Рассвет над Аркаимом

– Тебе везет! – Хихикнула Ядка. – Ладно, я пойду к Светику, не буду мешать развитию романтических отношений! – И моя подруга ускользнула к своему кавалеру. Ирина, уже собрав людей, шла по направлению к невысокой горе, смутно вырисовывающейся на едва светлеющем небосводе. Я направилась за толпой, безуспешно пытаясь разглядеть Максима. Меня терзала мысль – «стоит ли подойти к нему самой, или не стоит?» Не подумает ли он, что я слишком навязчива? К счастью, все разрешилось само собой: я услышала позади себя его голос:

– Как тебе, экскурсия в шесть утра, в холод? Не пожалела, что поехала?

– Нет, мне нравится! – Нисколько не лукавя, сказала я. – Хотя я еще мало что разглядела, но мне уже нравится. Это так здорово идти утром, в холод по степи… Заметил, здесь так тихо… То есть слышен лишь шелест травы на ветру – никаких городских звуков… А ты как? Нет желания сесть обратно в автобус и укатить обратно, к цивилизации?

– Ни малейшего… Сейчас мне даже кажется, что я бы хотел остаться здесь не на два дня, а на неделю, месяц, а то и на всю жизнь. Знаешь, как это ни глупо, а я даже немного завидую жителям древнего городища… Вот и подножие горы. Идем поближе! Ирина, видимо, хочет что-то рассказать… – Мы подошли ближе к нашей экскурсоводше.

– Как я вижу, многие из нас не очень хорошо перенесли ночь в автобусе и предпочли отдохнуть. Здесь собрались наиболее стойкие. И уверяю вы не пожалеете о столь ранней прогулке! Сейчас мы с вами находимся у подножия горы Шаманка. Эзотерический туризм, как своеобразная форма паломничества начался на Аркаиме в 1991 году с посещения городища Аркаим известным астрологом Тамарой Глобой. В настоящее время музей-заповедник посещают свыше двадцати пяти тысяч человек в год, и, должна вам сказать, не менее двадцати процентов из них приходят на Аркаим за своими духовными поисками. Как Вы видите Шаманка – это небольшая гора – не более двухсот метров высотой. На вершине горы камнями выложена спираль. Известно, что многие, кто проходил по ней – обрели свой смысл жизни, открыли в себе новые, скрытые ранее способности… – Голос Ирины, приглушенный порывами ветра, звучал торжественно, ее темные глаза, казалось, светились теплым внутренним светом. Вроде бы она не говорила ничего особенного, но ее слова завораживали, сердце начинало биться быстрее, словно предвкушая что-то необыкновенное, словно вот-вот должна была открыться какая-то великая тайна…

– Через несколько мгновений, мы начнем наше восхождение на гору. Когда вы подниметесь на вершину – заходите в спираль и идите по ней, прислушиваясь к себе, к миру вокруг вас, услышьте голос самой Вселенной… – Голос экскурсоводши стал еле слышен, потом она молча повернулась и пошла вверх по каменистому склону горы…

Гора была не очень крутая, но с непривычки подниматься было трудно, и скоро я запыхалась. Максим предложил мне руку и потянул за собой наверх. Когда мы достигли вершины, все уже были там – кто-то молча стоял у края склона, оглядывая окрестности на западе еще скрытые темнотой, а на востоке окрашенные розовым светом нового утра. Большинство уже начали молчаливое шествие по спирали. Шли друг за другом. Кто-то шел медленно, погружаясь в свой внутренний мир, растворяясь в пространстве, а кто-то явно спешил, стараясь как можно быстрее преодолеть расстояние, отмеренное спиралью. Я и Максим, не сговариваясь, вошли в узкий проход, обозначенный с двух сторон небольшими камнями. Я шла первая, Максим – за мной. Шли медленно, словно зачарованные сном. Что я чувствовала? Космическую энергию, снизошедшую на меня? Чувство понимания своего предназначения на этой планете? Пожалуй, нет… Все это для меня так и оставалось тайной, которую возможно я так и никогда не смогу познать. Но все же эта вершина, эта спираль, вьющаяся к центру горы, подарили мне многое – покой, свободу и веру в то, что все еще будет хорошо в нашем безумном мире. Все будет хорошо, пока есть эта гора, пока есть люди, которые после бессонной ночи, на холодном ветру медленно бредут по извилинам спирали, в надежде познать мир и себя…

Я потеряла счет времени и не могу сказать, сколько мы бродили по спирали – десять минут или полчаса. Когда мы с Максимом вышли за ее пределы, Ядка и Святослав уже ждали нас:

– Сфотографируйте, пожалуйста, кто-нибудь нас со Светиком, а потом я еще хочу с тобой, Златка! – Максим протянул руку за фотоаппаратом и сделал несколько снимков Ядки и ее кавалера на фоне рассвета. Потом несколько фотографий со мной. Через минут десять Ядка со Светиком нащелкав с полсотни фотографий на все стороны света, сообщили нам, что спустятся в лагерь, чтобы немного согреться. Мне еще не хотелось уходить, и я вопросительно взглянула на Максима.

– Я бы еще остался здесь на некоторое время, но если ты замерзла, можем спуститься.

– Нет, я тоже хочу побыть немного. Ядка, Светик мы придем сразу на завтрак. Встретимся в столовой!

– Хорошо, до встречи! – Ядка и ее спутник помахали нам рукой и, обнявшись, стали спускаться к лагерю.

Почти все туристы уже разошлись, лишь человек пять сидели в позе лотоса лицом к восходу солнца…

– Как здесь красиво… – Вздохнула я. – Смотри, на востоке, у горизонта небо ярко-красное, а чем дальше от солнца оно становится нежно-розовым. А на западе еще совсем темно!

– Да… Красота необыкновенная! – Согласился Максим. – Когда живешь в большом городе забываешь, что мир так прекрасен, его просто не замечаешь… Смотри, солнце уже появилось над горизонтом! С наступлением нового дня! – Светлело почти с каждой минутой. Было уже почти, как днем и я видела бескрайнюю степь – море пожелтевшей травы. Сильный порыв ветра сдернул у меня с головы капюшон куртки и мои длинные волосы, разлетелись на ветру, упали на глаза, разметались рыжим ураганом вокруг. Я безуспешно пыталась собрать их, но у меня ничего не получалось – ветер был сильнее меня.

– Можно я тебе помогу? – Услышала я голос Максима.

– Спасибо! Без твоей помощи мне не обойтись – я совсем запуталась. Порой с длинными волосами не просто, но никак не поднимается рука их обрезать…

– И не нужно! Они просто великолепны! – Максим ловко собрал их в руку, а потом довольно умело сплел из них косу и закрепил на конце резинкой. – Здесь волосы лучше держать в косе, чтобы не запутались. Повернись, пожалуйста! – Я медленно повернулась, все еще не решаясь, взглянуть на Максима. – Такая прическа тебе тоже очень идет! Ты красивая! – Просто сказал он. – Я улыбнулась и, набравшись смелости, заглянула ему прямо в лицо. Это был последний удар – я влюбилась окончательно. Зелено-серые, смеющиеся глаза, почти скрытые длинной челкой окончательно покорили мое сердце. Его довольно длинные, ниже ушей волосы разметались на ветру темно-каштановым, чуть-чуть рыжим вихрем. А твердая, мужественная линия губ, изогнутая в улыбке, мощная шея, широкие плечи и сильные руки пробудили во мне давно забытые желания… И в тоже время сердце сжалось от безысходной тоски: без сомнения, он был красив, даже, на мой взгляд, слишком. А значит, надеяться было нечего. Ведь все красавцы ужасно избалованы женским вниманием, а значит ужасно привередливы… Вряд ли его могла серьезно заинтересовать такая женщина как я – симпатичная, но и только. Когда в мире непозволительно много юных красоток. У меня не было ни шанса. Сейчас он со мной лишь потому, что я оказалась удобным объектом для завоевания… Лишь для того, чтобы прибавить еще одно несчастное сердце в свою копилку тщеславия… От этих мыслей у меня выступили слезы.

– Что с тобой? Тебе плохо? – Обеспокоенным тоном спросил Максим.

– Все хорошо! Просто от ветра у меня слезятся глаза, ну и, пожалуй, я хочу есть…

– Ветер я, увы, убрать не в силах, но вот с завтраком все в порядке – он будет через пять минут, так что нам нужно поторопиться! – Я улыбнулась. Я решила не думать о будущем:

«Нужно быть счастливой сейчас, в эти мгновения. Неважно, что будет завтра и будет ли оно вообще! Главное, что сейчас я купаюсь в нежности его взгляда, главное, что я счастлива, как никогда!» – Сказала я себе, глядя на залитую осенним, наконец взошедшим на небосвод солнцем, степь. А потом, обернувшись к Максиму, смеясь, сказала:

– Давай на перегонки! Кто быстрее спуститься с горы! – И не дожидаясь его ответа, бросилась вниз, рискуя позорно растянуться на каменистом склоне. Наверное, было смешно смотреть, как тридцатилетняя тетка скачет по склону… Хотя… Ядка же сказала, что я похожа на пятнадцатилетнюю, по крайней мере издали… А мне было так весело! Я так давно не бегала просто так, ради веселья! Я бежала вниз, вернее мои ноги сами несли меня все быстрее и быстрее – навстречу ветру и чему-то новому, а может быть даже к счастью? Кто знает? Может, Аркаим, это действительно, то место, где случаются чудеса?..

Честно признаться, я не думала, что Максим станет играть в мою детскую игру – но он действительно побежал за мной, обогнал у самого подножия, а потом встал у меня на пути, так, что я, несясь по инерции, влетела прямо в него. Будь на его месте кто-нибудь вроде Светика – стройный и изящный, я бы его, наверное, свалила на землю своим натиском. Но это был Максим – сама сила, которую я почувствовала. В общем, он даже не пошатнулся.

– Похоже, я, во-первых, выиграл, а во-вторых, еще и поймал тебя! – Рассмеялся он. – Так что тебе придется откупаться, иначе я тебя не выпущу, и мы опоздаем на завтрак!

– О, и что же я должна буду сделать? – Притворно нахмурилась я.

– Так… – Он задумчиво поднял глаза к небу. – Пожалуй, ты, чтобы обрести свободу должна будешь спеть!

– Спеть?! – Ужаснулась я.

– Да, да, именно спеть! – Подтвердил Максим.

– Но… – Жалобно протянула я. Дома мне никогда не разрешали петь. Мама говорила, что у нее от моего пения болит голова, а Димка – что к нам сбегутся все окрестные коты, подумав, что это орет мартовская кошка. И на мои уверения, что обычно мартовскими бывают коты, он не обращал ни малейшего внимания.

– Никаких, но! Вы в плену, юная леди, так что выбора у Вас нет! – Сурово сказал Максим, и лишь по глазам я поняла, что он шутит.

– Ну, что ж… Если у Вас, дорогой сэр, лопнут барабанные перепонки, или заболит голова – пеняйте на себя. – В том же духе ответила я.