- -
- 100%
- +
– Энциклопедия «Вокруг света». Традиции и культура разных стран мира, – утоляю ее любопытство, – Подумала, что это идеальный подарок для ребенка восьми лет.
– Не думаю, что Юле понравится, – критически реагирует Кристина, – У тебя нет детей, я понимаю. Но, знаешь, они сейчас намертво прикованы к гаджетам. Никакие книги им не нужны.
«У тебя нет детей, я понимаю».
Мысленно я достаю тяжелую энциклопедию из пакета, размахиваюсь и ударяю Кристину по лицу. Так, что у «дорогой подруги» тут же начинает течь кровь из носа, некрасиво капая на платье. Она пытается остановить бурный поток, но я хватаю ее за волосы и протаскиваю по всему саду.
– Возможно, – изображаю, что согласилась, – Но все же.
– Я, конечно, сомневаюсь, что Юле понравится, но давай попробуем, – снисходительно отвечает Кристина, – Юленька, подойди к нам.
Дочка подходит ближе, встает чуть за Кристиной, прижимаясь к ней, а я давлю в себе новый приступ боли, присаживаясь на корточки. Так, чтобы быть на одном уровне с ребенком.
– Привет, – протягиваю руку, – Меня зовут Карина.
Юля пару секунд переваривает информацию в своей детской головке, но все же протягивает мне в ответ свою мягкую ладошку.
Аккуратно жму ее, впервые за пять лет прикасаясь к своему ребенку.
В теле разливается какое-то приятное тепло, оно проходится по каждой вене и капилляру, устремляясь обратно к сердцу.
– Юлия, – с важным видом здоровается дочка.
– Юлия, – смакую имя, на мгновение вспоминая, что так ее назвал мой папа, в честь своей бабушки, – Очень приятно с тобой познакомиться, – отпускаю ее ручку и протягиваю пакет, – У меня для тебя подарок. Надеюсь, что он тебе понравится.
Юля вежливо принимает пакет, но не спешит заглянуть внутрь. Ожидаемо, хоть и неприятно.
Ничего. Не сразу, но я верну эту девочку себе.
Нехотя поднимаюсь, чтобы встретиться с ядовитым взглядом Кристины. А она довольная, продолжает снисходительно смотреть на меня, ощущая некий триумф.
Соревнуется, кто лучше.
Удивительно, как быстро эта сука почувствовала во мне соперницу. Одного томного взгляда на ее мужа хватило.
– Обед подадут через пятнадцать минут, а пока пошли, я покажу тебе дом.
– Пошли, – силой заставляю себя оторвать взгляд от дочери и иду за Кристиной.
***
Дом, который я так любила и так ждала окончания ремонта, теперь напоминает мне логово людоедов. Здесь все по-другому. Темнее, тяжелее. Воздух пропитан духами Кристины, а на стенах в моей бывшей спальне висят фотографии их «счастливой» семейной жизни.
Это не просто любительские снимки. Каждый год Игнат и Кристина на годовщину своей свадьбы приглашают фотографа и позируют вместе с дочкой перед профессиональной камерой.
И первые кадры сделаны через три месяца после моей «смерти». Быстро.
– Не представляешь, как тяжело мне дался ремонт в этом доме, – причитает она, – Пришлось ломать стены, менять планировку комнат
– А кто здесь раньше жил? Слышала, что Игнат с первой женой. Что с ней случилось? – с виду простое соседское любопытство, ничего такого, но как же приятно наблюдать за Кристиной в этот момент.
Она в третий раз замирает, медленно поворачивается ко мне и чуть ли не шепотом спрашивает:
– Откуда ты это знаешь?
Хочется рассмеяться от ее выражения лица, но неожиданно в комнату заходит женщина в форме. Видит нас и в замешательстве останавливается в дверях.
– Прошу прощения, Кристина Олеговна. Вы просили обновить постельное белье.
– Да, меняй, Лариса. Мы уже уходим, – слишком нервно и оттого грубо отвечает ей Кристина, – Обед готов?
– Алия уже накрывает на стол.
– Отлично!
«Подруга» выходит из комнаты первая, и я иду вслед за ней, но вдруг резко останавливаясь рядом с горничной.
– Документы готовы?
Лариса нисколько не удивлена моему вопросу. Еще бы. Я плачу ей втрое больше, чем она получает у Беловых. А еще дочка Ларисы, благодаря мне, учится в столичном вузе на архитектора.
Женщина по-доброму улыбается мне.
– Да, договор с ООО «Гарант», через который закупается бракованный стройматериал, а также я нашла какие-то выписки на столе Игната. Не разобрала только, но сфотографировала и отправила вам по почте.
Ничего не отвечаю, но удовлетворительно киваю и ухожу из спальни, пока Кристина не заметила, что я отстаю.
Глава 7. Признание
В чем заключается мой план?
Посадить Игната и Кристину я не могу – прошло много времени, за которое они стали сильнее, а я пока никто в этом городе.
Да и посадить... Это как-то скучно и слишком просто для них.
Убить?
Мне ничего не стоит схватить покрепче столовый нож из серебра, пока мы обедаем, и всадить его стерве прямо в ее гнилое сердце.
Если оно, конечно, у нее есть.
Но я так тоже не хочу.
Мне нужно, чтобы они попрощались с привычной беспечной жизнью. Чтобы каждое утро начиналось со страха за свои шкуры.
Чтобы Кристина забыла про свою мерзкую улыбочку и смотрела на меня с ужасом.
Мне нужно ее признание.
Но всему свое время.А пока достаточно страха.
– Ты так и не ответила на мой вопрос? – вновь возвращаюсь к тому, на чем нас прервали в спальне.
Отрезаю себе кусочек утки в пряном соусе и долго, наслаждаясь вкусом, прожевываю его, пока Кристина напрягается и замирает с бокалом вина в руке.
Даже смешно становится, как на нее действует любое упоминание прошлого.
– На какой? – переспрашивает, прекрасно понимая, о чем я говорю, а следом нервно пытается уйти от темы, – Лучше расскажи о себе. Откуда ты? Замужем или разведена? – с напускным весельем подмигивает «подруга», – А, может, богатая вдова?
– Богатая вдова – неплохой сценарий, – из меня вырывается усмешка, – А лучше – богатый вдовец. Слышала, что «Регион-Строй» раньше принадлежал первой жене Игната. Что с ней случилось?
Со стороны выгляжу нагло, и мое любопытство давно вышло за рамки приличия.
– Да, – как-то тихо произносит она, – Но это был их общий, семейный бизнес. Всем управлял Игнат, а его первая жена была слишком недалекой, чтобы что-то понимать в строительной сфере.
– И этот дом тоже принадлежал ей?
Вот это выдержка! Кристина старается держать спину прямо и не выдавать свои истинные чувства. Но внутри...
Уверена, она тоже посматривает на нож на тарелке, мечтая вонзить его мне меж глаз.
– Почему ей? – оправдывается, – Все изначально принадлежало Игнату.
– Вот как, – делаю вид, что соглашаюсь, – Все равно жалко ее. Такая страшная авария. Говорят, на бедняжке живого места не осталось...
– К чему ты клонишь, Карина? – все-таки взрывается стерва.Неприятно ей. Не хочет вспоминать прошлое. Ну ничего. Скоро она сама с удовольствием расскажет мне все.
– Ты сама пригласила меня посекретничать.
– Я не хочу говорить об этом, – огрызается Кристина.
– Хорошо, – примирительно отвечаю ей, – На самом деле, я знаю почти все про вас с Игнатом. Знаю и восхищаюсь тобой.
– О чем ты? – глухо произносить «подруга».
– Что ты была его любовницей, а стала женой. Мое почтение, дорогая.
Узел, в который сжимались внутренности Кристины, немного ослабляется. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы она откинулась на спинку стула и шумно выдохнула.
– И от кого только ты все это узнала? – спрашивает уже не так напряженно, с легкой улыбкой на губах.
– Сплетники, – пожимаю плечами, – Их слишком много в этом поселке.
– Да, людям лишь бы поболтать. Других занятий у них нет.
– Но я здесь, чтобы узнать все подробности вашего романа, – подаюсь немного вперед, изображая любопытную дурочку, – Как ты все это провернула? Как завоевала этого красавца?
Стать настоящими подругами, такими, кто делится друг с другом всеми секретами, – первая часть моего плана. Кристина должна мне доверять. Она должна забывать о бдительности рядом со мной, чтобы в один момент признаться обо всем.
Поэтому я прекращаю игру в следователя на допросе. С Кристины сегодня достаточно страха. Пора становиться «лучшими подружками».
– Охх, – смущается она, – Я как увидела его на собеседовании, так все поняла. Он мой и ничей больше. А жена... Она была молью. Знаешь, есть такие женщины «ни о чем». Ни красоты, ни страсти. Она нужна была только из-за бизнеса.
– А есть такие, как мы, – подыгрываю ей, – Которые готовы ради любви идти по головам.
***
Обед завершается на дружеской ноте.
Нет, мы не стали подругами за этот час, но Кристина больше не боится меня. Она держится расслабленно, шутит и даже выдает парочку своих секретов.
Что Юля ей не родная, и она хочет родить сына для Игната, но никак не получается.
Что она устала сидеть дома, но Игнат не берет ее обратно работать в компанию. И вообще он начал задерживаться на работе.
«Все этот чертов проект», – успокаивает себя Кристина, а мне хочется рассмеяться ей в лицо.
Встреча прошла так, как я планировала, но все же чего-то не хватает.
Вишенки на торте.
И эта «вишенка» словно чувствует мое присутствие в его доме.
Игнат приезжает с работы ровно в тот момент, когда я успеваю отойти на пару метров от их участка. Он быстро паркует машину и догоняет меня – удачно, что Кристина не видит нас в этот момент.
– Карина? – запыхавшись спрашивает мужчина, хватая меня за руку.
Разворачиваюсь, изображаю радость на лице и отвечаю:
– Здравствуй.
– Ты... что тут делаешь? – растерянно произносит он, отпуская мою руку.
Боится. Вдруг Кристина нас заметит.
– Была у вас в гостях, а теперь иду домой.
Отворачиваюсь и продолжаю идти, зная, что уже через секунду мужчина опять догонит меня и предложит:
– Не против, если я провожу тебя?
Мне не нужно видеть себя в зеркало. Глаза становятся темнее от возбуждения, губы изгибаются в улыбке.
Это не страсть и не отголоски былой любви к бывшему мужу. Это чувство победы, смешанное с ненавистью.
А вот и вторая часть моего плана.
– Конечно, – отвечаю чуть хрипло, – Проводи.
Глава 8. Первая жена
– Почему ты купила дом именно здесь? – неожиданно спрашивает Игнат, пока мы поднимаемся на мою гору.
– Понравилось расположение участка. А что?
Мужчина не спешит отвечать. Думает о чем-то своем, но все же через несколько секунд выдает:
– Одна моя знакомая любила гулять в этом месте.
Знакомая...
Удивительно, что он помнит. Как я дожидалась его с работы, оставляла Юлю и уходила на пару часов сюда. Особенно летом, в ясный день, потому что с этой горы открывается самый лучший вид на закатное солнце.
– Знакомая? – переспрашиваю, и мой голос вдруг становится хриплым.
Неужели воспоминания все же причиняют боль? Я ведь так любила его. Любила и до последнего верила.
– Да, – в замешательство произносит Игнат, – Ее звали Алина...
На его лице аж гримаса боли появляется. Будто воспоминания рождают нестерпимый дискомфорт в теле, и он рад бы навсегда забыть меня и нашу семью, но что-то мешает.
Чувство вины?
– Твоя первая жена?
– Да, она, – откашливается мужчина, словно ком в горле застрял.
– Не представляю, что ты чувствовал, когда она попала в аварию, – добавляю «масла в огонь».
Мне безумно интересно, как он отреагирует.
Разозлится? Постарается сменить тему разговора?
Но бывший удивляет своей откровенностью.
– Я был в ужасе, – еле слышно говорит он.
– Как это произошло? – пользуюсь моментом и продолжаю расспрашивать дальше, – Зачем она села за руль поздно вечером и в такую погоду?
– Я не знаю...
Не знает. Как же.
Зато я знаю.
Он был в офисе, прятался и ждал, пока Кристина закончит всю грязную работу. А после выехал за своей любовницей и забрал ее до приезда полиции.
Интересно, он чувствовал хоть каплю сожаления, пока смотрел на догорающую машину?
– Тогда не будем о грустном, – сама перевожу тему, чтобы заглушить в себе ярость.
Иначе, если продолжим этот разговор, я убью и закопаю Игната прямо здесь. Под окнами своего нового дома.
– Да, хорошая идея, – заметно расслабляется мужчина и даже позволяет себе прикоснуться рукой к моей спине.
Игнат резко сокращает дистанцию между нами, приобнимает и вдруг спрашивает:
– Откуда ты знаешь Гараева? Вы...
– Любовники? – перебиваю его, усмехаясь.
На лице бывшего мужа появляется ревность.
Серьезно? Так быстро?
«О, милый, я только начала, а ты уже ревнуешь меня», – мысленно злорадствую.
Жалко, что Гараев никак не задействован в моем плане. Он – интересный мужчина, сильный, но слишком опасный для меня. Таким нельзя манипулировать, иначе раскусит в первую же секунду.
– Нет, мы не любовники, – спешу ответить на его вопрос и чувствую, как рука на моей спине опускается чуть ниже талии. Как бы невзначай. По-хозяйски, словно он уже завоевал «эту территорию».
Не удивлюсь, если он попробует меня поцеловать, ведь мы отошли на приличное расстояние, и Кристина нас отсюда не увидит.
– Я рад, – произносит Игнат, – Гараев не тот мужчина, с кем нужно заводить знакомство.
– А с кем мне тогда заводить знакомство? – спрашиваю двусмысленно и смотрю прямо на бывшего мужа.
Глава в глаза, гипнотизируя его. И Игнат легко попадает в мои сети.
До дома остается пара шагов, но мы останавливаемся, и я позволяю мужчине жадно рассматривать меня.
Вот Игнат ласково заправляет прядь моих волос за ушко, проводя пальцами по нежной коже шеи. Следом мужчина наклоняется, и я отворачиваюсь, изображая смущение.
Хороший прием, чтобы зацепить любого мужчину. Но я просто не готова к поцелую. Не могу. Не хочу.
К горлу подкатывает та самая утка в пряном соусе, грозясь выйти наружу, и я даже отхожу от Игната, чтобы отдышаться.
К счастью, мужчина воспринимает мои действия по-своему. Они его только сильнее заводят. Как хищника, который обнаружил добычу и готовится к охоте.
– Не представляешь, что было со мной вчера, – шепчет он, продолжая раздевать меня глазами.
– Что? – спрашиваю, хлопая длинными ресницами.
Тошнота прошла, и я вновь в роли обольстительницы.
– Как увидел тебя на приеме, ни на секунду не мог оторвать взгляд. Впервые такое со мной...
– Тогда не отрывай, – говорю немного с придыханием, имитируя возбуждение от его слов, – Смотри на меня так часто, как только сможешь.
***
– Привет! Я – Игнат.
Передо мной неожиданно материализуется какой-то парень. Высокий, с темными русыми волосами и такой приятной улыбкой, что я глупо засматриваюсь на нее, начиная улыбаться в ответ.
Суббота, утро, но у папы дела в офисе его компании, а после мы должны поехать к тете на обед. Поэтому я торчу на первом этаже в кафетерии и пытаюсь не умереть от скуки, пока отец разбирается со своими проектами.
– Алина, – робко отвечаю ему, смущенная таким явным мужским вниманием. Даже немного наглым, к чему я не привыкла.
Мужчины и раньше были в моей жизни. Точнее парни, которые водили в кино, а после сеанса неуклюже пытались поцеловать.
Но этот Игнат...
– Алина, – мечтательно произносит он. В потертых джинсах, клетчатой рубашке и с бейджиком «Игнат Белов, менеджер по работе с клиентами», – Кажется, я только что влюбился в девушку по имени Алина.
Глава 9. Алины больше нет
Джинсы, черная водолазка и кожаная куртка. Солнцезащитные очки и обычный черный платок на голову.
Сегодня я не наряжаюсь – повод не тот.
Выхожу из такси и иду по асфальтированной дорожке в сторону кладбища. К могиле, где пять лет назад закопали гроб с телом...
Нет, не Алины Беловой.
Пять лет назад в сгоревшей машине нашли женское тело. Худощавое, с остатками светлых волос, в моей одежде, с моим обручальным кольцом и ДНК. И следствию этого было более чем достаточно.
Они констатировали смерть от несчастного случая, отдали тело мужу и закрыли дело.
Игнат с Кристиной тоже не стали медлить. Закрытый гроб, скромные похороны без свидетелей. Все быстро и незаметно.
Чтобы поскорее забыть и начать новую счастливую жизнь, избавившись от главного балласта.
Только вот они просчитались. Слишком поверили в свои силы и удачу.
Обхожу стройный ряд могил и подхожу к трем аккуратным захоронениям.
Мама...
Папа...
Единственное место, где я позволяю себе плакать. Тихо, практически незаметно, тут же вытирая горячие соленые капли.
Они ушли слишком рано и неожиданно. Ничего не предвещало беды. Ни болезней, ни травм – ничего. Даже отец, которого добил сердечный приступ, никогда не жаловался на сердце.
Но смерть не спрашивает. И они ушли, оставим меня на съедение волкам.
Отвожу взгляд от могил родителей, чтобы тут же наткнуться на соседнюю плиту. Из светлого камня, с каким-то безвкусным цветочным узором.
Смотрю на нее, и все слезы мгновенно высыхают.
Белова Алина Викторовна, любимая жена и мама.
Как лицемерно. Уверена, памятник заказывала Кристина. Только она могла так поиздеваться надо мной.
Подхожу ближе к небольшому холмику и с удивлением отмечаю, как здесь чисто. После зимы все могилы обычно неухоженные, в старой пожелтевшей траве или мусоре. А тут – ни соринки.
Словно кто-то еще вчера пришел и все прибрал. Покрасил оградку, убрал разводы с фотографии и... оставил цветы.
Почему-то на них я обращаю внимание в последнюю очередь.
Роскошный букет белоснежных лилий. Идеально белых, без вкраплений. Они не валяются на земле – кто-то заказал устойчивую вазу и поставил их в воду.
И все это выглядит как... жест заботы.
Это не я и точно не тетя. Она приходит сюда только в годовщины моих родителей. Вряд ли Игнат. Не замечала в нем такой сентиментальности. И не Кристина, которую трясет от любого упоминания Алины Беловой.
Это кто-то другой, и я даже оглядываюсь по сторонам, словно он стоит за деревьями неподалеку и смотрит на меня. Точнее прожигает взглядом, потому что на затылке начинает нестерпимо гореть.
Кручу головой еще несколько долгих секунд и возвращаюсь к цветам. Они манят своей красотой и этим безупречным белым цветом.
Таким чистым и невинным.
Подхожу ближе, присаживаюсь на корточки и вдыхаю запах лилий, с удивлением обнаруживая, что они ничем не пахнут.
Обычно у лилий яркий, немного тяжелый аромат. Но конкретно эти цветы без запаха. Еще одна странность.
Впервые контроль... Нет, не утекает от меня. Будто в моей мести появляется чужак. Тот, кого я не звала и не посвящала в свои планы.
Ладно. Я разберусь с этим позже. В конце концов, цветы мог принести кто угодно. Дальние родственники, коллеги папы или друзья нашей семьи.
Кто угодно, а я тут строю конспирологические теории.
Аккуратно провожу кончиками пальцев по нежным лепесткам, всматриваюсь в свою фотографию и не подозреваю, что сзади меня кто-то стоит.
– Ну здравствуй, Алина, – раздается немного властный женский голос. Он такой громкий, ясный и неожиданный, что я вздрагиваю.
– Я же просила меня так не называть, – отвечаю гримасой недовольства на лице и встаю на ноги.
Женщина передо мной тоже в черном. Длинное пальто почти до земли, платок, очки и вишневый оттенок помады на губах. Словно она бросает всем вызов.
Особенно смерти, которой пропитан каждый метр кладбища.
– А как мне называть свою племянницу? – с ухмылкой произносит Галина Лаврентьева, раскрывая свои объятия.
Не медлю, обнимаю в ответ, вдыхая древесный аромат ее парфюма.
***
Каждый день в больнице ничем не отличается от предыдущего. Белые стены, перевязки, капельницы и приторно-вежливые улыбки медсестер.
Иногда заходит врач, но он почти не разговаривает со мной – хмурится, цокает, что-то записывает в своем планшете и уходит.
Я здесь совсем одна. Ни мужа, ни дочери, никого. Моментами мне вообще кажется, что я умерла и попала в состояние между раем и адом.
В место, где время течет по-другому. Медленнее, тягуче. Стрелка на часах еле ползет по циферблату.
А еще в этом месте все размыто, или это у меня со зрением проблемы. Я пока не разобралась.
В сотый раз пытаюсь сфокусировать взгляд на настенных часах и не замечаю, как в палату кто-то заходит.
Этот кто-то с шумом двигает стул ближе к кровати, садится и складывает руки на коленях в ожидании, пока я переведу на него взгляд.
Заканчиваю гипнотизировать часы и все-таки обращаю внимание на своего гостя.
Тетя.
Произнести вслух ничего не могу, просто открываю рот, понимая, что из меня не выходит ни звука.
Тетя Галя тоже это понимает. Она какое-то время молчит, пристально осматривая меня, и спустя пару минут выдает:
– Запомни – Алины больше нет, – ее слова звучат как приговор, – Вчера ее похоронили, закопали рядом с могилами родителей и предали забвению.
Глава 10. Белые лилии
– Алины больше нет...
И дальше я ничего не слышу.
Как нет? Почему?
Я жива, я здесь! Хочется кричать во все горло, но что-то мешает. Тело сковало от ужаса, но все, на что хватает сил, – это продолжать таращиться на тетку и мотать головой.
– Все подстроила Кристина, – продолжает добивать она, – Но Игнат отмазал ее и подкупил всех, кого надо... Деньгами твоего отца, – на последней фразе из нее вырывается горькая усмешка.
А на моем лице появляется что-то горячее и обжигающее. Быстро-быстро моргаю глазами, чтобы прогнать эти капли, а они скатываются мне в рот.
Соленые. Слезы.
– Ну ничего, – успокаивающе произносит тетя, – Восстановишься. Деньги у тебя есть. Витя давно позаботился о средствах на черный день. Как знал.
Черный день...
***
– Пять лет прошло, – шепчет тетя Галя, пока мы обе рассматриваем мою фотографию на памятнике.
– Когда все закончится, я поменяю надгробие, – сглатываю ком в горле, – Она спасла мне жизнь и заслуживает человеческого захоронения.
Она.
Кто же та девушка, которая оказалась в машине вместо меня?
Простая наркоманка. Без документов, без имени, без родственников. Ее никто не искал, никто не спешил забрать из морга. И по счастливой случайности ее внешние данные совпали с моими.
Вторая счастливая случайность – Игнат так торопился доказать мою смерть, чтобы отвести от себя подозрения и вступить в наследство, что щедро заплатил судмедэксперту, и тот не стал тщательно проверять тело.
Анализа ДНК достаточно, и дело закрыли.
Спасибо тете, что оказалась шустрее и провернула все это до приезда полиции, но ее связи и возможности до сих пор остаются для меня загадкой.
– Витя с Мариной были бы в ужасе, – ухмыляется женщина, доставая из дамской сумочки пачку сигарет.
Звук зажигалки, и передо мной материализуется густое облако дыма.
– Но они мертвы, – отрезаю, чтобы не погружаться в сентиментальные воспоминания. Достаточно на сегодня слез.
– Кристина клюнула на твою дружбу? – тетка быстро улавливает мое настроение и тут же переходит к делу, выпуская новое облако едкого дыма.
Она знает все о моем плане. Она придумывала его вместе со мной и теперь, как главный зритель, наблюдает за всем с первого ряда.
Но не лезет с советами и не контролирует, потому что эта моя месть. Только я могу вершить суд над Кристиной и Игнатом. И никто больше.
– Нет, – запах сигарет забивает нос, и я морщусь, – Она мне не доверяет.
Взгляд вновь падает на белые лилии в вазе. Такие нежные и утонченные – тот, кто их купил, обладает хорошим вкусом.
– Твои цветы? – на всякий случай спрашиваю женщину, которая вместе со мной разглядывает букет.
– Ты же знаешь, что я люблю цветы в горшках.
– Знаю, – киваю, – Игнат?
Вряд ли. Но все же.
Вдруг мои расспросы про Алину вызвали в нем... Хотя нет. Это же Игнат.
– Не думаю, – хмурится Галя, – Уверена, он сюда ни разу не приходил с похорон. Один раз покрасовался перед камерами, изобразил из себя скорбящего вдовца и хватит.
– Кристина? – продолжаю перечислять.
– У этой нет такого хорошего вкуса, – новая усмешка. У тети особая любовь к моей «подруге». Причем с самого начала нашего общения с Кристиной, – Эти цветы от мужчины.
– Папины друзья? – последнее, что приходит мне в голову.
Больше мужчин в моем списке нет.
– Возможно, – уклончиво отвечает тетя, но резко возвращается к основной теме, – Это неважно. Твоя цель – Игнат и Кристина, а после мы забираем Юлю и уезжаем из этого города. Нет сил тут оставаться.
– Скоро.
– Что дальше по плану?
– Кристина мне пока не доверяет, а вот Игнат вполне. Поэтому начну с него.
– На том приеме был Гараев. С его помощью ты быстрее разоришь бизнес бывшего муженька. Отдай этому татарину все документы, которые у тебя есть по Игнату, и завтра же он окажется банкротом.