Сырой списал на очередной приступ язвы желудка и приказал Мотору прибавить скорость.

Волна второго взрыва прокатилась, когда Туарег уже выезжал на улицу в нескольких кварталах от крутого столба дыма, уходящего за ветром в сторону центра.

Макс вжался в кресло, руки цепко держали "Калаш", а глаза испуганно бегали по сторонам. Вот над машиной мелькнула тень, он быстро обернулся и успел заметить уже знакомый беспилотник.

– Что там? – гаркнул Сырой.

– Да вроде бы птица! – Макс развернулся и попытался состроить улыбку.

– Какая на хрен птица! Всех перестреляли! – заревел на него Сырой и тут же повернулся к водителю. – Тормози!

Завизжали тормоза и прочертив на асфальте две широкие полосы, парующие паленой резиной, Туарег застыл. Из него вывалился Сырой, прыгнул на капот и биноклем уставился в исчезающую точку над домами.

– Разворачивай и гони вон туда! – выпалил Сырой, хлопнув дверью. А сам обернулся к Максу, собрав брови на переносице. – Потом разберемся!

– Чего ты так долго с ним возишься? – спросил Орест. – Надо смываться отсюда!

– Точно, Тарас! – поддержал Андрей. – Ну его – этот квадрик. Новый закажем! Вдруг эти бандиты приедут!

Тарас водил пальцами по экрану и громко сопел. Жека неотрывно смотрел на дисплей. Когда в нем мелькнул красный Туарег, он подскочил на месте и заорал:

– Вот они! Орест, поехали!

– А забрать! Там же бомбочки! – запротестовал Тарас. – Он уже рядом!

– Они тоже! – Орест сорвал Форестер с места. – Взорви его обо что-то и все дела!

– Ты что?! Не видел, что эти две штуки сделали со двором Саленко? Он может кого-то убить… или что-то разрушить у таких же как мы… Нет. Так нельзя.

Тарас улыбнулся, глядя в экран и резко обернулся назад.

– Вот он, за нами! Останови!

Дрон неспешно сокращал расстояние, оставалось метров двадцать. Тяжело и манерно вздохнув, Орест остановил машину. Друзья повернулись к беспилотнику, подгоняя его взглядами и увидели, как в двух кварталах сзади на дорогу вырулил, еле вписавшись в поворот, красный Туарег.

Форестер сорвался с места, словно ракета.

– Блииин! – Тарас крепко сжал пульт и с трудом пересилив желание разбить его о днище машины, положил на сидение. Хотел посмотреть на преследователей, но Орест резко повернул в ближайший поворот. Машина взревела так, что друзья не расслышали, как сзади раздались автоматные очереди.

– "Форик" лучше держит повороты, так что сегодня уйдем. – Орест сумел взять себя в руки. – Но вот что будет дальше?…

– Да! Либо они нас, либо… – задумчиво сказал Андрей.

– У нас ни пистолетов, ни автоматов. – ответил Жека. – Хотя есть дрон, а в дроне…

Он выжидающе посмотрел на Тараса и добавил:

– Макс, наверное, хороший парень, но выбор сейчас невелик. Либо они, либо мы. Ты же сам понимаешь.

– Понимаю. – Тарас взял пульт.

– Они его бросили! – Сырой показал рукой на снижающийся дрон, но звериная "чуйка" в этот раз настойчиво кольнула в самое сердце и главарь тут же добавил: – Не спеши! В нем явно какая-то хрень!

Туарег остановился и Сырой, пригнув голову, опасливо посмотрел по сторонам.

– Да нет тут никого! – водитель стукнул по рулю тяжелой волосатой ладонью. – Мы же за ними гнались, Сырой! Отпетляют ведь!

– Да ладно! Завтра не найдем, что ли? Надо бы… – он осекся, потому что прямо перед глазами дрон взмыл вверх и завис над машиной.

– Эй! Эй! Чего они? – водитель снова вцепился в руль. – Может, ну его на фиг эту чертову игрушку?

В это время открылась задняя дверь и из нее вывалился Макс. Он бросился на другую сторону улицы и перескочил через забор ближайшего двора.

– Ты чего… – заорал Сырой. – Гаденыш!

Он вскинул "Калаш" и направил его в открытую дверь…

Тарас что-то шептал под нос, водил большими пальцами по экрану. Всматривался, закусывал губу и продолжал шептать. Наконец, его лицо озарила улыбка:

– Давай, Макс! Молодец!

И уверенно стукнул пальцем по экрану.

Орест нажал на педаль тормоза и повернулся к Тарасу. В этот же миг, где-то позади, раздался взрыв.

#

Следующим утром Тараса разбудил звонок. Взъерошенный Орест видно не выспался, глаза навыкате как у совы, что-то долго объяснял. Под конец возбужденной речи, когда у Тараса стало проясняться в мозгах, Орест заявил, что вечером ждет у церкви.

Рабочий день прошел как обычно – поступили еще четыре дрона, так что отвлекаться на тяжелые мысли не было времени. В обед пробежался по новостям в Джигле. В ленте уже висела новость о взрыве во дворе районного хирурга. "Кроме главврача хирургического отделения неизвестными были убиты его жена и дочь." Дальше Тарас не читал – отвлек звонок директора. Тот уточнил всё ли идет по плану и как-то невзначай вспомнил о субботнем выходе на работу. Такого в практике их отделения еще не было. Тарас отшутился, дескать чинайцы подают достойный подражания пример трудолюбия, а он не хочет терять работу, собирается всегда быть на хорошем счету в компании. Сергей задумчиво улыбнулся. Видно, что растерялся, а может представил, что и самому совсем скоро нужно будет переходить на подобную практику, ведь чинайцы действительно повышают требования. Потому, даже если хочется, то чересчур прыткого работника за такое не накажешь. Тарас вернулся к новости, оставил метку получать все связанное с ней и вновь окунулся в работу. Через час дзинькнуло сообщение с уточнением о машине с трупами известных серийных убийц. Милиция связывает эти два происшествия в одно. Версия такова: преступники использовали дрон для покушения и когда он возвращался, то, скорее всего, произошел несчастный случай из-за неосторожного обращения с техникой. То есть дрон взорвал самих покушителей. Веским доказательством версии служили остатки пульта управления среди обломков машины. Остались непонятными мотивы покушения, потому что в доме Саловича ничего не пропало, а ведь эта банда известна только грабежами, в том числе убийствами ради них. На это Тарас только улыбнулся. Следствие увидело прекрасную картинку и сойдется на ней. Вон еще сколько убийств нераскрыто!

Вечером Тарас приехал к церкви. Для него она была не более, чем музей – лет десять назад зашел пару раз и хватит! Что там делать? Слушать скучные и заунывные песни на почти непонятном языке? Единственное, что понравилось – запах ладана. Но уже тогда в некоторых магазинах продавали большой выбор восточных благовоний, так что и здесь религию обошли простые торговцы. И хоть церковь была недалеко и даже по пути к рынку, что-то внутри Тараса всегда заставляло обходить ее стороной.

У входа уже собрались. Орест стоял за руку с Олесей и что-то возбужденно рассказывал Андрею и Жеке. Лицо Андрея, как всегда, было отпечатком озабоченности, а Жека хоть и пытался иронично улыбаться, но глаза выдавали неуверенность. Поздоровались, Тарас о чём-то пошутил, но все потупились в землю. Только Олеся злобно сверкнула черными, как у ведьмы глазами. Эх, Орест, ну и выбрал мегеру! Она работала прислугой в церкви. После начала войны с Укроссией они остались вдвоем со старшей сестрой. Мать уехала в Испанию, а отец пропал без вести где-то на восточном фронте. Вот сестры и уехали куда подальше со своей родной Полоныны. На юга. Тут как-то обустроились, нашли летом подработки на полях. Осенью старшая зачастила в церковь – западенцы-то набожные люди. Молятся на рукраинском, а тут такая мода на все национальное, что взяли подпевалой. Злые языки говаривали, что не только в духовных, но и телесных нуждах помощница пришлась батюшке по нраву, хоть и семейный он, три раза женат, "тянет" пятерых детей. А когда твердо "стала на ноги", то и сестру свою пристроила. В церкви делов-то – чистить алтари, мыть полы да усердно молиться, чтобы все видели.

Как она охмурила Ореста никто не понимал. Он хоть и носил правильное национальное имя, но сам-то был местным. Может взыграло национальное? В общем Олеся затянула его потом и в церковь. Друзья часто подшучивали над этим и при любом случае подкалывали. Но Орест снисходительно воздыхал, мол, ничего не понимаете, пора бы вам повзрослеть. И вот сегодня позвал в церковь. Неужели после вчерашнего?

– Тарас, ты…

Олеся приготовилась вылить на него что-то гневное, но Орест резко дернул ее за руку и сказал:

– Я сам! Тарас! Надо сходить покаяться. Всем нам! Олеся проведет к батюшке, так что… Ну сам понимаешь, он в наше время очень занят – отпевания, отпевания… Но нам надо.

– Да… – задумчиво произнес Андрей. – Надо.

Жека молчал и боялся поднять глаза. Вот зараза – всех охмурила! Тарас хотел было рассмеяться, подколоть в очередной раз, но внутри что-то сжалось и подсказало, что это он втравил ребят в передряги и что так им будет проще. Может даже перестанут думать, что виноваты.

Когда вошли, Тарас ахнул. За десять лет церковь осовременилась. Вместо старой облупившейся краски теперь стеновые экраны. Прямо у алтаря голограмма живого спасителя, внизу бегущая строка "Воссоздан по древним фрескам". Тарас обежал взглядом прихожан – у всех на лицах живое благоговение. Особенно, когда голограмма обратилась напрямую к пастве с призывом служения, веры во спасение и благотворительной помощи на сохранение наследия и приумножения богатств церкви. На входе магазинчик, отдельно стоит статуя девы Марии со спрятанным в руке сканнером чипов. Кто с вживленным, тому достаточно коснуться руки девы Марии и сказать ей на ухо размер помощи. Затем Мария скорбным голосом подтверждает, что такая-то сумма переведена и что Божья Благодать прольется на дающего. На стене чуть выше статуи вспыхнуло: "Бог ждет тебя на Священном ВсеяРукраинском Портале!" Новым прихожанам предлагается вступить в соцгруппу данной Церкви либо на общерукраинском сайте получать новости. "Спаси свою душу, купи билет в Царствие Небесное!" На противоположной стене мелькали сцены ритуалов, каждая заканчивалась ценником на услуги. Оказалось, что даже здесь проводятся акции. Вот, например, отпевание умерших на войне до конца февраля со скидкой 50%. Только нужна справка из военкомата, что погибший не дезертир. Таких в нашей церкви не отпевают.

Андрей тоже смотрел на рекламу и тихо прошептал Тарасу:

– Олеся вчера призналась, что таки отпевают, но по тройному тарифу. А что делать – такое получается только после полуночи, когда батюшке разрешено снять церковный браслет.

– Ты ее видел вчера?

Андрей замялся, но ответил:

– Ну, ты сразу домой, а нас с Жекой Орест пригласил к себе. Там Олеська, слово за слово… В общем, рассказали мы ей.

– Вот дураки! – громко воскликнул Тарас и тут же пригнул голову под строгими взглядами прихожан.

Люди в церкви неторопливо прохаживались от алтаря к алтарю с монументально скорбными выражениями лиц. Все женщины в обязательных косынках. Постоянно шикают на детей, украдкой оглядываясь по сторонам в поисках одобрительных взглядов. Тарас отвернулся, надоели, пора уже к батюшке и домой. Только сейчас он ощутил, что ноги утопают в нечто мягкое, но материал определить не смог, его закрывала проекция травы. По ней крупные капли крови повели взгляд к распятию в центре зала, за ним оградка, туда Олеся и позвала всех друзей.

Батюшка Димитрий сидел с горящими глазами перед экраном с игрой AntiBureauCreate. Вошедших заметил, когда Олеся нарочито кашлянула. Экран тут же заволокло сочным, почти живым изображением процесса распятия Христа, отчего друзья потупили глаза, а священник успел приободриться, пригладить ладонью бородку и сделать лицо участливо-скорбным:

– Слушаю вас, отроки!

Олеся поклонилась:

– Святой отец, я вам говорила сегодня!

– Ах, да-да! Что же, всем Господь дарует искупление через Церковь! Всем, кто покается!

Он прошел за стойку и воссел за широкий экран.

– С чем пожаловали!

– Мы вчера… – начал Орест. – И не только вчера… В общем, мы пришли покаяться в тяжком грехе. Дело в том, что мы…

Батюшка не дал договорить. Сверился с данными о поступлении средств за ритуал и улыбнулся:

– Господь дарует Вам прощение! Всем четверым. Идите с миром.

Жека, до того сидевший с опущенной головой, встрепенулся, оглядел друзей в поисках понимания. Но встретил такие же взгляды. Орест, сглотнув подступивший ком, спросил:

– Это все, батюшка?

– Да!

Священник спустился с натянутой улыбкой. Выпирающий из-под рясы живот будто выталкивал друзей к выходу, а пальцы нервно стучали друг о друга, выдавая нетерпеливое желание поскорее избавиться от гостей.

– У меня много дел!

Когда друзья вышли за дверь, кинулся к экрану, убрал заставку и скрывшись от людских глаз продолжил игру.

Олеся встретила надменной улыбкой и прищуренными глазами.

– Как все прошло?!

– Спасибо! – Жека посмотрел так, что Олеся отшатнулась.

Все четверо прошли быстрым шагом на выход, расталкивая зазевавшихся прихожан.

Друзья поплелись к Тарасу домой, чтобы уже за пивом поделиться впечатлениями. Откупорив первую бутылку, Тарас сказал:

– А я благодарен Оресту и Олесе! После этого батюшки еще раз убедился, что Бога нет! Ведь как можно веками допускать такую несправедливость?

Он отпил немного и продолжил:

– А может Бог, которого вы так испугались сегодня, просто хочет, чтобы люди наконец сами разобрались с теми, кто им мешает?

– Хочешь сказать, что убийства теперь оправданы? – спросил Орест.

– Кем оправданы? Богом? Я не знаю! Да и какая разница?! Кровь льется всегда. Может так и задумано. Только льется она без разбору – хороший человек или плохой. А я хочу, чтобы если уж погибали, то только плохие.

Друзьям нечего было ответить. Орест жевал пиццу, Андрей смотрел новости, а Жека сменил тему: