- -
- 100%
- +
Ансельмо перетрусил, решив, что их бросили и отплывут к необходимому месту без них. «Что я тогда буду делать? Как вообще смогу добраться обратно домой, если мы здесь кинуты навсегда? Буду ждать встречу, с каким либо случайным кораблём, но это может длиться целую вечность! Нежели я ошибался в своих напарниках? Они же раньше казались добрыми, отзывчивыми, и вот тебе – на! Неужели, и правда – кинули? Дай Бог, чтоб всё было не так!». Но, вскоре он сообразил, что никто не посвящён в точные расчёты местонахождения затонувшего испанского галеона. Даже капитан мог не знать точных ориентиров. Всё тогда происходило в горячке, никому в голову не пришло что-то запоминать, все были сбиты с толку происшедшим! Нет, на корабле не могли обойтись без него. И команда попалась порядочная. Они были не живоглоты, желавшие уничтожить напарников из-за горстки жёлтого металла, что уже было чудом, в нынешнее время разобщённости и человеконенавистничества. Команда, как на подбор, состояла из порядочных, хороших людей.
На корабле, действительно, не задумываясь о чём-то дурном, ждали возвращения главного героя их мероприятия и двух моряков, находящихся с ним. Просто-напросто погода внесла свои коррективы в их планы.
Ансельмо успокоился, понял – это случайность. Стал думать, что им далее предпринять в такой ситуации? Искать жилище людей, дабы вернуть свою лодку и попросить приютить их на ночь, или остаться на берегу, спрятавшись в лесной посадке и выставить одного из них с оружием для охраны? Все проголосовали за самостоятельный ночлег на берегу. Двое будут спать, третий сторожить и через три часа меняться. Так и поступили. Ночь была тёплая, но ветряная. Спать хотелось всем, однако пришлось по очереди вставать на стрёму. Наконец наступило утро. Зарозовело, небо мечтательно позёвывало спросонок. Огненно – красные лучи трудяги – солнца внезапно опоясали весь небосвод, вновь подкрасив морскую рябь алым. Всё яснее и чётче можно было различить предметы, вырисовывавшиеся вокруг. Молодое утро вступило в свои права. Они вновь стали подавать сигналы о чп, приключившимся с ними. И, когда на корабле поняли их и отрядили вторую шлюпку, все увидели выбегавших из-за кустов незнакомых людей. Но шлюп успел подойти вперёд, подхватить невезучую троицу и увезти на корабль. А разозлённые местные жители начали кидать вслед им камни, палки, но они не долетали до беглецов. Только волны метались, окружая их, с визгом проглатывая то, что бросали аборигены вслед уплывающим.
На корабле все были рады, что отделались с наименьшими потерями. Пришлось искать другое пристанище. Наконец это им удалось. Они заметили новый маленький островок. Вновь та же троица вышла на разведку и определила – там нет ни жилья, ни людей. Они решили немного побыть на этом островочке, чтобы прийти в себя и набраться сил для дальнейших деяний. Их снова поразила красочная природа. Раскидистые, непонятной породы, деревья, колючие приземистые, дикие кустарники с очень вкусными ягодами, с множеством ручейков с пресной водой и рыбой в них! Время, проводимое здесь, показалось им просто курортом! Ловили рыбу, собирали коренья, ягоды, стреляли морских птиц. Выжили, набрались сил и, наконец, поплыли к тому месту, куда их вёл Ансельмо.
Единственное, что мешало им, на сей раз, Ансельмо, от волнения, сам подзабыл точные координаты. Сначала путались, но, наконец, попали, куда следует. Спускались в глубины Атлантики все по очереди, рассматривали, искали, вытаскивали, кто, что мог. Но вновь начался шторм, море стало неспокойно. Им пришлось прекратить свои вылазки. Постановили довольствоваться тем, что успели прихватить. Более задерживаться на одном месте было невозможно. Грозило гибелью. Волны швыряли их судно, словно детский кораблик, пущенный в плаванье в настоящем море. В трюм наливалась вода. Пришлось всем по очереди сливать её вёдрами. Мачту сорвало. Еле причалили к земле. Когда сходили на сушу, всех пошатывало. Но они крепились, ведь моряки не плачут и не жалуются на свои неудачи, если они случаются с ними!
Но Ансельмо не успокоился. Ему хотелось большего. Он распрощался с капитаном, на вырученные деньги от трёх золотых слитков сам снарядил корабль и пустился в плавание к тому же месту. Взял с собой в напарники верного человека, остальные были новыми случайными людьми. Прибыв к месту, он вновь спустился на глубину. Друг подстраховывал его. Ансельмо бродил по затонувшему кораблю, оступился, внезапно его понесло на большую глубину. Когда пришёл в себя, увидел второй корабль, на котором покоился первый, найденный ранее. Включив фонарик, стал обыскивать уже другой корабль, затонувший очень давно. На палубе и в трюме было много древнего, ненужного снаряжения, предметов обихода, растрескавшиеся статуэтки, посуда, украшения. Вдруг под ногами заскрипела, опрокинутая им продолговатая ваза странной формы. Он поднял её, она была плотно закупорена. Он тоже положил её в свой мешок с несколькими безделицами, стал дёргать спусковой трос, поднялся наверх. Там он рассмотрел свои находки, растолковав, что ничего не смог разыскать, кроме того, что принёс. Команде это не понравилось, они не поверили, но промолчали. Ансельмо заспешил в свою каюту, предварительно объяснив, если они желают спуститься вниз, команда подождёт их возвращения. Один смельчак спустился, но обнаружил нескольких ваз из странного сплава и статуэтки. Золота не было, подтвердил он. Больше никто не захотел туда сходить. Но матросы затаили обиду, считая, Ансельмо обманывает их, не желает с ними делиться, всё нашедшее, забрал себе.
Оказавшись в каюте, Ансельмо включил яркий свет и стал рассматривать свои находки. Но долго смотреть на них ему не пришлось. Команда взбунтовалась. Матросы начали выбивать дверь в каюту капитана, угрожая, если он по-доброму не поделится с ними найденным, ему – конец! Он клялся им, что ничего не нашёл, кроме какой-то непонятной абракадабры. Но они ему не верили. Это были прожжённые морские волки!
Дверь, под их напором, треснула. Матросы ворвались внутрь, схватили капитана, привязав его к кровати, стали обыскивать каюту. Но, не найдя ничего стоящего, плюнули в его сторону и ушли. С его другом поступили так же. Капитан долго оставался в каюте. Ночью началась буря, корабль стал тонуть. Тогда матросы, вернувшись к нему, повинились, развязали его, умоляя выправить курс. Сами они запутались и погибают. Он потребовал ото всей команды принести присягу о повиновении ему, подтвердив её клятвой на Библии и освободить напарника. Буря стала стихать, судно взяло курс на Испанию. Матросы решили, все находки, приобретённые капитаном Ансельмо, оставить ему. Им не нужны такие чудные безделушки.
Вскоре судно вошло в испанскую гавань. Команда, получив расчёт, разбрелись по разным направлениям. Сам же Ансельмо направился в местный музей, чтобы определить ценность находок, страну и время их изготовления. Специалисты были в замешательстве. Они не могли ничего понять, объявив ему, что вещи древние и не поддаются определению. Но, похоже, что всё было изготовлено не на планете «Земля», и какой-то иной цивилизацией. Как же они попали на землю? Это им не понятно! Он же просто одурел от такого сообщения, руки тряслись, зубы постукивали, глаза сверкали. Вот то, чего он так долго ждал – чудо свершилось! Неужели он напал на останки, некогда существовавшей Атлантиды, царившей среди других стран и затмевавшей их своим блеском и могуществом? Может, так и есть. Происхождение этих находок говорит, что они принадлежат внеземной цивилизации. Интеллект, могущество, величие, всё, чем они располагали, чего добились ранее, всё пошло прахом? Вот это – да! Так откуда же они?
У Ансельмо пропало желание добывать далее, некогда потопленное золото инков или атлантов. Ему не терпелось быстрее узнать что-либо об этой загадочной стране, ведь он был романтик и фантазёр! Он уже не сможет спокойно жить без этого. Надо рассчитывать только на себя, поднять все древнегреческие и древнеегипетские манускрипты, вникать и изучать. Рассматривая прочно запечатанную вазу из какого-то прозрачного непонятного сплава, он увидел на дне свёрнутую рукопись. Пришлось сверлить пробку, затыкавшую её отверстие. Наконец рукопись вынута. Там было написано только одно слово. Но вот какое? Как узнать это слово и можно ли вообще – узнать?
Он передал эту записку археологам и просил их разобрать, что означает данное слово. Оно может дать некий ключ к тайне, много тысячелетий, хранившейся на дне.
Было затрачено немало усилий по прочтению данной записки. Наконец слово установили. Письменность имела сходство с древнегреческим языком, и означало только: «Предательница». Ансельмо сокрушённо покачал головой, не понимая, кто же кого предал? Тогда была снаряжена новая экспедиция для осмотра останков древнего корабля. Вытащить его из моря было невозможно, приходилось изучать и делать соответствующие зарисовки на дне океана в уме. Но золота и драгоценностей там не было. Всё, что нашли наиболее ценного и интересного, было сдано в музеи. Однако никто не мог определить страну и возраст этих вещей. Плотная тайна окутывала и сам корабль и всё, что с ним было связано. Никто ничего не понимал. Находки не напоминали ни древнегреческий, ни древнеегипетский, ни шумерский, ни ассирийский стили. Но Ансельмо шёл до конца, решил – все находки с древнего судна принадлежат некогда существовавшей загадочной Атлантиде. Недаром они вместе с судном покоятся в Атлантическом океане. И искать останки самой Атлантиды надо тоже в водах Атлантики. Он временно свернул свои поиски, решив начать с посещения знаменитых библиотек мира, изучая мемуары великих древних учёных об этой, исчезнувшей некогда в прошлом, стране.
Здесь он столкнулся с большими противоречиями. Одни подтверждали его догадки об Атлантике, другие утверждали, что Атлантида находилась в Тихом океане, другие – на крайнем Севере. Но он был убеждён, только в Атлантическом океане следует искать останки этой, некогда процветавшей, страны. Он упорно верил в версию Платона об Атлантиде, как некогда Шлиман поверил рассказам Гомера о месте существования Трои. Тот ни на йоту не отступал от описаний Гомера и нашёл, таки, эту Трою! Так и Ансельмо крепко ухватился за слышанную им ранее идею древнегреческого философа Платона о месте нахождения Атлантиды и поверил ему безоговорочно!
Он встретился с разночтением литературы и о месте спрятанных атлантами неких знаний, голова у него пошла кругом. Одни учёные утверждали, атланты оставили на земле свои сакральные знания о развитии мира: что с ним, было, есть и будет. И доказывали, в Египте спрятаны эти знания – между долиной Гизе и Нилом. Другие отмечали, что эти знания находятся в пределах древне – эфиопской страны. Высказывалось много различных утверждений, гипотез, предположений.
Ансельмо не терпелось как можно больше узнать об этой незнакомой цивилизации и понять значение слова «Предательница», которое находилось в найденной записке. Но пока ничего не прояснялось, всё было расплывчато, неясно, туманно.
Видимо, ещё раз придётся отправить экспедицию к затонувшему кораблю и тщательно осмотреть всё, оставшееся там, после их последних исследований. Он стал торопиться со снаряжением новой экспедиции. Надо было сколотить новую команду из более – менее порядочных людей, приобрести новое снаряжение для спуска под воду. Несколько друзей из бывшей, ранее спаянной команды, согласились плыть с ним вновь. Когда всё было готово, он еще раз вернулся на старое место, и снова спустился на дно океана! Но его уже страховали двое надёжных друзей во избежание всяких ЧП.
Под рухнувшими балками он нашёл странный чёрный ящичек, более ничего не обнаружив. Команда была в недоумении – неужели из-за этой находки стоило тратить столько сил, денег и времени? Он и сам тоже думал об этом. Когда он привёз его домой и постарался его вскрыть, в нём оказался другой ящичек, далее – третий. Ансельмо начал исследовать последний, полагая, он содержит в себе что-то ценное. Но тот не открывался. Он напоминал детский аппаратик для показа мультфильмов. Нажимая на отдельные кнопки, он заметил на стене некие отображения. Ансельмо включил свет и стал смотреть. Проявился странный фильм. Он был совершенно поглощён, увиденным.
На экране показалась девушка необыкновенной красоты с удивительно правильными чертами лица. Тип – арийский, но это была неземная красота. Что-то в ней было просветлённое, одухотворённое, почти ангельское. «Лицо напоминает нежный померанец, с огромными глазами, задумчивыми и грустными, как глубокая бездна. Если посмотришь в неё, то, навряд ли, когда-нибудь сможешь оттуда выбраться!», – решил Ансельмо. Он осознал – второй раз не сможет заставить этот аппарат показывать увиденное. Поэтому, взяв в руки кинокамеру, стал снимать на видео, всё появлявшееся на чистой стене. Девушка стала говорить на незнакомом языке, и он услышал трогательно нежные вибрации её голоса. Видеокамера все фиксировала на плёнку. Это делалось, дабы позже попытаться перевести, всё сказанное ею. Но, как всё чрезвычайно необычное, появление этой удивительной красавицы, произвело на него потрясающее впечатление! Он просто трепетал от увиденного! Так же и Шлиман в своё время, раскопавший Трою и нашедший там некие драгоценные украшения, был взволнован до необычайности. Рядом была его жена – гречанка. Он заставил её надеть на себя эти украшения и в большом волнении, восхищаясь увиденным, воскликнул:
– Елена, троянская Елена! О, как ты похожа на ту красавицу Елену, из-за которой началась троянская война греков с Троей!
Но что Ансельмо? Он взял найденное и привёз к себе домой! А вот Шлимана турки не отпускали назад с найденными им древними украшениями, так как древняя Троя находилась тогда под их властью. Ансельмо решил уйти от древних воспоминаний о Трое и вернуться, к только что им увиденному, на белой стене своего дома. Однако он, всё-таки, взял на вооружение настойчивость немецкого предпринимателя и самоучки-археолога Шлимана, в поисках истины.
Девушка, что внезапно появилась из ниоткуда, то пела, то кричала, то притопывала ногой. С кем-то разговаривала, что-то, кому-то объясняя. Однако этот второй субъект пока не появлялся. Всё напоминало немое кино, она говорила на непонятном языке, он мог только смотреть и записывать, как мог, всё виденное. Ансельмо смотрел этот фильм три дня без отдыха, еды и питья и фиксировал на камеру. Боялся отойти от аппарата. Кода почти всё застопорилось, он уже чуть не падал. Однако был рад, что запись виденного сохранялась уже и у него. Да, он теперь задаст большую головоломку учёным всего мира, по расшифровке виденного и отснятого на плёнку, странного фильма, пролежавшего в водах Атлантики многие тысячелетия!
*******
Наконец, уставший Ансельмо, мог отдохнуть! И, наверное, бедняжка Агнесса его уже разлюбила или даже покинула. Он же совсем испарился из вида. «Да, собственно, зачем переживать, куда она денется? Агнесса знает, я теперь богат, как крез, подождёт! Эх, где наши ребята, с коими нашёл я золото испанского галеона? Встретиться бы с ними, сесть, «вздрогнуть водка», вспомнить прошлые подвиги! Как всех созвать? Вот бы они порадовались моим находкам, удивления было бы на целый год! Все телефоны надо разыскать. Может, они в плавании или отдыхают? Капитан, конечно, всё бегает за своей красавицей женой. Истинно, что ни говори, хороша его тёлочка! Правильно говорит пословица – красивая жена – чужая жена. Но он давно смирился со всеми её прибамбасами, любит! А шкипер со своими молокососами, как поживает? Задавила его жизнь совсем. Ну-ка прокорми такую ораву? Одень и обуй, людьми сделай. Надо ему прошлый раз больше бы отстегнуть! Но, думаю, пока хватит того, что он получил от нашего дележа. Ещё и детей всех повыучит. Повезло нам тогда несказанно! Жаль только – все по разным местам разбежались. Ребята-то очень хорошие все. Редко такое бывает. Вон то сборище, что я организовал первый раз, чуть меня вообще не ухнуло. Если б что-то припрятал, когда обыскивали, выбросили бы за борт без разговоров. Но они могли и просто с досады убить. Бог спас! Буря началась. Корабль чуть ко дну не пошёл, испугались. Ну, рано унывать, как-нибудь, может, соберёмся с ребятами! Бог даст! А теперь приоденусь и к Агнессе. Надолго оставлять без присмотра такую женщину тоже нельзя. Если гора не идёт к Магомету, то, видно, Магомету придётся шагать к горе! «Да, бегу к ней, а сам, что до этого думал? Заменим на другую! Ха-ха, заменитель нашёлся! Видно, люблю, слов нет!».
Мать заглянула к нему в комнату, он брился и напевал песню. Она подошла, ласково погладила по плечу, произнесла:
– Неужели есть не хочешь? Столько дней ни ел, ни пил, сынок! Да и поспать бы неплохо тебе было б!
– Мать, поесть, поем, а спать некогда! – Пробубнил он.
– К Агнесске, небось, побежишь? – Допытывалась старушка.
– Там, мать, видно будет! – «Ну, что старые во все дела снуют? – подумал он. – О – ох! Хорошо, что отдельно живёт, иногда хоть приходит! А то бы!».
– Ну, иди, поешь горяченького, разогрела всё. Как любишь: сделала блинчики с мясом, угорь запекла, баклажаны потушила, лепёшек из кукурузы нажарила и цыплёночка запекла. Всё на стол уж поставлено! – Уговаривала она ласково сыночка.
– Спасибо, мать, жена так не будет заботиться, как ты обо мне хлопочешь. Ты мне, мать, дороже всех! Иду-иду! – произнёс он, вытирая лицо от пены.
Еда была прекрасной, всё по его вкусу. Но есть ему не хотелось совсем. Какая еда могла пойти ему сейчас в горло? Он думал уже о другом, мысля, почти, вселенскими масштабами! Хотел уже встать из-за стола. Потом подумал: «Старая мать обидится! Надо поднапрячься и съесть хоть что-нибудь». Но права пословица: «Аппетит приходит во время еды!». Всё почти доев, что было, вытер губы салфеткой, встал, поцеловал мать за хлопоты, надел бескозырку и вышел из дома, весело насвистывая ту же, любимую мелодию капитана. Оказывается, заразительно не только плохое, но и хорошее! А вообще-то, он непроизвольно подражал своему бывшему капитану!
Немножко походив по дорожке около дома своей девушки, чтобы прийти в себя, вошёл к ней. Дверь бесшумно открылась. Он встал в прихожей, желая переобуться, и услышал стоны женщины. Затем крик, слившийся в один – женщины и мужчины. Далее наступила тишина. У него заныло сердце. «Смеялся над капитаном, а что делает эта куколка? Вот тебе и подарочек! Как поступить, войти, накрыть их, или повернуться и уйти? Зайду. Иначе буду всегда думать: зашёл бы и всё узнал, а то – всю жизнь мучайся от подозрений и догадок!». Резким толчком он открыл дверь и увидел сестру Агнессы и её мужа, стоящих друг против друга. Рядом на полу валялся горшок, из него шёл пар. Они оба обварились кипящим супом, доставая из духовки горшок с варевом. Сначала она неловко его перевернула, муж подбежал на помощь, и всё вылилось до конца на них обоих!
Вместо оживлённой прогулки, задуманной им с девушкой, он вызвал скорую помощь. Пострадавших увезли в больницу. Вскоре вернулась Агнесса, но им было уже не до веселья. Оба помчались в больницу, узнать, как помочь обварившимся? Когда вернулись домой, Агнесса не находила себе места от переживаний. Всё никак не могла успокоиться. Ансельмо уже не выдерживал более её стонов и слёз. Поняв это, Агнесса велела ему возвращаться к себе, она, де, желает успокоиться, побыть немного одна.
*******
В это время шкипер наказывал свою маленькую дочь. Она вытащила из комода, спрятанные там шоколадные конфеты, не спросив разрешения, никому не сказав, всё съела сама. Девочка плакала, отец шлёпал её, но она твердила, что не виновата. Все, собравшиеся дети, убеждали отца – она говорит неправду. На крик девочки прибежали соседи и стали стыдить папу за расправу над дочерью. Шкипер всех выпроводил вон и поставил девочку в угол. В этот момент, открылась дверь, к нему заглянул Ансельмо. Он оставил перепуганную Агнессу, решил поехать к другу, очень захотелось навестить того, отвлечься. Он сидел несколько дней над передачей, потом захотел отдохнуть с Агнессой, а она всё стонала да охала, каково ему, уставшему было всё это переносить? Ехал к приятелю долго, наконец, попав, услышал такой гвалт, что невольно пожалел о своём приезде. Он извинился, нафантазировав – «Ехал мимо, забежал на минутку, – пожал руку отцу семейства и, со словами, – всех благ!», – выбежал из дома. Сел в машину и рванул подальше от шумного жилища. «Думал отвлечься! Зря приехал, столько бензина сжёг в пустую! Да и женись вот, с таким выводком детишек – с ума сойду. Нет. Мне ещё рано лезть в петлю, надо довести дело до конца и расшифровать свои находки», – принял он решение.
Вернулся в машину, она рванула вперёд. «Куда же податься? Что-то не получается поговорить, оторваться!».
Он решил держать путь к профессору Мадьяре, с коим посоветуется, попросит поработать над этим видео, он же слывёт знатоком древних языков. Попытаюсь упросить помочь. Но и сам, безусловно, буду продолжать работать.
******
В это время его бывший капитан, услышав по телевизору из последних известий о находке Ансельмо, поспешил на железную дорогу, решил прокатиться, посетить друга, поздравить с удачей и распить бутылочку выдержанного французского коньяка. Когда он без предупреждения оказался у него дома, самого Ансельмо не застал. Поговорив с его матерью, решил немного подождать его, прошёлся по улицам их городка, пообедал в ресторане, и, видя, что друга всё нет, вернулся домой. В дороге он посмотрел на свой мобильник, заметил пропущенный звонок Ансельмо, видимо, тому позвонила мать и рассказала о его приезде. Он сам перезвонил ему. Ансельмо ответил: находится не близко, но если у друга есть желание и время, пусть приезжает к профессору Мадьяре. Они посидят, побеседуют, отметят встречу.
Через некоторое время друзья встретились. Ансельмо прокрутил перед ними, отснятый им фильм. Смотрели только часть, но их удивлению не было предела. Видно, поняли, что это нечто странное и необъяснимое. Отставив просмотр фильма, сели за стол, приняли на душу, поужинали. После всем пришлось заночевать у профессора, ехать не трезвыми не решались.
Записав фильм себе на флэшку, профессор пообещал приложить максимум усилий к расшифровке этой загадки. После завтрака, они разъехались. Ансельмо поспешил к другому лингвисту, решив все мнения объединить в одну стройную систему после получения каких-либо результатов.
*****
Вскоре он оказался в доме профессора Сочински. Посмотрев фильм с интересом, тот тоже оставил себе копию для просмотра. Желая ещё раз прокрутить фильм, профессор недоумевал. Очевидно, этот материал не имеет земного происхождения! Но что же это такое и откуда взялось? Вопросов много, ответов пока нет. Он задумался. Взяв в руки том Платона с описанием существовавшей некогда Атлантиды, углубился в чтение. Затем перечитал заметки Аристотеля с опровержением, улыбнулся его хитрому высказыванию: «Платон мне друг, но истина дороже», решил, великий философ лукавит. Говорят, он всегда завидовал Платону. Платон родился в знатной семье, был обеспечен, не нуждался в средствах, всё давалось ему без труда и особых усилий. Аристотель же появился на свет в бедной, простой семье. Денег на обучение не было. Нелегко пришлось штурмовать азы науки. Бывало, и голодал, и не спал ночами, сидя за книгами и манускриптами. Профессор усмехнулся: «Даже в науке каждый стремится перещеголять и опровергнуть другого, невзирая на истину!», – подумал он. Но такова жизнь! Что-то подсказывало ему, как и Ансельмо, что Платон прав. Все эти сведения тот почерпнул от своего далёкого родственника, побывавшего в древнем Египте, контактировавшего со жрецами. Они и передали ему эти данные. Платон посвятил описанию Атлантиды целый том своих сочинений, более он к этому вопросу не обращался. Сочински знал, множество экспедиций отправлялись на поиски исчезнувшей страны. Много споров было и об её местонахождении. Но так никто и ничего не сказал конкретного. Он вновь и вновь стал прокручивать полученный фильм. Очень желалось докопаться до истины! Но усилий приложить надо было, не мало!
**********
Ансельмо на этом не остановился. Полетел в Англию к профессору Мунтеру. Они договорились, что если что-то тот выяснит, пригласит Ансельмо к себе. Наконец, уставший и измотанный в дорогах и разъездах, вернулся к себе домой. Увидел, к нему вновь пришла мама и ждёт его, они жали рядом. Поцеловав старую мать, пообедав и навестив свою девушку, он принялся за штудирование древнегреческого языка. Затем наметил себе изучение древнеегипетского и шумерского языков. У него оказались большие способности в этом направлении. Он стал учить и свою девушку знанию их. Он решил действовать по методике того же Шлимана – первооткрывателя Трои. Когда он её навещал, то сначала говорил с ней на греческом, затем на египетском и, наконец, на шумерском. Так поступал и Шлиман. Его сын рассказывал в своих воспоминаниях: «Отец начинал говорить с мамой – гречанкой – на одном языке, когда она привыкала к нему, то менял уже его на другой. Маме туго приходилось!». Бедной Агнессе пришлось тоже потрудиться. Сначала она старалась открутиться от этого, затем решила изучать всё, дабы вместе с любимым расшифровывать, происходившее в отснятом фильме, помогать ему. Он оценит это и будет рад!