Хочу тебя навсегда

Мы долго обсуждали её ситуацию, она рассказала, что третий муж оказался обычным альфонсом, который через неё надеялся пристроиться в «Кербер Инвест» на должность какого-нибудь директора, но брат послал его нахрен и истинное лицо муженька сразу открылось. Благо Кирилл, заставил их подписать брачный договор перед свадьбой, что сейчас приводит нерадивого супруга в бешенство, потому что он только сейчас понял, что потерял два года своей жизни и не поимел ничего.

— Как будто я не потеряла! — возмущалась Эвелина. — Козёл!

— Разберёмся. Всё будет хорошо! — подбодрила я её.

На заседание Эвелина явилась в белом платье, обтягивающем все её формы и подчёркивающем роскошное декольте. На развод как на свадьбу, подумала я и улыбнулась.

В зале уже сидел её, без пяти минут, бывший муж со своим адвокатом. Высокий привлекательный шатен, повернулся, когда мы вошли и пристально посмотрел. На Эвелину бросил презрительно-разочарованный взгляд как на упущенную возможность, на меня же посмотрел оценивающим мужским, и я в полной мере ощутила его обаяние. Да, если бы я не знала подноготную этого человека, тоже легко бы попалась на его крючок. Типичный альфонс-нарцисс, знающий, какой эффект он производит на женщин. Мы заняли свои места, и ждали судью. Шатен периодически бросал на меня взгляд своих небесно-голубых глаз.

— Знала бы ты, как Слава ненавидит моего брата, — прошептала мне на ухо Эвелина. — Вообще это Кирилл ему всю малину испортил, я была так сражена обаянием Славика, что ничего не замечала, и действительно могла бы переписать на него добрую часть имущества.

Я хмыкнула.

— Скажи, а есть кто-то, кто не ненавидит твоего брата?

Эвелина задумалась и мило пожала плечиками.

— Наверно только женщины.

Ну конечно! Зачем я вообще задала этот глупый вопрос?

— Мужчины его не выносят. Он же такой… Альфач. Всех давит своим авторитетом, а они ущемляются.

Слава богу вошёл судья и мы включились в процесс.

Развели быстро, и мы довольные выпорхнули на крыльцо здания суда, смеясь и рассекая прохладный воздух первого октябрьского дня своим горячим дыханием.

— Ну что? Теперь отмечать? — вроде спросила, а вроде как констатировала Эвелина.

— Даже не знаю… — я растерялась, обычно я соблюдала субординацию с клиентами, но какая субординация с Эвелиной, когда та сметала все барьеры на своём пути.

— В смысле не знаю? Едем ко мне, у меня где-то завалялось пару бутылок Ruinart!

Она потащила меня к своему, ярко-красному Lamborghini Urus и скомандовала садиться.

***

— Матвея я любила… — Эвелина сидела в противоположном углу дивана в чёрном шёлковом халате с перьями на рукавах, подогнув под себя ноги. — И он меня. Это такая первая детская, сумасшедшая любовь, когда ни о чём думать не можешь и отлипнуть друг от друга не можешь. Мне было девятнадцать, когда мы поженились. Ему двадцать два. Пять лет весёлой семейной жизни. Мы прожигали нашу молодость по полной. Родители спонсировали нас на максимум, и мы беспрерывно куражились. Потом подросли и любовь прошла. Нам стало скучно. Он предложил развестись, и я подумала, что это лучший вариант, пока мы не стали друг друга ненавидеть.

Эвелина сделала глоток шампанского из узкого бокала и продолжила.

— Потом был Роберт. Намного старше меня. Солидный, богатый как Крез. И ужасно занудный. Мне стало с ним скучно. Хотя я думала, что это тот мужчина, с которым я готова прожить всю жизнь. Слава богу одумалась. — Ещё один глоток из бокала. — Ну а потом это помутнение рассудка, с которым нас сегодня развели. Он как будто меня загипнотизировал! Хотя знаешь, при всей его внешней привлекательности, в постели он ни о чём! Пару минут, чтобы удовлетворить себя любимого, а на партнёршу ему наплевать. Фррр! — она передёрнула плечиками от отвращения.

— Ну а ты? — она с ожиданием уставилась на меня, даже пересела поудобнее.

— А я… — мои пальцы погладили приятную шёлковую пижаму, которую мне дала хозяйка дома. — В институте встречалась с парнем, наивно думала, что как только закончим учёбу, он сделает мне предложение и мы проживём в любви и счастье до конца наших дней. После института он ещё покормил меня обещаниями пару лет, а потом сказал, что не нагулялся и вообще он не хочет пока семью, — я потянулась за пузатой бутылкой, стоящей на низком столике, и налила себе полбокала. — Потом был ещё один претендент в мужья. Мы работали вместе в юридической фирме. Сценарий примерно тот же. Люблю, но пока не готов. Зря потраченные четыре года моей жизни, — я тяжело вздохнула. — После всех этих обещающих, я взяла паузу и пока я свободна. Больше на неперспективных мужчин я своё время не трачу!

— Всё равно не понимаю, почему ты одна? — Эвелина задумчиво меня рассматривала. — Такая умная и такая красивая…

— Слишком умная и разборчивая, — я посмотрела в большое окно, в котором виднелись соседние башни Москва-Сити.

— Да, и слишком красивая. Пугающая смесь для любого мужчины. Только смелый потянет.

— Пока я предпочитаю свободу!

— Значит, за свободу! Яху! — Эвелина потянулась ко мне со своим бокалом, и мы звонко чокнулись.

— А откуда ты знаешь Кирилла? — выжидающе посмотрела на меня.

— Нуу… — в моменте я растерялась, но быстро взяла себя в руки. — Недавно было большое судебное дело по уральскому заводу…

— О, боже не продолжай! — она подняла взгляд к потолку. — Он даже меня замучил с этим заводом, ходил злой как собака.

— Вот, в процессе этого дела мы и познакомились, — быстро договорила я, чтобы закруглить эту тему.

— И всё? — загадочно посмотрела поверх кромки бокала.

— И всё. — Я не собираюсь посвящать Эвелину в интимные подробности нашей связи с Кириллом. Было и было. Больше не будет. Забыли.

— Вот и хорошо! С Киром лучше не связываться, ну ты понимаешь… я про отношения и тому подобное.

— Почему? — я выдавила нейтральную улыбку, типа мне не особо и интересно, но вроде как вопрос сам напрашивается.

— Ой, он такой сложный. И никого не любит. Только свою работу.

Я опустила глаза, чтобы Эвелина не прочитала моё разочарование.

— Он любит тебя… — я посмотрела на неё.

— Меня, наверно, любит… Меня и ещё Каролину, конечно. Но на этом его запасы точно исчерпываются. — Эвелина засмеялась над своей шуткой, а я застыла с неживой улыбкой на лице. Значит, всё-таки есть какая-то женщина.

Когда я узнала, кто он, признаюсь честно, руки чесались прошерстить всю его подноготную, но я себе запретила. Зачем себя мучить? Чтобы что? Рассматривать его фото? Читать сплетни о нём и его похождениях? Наконец-таки узнать, что он женат и сожрать себя с потрохами?

А сейчас, при имени Каролина, всё внутри перевернулось, и я не сдержалась.

— Каролина, это…?

— Это его дочь. Ты не знала, что у Кирилла есть дочь? — удивилась Эвелина.

— Нет, мы не настолько близки. — Можно было бы выдохнуть с облегчением, но, если есть дочь, значит есть и мама дочери. — Я даже не знала, что он женат, — произнесла фразу, которая точно расставит всё по своим местам.

— Он уже давно не женат. Они с Марго ещё лет восемь назад развелись, — брюнетка напротив махнула рукой в воздухе.

— А сколько лет дочери? — заметно расслабившись, я попыталась узнать побольше информации у разговорчивой собеседницы.

— Ей четырнадцать, скоро пятнадцать. Самый такой возраст, уфф! — Эвелина скривила лицо и воткнула два пальца в шею, имитируя вилы. — Пять лет назад мать увезла её в Америку. Кирилл не был в восторге от расставания с дочерью, но, надо отдать должное Марго, мать она отличная. Всегда думала о девочке, тщательно школы выбирала, кружки, репетиторов. Она убедила Кирилла, что Америка — это перспективы. Вузы Лиги плюща и бла, бла. Но, лично я думаю, что она просто нашла себе там какого-то мужика, вот и понесла её нелёгкая на другой континент. У них с Кириллом любви-то никогда не было. — Уже нетрезвая Эвелина приложила прямую ладонь к щеке, как будто мы были не одни в комнате, и, подавшись ко мне, прошептала: — Брак по залёту! — выпрямилась и продолжила. — Он согласился на Америку, потому что всегда считал себя так себе отцом. Мало времени проводил с дочкой, да и воспитанием и досугом почти не занимался. Но в тот период, компания, оставленная отцом, начала расти семимильными шагами. Кирилл вывозил эти объёмы и скорости в одиночку. Спал на работе. Ему надо было в первую очередь думать, как сохранить и приумножить, а не о садах и школах. Его тоже можно понять. В общем, ситуация с Каролиной, для него очень больная. — Эвелина встала и пошла к холодильнику, где охлаждалась вторая бутылка. Раскручивая мюзле, она параллельно продолжала рассказ. — Пока она прилетает на каникулы, они постоянно на связи, но с возрастом Каро стала отдаляться и Кирилла это мучает. А я пытаюсь ему объяснить, что дело не в расстоянии, а в возрасте. Если бы она жила в соседней с ним комнате он видел и слышал бы её ровно столько же!

— Да уж, подростки… — сказала рассеянно я. — Эвелина, а вы с Кириллом совсем не похожи, буквально пару общих черт, — задала я интересующий меня вопрос.

— Так у нас матери разные. Ой там долго рассказывать, я тебе в другой раз поведаю семейные тайны.

Апельсиновый телефон Эвелины завибрировал на барной стойке, и она потянулась, чтобы ответить. Посмотрела на экран и промолвила:

— Лёгок на помине. Алло!

Моё сердце ускорилось, когда я услышала приглушённый баритон в чужом телефоне, непроизвольно залпом выпила остатки шампанского. После рассказа Эвелины стало только хуже. Я как будто заглянула в его душу, в его глубину. Как воришка воспользовалась наивностью его сестры и проникла туда, куда он меня не пускал.

— Отмечаем… С Дианой… — она отвечала на вопросы. — Есть папочка!

Отключилась и вернулась ко мне на диван с новой бутылкой. Надеюсь, он не собирается приехать, иначе, мне лучше уйти. Я не вынесу его присутствие.

— Поздравлял с разводом. Сказал, чтобы мы много не пили, — вкратце передала разговор Эвелина.

Я выдохнула и протянула пустой фужер, ожидая новую порцию золотой жидкости.

В тот вечер мы напились до чёртиков. И это определённо было начало чего-то большего.