Гороскоп для Золушки

Гороскоп для Золушки

Марфа

Офис Марфы совсем не походил на логово ведьмы.

Кристина никогда раньше не общалась с колдуньями, ведуньями и всякими другими представителями нечистой силы, но решила, что отсутствие дешевеньких декораций – это даже хорошо. Она девушка современная, продвинутая, с психологом проработанная и, наверно, сразу бы ушла, если бы увидела на столе хрустальный шар или всякую колдовскую чушь.

Кристина считала себя тертым калачом и сдобной булочкой одновременно, и поэтому терпеть не могла, когда ее разводили на дешевке, но здесь явно был не тот случай. Просторный кабинет колдуньи в современном здании делового центра намекал на научный подход к душевным проблемам страждущих волшебства и заоблачный ценник на магические услуги.

Как ни странно, в офисе было многолюдно. Буднично шарахались какие-то люди, судя по деловитому виду – ведьмины помощники, а на удобных креслах уже сидели страждущие попасть на прием к современной Бабе-Яге. Видимо, под Новый год граждане, ошалевшие от событий уходящего года, резко возжелали чудес и волшебства. Ну или действительно Марфа была настоящей ведьмой, как написано в рекламе, а все знают, что в рекламе врать не будут.

Кристине пришлось полчаса ждать своей очереди в уютной современной приемной, любуясь на красиво наряженную елку и подсматривая за сотрудниками Марфы, не начнут ли они колдовать прям здесь и сейчас.

Но нет, вокруг все было чинно-благородно. Кровь с визжащих девственниц никто не сцеживал, ревущих младенцев в микроволновке не разогревал и на ступе по офису не летал. Пахло в комнате тоже вполне респектабельно, не гнилушками и плесенью, или чем там должно смердеть в избушке у Бабы-Яги, а живой елкой, мандаринами и хорошим парфюмом.

Симпатичная девушка за стойкой ресепшена, в честь наступающих праздников в миленьком красном колпаке с серебристой опушкой, предлагала кофе посетителям, перебирала пальцами с отличным маникюром по клавиатуре и вежливо отвечала на телефонные звонки, то есть была обычным офис-менеджером и никак не походила на сообщницу злобной колдуньи.

На мягких креслах с чашечкой кофе своей очереди перед Кристиной ожидали еще трое. С озабоченным видом перебирающий бумаги мужчина, похожий на бизнесмена средней руки, ухоженная, дорого и безвкусно одетая женщина в возрасте, с приличным брюликом на кольце, и молодой человек, не отрывающийся от своего планшета. При взгляде на парня в первую очередь в глаза бросались желтые носочки с целующимися кроликами, выглядывающие из-под коротких по моде штанишек.

«Зря я стеснялась визита к колдунье. Чудес жаждут все, независимо от пола, возраста и благосостояния», – подумала Кристина.

Когда, наконец, дошла очередь и Кристина увидела «потомственную сибирскую ведунью», то подумала, что и сама Марфа не вписывалась в привычный образ ведьмы. Вместо ожидаемой старухи с большим крючковатым носом и торчащим из-под губы единственным зубом перед ней сидела ухоженная симпатичная женщина средних лет.

Цепкий взгляд, дорогая улыбка и стильные очки делали современную колдунью больше похожей на психолога или мошенницу на доверии.

– Что вас беспокоит? – доброжелательно спросила Марфа.

– Понимаете, все вроде бы у меня хорошо – есть жилье, хорошая работа, карьера. А счастья нет. Короче, хочу любви, чтобы мужик у меня был, – с вызовом вывалила Кристина домашнюю заготовку.

– Чтобы тебя любили? – почему-то уточнила ведунья, переходя на ты. – Или чтобы ты смогла полюбить?

Кристина подумала над вопросом.

– Да, именно меня. Не хочу безответной любви. Хватит.

Марфа внимательно смотрела на посетительницу, видимо, прикидывая дозировку необходимого волшебства. Кристину нельзя было назвать красивой – чересчур худа, нос длинноват, блеклая. Но все вместе делало ее стильной. Лет, наверно, хорошо за 30, следит за собой, одевается явно в дорогих бутиках. Такой найти себе ухажера будет несложно.

Респектабельная колдунья достала колоду дорогих карт, с позолоченной рубашкой, перетасовала, заставила Кристину снять и начала раскладывать.

– На кого гадать будем, девица-красавица? – Марфа включила режим «Цыганка».

– На Макса! – сразу ответила посетительница.

– Кто он? Богатый-знаменитый? Красивый-именитый?

– Да нет. Обычный парень. Работает у нас. Журналист. Холостой. Высокий, кареглазый брюнет. Не слащавый красавчик, но для мужчины – внешность вполне нормальная.

– Служебный роман? Командирша ты над ним?

– Да, я выше его по статусу, но романа у нас пока нет никакого. Хотя было бы удобно. Я бы занялась своей карьерой, а Макс на глазах у меня был бы все время, чтобы не шалил, да и помогла бы я ему, конечно, с хорошей должностью.

Кристина заметила скептическую улыбку колдуньи и заговорила быстрее:

– Но вы прям плохо про меня не думайте. Я просто практичная по жизни. Макс мне и правда нравится. С юмором, добрый, веселый, симпатичный, будет отличным отцом. У нас корпоратив как раз в день моего рождения. Я планирую после мероприятия пригласить Макса к себе и хотела бы… как бы это сказать… заручиться вашей поддержкой.

Марфа едва заметно улыбнулась, задумчиво разглядывая получившийся расклад.

– Вижу, на Новый год чувства проснутся у Макса. Любовь яркая, огненная. Ты эту любовь разбудишь, а поможет тебе в этом туз – начальник ваш общий, самый главный. Он поручит Максу дело, которое все расставит по своим местам, но тебе нужно все взять в свои руки.

– У меня всегда все в руках. Это достоверная информация?

Марфа снова улыбнулась:

– Красавица, контракт с гарантией я тебе не дам, а то сейчас один товарищ договор на оказание услуг требовал подписать. Карты говорят, что хотелки твои могут сбыться, но ты и сама должна постараться. Как побегаешь, так и отобедаешь.

Кристина

Кристина возвращалась в редакцию радостная. В душе теплилось давно забытое детсадовское чувство предстоящего чуда. Вспоминать, что в ее детстве эти предновогодние ожидания всегда оставались несбывшимися, Кристина не хотела.

В богом забытом городке, где росла маленькая Кристина, снега на Новый год всегда было много, даже слишком много, и детский сад, выглядывающий из сугробов, зимой немножко походил на сказочный домик. Дед Мороз на утреннике раздавал всем по конфетке, и счастливые детишки бежали к родителям, зная, что главный подарок дедушка уже приготовил и оставит его у них дома, под наряженной елкой.

Детей после утренника быстро разбирали по домам, но Кристина сидела в группе до последнего. Она устраивала свой утренник. Рассадив кружочком потертые игрушки, девочка дарила каждой из них, по очереди и ненадолго, конфету, полученную от Деда Мороза. Домой Кристина почти всегда шла сама, и только после того, как приходил сторож и, погладив по голове, говорил, что уже надо идти.

Из садика маленькая Кристина возвращалась самым длинным путем. А зачем торопиться? Родители, озабоченные, где бы сегодня достать водку, елку никогда не ставили, и Кристина догадывалась, что именно поэтому Дедушка Мороз не приносил ей подарки, он просто не знал, куда их положить.

Кристина встряхнула короткой стрижкой, отгоняя грустные мысли об убогом детстве. Она всего в жизни добилась сама, пробивая все препятствия своим лбом, ну иногда, очень редко, всего один раз, другим местом, но так было нужно. Цели она своей тогда достигла, и вообще, Кристина давно себя убедила, что это было по любви.

Слова Марфы о том, что все зависит только от нее, пробивную Кристину вполне устраивали. Молодая, но успешная заместитель главного редактора модного журнала лучше любой колдуньи знала, что если ничего не делать, то ничего и не будет.

Любовь огненную она Максу легко устроит. Кристина та еще зажигалка в постели, никто не жаловался. Ну а про новогоднее задание Максу она тоже обязательно что-нибудь придумает.

Не успела Кристина по предпраздничным пробкам добраться на работу, как предсказания Марфы уже начали сбываться. Позвонила прикормленная секретарша главреда, сказала, что шеф хочет ее видеть, и по секрету предупредила: речь пойдет о новогодних номерах.

У редактора была говорящая фамилия Мамонтов, совсем неожиданная кличка Мамонт, и сам он очень напоминал ископаемого гиганта – огромный и волосатый.

– Кристина, что у нас с новогодними номерами?

– Да все в порядке, шеф. Доделываем. Можете спокойно ехать в свой круиз. Глобальное – вы все сделали, процессы организовали, а за текущей мелочовкой я прослежу.

– Толковая ты баба, Кристинка. Не зря я тебя сделал своим замом. А чего довольная такая? – проницательно прищурился Мамонт.

– Да мысль в голову пришла, как исполнить ваше гениальное указание о тотальной экономии. Мы за гороскопы платим деньги немаленькие, а выхлоп с тиража не очень. А если за основу взять эти разные ретроградские Меркурии, а смысл вписать свой, художественный? Сделать как мини-притчи с предсказанием на будущий год. Креативненько я придумала? Кто у нас молодец?

– Хм… Ну гороскоп в нашем журнале не главное, но если охота возиться, то давай.

– Сама не буду, ясное дело. Поручу Максу.

– Который недавно пришел? Он рвется к журналистским расследованиям, а ты его хочешь на гороскоп кинуть. Не мужское это дело, Кристин, как бы не свинтил паренек к конкурентам.

– Журналист должен уметь все, – стала настаивать Кристина.

Мамонт махнул рукой, дескать, сама, сама, сама. Они еще обсудили рекламные полосы, новогодние премии сотрудникам, после чего главред, позванивая содержимым плотного черного пакета, отбыл на новогоднее собрание совета главных редакторов. Кристина искренне пожелала шефу здоровья в нелегком труде и, окрыленная, пошла в свой закуток.

Рядовые сотрудники редакции сидели в одном большом помещении, где на западный манер все столы стояли в одном зале, и только рабочие места бухгалтерши и Кристины были отгорожены стеклянной стеной, за что журналисты прозвали их аквариумом.

Встав в дверях своего стеклянного кабинета, Кристина по-хозяйски осмотрела сразу притихших журналистов и, поймав взгляд Макса с офисной «Камчатки», требовательно поманила молодого журналиста пальцем с праздничным ярко-красным маникюром.

– Макс, есть важная работа. Нам нужен гороскоп и не абы какой, а художественный. Мы с Мамонтом подумали и решили, что с креативным заданием справишься только ты. Свежие мозги, творческий подход…

– Я?! – Изумление на лице журналиста все сказало о его отношении к этому заданию.

– Именно ты. Основу мы тебе дадим, вернее сам найдешь любой старый гороскоп. Возьмешь его, творчески переработаешь и сделаешь для каждого знака Зодиака притчу-предсказание. С учетом того, что это Новый год, не увлекайся негативом и в подробности не лезь. Люди должны радоваться. Поэтому всем – любовь, деньги, счастье.

Кристина прямо увидела, как в голове у Макса заработали серые клеточки, мысль побежала по мозгу, перескакивая с нейрона на нейрон, разгораясь и наливаясь идеями.

На это Кристина и рассчитывала. Она по опыту знала, что нет такого творческого человека, для которого какая-то тема может быть недоступна. Хороший журналист может на любую тему, не сходя с места, что-то набросать. И Макс не исключение. Судя по всему, он уже принял вызов, хочет показать высший пилотаж и заслужить одобрение Мамонта.

«Хороший мальчик. Хочу его», – подумала Кристина, одобрительно разглядывая Макса, все мысли которого большим шрифтом были написаны на его лице.

– Сроки?

– Дорогой, у нас всегда аврал. Бросай все или срочно доделывай то, что у тебя было. Если прям совсем беда, можешь подойти ко мне, и я по-дружески помогу тебе, – Кристина вложила в улыбку всю доброту, которую смогла. Пусть мальчик понимает, что она на многое готова ради него.

– Я, чтобы тебе было комфортно, распределю твои старые задания между другими сотрудниками. Короче, все дела побоку, порадуй руководство. Срочно совершай подвиг, кидайся на амбразуру, и тогда награда найдет героя. – Замша так многозначительно улыбнулась, что у Макса по спине пробежали мурашки в сторону… Вниз они побежали, в общем.

– Йес, мэм. Пошел искать свободную амбразуру для кидания себя на нее.

Водолей

Стол Макса со стареньким компьютером стоял в самом углу огромной комнаты, уставленной столами коллег-журналистов. В его закутке темновато и слышится гул от вентиляционной трубы, проходящий под потолком, прямо над головой, но это нормально для новичка.

Можно было кинуться в ноги Кристине и попросить место поближе к окну, и почему-то Максу казалось, что просьбу начальство могло исполнить, но это было бы вопиющим нарушением неписаных редакционных правил. Обязательно появились бы обиженные и обделенные, которые могли при случае отомстить наглому выскочке. Таковы законы офисных джунглей, и Макс их соблюдал.

Лучше уж по старинке. Потихоньку двигаться к более уютным местам вместе с естественной ротацией кадров. Кто-то увольнялся, кто-то уходил в декрет, и на освободившиеся места пересаживались менее удачливые коллеги.

Задание замглавреда не было чем-то удивительным, особенно перед Новым годом. Народу мало – задач много, а Максу пора уже проявить себя перед руководством во всей журналистской красе.

Макс с детства мечтал стать журналистом. В школе он заведовал стенгазетой, которую раз в неделю вывешивали на стене около двери в учительскую. Потом он написал заметку в молодежную газету, и ее, как ни странно, опубликовали.

Парень почувствовал себя звездой, и ему хотелось расследовать что-то опасное, добиться справедливости, может, даже рискуя жизнью. Одноклассники прознали про его публикации, и он мгновенно стал популярным, и не только среди девочек. Максиму это нравилось, и неизвестно, заразила бы его звездная болезнь или нет, но он вдруг увидел на улице, что у мусорного бака валяется та самая газета. А сверху, прямо на его заметку, кто-то положил кошачью еду.

Первая его мысль была: как же так, столько труда, времени – и вот оно все на помойке… Но Макс понял и пережил эту трагедию. Свое дело эта газета уже сделала, из каждой газеты не сделаешь памятник и не надо.

Тем, кто хочет быть звездой, прямой путь в блогеры – там можно всех учить, лечить, тянуть одеяло только на себя и не отвечать за слова. А работа журналиста другая: надо привлекать внимание не к себе, а к фактам, или к герою, или к нужной точке зрения, но оставаясь чаще всего за кадром, в тени. Быть за кадром – это искусство.

Максу и теперь хотелось расследовать что-нибудь горяченькое, но в журнале он, как и многие, подпал под обаяние журналистских будней. Он каждый день изучал что-то новое, необычное, знакомился с удивительными людьми и старался заинтересовать этим читателей. Макс верил: придет время для расследований и наступит его звездный час. А пока…

Хотят креатив? Будет им креатив!

Усаживаясь за стол, Макс привычно мазнул взглядом по мешковатому силуэту Кати Огурцовой за соседним столом. Соседка по офису была немного странной по жизни. Ходила в безразмерной одежде, скрывающей фигуру, не пользовалась косметикой, почти ни с кем не общалась и не интриговала за лучшее место под офисным солнцем. Огурцова уже сидела в этом темном углу, когда Макс впервые пришел в редакцию, и, кажется, не хотела отсюда выбираться на свет.

Самым странным качеством Кати была абсолютная беззащитность. Она тушевалась, когда ей грубили, а от громкого крика вообще могла потерять сознание.

При всем при этом плохой журналисткой Огурцову, которая сейчас, зашторив лицо волосами, уткнулась в клавиатуру и лупила по ней как заяц на барабане, никто бы не назвал.

Иногда, при особо хорошем настроении, Макс даже приходил к выводу, что Огурцова симпатичная, но какая-то усталая, измученная и всегда торопится. То в детский сад за ребенком, то в магазин, то еще куда-то.

Катя даже на корпоративы никогда не оставалась. Тяжела, видно, семейная жизнь. С замужними Макс предпочитал не связываться, себе дороже. А если, не дай бог, еще ради тебя она разведется с мужем, то это совсем кранты. Как говорил классик: увести чужую жену несложно, сложно вернуть ее назад. А оно надо? Другое дело, вольные птицы. Тут взаимно никто никому не нужен. Встретились, разбежались…

Посмотрев еще раз на склоненную макушку Огурцовой, Макс, наконец, отвел глаза и, тяжело вздохнув, принялся за работу. Он распечатал на принтере схему знаков Зодиака и против каждого маркером стал отмечать человека, подходящего по дате рождения. Новый год вам, значит? Радость, любовь и подарки хотите? Будет вам счастье.

Так. Кто у нас первая жертва журналистского расследования?

Макс вспомнил вдруг Кремлевскую елку, куда мама достала для него билет – большой, красивый, похожий на новогоднюю открытку. На елке было много нарядных детей и гордых, что сумели попасть в Кремль взрослых. Максиму не понравилась суета на входе и толкотня в гардеробе, но зато Дед Мороз был самый настоящий. Макс тогда поучаствовал в конкурсе и даже получил подарок, успев потрогать красные бархатные варежки.

Значит, начнем с мамы. Она Водолей.

«Водолеи добрые, отзывчивые, душевные. Поэтому многим они помогают». Макс вспомнил, как соседка мамы по дому все время что-то от нее хочет, втягивает в свои проблемы, и вписал: «Иногда они действуют в ущерб себе. И это неправильно, надо уметь говорить «нет». Начните новую жизнь с Нового года! И будет вам счастье. Вас ожидает много подарков».

Мамка у него не то чтобы экономная, просто на себя не любит деньги тратить. Она всегда искренне радовалась его гостинцам, но Макс знал: маме почти не важен сам подарок, она счастлива оттого, что сын вырос и теперь заботится о ней.

Подумав, Макс решил вписать для мамы семейное счастье. Три года назад умер от инфаркта отец. Его друг, дядя Витя, по-прежнему иногда заходит в гости. Видно, что ему нравится Максова мама. И маме видно, судя по тому, что перед каждым «неожиданным» визитом мама всегда варит свой фирменный борщ и покупает бутылочку недорого портвейна.

Макс не против, если бы они соединились. С годами, наверно, нужен человек под боком, чтобы не было одиноко. Да и мужская рука пригодится в доме всегда. Макс вспомнил, как в деревне дядя Витя с папой долго возились в гараже, но все-таки наладили дедовский «Урал».

Мужчины, с ног до головы перепачканные маслом, дали круг почета по деревенским улицам, а потом катали маленького Максима на мотоцикле. Взрослые даже сажали его за руль и учили управлять тяжеленным мотоциклом.

Когда мама увидела, как маленький Макс один едет на «Урале», она сначала замерла от страха, а потом громко ругалась и даже замахивалась на мужчин полотенцем. Папа с дядей Витей бегали по двору, со смехом уворачиваясь от мокрого кухонного полотенца, а потом они все вместе пошли на реку купаться. Золотое было время!

Рыбы

Так! Один знак есть. С Водолеем вопрос закрыт. Предсказание получилось немного наивное, по-семейному доброе и напоминало первые «шедевры» Макса в школьной стенгазете, но, кажется, именно этого от него хотели Мамонт с Кристиной.

Дальше по гороскопу идут Рыбы. Кто у нас Рыбы? Сразу и не вспомнишь. Вот не верил Макс, что судьба кого-то зависит от даты рождения, и поэтому никогда не запоминал, у кого какой знак Зодиака.

Журналист был уверен, что для жизни новорожденного важнее родители, семья и окружение. Даже место рождения имеет больше значения для того, как сложится будущая жизнь индивида, чем время, когда его зачали, и, соответственно, в установленные природой сроки он вылез из мамки.

Например, родился человек в Магадане, и ждет его одна судьба, скорее всего, более мрачная и тяжелая, чем у тех, кто родился в поселке Рублевка под Москвой. Этим счастливчикам, правильно выбравшим роддом, почему-то жизнь обычно предстоит совсем другая, более комфортная и без материальных проблем. Вот это настоящее чудо – родиться там, где нужно, а в июле или феврале ты увидел белый свет – какая разница.

Ладно, задание есть задание и с Кристиной лучше не спорить. Надо с умом воспользоваться ситуацией и напророчить как можно больше хорошего близким людям. Сбудется или нет – уже не в его полномочиях, предсказатель тут умывает натруженные клавиатурой руки.

Ладно, будем искать представителей знаков гороскопа среди своих. Чувствуя себя волшебником, способным осчастливить любого человека, Макс открыл на ноутбуке личную папку с отсканированными фотографиями близких людей, в основном с фотками родителей.

Первые снимки – папа с мамой. Родители молодые, веселые и почти всегда рядом с ними дядя Витя. Вот они втроем, взлохмаченные, но довольные жизнью, встречают рассвет около палатки на Байкале. Здесь около памятника Петру Первому в Питере гордо держат бумажные стаканы с колой из только открывшегося «Макдоналдса». На этом фото маленький Максим на каком-то концерте сидит на плечах дяди Вити, а позади них мама и папа с восторгом аплодируют заезжей звезде рока.

А еще дядя Витя был у родителей Макса кем-то вроде семейного арбитра. Он хорошо помнил, как однажды мама и папа поругались из-за какого-то пустяка. Родители почти не разговаривали между собой и по очереди жаловались дяде Вите друг на друга. Он тогда внимательно выслушал каждого и сказал, что они оба не правы. Папе нужно больше внимания уделять жене, а мама должна понимать, что у мужа ответственная работа, и не обращать внимания на его молчаливость, потому что он очень любит ее, но сильно устает. Родители помирились, а дядя Витя почему-то долго еще сидел, пряча за широкой улыбкой грустные глаза.

Кстати, дядя Витя и есть Рыбы по гороскопу. У него день рождения в марте. Так, значит, он следующий в очереди за плюшками.

Интересный расклад получается. Даже здесь, в гороскопе, мама и дядя Витя будут рядышком.

Макс вспомнил, как в детстве разбил окно в соседнем доме. Они играли с пацанами в футбол, и мяч прилетел ему в голову, а отскочил от башки Максима в соседское окно. Как только зазвенело разбитое стекло, все футболисты моментально исчезли, а пока Макс потирал ушибленную макушку, сматываться было уже поздно.

Злющий сосед выскочил на улицу, схватил Макса за шкирку и начал трясти, как яблоню при сборе урожая. Мужик возмущенно кричал на всю улицу и требовал сказать, где живет этот хулиган, разваливший ему весь дом. Маленький Максим повис, как схваченный за шкирку котенок, злостно и неоднократно нагадивший в хозяйский тапок.

Макс молчал как партизан. Он догадывался, что никто все равно не поверит, что мяч от его головы отскочил случайно, и боялся расстроить родителей, да и перед пацанами, подглядывающими из-за забора, надо было марку держать. Понимая, что дергаться бесполезно, Макс обреченно раскачивался в руках соседа, шмыгал носом и вспоминал, как в его любимом фильме Буратино примерно так же висел на стене, прицепленный на гвоздь за воротничок курточки.

Ситуация была безвыходная, воротник трещал уже совсем громко, явно доживая последние минуты совместной с курточкой жизни, но тут случился дядя Витя. Он Макса у мужика отнял и вернул на землю. Потом погрозил соседу кулаком, но сунул ему в карман какую-то денежку и велел заткнуться.

Макс наконец снова стоял на своих ногах, а не висел как груша, которую нельзя скушать. Потом дядя Витя повел его домой, и по дороге они договорились, что разбитое стекло будет их секретом.

Детей у дяди Вити не было, потому что он не был женат и после ранней смерти отца Максима стал им с мамой еще ближе. Только повзрослев, Макс догадался, что его мама не просто нравилась дяде Вите, а он, если говорить романтическим языком, несвойственным журналисту, всю свою жизнь положил к ее ногам.

Дядя Витя еще вполне крепкий мужчина. Кряжистый, как дуб, с уверенными скупыми жестами сильных рук, всегда идеально побритый и без единого седого волоска в короткой стрижке. Дядя Витя еще не на пенсии и работает мастером в той самой типографии, где выходит журнал, так что они с Максом почти коллеги. А вообще дядя Витя – рукастый мужик, все умеет. Хоть кран починить, хоть полку прибить. Стыдно, конечно, но матери Макса по хозяйству давно уже помогает не бестолковый сынуля, а надежный дядя Витя.

Макс решил, что дядя Витя давно это заслужил и начал печатать: «Рыб ждет перемена в личной жизни. Особенно счастливым наступающий год станет для мужчин этого знака. Они должны, просто обязаны, не откладывая в долгий ящик, сделать предложение той, которую считают достойной. Чем быстрее будет сделано предложение, тем больше шанс, что человек, которого Рыбы ждали всю жизнь, ответит согласием».