Завладеть сердцем дракона

© Вероника Винтер, 2025

ISBN 978-5-0067-9640-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

На меня летела лютня. Красиво и стремительно, через всю таверну. И я бы непременно увернулась, если бы… Если бы ни одна маленькая, но весомая деталь.

Это была моя лютня….

И увернуться от нее значило лишиться своего рабочего инструмента. А она непременно разлетелась бы в щепки брошенная с такой силой могучей рукой наемника. Поэтому я стояла и доли секунды лелеяла надежду поймать и спасти. Ее и свою репутацию. Хотя вполне допускала, что на такой скорости инструмент запросто может меня зашибить, или как минимум покалечить.

Какая ирония: менестрель пострадавший от своей же лютни в день концерта….

Ну вот и мой трагичный финал. Либо дорогой сердцу инструмент, либо собственное здоровье. Выбирать особо не из чего. Но я все же могла попробовать ее поймать. Вероятнее всего, она меня сейчас и прибьет. Я уже слышала в ушах песню вечности. Эх… а все так славно начиналось….

Раннее утро, когда обитатели замка Алерон еще крепко спали в своих несомненно мягких и вероятно тёплых кроватях с балдахинами, мы, неугомонные ценители, любители и творители прекрасного уже прибыли в этот маленький городок на самом краю нашего королевства. Повсюду лежал снег, его белые шапки сахарной патокой украшали крыши двухэтажных деревянных домишек. Даже перекрестные балки были кое-где им покрыты. Его сияние, казалось, заставляет искриться голубое безоблачное небо. Морозный наст приятно поскрипывал под подошвой моих меховых сапог, пар вырывался при дыхании а ласковое солнце сияло, касаясь своими лучами всего вокруг, добавляя нам хорошего настроения.

День обещал быть прекрасным.

И как же я ошибалась.

Открытая повозка запряженная рыжим лохматым коньком подъехала к самой железнодорожной станции городка Алерон, где и располагался вышеупомянутый замок. Возница, добродушного вида гном, в круглых очках с толстыми стеклами и седой бородой до пояса – кивнул нам. Кев подал мне руку, и мы проворно забрались в телегу, отягощенные только узлами с одеждой и своими инструментами.

Усевшись, я кинула завистливый взгляд на Кева: высокий рыжеволосый коротко стриженный эльф с правильными чертами лица носил с собой одну лишь флейту. Играл он на ней виртуозно, собирая вокруг себя многочисленных поклонников и особенно поклонниц, где бы ему не довелось выступать. Присев на солому и положив под спину узелок с вещами, я воззрилась на свою довольно увесистую лютню, уложив ее между моими согнутыми ногами. Так она хотя бы меньше будет подвергаться тряске.

Это была старинный струнный инструмент, доставшийся мне от отца. Я немного развязала защитный чехол из плотной ткани, проверяя все ли с ней нормально. Светлое дерево с причудливой резьбой не выглядело пострадавшим от долгого использования. Корпус и гриф служили еще моему предшественнику, а вот струны мне пришлось поменять уже несколько раз. Но ее звук, низкий и протяжный, неуловимо отличался от тысяч других инструментов этого вида. Может потому что ее создал мой отец, некогда знаменитый эльфийский менестрель.

– Рион, – окликнул меня Кев. – Сколько песен будем сегодня играть?

– Думаю, семь не меньше.

Я видела, что мой напарник немного нервничает. Еще бы. Он все еще не привык к нашей двойной игре. Менестрели – да конечно! Лютня и флейта – отличное сочетание для любого богатого торжества, но в первую очередь глаза и уши владыки Кореандра, правой руки короля и начальника тайной службы Витании – вот мы кто.

И Кев, а вернее Кевиан Анлаттэ Прювель Ден Рау, прекрасно понимал, что, пока он будет выдувать свою искрометное соло в середине выступления, мне предстоит незаметно покинуть зал, добраться до кабинета хозяина Алерона, найти письмо от его тайного корреспондента, спрятать его под тунику и вернуться обратно, и все это за примерно пять минут. И мой напарник знал, что я должна справиться. На карту поставлено слишком многое.

Уже не первый год наше небольшое королевство на берегу моря атаковала страшная болезнь. Эльфы, высокие и стройные создания солнца и луны, которые казалось бы должны были бы жить сотни лет, получив поражение кожных покровов на руках, умирали в страшных мучениях. Этот недуг называли «проклятьем красных перчаток», так как от проявления симптомов и до летального исхода, наступавшего через несколько недель, кожу рук покрывала сетка вен, внешне похожих на алые кружевные перчатки. Никакая магия не излечивала болезнь. Никакие травы и растения не могли с ней справиться. Жертвы получали сначала адскую боль в руках и через какое-то время сходили от нее с ума, самостоятельно накладывая на себя руки, всеми силами желая прервать эту агонию.

Говорили, что страшный недуг наслали на наши земли обитатели соседней империи, чью обширные территории окружали маленькое королевство со всех сторон. Злые и заносчивые обитатели этой местности были далеки от доброты и сопереживания. Место где правили сила и жестокость называлось Ахтинор, там жили драконы. На протяжении долгих тысячелетий именно они нападали на наше небольшое эльфийское королевство Витания. Мои сородичи искусные не только в стрельбе из луков но и военной технике успешно отбивали атаки неприятелей. Однако их империя скорее напоминала военный полигон.

Мы немного знали об Ахтиноре: драконы жили очень скрытно, предпочитая держать всю информацию о себе под покровом тайны. Дипломатических отношений между нашими двумя странами практически не было, торговли тоже.

Король эльфов, Ясный Лорениус, добрый и мудрый правитель, отзывался о них учтиво но с опаской, тем не менее вкладывая немалые средства и силы в военную подготовку эльфийского войска Витании и разветвленную, весьма разветвленную, сеть шпионажа. Где-то на конце этой обширной паутины было наше с Кевом место.

Дорога в замок от станции заняла несколько минут. Про себя я отметила, что с десяток улочек этого небольшого городишки весьма узкие, но аккуратные, а жители выглядели добродушно и совсем не подозрительно. Также здесь имелись две площади, на одной из которых раскинулся зимний рынок с огромной елью в центре. До меня долетали звуки веселой болтовни и радостного смеха. Надо бы заглянуть в этот уголок праздничной кутерьмы. Гуляния в нашей стране длились всю зиму: сначала гремел большой фестиваль дня солнцестояния, потом праздник Смены Года, он сменялся почитанием елок, потом шел день большого чувства, когда все разбивались по парочкам и прогуливались и завершал череду праздничных зимних фестивалей день доблестного эльфийского воителя, негласное напоминание о давней войне с Ахтинором несколько сотен лет назад.

Пока я осматривала город цепким взглядом, повозка подъехала к воротам замка Алерон.

На встречу нам вышел немолодой дворецкий, с длинными седыми волосами, необычайно прямая спина и хмурый серьезный взгляд выдавал в нем бывшего служителя эльфийского войска. Колючие маленькие глазки обшарили каждый сантиметр нашей взъерошенной компании.

Кев помог мне и мы выбрались из повозки, поклонились, назвав свои имена и цель визита. Нас провели в тронный зал, пообещав, что хозяин замка Алерон выйдет к нам, как только закончится его семейный завтрак.

Мои эльфийские уши уловили как Кев сглотнул, будучи ничуть не против присоединиться к трапезе, но заезжим менестрелям на такую щедрость нечего было даже рассчитывать. Ничего. Перекусим потом, в городе.

Мы шли за дворецким, который нам почему-то не представился. Я старалась запомнить все коридоры и переходы, мысленно сопоставляя их с выученным заранее планом. Замок был огромный. И тронный зал должен был находиться в его центре судя по плану. Ровно под кабинетом хозяина этой мощной громады, куда мне и надлежало сбегать во время соло на флейте напарника.

Стены, лестницы, балюстрады – все было сделано из черного блестящего камня, который казалось поглощал весь свет, поэтому даже свечи в канделябрах с трудом справлялись с царившим в коридорах мраком.

Вон убежал коридор, ведущий в библиотеку, там поворот для выхода во двор, здесь если повернуть и дойти до лестницы, то она выведет на крышу.

Мы миновали две анфилады и три лестничных проема, когда большие деревянные резные двери величественно распахнулись под руками нашего провожатого, приглашая нас в большой зал приемов.

Я восторженно крутила головой, рассматривая огромное помещение из того же черного камня. Оно выглядело как столичный театр, в котором мне несколько раз довелось побывать. Партер представлял собой начищенный до блеска танцпол из черных и белых больших клеток. В центре стояла огромная до потолка пушистая ель, украшенная гирляндами из корицы и сушеных цитрусовых. Сильный душистый еловый аромат слегка заглушал запахи корицы и апельсинов. На разной высоте по дереву были развешаны белые светящиеся изнутри фонарики разных размеров и причудливых форм. С потолка шел иллюзорный снег, который долетая до пола просто исчезал. В трех местах к стенам были прикованы цепями каменные чаши, большой шар в каждой освещал зал будто зимнее холодное солнце.

Гирлянды из Шаров, звезд и еловых веток то там то тут украшали зал.

Я невольно улыбнулась. Никогда еще я не видела таких декораций предваряющих серию Зимних праздников. Строго но торжественно, без дворцовой вычурности и позолоты. Кев взирал на елку ничуть не менее зачарованно, хотя он тоже был завсегдатаем зимних праздников во дворце.

Поклонившись, дворецкий разрешил нам осмотреть место вечернего концерта и ушел, оставив восторженно озираться рядом с елкой. Мы дождались, пока за ним закроется дверь и повернулись друг к другу.

– Рион! Ты только посмотри! – восхищенно улыбнулся рыжеволосый эльф. – Ты когда-нибудь видела такую сцену? Даже во дворце такой нет! Чтоб меня генерал драконов сожрал с потрохами!

– А? – я как будто проснулась, будучи настолько под впечатлением от зимнего убранства, что не сразу поняла, что напарник обращался ко мне. Мы крутили головами, силясь рассмотреть богатое убранство, организованное с безукоризненным вкусом. И удивиться тут было чему: три огромных балкона в несколько рядов каскадом спускалтись как будто со второго этажа.

Из зала вели две пары дверей. При желании расстояние можно преодолеть довольно быстро. Это не должно было помешать моей миссии.

А потом я перевела взгляд на сцену.

Треть залы занимал большой помост. Он был рассчитан скорее на оркестр – такой он был огромный. Сцена и правда выглядела впечатляюще. Но возвышалась она над танцполом не так уж и сильно: примерно на уровне пояса деревянные опоры были обиты железом по краям. От зала ее отгораживал тяжелый бархатный пурпурный занавес, сейчас приоткрытый. Пожалуй, это и правда самая большая сцена в моей жизни.

Мы с Кевом забрались на нее как и стали обследовать стратегически важное для сегодняшнего вечера пространство. Дорогие артефакты преображения и трансляции звука попались нам на глаза сразу.

– Ты только посмотри, – восхитился мой напарник, тыча пальцем в нечто похожее на стеклянный шар на подставке. – это же Иллюзинатор! Он нам такие красивые картинки вокруг сделает во время выступления!

Да Иллюзинатор был безумно дорогим. Он был способен показывать что-то вроде картинок сотканных из света, если его как следует настроить. Расчитывать на него я бы не стала. Сомневаюсь, что нам разрешат им воспользоваться. Однако, Иллюзинатора не было даже в королевском дворце, на сколько я слышала. И что этот неимоверно дорогостоящий предмет делает в замке не самого первого придворного? Откуда у хозяина замка столь впечатлющие доходы?

– Кев, я тут заметила таверну на площади с зимним рынком, давай туда отправимся после разговора?

– Даааа, – простонал голодный эльф. Внешне он был высоким и тощим. Но этот весьма изящный парень никогда не отказывался поесть и чем больше – тем лучше. – Я со вчерашнего вечера ничего не ел!

Но вы же с друзьями пили у станции как не в себя! – возмутилась я.

– Так то медовая настойка! – возразил алкоголе устойчивый напарник. – это же не еда!

– Ясно, – выдохнула я. Всю ночь мы тряслись в сидячем вагоне поезда. А я все гадала, чего это он так сладко спит.

Хозяин замка вышел к нам спустя полчаса. Круглое добродушное лицо излучало искреннюю радость. Он был человеком, упитанным и пышущим здоровьем. Объявив нам что концерт начнется с вечерних сумерек и в нем два отделения, он убедил нас, что мы, столичный гвоздь программы, что танцовщица и певунья перед нами довольно скоро освободят сцену, и от нашего выступления он ждёт энергии и веселья, наполняющего зал.

Прием организован для всех состоятельных семей соседних городков, поэтому уйти гости должны довольными.

– Никаких душещипательных и слезоточивых баллад, – добродушным тоном заметил он. – только веселые и легкие куплеты. Можно с двойным смыслом: в зале будут только взрослые.

С этими словами он мне неприятно подмигнул и посмотрел на Кева. Я пропустила этот красноречивый жест, напарник нервно кашлянул, потянув горловину свитера, будто тот его душил.

– Тогда располагайтесь, – важно повелел хозяин замка, уже поворачиваюсь к нам спиной. – Если возникнут вопросы, найдите меня в библиотеке, или лучше обратитесь к прислуге.

В обед нас смогут покормить в столовой для слуг вместе с другими артистами программы. Но до обеда нужно было еще дотянуть, а желудки у нас предательски урчали.

Мы кивнули и пообещав вернуться к трапезе, отправились в город на поиски завтрака. Не рискнув оставить свои инструменты в замке, мы взяли их с собой. Кевиан закинул флейту в небольшую сумку через плечо, а тканевый утепленный футляр с моей лютней переместился мне за спину.

Снег серебрился на солнце, и смотреть на него было красиво, но тяжело, особенно после затемненого помещения. Одна из узеньких улочек городка вела на упомянутую ранее площадь, на которой раскинулись маленькие деревянные палатки. В одной стояли блестящие отполированными медными боками котлы с дымящимися варевом: от овощных и мясных супов до пряного вина и прочих алкогольных настоях на травах. Другая палатка могла похвастаться пряниками, в третьей можно было выбрать плащ, четвёртая сверкала от обилия драгоценностей. Сухие картофельные кружочки, жареные кусочки курицы на палочках. В центре три больших котла, где снова наделяли всех желающих разными пряно-травяными напитками. Витрина с талисманами пользовалась особой популярностью: на веревочке на уровне глаз любопытного покупателя были развешаны связки шнурков с кристаллами разного цвета а вокруг толпились многочисленные эльфы, люди, гномы и прочие создания.

Кев быстрой рысцой устремился к прилавку с большой скоровородкой с картошкой, копченостями и сыром. Отстояв небольшую очередь, он вышел ко мне с хлебной буханкой, внутри которой красовалось это дивное кушанье. Деревянная вилка была воткнута в самый центр. В глазах напарника светилось счастье, сравнимое разве что с обретением звания лучшего флейтиста Витании. Он почти плакал. Как мало человеку надо.

Я ограничилась отваром и пряником. Все равно до обеда еще несколько часов, и мы вполне можем провести их в таверне, найдя там спокойный тихий уголок. Да и мне нужно было подумать над текстом следующей песни.

Мы еще походили по зимнему рынку, внимательно присматриваясь к горожанам.

Эльфы, люди, феи, редкие маги – ничего подозрительного. Не пойму, с чего мэтр Кореандр решил, что хозяин замка Алерон предатель и снабжает информацией драконов? И в городе его сильно поддерживают, и мол тут крепнет недовольство королем и его правлением. Обычный тихий провинциальный городок во главе с добряком – хозяином замка.

На углу квадратной площади с рынком находилась таверна. «У старого лиса» – гласила черная облупившаяся краска на дощечке из светлого дерева. Внутри было довольно пусто в эти утренние часы, и мы без проблем заняли один из многочисленных пустых столиков у противоположного от двери окна.

Робкие лучи солнца проникали сквозь запыленное окно в светлый просторный зал с бледно-зелеными стенами. Помещение от этого казалось как будто немного в тумане. Черная барная стойка возвышалась над этим королевством покоя и рыжий рослый гном выглядывал из-за нее. Он сидел на высоченном стуле, подперев голову рукой и вчитываясь в какой-то испещренный цифрами листок. По залу медленно будто в каком-то плавном танце грациозно двигалась одна изящная эльфийка в черном платье с белым передником, ненавязчиво и размеренно обслуживая немногочисленных посетителей: пара гномов в углу с пивом, три эльфа в зеленых глухих капюшонах из под которых на грудь величаво ниспадали светлые локоны и один угрюмый наемник в черном, до Зубов вооруженный всяческого вида ножами. Да непонятный тип у окна. Вот и вся публика.

– Чего изволят господа музыканты? – подмигнула нам подавальщица, тряхнув хвостом пепельно-серых волос.

– Два травяных отвара с мятой, и две булочки с лимоном. – я глянула на Кева, и поняла, что он наверняка снова расстался с очередной подружкой. В декольте эльфийки мой вихрастый рыжий напарник смотрел весьма красноречиво. Незаметно пнув его под столом, я добавила – и кувшин воды пожалуйста.

– Сию минуту, – кивнула девушка, безразлично пройдя взглядом по моему напарнику.

Я достала лютню. Пока никого нет, можно было и мелодию набросать. Тем более, что с утра в голове уже крутился мотив.

– Рион, ты что? Прямо здесь? – запротестовал Кевиан, будто я делала что-то неприличное.

– И что? Все равно никого почти нет, – отмахнулась, тихонько дернув струны. Лютня отозвалась протяжным тихим треньканьем – Еще и настраивать нужно. На морозе весь строй поехал.

Зубами сняла вязаные митенки и обхватила холодный корпус многострадального инструмента.

– Я за флейтой не полезу! – недовольно буркнул парень.

– Да и незачем, – согласилась уже подбирая нужные аккорды. А если Кев еще помолчит и подумает о чем-то серьезном, я вполне смогу сконцентрироваться и выдать что-нибудь в будущем рабочее. С подавальщицей что ли бы сходил познакомился.

Но получилось все еще лучше. Природа воззвала к потребностям моего напарника, и он оставил меня на несколько минут. Передо мной тут же возникла моя многострадальная тетрадь и маленький огрызок карандаша. Ага. Восемь тактов. Пусть будет так и так. Как же я любила это ощущение, оставшись наедине с собой будто погружаться в омут своих мыслей и находить там единственно верную ноту или строфу…

Я сидела, отрешившись от остального мира, полностью захваченная творческим процессом. Где-то на краю моего сознания звук колокольчика известил о том, что в таверну забрел еще кто-то, потом еще. Столики вокруг начали заполняться довольно быстро. Но я, увлеченная созданием текста, этого совсем не замечала. Ну посетители и ладно. В кои-то веки могу посидеть спокойно, забыв про свою основную деятельность под прикрытием.

– Нам что еще ничего не принесли? – негодующий возглас Кева вырвал меня из блаженного сочинительства. И правда эльфийка-разносчица словно испарилась.

– Подожди, я спрошу в баре, – кивнула, аккуратно ставя лютню на свой стул рядом с напарником. Ого, а народу-то прибавилось. Пронеслось у меня в голове, пока я пробирались к длинной высокой столешнице из черного дерева.

Мое профессиональное ухо уловило недовольный гомон. Хриплые ворчливые голоса что-то бурно обсуждали.

Подойдя к стойке, я увидела наш поднос, и хозяин заведения мне уже кивнул, мол бери. Но тут дверь за моей спиной открылась и зашла банда, не побоюсь этого слова эльфийских стрелков. Впереди шел высокий темноволосый брюнет с ежиком иссиня-черных волос и в кожаном доспехе и неброским темно-зеленым платком на шее. Его внушительные бицепсы и трицепсы вызывали трепет у публики этого славного заведения. Все кто стояли на его пути быстро расступились, стараясь затеряться, отойти как можно дальше. Я поймала пару полных ужаса взглядов, устремленных на нового гостя. За ним следовало еще семь таких же с виду отъявленных головорезов.

Поднос уже был у меня в руках, но я благоразумно решила пропустить их вперед, прижавшись спиной к стене. Неожиданно я поймала обеспокоенный взгляд напарника.

– Эй! Вы только посмотрите кто пожаловал в «Старого лиса»?! – донеслось злобно-издевательское из центра таверны, аккурат из компании хриплых и недовольных, услышанных мною ранее. – Это же сам Черный ветер! Кто бы мог подумать! Что, замерз и пришел погреть свою….

Конец фразы утонул в хохоте окружавших его типов откровенно бандитской наружности. Мда. А мне казалось, что это приличное заведение.

Только что вошедший эльф дернулся, и остановился, будто налетел на невидимую преграду. По лицу расплылась предвкушающая потасовку улыбка. Его глаза метались по залу, пытаясь определить источник звука. Высокие скулы казалось напряглись и заострились. Он был симпатичен, и можно было бы даже сказать, что красив. Есть женщины, которым нравится такой тип мужчин: эдаких опасных мерзавцев. С ними всегда неспокойно и почти всегда весело. Пошарив глазами по толпе и определив откуда доносился звук тот, кого назвали Черным ветром ощутимо расслабился и проронил:

– Я вижу, ты не мог меня дождаться, Моран. В следующий раз не проси прикрыть твою задницу перед охраняющим отрядом. Лучше спасайся бегством. А хотя постой… ты же… человек…. и умеешь только ползать….

– Да как ты смеешь?! – вознегодовал сосед Морана, вставая. И действительно, он же человек! Хотя нет. Кажется дальние предки из троллей подарили ему столь жуткую форму носа. Они в своем уме? Не многочисленную банду эльфов-наемников задирали… люди? В голове не укладывалось.

– Смею, Рой, смею, – вальяжно приподнял одну бровь тот, кого назвали Черным Ветром. – И передай Арону, что отныне ему придется разбираться самому. Я устал от вашей стаи шакалов.

Повисла нехорошая тишина. Я перевела взгляд на гнома-хозяина. Тот возвел глаза к небу и покачал головой. Потом окружение Морана и Роя медленно и угрюмо встало. Их было человек пятнадцать. В том-то и дело, что… человек. Похожих на бандитов с большой дороги. Давно не мытых, одетых в грязные лохмотья, но людей! На фоне холеной банды эльфов Черного Ветра они смотрелись откровенно убого. Хотя гонору им было не занимать, а посему они посчитали себя несправедливо обиженными и полезли кулаками отстаивать свою честь.

Вся таверна оказалась молниеносно вовлечена в эту потасовку. В воздух полетели ложки, тарелки, вилки, недоеденные продукты.

Я поставила поднос обратно на барную стойку и пригнулась, пропуская над головой увесистую деревянную табуретку. Не задев меня, она пролетела дальше и громко ударилась о стену, лишившись пары ножек.

Паника в глазах Кева сменилась ужасом. Между нами была непроходимая драка с элементами поножовщины. Эльфы с презрительными ухмылками будто играючи набивали бока разъяренной и неповоротливой банде Роя и Морана. Как же мне теперь пробраться к моей лютне и Кеву? Нам нужно срочно отсюда убираться. Я была ближе к выходу – массивная дубовая дверь темнела в паре тройке шагов. Может нам удасться уйти без потерь? Кевиан схватил мою лютню, повесил не себя чехол от нее и постарался пробраться ко мне. Я предприняла тот же маневр в его сторону. Но две банды, занявшие весь центр таверны были абсолютно непроходимы.

А потом случилось то, что заставило мое сердце оборваться. Один из этих мерзавцев из человеческой банды отобрал у Кева мою лютню и бросил со всего размаха, целясь в голову Черного Ветра, стоявшего прямо передо мной. Эльф увернулся, и она полетела в меня. Моя же лютня. Неистово крутясь. Я могла пригнуться, да, но тогда от столкновения со стеной она бы точно разлетелась. В последний момент я поняла, что даже не успею поднять рук. Через секунду моя же лютня, подарок моего пропавшего несколько лет назад отца, сотрет из этого мира и меня и наш сегодняшний концерт. Думать не хотелось сколько людей я подведу.

Внезапно появившаяся непонятно откуда сильная рука перехватила ее. Прямо у носа. Алые волосы моей челки всколыхнулись, потревоженные ветерком.

Красивая кисть с долю секунды сжимала гриф лютни, а потом протянула ее мне.

Глава 2

В следующий момент сверкнули стального цвета глаза на красивом мужественном лице. Серебряные волосы поймали лучи проникающего в таверну солнца. Они казались невероятно мягкими, слегка волнистыми, немного закрывающими уши. Перед моим мысленным взором возникла отвесная скала, покрытая заснеженной шапкой, сквозь которую проступали сосны. Внизу о ее выступающие из воды серые камни с силой била волна, обдавая все вокруг россыпью переливающийся на солнце водяных брызг. Дух захватило от этой картины. Цвет волны ударяющейся об утес – вот на что был похож цвет его волос. Загадочная улыбка искривила тонкие губы: