Идеальная несовместимость

Глава 13

Перед «долгожданным рандеву» с Юрой я почему-то ужасно волнуюсь. Возможно, это было заблаговременное предчувствие чего-то нехорошего, что со мной непременно должно произойти.

Я не знала, что надеть, чтобы выглядеть не слишком отталкивающе, но в то же время не хотелось предстать перед Лавровым в чересчур праздничном виде, будто специально для него старалась. Изначально думала облачиться в нечто серое до пят, называемое в магазине платьем, которое как-то надевала на Хэллоуин, но тогда я была в образе привидения. А сейчас… Сомневаюсь, что коллега оценит и правильно поймёт мой порыв.

В итоге плюнула и наспех натянула на себя обтягивающие (другие просто не ношу) чёрные брюки и тёмно-синюю водолазку, собрав волосы в высокий хвост. И хотя, на мой взгляд, я всё равно выглядела недостаточно серо и скучно, времени на другой прикид уже просто не оставалось.

С Лавровым договорились встретиться в каком-то кафе со странным названием «Крапива» – ещё ни разу там не была. Придется снова тратиться, так как платить за себя Юре я не позволю. Повторюсь, что не люблю быть кому-то обязанной, несмотря на то, что долги ко мне так и липнут. Но в случае с коллегой, это – ещё и жест, который он может неверно интерпретировать. А мне это надо? Нет.

Почему же я тогда так спокойно разрешила угостить себя недешевым ужином Штормова? Ведь он тоже, судя по вчерашнему разговору, всё понял именно так, как не должен был…

Чёрт! Снова в мою голову врывается этот павлин.

Сильно закусываю губу и с напряжением открываю дверь в кафе. Успокаиваю себя тем, что через пару часиков всё закончится, и я со спокойной душой лягу спать, забыв Юру и мой должок ему как страшный сон.

Внутри помещения стерильно белые стены, которые навевают тоску и уныние, преумножая и без того безрадостный настрой, а также наталкивают на воспоминания о моих ночных кошмарах, которые, слава богу, уже полгода как прекратились. Но есть события, которые я не в силах изменить…

Проклятое кафе! И зачем только согласилась прийти?

Мой взгляд заморожен, тело покрылось мерзкими мурашками. Шаги я делаю на автомате, пока Лавров не появляется внезапно передо мной как черт из табакерки.

– Привет, Жень! – радостно окликает и сразу лезет обниматься. Мягко отстраняюсь, ощущая странный и неприятный запах, исходящий от коллеги.

– Привет, – растягиваю губы в подобие улыбки, пока Юра отодвигает для меня стул. Прямо джентльмен.

– Прекрасно выглядишь! В принципе, как и всегда! – подмигивает парень, дебильно высунув язык.

Боже, пусть этот вечер закончится быстро и безболезненно для моего душевного состояния.

– Шутишь? – не сдерживаю рвущийся вопрос, заставив себя сесть на стул.

– Ни разу не шучу, – Лавров фривольно берет меня за руку, до этого спокойно себе лежащую на столе.

Брррр… Мне кажется, или его руки потные?

Затем этот идиот тянется своими губами к моей ладони.

– Юр, не стоит, – осекаю его и взглядом, и словами, забирая свою конечность обратно. – Я пришла только из-за того, что обещала это сделать за купленную на твоё имя симку. Не более.

– Конечно-конечно, – точно болванчик кивает Лавров и, к счастью, садиться на своё место. – Прости.

– Проехали, – еще одна натянутая улыбка с моей стороны и сияющее лицо напротив.

– Официант, – достаточно громко зовет коллега, и мы делаем наш заказ. Я под предлогом того, что на строжайшей диете, беру себе только овощной салат и фруктовый чай.

Стараюсь меньше смотреть на парня, а потому внимательно оглядываю обстановку кафе и его убранство, так сказать.

Ну что ж, ничего яркого и интересного… Хотя нет – на одной из белых стен в мегаувеличенном размере изображена крапива, почему-то больше напоминая коноплю… Эм, даже не знаю, как так можно было постараться. Или это замысел художника был таким неоднозначным? Сомневаюсь. Скорее – нарисовал, как получилось.

– Жень, давай поговорим о тебе, – вновь напоминает о своем присутствии Юра, прожигая меня заинтересованным взглядом.

– Разве мы не знакомы? – усмехаюсь я нервно. – Но если хочешь, могу ещё раз напомнить: Евгения, для друзей – Женя. Двадцать пять лет, работаю вместе с тобой в «ЛогистикГрупп»… Не замужем, – говорю и замолкаю – уж что-что, а этот факт напоминать Юре лишний раз не стоило – сделает ещё неправильные выводы.

– Ты такая смешная, – вдруг заливается громким смехом этот придурок, пока я прибываю в шоке от его поведения. Он даже слезу пустил, которую небрежно смахнул пальцами. – Я имел в виду другое, Женя, – из его уст даже моё имя звучит как мерзкое и грубое обзывательство. Он, случаем, не родственник Зюмбельтовича?

– И что же? – тяжело вздохнув, интересуюсь, от скуки и раздражения стуча пальцами по столешнице – дурная привычка, выдающая мое нервное состояние.

– Откуда ты приехала? Кто твои родители? Есть ли у тебя брат, сестра? Домашние животные?

Сжимаю зубы уже от злости – какое ему дело до моей семьи? Зачем привязался с расспросами о личном? Да я даже лучшей подруге Ивановой не всё об этом рассказывала!

Бестактность Лаврова просто поражает. Хочется ударить его со всей дури чем-то тяжелым, потому что я понятия не имею, как ещё выразить своё негодование, чтобы до этого придурка дошло – тема семьи для меня табу.

– Мне кажется, – всё же сдержанно отвечаю, хотя, уверена, что в моем взгляде можно прочитать всю бурю эмоций, – это не твое дело.

– Прости-прости, – снова лепечет назойливый коллега, ерзая на стуле. – Со мной сегодня что-то неладное творится – жутко нервничаю, – проводит рукой по сальным волосам.

Хочется добавить, что не сегодня, а постоянно, но на этот раз молчу.

Когда нам приносят еду, становится намного проще – теперь можно говорить ещё реже. В кафе становится все шумнее – поздний час, воскресенье, посетители прибывают и рассаживаются за свободные столики.

Я постоянно поглядываю на время и каждый раз раздраженно выдыхаю – оно тянется словно резина.

В какой-то момент Юра просит прощения и куда-то выходит.

– Я ненадолго – заскучать не успеешь! – кричит на ходу, но мне даже не хочется поднимать на него глаза, чтобы узнать, куда он направился.

Неужели Лавров и правда не видит, что мне с ним некомфортно?

Делаю большой глоток белого сухого вина – то, что нужно на следующие полчаса, после которых мой долг перед коллегой будет исполнен.

Возвращается Юра, к великому моему сожалению, достаточно быстро. Он был прав – действительно не успела по нему «соскучиться».

Но вместо того, чтобы сесть на свое место напротив, парень перемещает стул и ставит его рядом с моим. Перевожу на Лаврова откровенно недоумевающий взгляд.

– Ну что, Женечка, выпьем за любовь? – меня обдает отвратительным, концентрировано пьяным дыханием собеседника, и подавляю в себе стойкое желание зажать нос.

Когда он наклюкаться-то успел? Втихаря, что ли, за несколько минут, пока отходил?

– Юр, – рукой настойчиво пытаюсь огородить свое личное пространство от прилипалы, – давай без этих глупостей.

– А это не глупости! – возражает с диким блеском в глазах этот идиот. – Будто не знаешь, как я к тебе отношусь. Поэтому очень обрадовался, что ты согласилась провести вечер со мной. Я так хочу узнать тебя поближе, – чуть ли не шепчет на ухо и прижимает свою лапищу в районе талии, тем самым, блокируя мне возможность отсесть от него подальше.

Подкатывающая к горлу тошнота от омерзительного запаха перегара затормаживает реакцию, а ощущение липкого ужаса сковывает меня, чем первое время и пользуется Лавров, позволяя себе опустить свою конечность с моей талии на бедро.

Очнувшись от шока, резко скидываю его руку и бросаю на охреневшего парня полный ярости взгляд, но Юра игнорирует его и нахально возвращает свою паклю на прежнее место.

Такой наглости и распущенности от этого человека я не ожидала! Он уже явно переступил черту, злоупотребив моим терпением, поэтому я, не церемонясь, в предупредительно грубой форме посылаю его, снова избавляюсь от чертовой руки этого идиота на своем теле и рывком пытаюсь встать из-за стола. Однако Лавров также резко дергает меня обратно. Плюхаюсь на стул и, встретившись с его маньячным, похотливым, неадекватным взглядом, начинаю паниковать.

Оглядываюсь по сторонам, чтобы позвать кого-нибудь на помощь, но на нас никто не смотрит – вокруг шум, суета, много людей, но все они увлечены чем-то своим.

Придется справляться самой!

Толкаю невменяемого коллегу в плечо и делаю вторую попытку вскочить, но он снова хватает меня за запястье, уговаривает остаться и пытается усадить на стул. Тогда, не раздумывая, начинаю колотить его куда придется и стараюсь вырываться, а, вспомнив правила самообороны, о которых говорил учитель ОБЖ ещё в школе, ногой умудряюсь зарядить Лаврову по самому больному месту. И да, это не его нос и уж точно не мозг.

Эффект достигнут – Юрец воет как собака и, наконец, отстраняется. Этой заминки мне достаточно для того, чтобы шустро встать, громко выругаться и покинуть долбаный столик.

Меня просто трясет от омерзения и бешенства. Быстрым шагом устремляюсь к выходу, но этот озабоченный пьяный кретин каким-то образом успевает догнать меня и жестко, до боли, схватить за руку.

– Куда собралась? Ты ещё симку не отработала! Сейчас же вернись за стол!

– Да пошёл ты! Засунь себе эту симку в одно место! – ошарашенная невменяемостью обычно вполне себе спокойного Лаврова, пытаюсь выдернуть свою конечность из цепких щупалец этого идиота, но тщетно. Он, само собой, сильнее меня и пользуется своим физическим превосходством в полной мере. Значит, после последней угрозы, которую я сейчас произнесу, перейду к крайним мерам – буду орать во всё горло, чтобы привлечь к себе внимание окружающих.– Отпусти меня! Иначе пожалеешь!

– И что ты мне сделаешь? – зловеще ухмыляясь, Лавров тянет меня на себя, ещё больнее сжав моё многострадальное запястье.

Под озверевшим взглядом этого кретина мне реально становится страшно, но я стараюсь не подавать вида.

Незаметно сглатываю комок волнения, готовая закричать, но меня останавливает твёрдый мужской голос, внезапно раздавшийся прямо из-за моей спины.

– Я сломаю тебе нос, если ты сейчас же не отпустишь девушку!

Меня мгновенно с ног до головы обдает жаром стыда. Что он здесь делает?

– Пошёл на… – заторможено, но агрессивно начинает выкабениваться Лавров, но узнав Штормова, чуть умеряет свой пыл. – Иди куда шёл! У нас с Женей свидание, – заплетающим языком произносит пьяный коллега, стараясь прижать меня к себе.

Присутствие Тимура придает мне уверенности, поэтому я со всей дури бью Юру сумкой по голове и делаю очередную попытку избавиться от его потных лап, но этот дебил уворачивается и с силой толкает меня в сторону. От неожиданности я теряю равновесие, издаю какой-то нечленораздельный звук и падаю на пол.

Наконец-то слышится испуганный женский крик, невнятные возгласы, какая-то возня и оживленный топот. Незнакомый мужчина берет меня под руки и помогает встать. Потирая пятую точку, благодарю его и рассеяно оглядываюсь по сторонам.

Недалеко от меня вижу расплатившегося на полу Лаврова, ладонью пытающегося зажать свой окровавленный нос, и опасно нависающего над ним Штормова, которого в то же мгновение оттаскивают запоздало засуетившиеся сотрудники кафе.

– Ещё раз пристанешь к ней – я тебя убью! Будь уверен! – угрожающе выплевывает Тимур по-прежнему беспомощно валяющемуся Юре и за несколько секунд избавляясь от парней, которые его сдерживали.

– Молодой человек! Покиньте, пожалуйста, кафе! – неуверенно бормочет поздно подоспевший охранник, но Штормов не обращает на его блеяния никакого внимания.

Парень подходит ко мне, молча берет за руку и тянет в сторону входной двери. Я послушно следую за ним на улицу.

Не успеваю опомниться, как Штормов останавливает проезжающую мимо машину с «шашкой» в жёлтом прямоугольнике на крыше. Ассоциативно вспоминается наша последняя поездка на такси, и я бездумно улыбаюсь.

– С тобой все в порядке? – сев со мной рядом на заднее сиденье автомобиля, непривычно обеспокоенно интересуется Тимур, чем вызывает у меня новый приступ смущения и стыда.

Вот почему именно он стал свидетелем этого позора?!

Ещё и так решительно и смело защитил меня, что теперь я чувствую себя вдвойне паршиво, но в то же время противоречиво радостно. Ведь Штормов единственный человек в кафе, который заступился за меня. Кстати, что он там делал?

– Да, – честно отвечаю, на что Тимур почему-то хмурится и отворачивается к окну.

Я как завороженная любуюсь мужественным профилем его лица и ощущаю приятно разливающееся в области груди тепло от того, что всё обошлось, пока не вспоминаю об эксперименте.

Чёрт! Я же сейчас с «объектом» в одной машине!

Скрытой камеры с собой, конечно, нет, но я взяла за правило носить в сумке компактный диктофон, предоставленный конторкой. Если мне выпала такая возможность, то почему бы не засчитать совместно проведенное время?

Незаметно включаю устройство и сама завожу со Штормовым отвлеченный разговор о погоде и пробках на дорогах.

Не обсуждать же с ним на диктофон происшествие в кафе!

Тимур поддерживает диалог отвлеченно и неохотно, но всё же отвечает на мои надуманные вопросы.

Через какое-то время парню кто-то звонит, и я с любопытством наблюдаю и прислушиваюсь к его словам. Штормов отчего-то психует и сердится. Даже позволяет себе пару раз некультурно выругаться в адрес звонящего, затем вообще завершает вызов и начинает тарабанить пальцами по двери.

Я долго не решаюсь, но всё же тихо спрашиваю:

– Какие-то проблемы?

– Разберусь, – раздраженно выдает Тимур, и больше до конца пути мы не говорим друг другу ни слова.

В такси, расплатившись, парень выходит вместе со мной. Я хочу поблагодарить его, но, не сумев подобрать слова, рискую пригласить к себе на чай. К моему удивлению, угрюмый и задумчивый Штормов соглашается, и мы снова в абсолютной тишине поднимаемся ко мне в квартиру.

Пересилив неловкость, гостеприимно впускаю парня в свою обитель, быстро скидываю с себя уличную одежду, жду, когда с этой же задачей справится Тимур и провожаю до его кухни. Предлагаю Штормову присесть за стол, а сама тем временем ставлю чайник и отлучаюсь ненадолго в ванную комнату, чтобы освежить прохладной водой лицо и привести мысли в порядок.

«Я позвала его к себе, потому что мне нужно закрывать время эксперимента! – убеждала себя, глядя в зеркало. – Нужно просто с ним как можно дольше говорить. И всё!»

К моменту, когда я возвращаюсь на кухню, на столе уже стоят кружки с налитым в них чаем.

– О, я смотрю, ты чувствуешь себя как дома! Молодец! – и сажусь на стул рядом с парнем.

– Нет, просто тебя почти двадцать минут не было. Ты точно в порядке? – и буравит меня своим холодным взглядом.

– Точно, – отвечаю и прикрываю лицо чашкой с чаем.

– Ты встречаешься с Лавровым? – обескураживает меня очередным слишком серьёзно произнесенным вопросом Штормов, глядя прямо в глаза.

– Нет, – несколько секунд помялась, но решила сказать правду.

– Тогда почему…

– Это неважно. Правда. Спасибо, что заступился за меня, – опустив голову, наконец-то нашла в себе силы поблагодарить парня. – А что ты делал в этой убогой «Крапиве»?

– Просто проходил мимо кафе и случайно в окно увидел, как ты с кем-то дерешься, – шутливо улыбнулся Тимур и, отпив ещё немного чая, продолжил потешаться. – Впрочем, это было неудивительно: ты постоянно притягиваешь к себе неприятности.

– Неправда, – обиженно возмутилась, поправляя выбившуюся из хвоста вьющуюся прядь, – просто в последнее время мне не очень везет.

– Это потому, что ты кудрявая, – приводит мега «логичный» довод Штормов и начинает смеяться.

– Ты что-то имеешь против кудрявых? – растягиваю слова, воинственно прищурившись.

– Ну… Если честно, мне не особо нравится такая необъятная запутанность и пышность на женской голове, – и ржёт как умалишенный. – Но ты не обижайся – есть и ценители!

– Без тебя знаю! Волосы – это моя гордость! – отчего-то злюсь на парня, но стараюсь прикрыть своё разочарование ответной иронией. – А мне не нравятся брюнеты с такими жиденькими волосиками, как у тебя. Люблю, чтобы было за что ухватиться!

Ой! Снова как-то двусмысленно прозвучало…

– Жиденькими? – поднимает правую бровь вверх Штормов и становится мрачнее тучи.

– Конечно, – отвечаю и зачем-то бездумно тянусь к его шевелюре, чтобы убедиться в правдивости своих слов.

Смело дотрагиваюсь до волос парня, слегка провожу по ним и, в очередной раз осознав, как всё это странно выглядит со стороны, пытаюсь убрать руку, но Штормов перехватывает мою ладонь и смотрит в глаза пристально и выжидающе.

От его прикосновения меня будто током ударило, и я окончательно лишилась рассудка, поддавшись внезапно охватившему меня порыву – резко придвинулась ближе, уверенно коснулась своими губами губ парня и начала целовать его так, как сама от себя не ожидала: откровенно, требовательно, страстно. Тимур помедлил буквально несколько секунд, а затем яростно и жадно втянулся в эту игру.

Его горячие руки сначала осторожно, потом беззастенчиво принялись гулять по моему телу, разжигая в нём настоящий пожар. Мои, в свою очередь, не отставали, развязано ощупывая крепкий мужской торс и вновь возвращаясь к его отнюдь не «жиденьким» волосам: мягким, но в то же время жестким на концах – непередаваемо крышесносные ощущения.

Пьянящий аромат «Хьюго» ещё сильнее будоражил и сводил с ума. Поцелуй уже давно перестал быть просто поцелуем – раньше ни один не туманил мой разум до такой степени, чтобы я полностью теряла над собой контроль и сгорала от жгучего желания быть с парнем ещё ближе.

Я не знаю, сколько времени длилось это безумие, но в какой-то момент дышать стало трудно, и нам пришлось прерваться, чтобы перевести дух.

– Б***! – хрипло и рвано выдает Штормов, скользя по моему лицу потемневшим, затуманенным взглядом. – Женя, ты не в себе!

До меня не сразу доходит смысл произнесенных парнем слов, потому что тело буквально изнывает, предательски требуя закономерного продолжения.

Тимур, в противовес сказанному, снова тянется к моим губам, но я, наконец, умудряюсь включить голову и начать отдавать себе отчёт в том, что мало того, что диктофон пишет все звуки, так ещё после такого прецедента успешный исход эксперимента может быть поставлен под угрозу.

– Прости! Я точно не в себе! – отстраняюсь от Штормова и вскакиваю со стула, растеряно бегая глазами по комнате. – Сегодня был тяжелый день… Я не хотела… Это не то, что ты мог поду…

– Я понял, – поднявшись из-за стола, серьёзно произносит парень и идёт к дверному проёму. – Только в туалет забегу и сразу уйду.

Не успеваю ответить, как Тимур скрывается в коридоре, и слышится скрипучий звук открывания и закрывания двери.

What is the fuck?!

Что это было?!

Почему я до сих пор ничего не понимаю?!

Мои жалкие попытки самокопания прерывает короткий звук какого-то уведомления. Бросаю взгляд на кухонный стол и вижу на нём смартфон Штормова. Подхожу чуть ближе и, не прикладывая никаких дополнительных усилий, глазами пробегаюсь по дисплею его телефона, на котором виден текст смс от какой-то Настеньки:

« Я уже устала тебя ждать! Скучно одной. Даже ужин приготовила. Когда ты приедешь?»

Сердце внезапно ухает вниз будто с обрыва в пропасть. На душе становится мерзко и гадко. Получается, я только что целовалась с парнем, который не свободен?

К щекам мгновенно прилипает румянец стыда, уши начинают гореть, а в груди всё болезненно переворачивается.

Мало того, что из-за меня Штормов опаздывает на ужин, так я ещё и набросилась с поцелуями, в то время как его дома ждет беспокоящаяся о нём Настенька…

Делаю глубокий вдох и пытаюсь запрятать охватившие меня чувства поглубже – Тимур скоро вернется. Нельзя, чтобы он догадался о том, что я без спросу прочла его сообщение.

Чёрт! А как же эксперимент? Почему мне даже в голову не пришло узнать у Штормова о его текущей личной жизни? Ведь если он занят, то это что получается? Всё зря? И плакали мои денежки и решение финансовых проблем?