Идеальная несовместимость
- -
- 100%
- +
Разворачиваюсь к нему спиной также медленно, а затем потихонечку начинаю ускоряться, держа путь к лифту. Не думаю, что парень заметил, что я не попрощалась. Блин, мне теперь нужен будет другой план.
Когда я уже подхожу к шахте лифта и расслабленно выдыхаю, кто-то требовательно хватает меня за руку сзади.
Цепенею от ужаса – Штормов же не убийца?
– Куда собралась? – вкрадчиво спрашивает парень, а я боюсь даже повернуться к нему лицом.
– Домой, – пытаюсь говорить уверенно, но вряд ли у меня это выходит правдоподобно.
– Так быстро? Ты же только пришла, – Тимур констатирует очевидную истину, и я слышу за спиной короткий смешок.
– Откуда ты… – наконец оборачиваюсь к нему и, прикусив язык, затихаю на полуслове.
Как я могла так легко попасться?
Тимур самодовольно прожигает меня изучающим взглядом и чего-то ждёт. Нервно сглатываю и не знаю, что теперь делать.
– У меня вот вечер освободился, – спокойно и будто с намёком, не ясным мне, парень вновь нарушает тишину. К чему он клонит? – И ты, как я вижу, тоже свободна…
– Я это… не совсем… мне надо было… – пытаюсь с ходу сочинить отмазку, чтобы избежать нашего потенциального совместного времяпровождения, хотя ещё совсем недавно ломала себе голову над обратной задачей.
– Что надо было? – ехидным вопросом «помогает» мне Штормов.
– Рубашку тебе купить, – брякнула первое, что выдал мне мозг, и скуксилась.
– Без меня? – удивление парня быстро сменилось уже раздражающей ухмылкой. – Ну что ж, раз всё так удачно совпало, – последнее слово было насмешливо выделено, – то предлагаю выбрать её вместе.
И взяв ошарашенную меня под локоток, Штормов устремился в сторону противоположную от лифта, в то время как я через плечо косилась на заветный и теперь уже такой далекий путь к свободе.
– Как раз подберем мне рубашку для предстоящей деловой встречи, – осматриваясь вокруг, продолжает радоваться Тимур так, будто это не он несколько минут назад злился и мечтал от меня избавиться. Странно.
Ну, если уж «объект» сам изъявил желание провести время вместе – да начнется шопинг! И длиться он будет долго. Очень долго.
Пятнадцать минут спустя в магазине одежды.
– Хм… – задумчиво прикладываю палец к подбородку, окидывая фигуру Штормова оценивающим взглядом. – Можешь немного покрутиться? – прошу его, махнув рукой.
– А что ещё сделать? – с сарказмом спрашивает парень, скрестив руки на широкой груди.
– Мне же нужно понять, подходит ли эта рубашка для важных переговоров. Сам просил помочь с выбором, – ни капли не смущаюсь даже под пристальным напором холодных глаз.
– Рубашка моего размера, это раз, – загибает свой красивый аристократичный палец Тимур. – Она мне нравится, два, – продолжает он. – Мы её берем, три. В чём проблема?
– Она и мне должна понравиться, раз, – загибаю в свою очередь пальцы, всё также удобно восседая на диванчике. – Так как я за неё плачу, два. Ты в ней похож на фермера, три. Мы её не берем, четыре. Переодевайся! – командую, продолжая игнорировать многозначительный (читать – испепеляющий) взгляд Тимура.
– Я сам заплачу, – цедит сквозь зубы Штормыч, который явно не привык к возражению.
Ну уж нет! Хотел шопинг – получай!
– Напомню: я должна тебе рубашку. Это, в-пятых. И шесть – ты сам предложил купить её сегодня.
А после – широко улыбаюсь, довольная, как слон, своим ответом.
Смирившись, Тимур обреченно пробегается глазами по торговому залу и вновь плетется в раздевалку, раздраженно задернув за собой ширму.
Как же мне нравится, когда он бесится! Ух!
Кстати, надо бы поймать момент и сфоткать парня. А то так и останусь без заветного кадра… хмурого Штормова.
Из магазина мы вышли с пустыми руками, но не скажу, что Тимур прямо-таки плевался от ярости – напротив, он с охотой и необъяснимым азартом прошествовал за мной в следующее торговое помещение.
Выбирала рубашки я – на свой изысканный и утонченный вкус. Но не удержалась и от прикольных вариантов – пихнула ему одну с пальмами, а другую – со Спанч Бобом. Ведь одно дело видеть его «шикарные» и «серьёзные» фото в сети, и совершенно другое – вживую лицезреть такую картину.
Сначала Штормов вышел в классической белой рубашке, которая обтягивала его фигуру настолько удачно, что я отчего-то занервничала. Но, разумеется, вида не подала и рассматривающему себя в зеркале парню, естественно, сказала совершенно иное:
– Давай другую – слишком скучная.
– Уверена? – хитро улыбнувшись, Тимур медленно и слишком эротично расстегивает верхнюю пуговицу.
Как у него это получается?
– Уверена, – внешне невозмутимо сглотнула, не отрывая от него взгляда.
– А сейчас? – переспросил голосом обольстителя – искусителя и, расстегнув тем же способом ещё одну пуговицу, сделал шаг ко мне.
Хотела попятиться назад, но вспомнила, что сижу на диванчике.
Он что, реально пытается меня соблазнить? Иначе, зачем так неоднозначно смотрит?
– Раздевалка в другой стороне, Штормов, – твердо ответила парню, на что он непонимающе приподнял бровь. – Там тоже есть зеркало в полный рост, где ты можешь соблазнять себя сколько хочешь! Но, сомневаюсь, что на деловой встрече кто-то поведется на твоё самопальное декольте.
Тимур кинул на меня убийственный взгляд и, к моему удивлению, продолжил приближаться.
Ой! Кажется, я переборщила.
И когда моя смерть, нависая, буквально дышала в лицо, отчего я зажмурилась, как нельзя кстати откуда-то выползла девушка-консультант. Она задала стандартный вопрос, чем облагоразумила вспылившего Тимура, и своим интересом заставила его вернуться к примерке.
Фух, повезло! В следующий раз надо осторожнее подбирать слова.
Поэтому, когда Штормов появился в рубашке с пальмами (и зачем он только пошел у меня на поводу, ведь в таком виде на встречу с серьезными людьми точно не пойдешь!), я сдерживалась как могла, чтобы не озвучить очередную шутку, вертящуюся на языке. Лишь молча покачала головой. А выход парня в желтой рубашке с известной мультяшкой на груди стал бомбой – я рассмеялась в голос, полезла в карман за смартфоном и сделала фото, запечатлев сурового и обескураженного Тимура в неестественной позе.
Для дела не пойдет, конечно, но список угарных фото парня пополнит определенно!
Штормов загадочно улыбнулся лишь уголками губ и, слегка обеспокоенно оглядевшись вокруг, снова ничего со мной не сделал. Видимо, переживает за свою репутацию и стесняется свидетелей.
После этой примерки мы обошли ещё четыре магазина. И если вначале мне было ужасно весело, то потом всё начало нервировать. В частности – постоянные отказы Тимура от покупки очередной рубашки и его стремление зайти почти в каждый новый павильон по пути.
Да-да! Теперь я не могла его уговорить. Всё, что нравилось мне, Штормов сразу браковал. Ну и проснувшийся в нём запал к шопингу сейчас меня почему-то жутко напрягал.
– Ты долго ещё? – начинаю раздражаться, хотя должно быть всё с точностью до наоборот.
Вот как, как можно так долго надевать рубашку?! На ней нет даже десяти пуговиц!
Да, помню, что это мне нужно тянуть время, но я теперь сама ощутимо устала и проголодалась.
Блин! Себе столько времени на шопинг не выделяю, сколько этому павлину. Который, кстати, уже минимум пятнадцать минут не выходит из раздевалки.
– Ещё чуть-чуть, – отвечает мне чересчур спокойным, я бы даже сказала, ленивым голосом Штормов.
– Сейчас посмотрим, чем ты там занят! – недолго думая, приблизилась к кабинке вплотную, решительно отодвинула шторку и сделала шаг вперед.
Сразу обомлела и, кажется, лишилась дара речи, обнаружив там обнаженного по пояс Штормова. Даже забыла, что от него хотела.
Теперь я начинаю понимать, почему по нему сохло столько девушек.
Как бы незаметно подтереть слюни и захлопнуть рот?
Тимур же обольстительно улыбнулся и одним резким движением притянул меня ближе к себе, закрыв за нами шторку.
Глава 8
– Тссс! – неожиданно приложив указательный палец к своим губам, Штормов ещё и красноречивым взглядом просит меня молчать.
Парень по-прежнему одной рукой обвивает мою талию и слишком глубоко дышит, а я в этот момент не могу избавиться от навязчивого и вполне логичного вопроса: «Почему я до сих пор не отстранилась и будто радуюсь тому, что прижата к голому мужскому торсу, от которого так и веет моим обожаемым «Хьюго»?»
Ах, да! Ещё одна довольно важная мысль – вялое возмущение крутится где-то далеко в голове: «Что, чёрт возьми, происходит?»
– Тим… – полушепотом хочу потребовать объяснений, но тёплая мужская ладонь нахально накрывает мой рот, добиваясь тишины.
Я начинаю ерзать и вертеть головой, но оттолкнуть от себя наглого парня так и не решаюсь. Зато выражаю своё недовольство убийственным взглядом, повелевающим Тимуру убрать руку от моего лица, и при этом не забываю пыхтеть как ёжик.
Штормов наклоняется ко мне вплотную и еле слышно, но очень проникновенно, шепчет на ухо:
– Помолчи пару минут, – и потом, словно пересилив себя, добавляет, – пожалуйста!
Я послушно киваю, стараясь не обращать внимания на внезапно проснувшиеся мурашки, которые без спросу носятся по моему телу, неадекватно реагируя на близость Тимура. Парень, словно издеваясь, не торопиться отстраняться и, убрав ладонь, как-то чересчур подробно осматривает моё лицо, остановив свой нечитаемый взгляд прямо на моих губах.
В эту секунду я ловлю себя на мысли, что не дышу и очень хочу… закрыть лицо рукой. Спрятаться. Вместо этого поднимаю глаза на Штормова и вижу, как он насмешливо мне подмигивает. Затем снимает с талии вторую руку и бесшумно отходит назад.
– Поменяйте мне этот блейзер на такой же, но на размер меньше! – властно доносится из соседней кабинки, и девушка-консультант, уточнив цвет, удаляется в зал.
– Кто это? – беззвучно, одними губами спрашиваю я, начиная ощущать какую-то скрытую власть над сложившейся ситуацией.
По тому, как Тимур стушевался и жестом попросил отложить допрос, делаю вывод, что он знает девушку из соседней примерочной, но почему-то избегает с ней личной встречи. Интересно…
Неужели Штормов один из тех трусливых пареньков, которые бояться встретиться с проблемой лицом к лицу? Неужто вся его внешняя суровость, решительность и хладнокровие напускные?
– Девушка, возьмите! – снова звучит голос продавца-консультанта, и после помощи нашей загадочной «соседке», которую так рьяно избегает Тимур, сотрудница магазина останавливается напротив нашей кабинки. – Молодые люди! У вас там всё хорошо? Рубашки подошли?
На лице парня читается неприкрытое замешательство. Теперь уже я подмигиваю ему, пальцами левой руки показываю знак: «Всё под контролем, Штормыч! Не дрейфь!» и, прихватив две первые попавшиеся рубашки, с абсолютно непоколебимым видом выхожу из примерочной.
– Вот эти нужны на размер больше. Будьте добры, – протягиваю одежду девушке-консультанту. – У моего парня спина стала слишком рельефной. Хорошо, что в своё время записала его в «качалку». А то так бы и остался хлюпиком!
Я даже через шторку чувствую недовольство и гнев Тимура, но больше одного свирепого глаза он высунуть из укрытия не осмеливается. Кажется, ко мне возвращается хорошее настроение.
Когда соседняя кабинка открывается, я не могу побороть любопытство и, повернув голову, откровенно пялюсь на мадам, дефилирующую к огромному общему зеркалу.
Офигеть! Это что, знаменитость какая-то? Отфотошопленная модель с картинки? Что у неё может быть общего с рядовым экономистом-менеджером Штормычем?
Если это его бывшая, то я точно выиграю эксперимент. Потому что планка у этого хмурого и угрюмого айсберга ого-го какая!
Пока я давилась слюной от зависти и восхищения, девушка отработанной походкой удалилась в зал магазина.
– Отвлеки её! – бросил мне на ходу уже одетый в свою рубашку Тимур и, прислонившись спиной к стене, остановился у выхода в торговую зону.
– Но… как? – подхожу к парню за ответом, но получаю лишь молчаливый кивок головой в сторону.
Мда… Мистер-ясность одним жестом всё объяснил и рассказал, как же… От него обычно лишнего слова просто так не услышишь, а в этой странной и неясной истории – тем более. Да и кто я такая, чтобы мне что-то растолковывать? Но – ладно! Время-то тикает в любом случае. Помогу ему, так уж и быть! Не знаю зачем, правда…
Неспешно выхожу в основной зал магазина, нахожу глазами фифу, разглядывающую на вешалке кислотно-розовое платье, и теперь уже быстрым шагом направляюсь к ней.
О чём с такой говорить-то?
Буду импровизировать.
Становлюсь рядом с ней и, будто бы, между прочим, замечаю:
– Красивое платье, да?
Невзначай поворачиваюсь в её сторону и вижу, как она фыркает, но молчит. Отлично! Может, из нее выйдет хороший слушатель моего занимательного рассказа. Возможно, в примерочной брюнетка была вынуждена заговорить. Итак, продолжим.
– Я себе точно такое же платье купила неделю назад, чтобы сходить на юбилей к прабабушке. Как раз нужно было что-то яркое, чтобы старушка сразу смогла различить меня в толпе других родственников. Зрение у неё совсем плохое стало. Сто лет, как – никак. И знаете – получилось…
– Чего? – не выдержав моего бредового излияния, фифа разворачивается, поднимает свою идеально нарисованную бровь вверх и не стесняется недовольно скривиться.
А сейчас она не такая уж и красотка… Да и разговаривать, оказывается, может. Какая жалость. Но, с другой стороны, её вниманием я завладела. Штормов же меня именно об этом просил.
Смотрю на девушку в упор, но краем глаза отмечаю перемещение Тимура в сторону выхода.
Прекрасно! Ещё пятнадцать секунд позора и можно валить.
– Вы тоже смотрите вариант наряда на банкет? Если да, то признаюсь честно, это платье ужасно колется и не стоит своих денег. На примерке я не почувствовала, но вот на юбилее…
– Ты консультант в этом магазине? – брюнетка пренебрежительно окидывает взглядом меня и само помещение.
– Нет, но я сугубо из женской солидарности хотела вас предостеречь, – из-за придурка Штормова продолжаю этот спектакль, стараясь говорить вежливо с некультурной и хамоватой девицей.
– Я похожа на человека, которому нужен совет от… – сделав паузу, она наверняка пыталась подобрать мне подходящее прозвище, – такой, как ты? – фифа высокомерно просканировала меня с ног до головы так, что я поежилась. Вот точно – пара Штормова! – Свали подальше, пока мои волосы и одежда не провоняли твоими дешевыми духами! Иначе я позову охрану магазина! – с пеной у рта начал мне угрожать этот «вкусно пахнущий цветочек», размахивая руками и разыскивая взглядом дяденьку в спецформе.
Это она только что мои дорогущие заграничные духи вонью назвала? Да я именно ими раз в месяц пшыкаюсь, настолько они классные и эксклюзивные! Единственное, что я сохранила из прошлой жизни… Папин подарок.
Ну, Штормов, ты и козлина. Из-за тебя я столько оскорблений в свой адрес услышала! Давненько никому не позволяла так долго себя унижать.
Кстати, где этот ирод?
А его и след простыл. Отлично! Можно завершать миссию с кодовым названием: «Отвлеки её!». Но напоследок всё-таки скажу пару ласковых этой возомнившей из себя не пойми кого фифе.
– Пока ты найдешь охранника, я в качестве благодарности за ценные комментарии в мой адрес успею вырвать эти нарощенные космы и сделать твоё лицо более ярким и запоминающимся, – без жеманства и со зловещей улыбкой во все свои тридцать два поведала брюнетке, внимательно рассматривая её волосы, которые она тотчас испуганно прикрыла руками. – И поверь, после моих манипуляций ни один бьюти – специалист не сможет привести тебя в порядок в ближайшие пару дней.
Затем, пока фифа забавно глотала воздух от возмущения, я с чувством полного удовлетворения, подчеркнутого высоко поднятой головой, вышла из магазина.
Теперь меня волновали совсем другие вопросы.
Куда подевался этот «фокусник»? Неужели кинул меня?
Осматриваюсь по сторонам, но парня не вижу.
Прекрасно. Вот тебе и благодарность за то, что выставила себя повернутой.
Фиксирую время, в уме отнимая несколько минут, которые я потратила на Штормовскую брюнетку. Четыре часа, тринадцать минут. Неплохо.
– Спасибо, Женя! – подкравшись со спины, произносит Тимур, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности.
– Совсем уже? Чего пугаешь? – отхожу от парня, поправляя на плече съехавшую сумку. – Что это было? Кто эта девушка?
Но Штормов, похоже, меня не слушает. Он как-то задумчиво озирается по сторонам, а потом – также, не глядя на меня, торопливо выдает:
– Давай в другой раз поболтаем. Сейчас мне надо уйти.
– И ты после всех своих капризов с выбором рубашки даже не угостишь меня кофе с круассаном? Я уже не говорю о нормальном ужине… Ау, Штормов?
– Что? – парень наконец-то возвращается ко мне непонимающим взглядом и, видимо, поставив на повтор слуховую память, ехидно отвечает. – Хочешь со мной поужинать? Не слишком ли ты навязчива, Женя?
– Я? Знаешь, что… Могла бы и не отвлекать твою бывшую! – зачем-то проговариваю своё предположение вслух, но Тимур не обращает на него внимание.
– Мне, правда, сейчас некогда. Давай завтра поговорим. Заодно и поужинаем. Я освобожусь в шесть. Место сама выбирай, – снова провалившись в какие-то свои мысли, отстраненно предлагает Штормов, и я понимаю, что это мой шанс добить время эксперимента.
– Хорошо, – нарочно снисходительно фыркаю и, якобы делая одолжение, соглашаюсь на его условия.
– Тогда до завтра! Сообщи мне, когда определишься с местом, – и, не дожидаясь моего подтверждения, этот гад куда-то уходит.
Я продолжаю стоять с чётким ощущением, что что-то не так. Смотрю на время – плюс ещё три минуты. Итого у меня сегодня – четыре часа шестнадцать минут за странный вечер со Штормовым и действующая договоренность на завтра о встрече. Не нужно даже ломать голову и что-то выдумывать. Великолепно. Только вот…
Ох, чёрт! Он понял! Штормов просёк, что у меня есть его номер телефона. Хотя… Конкретно сейчас мне частично пофиг на это – хочется, наконец, покушать и завалиться в свою мягкую и теплую кровать, ведь сегодняшний план выполнен. Ура, ура, ура!
На следующий день на работе я вспомнила нерешенную проблему, стоило мне заметить отсутствие стаканчика с кофе на своем столе и взглянуть на Лену, которая по-прежнему меня игнорировала. Но на любой брошенный мною взгляд в её сторону, я ловила красноречиво испепеляющий в ответ.
Неужели эта поездка для неё важнее, чем наша дружба? Как будто это я всё подстроила! Не понимаю её обиды конкретно на меня. Думала, что за ночь Иванова остынет, и мы спокойно об этом поговорим. Но, похоже, лучше сначала сходить к генеральному.
Закончив текущую работу до обеда, я решительно направилась в кабинет к Максиму Леонидовичу, уверенная в смене своей кандидатуры обратно на Лену. Он же не Зюмбельтович – есть шанс, что пойдет на уступки.
Но я ошибалась. Не знаю, что такого наболтал ему крыска, но генеральный раздраженно оборвал меня на полуслове, сообщив, что это уже решённый вопрос и в приказном тоне отправил перенимать у Ивановой её расчеты и прочий материал, относящийся к проекту.
Охренеть! И ведь даже не психануть и не высказать своё недовольство – Максим Леонидович в этом плане строгий руководитель, который любит во всеуслышание повторять, что незаменимых людей нет. А я сейчас не могу себе позволить остаться без работы… Даже ради Лены. Чёрт!
Когда я в расстроенных чувствах вернулась в наш кабинет, то сразу наткнулась на взгляд Ивановой, в котором надежда сиюминутно сменилась на озлобленность. Она демонстративно встала и, не говоря ни слова, швырнула свою папку мне на стол, а после – пулей выбежала за дверь.
Я подавила в себе порыв кинуться за ней – сейчас это точно бесполезно. Только разозлю её ещё больше.
Никогда не думала, что наша дружба может закончиться так нелепо, но, кажется, именно это сейчас и происходит из-за поездки, в которую я не хочу ехать. Просто великолепно!
Сегодня был первый день, когда я обедала в одиночестве без нескончаемого потока Ленкиной болтовни обо всём на свете. Странно и немного грустно. Да что там – ужасно тоскливо, ведь я так привязалась к Ивановой за последний год. Но если у меня не получится что-то придумать и как-то разрешить эту ситуацию, то я точно знаю, что смогу снова привыкнуть быть одной. Мне не впервой…
Глава 9
POV Тимур
– Тимур! Ау! Заснул? Микроволновка уже третий раз по счёту требует, чтобы ты вытащил из неё свои несменные макароны с сосисками, – толкает меня в плечо Серега, от чего я практически валюсь мордой на столешницу.
Снова начал везде вырубаться – не к добру это. Даже энергетики теперь не помогают. Да и странный туман перед глазами начинает злить. Почему в сутках только двадцать четыре часа? И отчего человек так несовершенен, что для нормальной работы мозга должен убивать в день треть отведенного времени на сон?
Тряхнув головой, пытаюсь привести себя в чувство, встаю из-за стола и направляюсь к микроволновке за своим обедом. На обратном пути ставлю чайник, чтобы приготовить себе очередной растворимый кофе. Сегодня мне ещё нужно ухитриться закончить расчёты, а потом с чистой совестью ехать домой отсыпаться.
Оправдывая себя тем, что пытается меня расшевелить, Серега без умолку мелет языком. В ушах уже звенит от его комментариев вчерашнего матча, который я, само собой, пропустил. Поэтому мне приходится за пять минут опустошить свой пластиковый контейнер с едой, наспех залить в себя отвратительный кофе и, чтобы не сорваться на непонятливого коллегу, бегом валить с офисной кухни.
Пока иду в свой кабинет, слышу, что мне кто-то настойчиво звонит, но вытаскивать телефон из кармана не тороплюсь.
Наверняка снова Макар со своими просьбами. Ему ведь если что приспичит, то все резко должны всё бросить, подстраиваться и менять свои планы в угоду его загонам. Раздражает такой тип людей. Да и этот старый хрен давно уже своим поведением подогревает намерение его хорошенько встряхнуть и поставить на место. Ладони непроизвольно начинают сжиматься в кулаки, стоит только вспомнить его ухмыляющуюся рожу и повелительный тон. Однако то, чем Макар с превеликим удовольствием постоянно тычет мне в лицо, весомо, и я действительно благодарен ему за помощь. Пусть тот поступок был чисто номинальным и выпрошенным в своё время унизительным способом, но именно он спас нас. А, значит, я – пожизненный должник этого престарелого козла и буду и дальше делать всё, что ударит ему в голову.
Достаю смартфон и смотрю на экран – пропущенный вызов от… Жени Ветровой.
Серьёзно? Она всё же позвонила?
Странная, совершенно непредсказуемая деваха с придурью.
Если честно, так надеялся, что Ветрова соскочит, и я спокойно отдохну сегодня. В принципе, можно не перезванивать. Или сказать ей, что планы поменялись. Но, несмотря на усталость и почти полное отсутствие сил, мне интересно, что этой безумной девушке от меня надо. Слишком уж настораживает её внезапно проснувшийся интерес к «безмозглому оленю и бесячему дождевому червяку, который может нравиться только недалёким ощипанным курицам».
Случайно услышал о себе нелестное, как-то по-детски составленное мнение коллеги, которым она делилась с кем-то из отдела, когда я ещё работал в «ЛогистикГрупп», и почему-то оно меня слегка задело. Не сильно, конечно, – это же Ветрова, что с неё взять? Удел такой – строить глазки и перемывать всем кости за спиной: типичная интриганка и сплетница. Никогда не воспринимал её как хорошего, грамотного специалиста. Но после этого случая я нарочно перестал здороваться с Ветровой и начал активнее проверять её работу, делая всё, чтобы обойти «коллегу» по всем показателям и урвать стимулирующую премию, которую практиковало бывшее начальство. Мне было известно, как Ветрова на это злилась и ненавидела меня, однако, помимо реально нужных денег, я получал ещё какое-то необъяснимое удовольствие от её поражений и убийственных взглядов в мою сторону.
Поэтому не знаю, какая муха укусила эту Женю сейчас, но в последнее время она стала подозрительно часто попадаться мне на пути и вести себя как-то нелепо. А по тому, как очевидно Ветрова вчера пускала слюни на мой торс в раздевалке и ждала, что я её с какого-то хрена поцелую, складывается впечатление, что кудрявая опустилась до уровня презираемой ею ощипанной курицы.
Может, стоит проучить бывшую коллегу за длинный язык?
– Здравствуй, Надежда, или как тебя там? – первое, что я говорю ей, когда перезваниваю.
– Не ехидничай, – недовольно бубнит Женя и после незначительной паузы продолжает. – Если не забыл, то ты меня сегодня пригласил на ужин в качестве моральной компенсации за потраченное вчера впустую время и за то, что я прикрыла тебя от бывшей.
– Склерозом не страдаю. Выбрала место?