- -
- 100%
- +
“Срочно домой! Избавиться от проклятого снежного шара!” – билось у меня в голове.
Даже на мгновение не сомневалась, что все чудеса от нежданного навязанного приобретения. Хорошо еще, что я никого случайно насмерть не заморозила. Только нанесла материальный ущерб заводу – производителю витрин, ведь никакого брака в данной продукции нет. Отпроситься у директора труда не составило. Сказала, что, похоже, успела простыть и прихватило горло. Петр Иванович радушно отпустил меня сразу до “после праздников”.
***
Осталось всего два дня до Нового Года, а со мной такое творится! Тридцать первого нужно поехать к родителям и встретить праздник в семейном кругу. Я представила, как по гостиной с диким воем разгуливает вьюга, как звонко лопаются чашки из любимого маминого сервиза от замерзшего в них чая. Меня затрясло еще сильнее, чем в офисе, когда я переступила порог собственной квартиры. Собрав силу воли в кулак, наспех сбросив пальто и сапоги, прибежала на кухню, яростно вцепилась в снежный шар, ногой пододвинула металлическую урну для мусора и высоко замахнулась, решила расколотить проклятую безделушку вдребезги.
– Эльвира, не делай этого… Не смей! Кому говорю? Иначе загубишь свою судьбу, – услышав за спиной навязчиво знакомый, приятный и бархатистый мужской голос, я застыла в нерешительности.
После минутной заминки вспомнила, откуда знаю обладателя этого тембра. В прошлое воскресенье мы с подругой ходили в оперу. Я хорошо запомнила, как перед началом выступления приветствовал зрителей известный итальянский тенор Армандо Мальдини. Симпатичный жгучий брюнет лет сорока с забавной округлой бородкой. Певец мне очень понравился. Еще подумала тогда, что уже порядком по времени так страстно не заглядывалась на мужчин.
Но каким образом именитый гость из Милана мог очутиться в моей скромной квартире? Очередное волшебство?
Я оглянулась, опустив шар на уровень живота, но пока не выпуская из рук. Итальянского тенора не было. В квартире напротив меня сидел Филимон и смотрел так пристально, что у меня мурашки поползли по спине. Кот нервно дергал хвостом у самой границы кухонной зоны, обозначенной темной полосой ламината.
– Осторожнее с волшебным ключом, а то повредишь. Лучше поставь обратно под елку, – предупредил пушистый питомец, махнув передней лапкой, как японская фигурка кошки Манэки-нэко, талисман, по поверью, приносящий удачу.
Да, со мной разговаривал кот голосом знаменитого оперного певца. Важно расставив уши, Филимон говорил с итальянским (или кошачьим) акцентом. Шар я все-таки выронила от нового потрясения, накрывшего меня. Ловко подпрыгнув, кот успел перехватить его в полете, поймал передними лапами в нескольких сантиметрах от пола.
– Я же говорил тебе, что это волшебный ключ и с ним надо бережно обращаться, – кот посмотрел на меня с осуждением, ожидая, когда я осмелюсь протянуть руку и взять снежный шар, в котором кружились белые крупинки.
– Филя… Что за бес в тебя вселился? – испуганно пролепетала я.
– Не бес, – кот прижал уши к голове. – Дух – проводник между мирами. Я послан, чтобы привести молодую снежную ведьму в северное государство Алькорра двулунного мира.
– Молодость в моем случае понятие весьма относительное, – не решаясь вновь прикоснуться к заколдованному шару, я робко попятилась к подоконнику. – И вовсе я не ведьма, тем более, не снежная. Мерзлявая, как орхидея с Экватора. Все эти фокусы со льдом и снегом проделывал ваш… Магический артефакт.
Обозначила снежный шар первым пришедшим на ум словом из любимой компьютерной игры бывшего мужа.
– Эльвира, дар к управлению снегом в тебе живет с рождения, – продолжил уговаривать меня незваный гость. – Подарок доброго мага Мельтаира помог ему пробудиться и раскрыться в полной силе. Маг увидел, что ты готова к обучению.
– Я не могу все тут бросить и последовать за тобой неизвестно куда, – усердно дергая мочки ушей, я чуть не вырвала с мясом сережку.
Боль немного отрезвила голову. Я даже попыталась осмыслить все происходящее. Не будь случая со “снегогенераторами” в выставочном зале на работе, я точно решила бы, что спятила и мне пора в психушку. Раз чудеса коснулись не только меня, значит, они не плод моего бурного воображения, а очень даже реальное событие. Только что же делать со всем этим? Как спастись от нежданно-негаданно нагрянувшего сюрприза? Вырваться из сказочной истории… Захлопнуть книгу, в которой она изложена, и убрать на самую дальнюю полку шкафа.
– Куда я должен проводить тебя, известно. Уже сказал… Северные земли двулунного мира, – строже повторил кот.
– Мне никак нельзя исчезать, – я не теряла надежды уговорить проводника оставить меня в покое и позволить мне уйти обратно в собственную комнату в гордом одиночестве. – Родители, сестра, друзья и коллеги… Они подумают, что со мной случилась беда. Представляешь, к чему тут могут привести ваши иномирные волшебные эксперименты? Ты говорил, что одаривший меня чудесной силой маг – добрый человек. Разве он может допустить, чтобы моя мама умерла от горя или, не приведи Господь, страданиями заработала сердечный приступ?
– Мы с магистром Мельтаиром уже все предусмотрели, – кот важно поднял правую лапу. – Я отправил письма твоим близким, чтобы не беспокоились о тебе.
– Какие письма? – у меня воздушный ком в горле возник от страха.
– Электронные, – кот печально понурил голову, дернул усами. – К моему великому огорчению, в подлунном мире настоящие письма, бумажные, вышли из моды. Люди не желают их отправлять друг другу. А ведь они живые и несут частичку души того, кто их написал.
– Что ты сообщил им обо мне? – дрожащими губами вымолвила я.
– Почти правду. Что ты влюбилась в полярника и улетела с ним на Крайний Север. Предупредил, чтобы не ждали частых весточек. Связь там плохая… Поспеши, Эльвира. Тебя ждут…
– Я не могу… Не понимаю… Не пойду никуда… Неужели без меня не обойтись? Можно подумать, в волшебном мире своих ведьм не хватает?
– Истинный талант везде на вес золота, – качнул головой кот. – Вспомни, ты всегда любила помогать другим людям. В школе, в институте позволяла списывать контрольные. На работе всегда подменяла коллег. А уж сколько раз тебе не возвращали долги! Жители Алькорры нуждаются в помощи. Я ведь не только голос оперного певца взял из твоей памяти. Многое увидел и многое понял. Великий маг не ошибся в выборе. Утепляйся и следуй за мной.
Поняв, что вселившийся в Филимона дух от меня не отвяжется, я решилась хотя бы на чуток, для выяснения обстоятельств, заглянуть в двулунный мир. И как-то совсем незаметно для меня в глубине сознания проснулось любопытство, видимо, сказалась тоска по настоящей зиме. Северные земли… Там, наверное, красиво. Вместо серых тонких брюк я надела ватные, приобретенные для загородных поездок. Вместо пальто взяла пуховую куртку. Нашла купленные на распродаже в магазине спортивных товаров теплые сапожки “для горных походов”.
Филимон, которого я попросила отвернуться на время переодевания, нелестно оценил мой прикид и невежливо попросил сменить одежду.
– Штаны в двулунном мире позволительно надевать лишь воительнице. Все остальные женщины должны показываться на публике в платье или юбке.
Запрыгнув на нижнюю полку шкафа под пространством для одежды, кот лапкой потрогал самую нелюбимую мной юбку – длинную, темно-серую, полушерстяную. Мамин подарок времен моей учебы. Пуховик он тоже выбрал длинный, почти до колена. Вместо вязаной шапочки или шляпы предложил старый теплый платок. Только спортивные сапожки не забраковал, но их почти не видно было из-под старушечьей юбки.
– Веди меня, дух, – обреченно сказала я словами из повести “Рождественская история” Чарльза Диккенса. – Только не простуди кота.
Уже робко добавила, когда Филимон открыл входную дверь и вместо лестничной площадки за ней моему взору открылся живописный утренний пейзаж: заснеженный хвойный лес в горах, озаренный сочно-желтыми лучами восходящего солнца. В лицо дохнуло морозцем. Щеки мгновенно заколол румянец. Я посмотрела в зеркало шкафа, будто прощаясь сама с собой, и сделала трудный, долгий, как будто замедленный во времени шаг за порог родной квартиры. Ведомый духом-проводником Филимон озорно помчался вниз по склону. Его лапки не провалились сквозь тонкий наст. Я же едва успевала за шустрым котом, увязая по меховую окантовку сапожек в пушистом снегу.
– Раз ты прошерстил мою память, то должен знать, что мой Филечка – домосед. На улице гулял только летом, и то недолго и на специальной шлейке, соседским собакам на потеху, – жалобно причитала я, несясь за удирающим проводником. – Порода у Филечки нежная, не какая-нибудь сибирская или вовсе дворовая. Он сквозняков боится, а ты его в сугробы гонишь.
– Не бойся, Эльвира, – и не подумав хоть немного сбавить скорость движения, ответил дух. – Не простудится твой кот. Моя магия бережет его, а когда я покину тело Филимона, оставлю с ним снежную искру, подобную твоей. Не страшны ему будут самые лютые морозы и стужи этого мира.
Глава 3. Матушка Сельма
Успокоенная заверением посланника насчет сохранности моего питомца, я смогла полюбоваться красотами чужого мира. Две луны слабо светили в небе на большом расстоянии друг от друга, почти у разных краев горизонта. Нежно-розовое с желтоватым оттенком небо окружало земное по виду солнце, а над ним простиралась ясная, сочная синева. При почти полном безветрии легкий мороз бодрил. Бьющийся наст звонко похрустывал под ногами. Торопясь за котом, я шла то вверх, то вниз по бесконечным холмам среди величественных деревьев, похожих на ели, только намного разлапистей и выше.
Деревья были огромны, в самых древних из них можно было устроить не самое тесное жилище, уж точно не меньше моей покинутой квартиры-студии. С тревогой вспомнила, что не закрыла превратившуюся в портал дверь на замок. Хотелось надеяться, что великий маг позаботился и о сохранности моего имущества. Я здесь не навсегда? Помогу, кому чем смогу, и вернусь… Или?
Кота я спросить побоялась. Филимон привел меня на равнину, где росли редкие маленькие деревца, будущие хвойные великаны. Передо мной открывался шикарный вид на заснеженную горную гряду. Почти на вершине самой высокой исполинши я увидела прекрасный замок из снежного шара. Только настоящий, каменный, а не пластмассовый, как в волшебном сувенире. Захотелось подойти ближе, чтобы получше его рассмотреть. Нервировали мутнеющие на морозе очки. Я сильно пожалела, что не взяла в путешествие наборы контактных линз. Не возвращаться же обратно, да и кто бы еще меня туда вернул.
Говорящий кот поторопил, и снова я потопала за ним. Пройдя широкую равнину, мы углубились в лес, и вновь наш путь лежал через пологие холмы и мелкие пригорки. То вверх, то вниз, пока не спустились в защищенный от ветров овражек, где стоял уютный домик, сложенный из широких бревен. Вокруг него росли садовые деревья, облетевшие на зиму. За домом виднелся крытый скотный двор.
– Дальше ты пойдешь без проводника, – Филимон встал на задние лапы. – Возьми меня на руки.
Я так и сделала. Кот коснулся лапой моего лба. Мгновенно появилось головокружение. Лишь боязнь за Филимона помогла мне удержать равновесие. Я боялась неудачно упасть и поранить кота.
– Теперь ты знаешь язык жителей Алькорры, – сказал дух-проводник. – Моя миссия выполнена. Я покидаю вас.
Испуганный Филимон громко замяукал, вертя головой и прижав уши. Я осторожно спрятала кота за пазуху и поспешила к домику. Слова разных миров путались в голове. Ставший знакомым непривычный язык, показавшийся мне похожим на финский, завладел подсознанием. Пытаясь успокоить кота ласковой речью, я выдала смешанную тарабарщину и настороженно умолкла. Приблизившись к единственной точке конечного маршрута, осторожно постучала в резную ставню. Дверь мне открыла миловидная пухленькая старушка в коричневом шерстяном платье и сером платке.
– Рада привечать в своем скромном жилище долгожданную ученицу, – заговорила она по-русски, к моему огромному облегчению. – Имя мое длинное и нелегко его запомнить. Так что меня тут кличут Матушкой Сельмой. Как ты догадываешься, я снежная ведьма. Хранительница северных пределов Алькорры, укротительница ледяной стихии.
– Я тоже очень рада с вами познакомиться, дорогая Матушка Сельма. Меня зовут Эльвира, – я прошла вслед за хозяйкой избы в просторную теплую комнату, почти половину которой занимала огромная побеленная печь.
– Имя твое знаю, – хитренько улыбнулась Матушка Сельма. – Давний мой приятель великий маг Мельтаир нашел тебя в подлунном мире. Долго пришлось ему искать, но труды не пропали даром. Ты здесь, с нами, а захочешь ли остаться помогать жителям сурового холодного края, тебе самой решать. Неволить никто не станет.
– Простите меня, но для начала я бы хотела овладеть снежной магией, а уж потом решать, – сказала, думая в первую очередь не о помощи жителям загадочной Алькорры, а о том, чтобы не навредить никому хоть в этом, хоть в своем мире.
– Приятно слышать, а еще важнее видеть понимание и смелость в твоих глазах, – Матушка Сельма дернула меня за рукав пуховика, поторапливая снять верхнюю одежду.
Я отпустила испуганного кота на деревянный пол, посредине комнаты застеленный плотным темно-красным ковром. Оправившийся от страха Филимон растерянно обошел незнакомое пространство, долго выбирал между теплой печкой и аппетитными запахами, доносящимся со стола. Выбрал последнее и поскреб лапкой отделяющую его от вкусных угощений высокую ножку, требовательно мяукая. Я сняла пуховое пальто и разместила его в прихожей на вешалке. Там же поставила на коврик походные сапоги, взамен взяв немного великоватые по ширине меховые тапочки.
Матушка Сельма пригласила сперва кота, а потом и его хозяйку трапезничать. Присаживаясь за кряжистый стол из темной древесины, накрытый белой полотняной скатертью, я увлеклась изучением непривычного интерьера. Особенно мое внимание привлек гигантский очаг с тремя котлами и длинным вертелом, на котором легко поместился бы немаленький поросенок. Я подошла ближе, прикидывая, как могла бы готовить здесь еду. Старинная конструкция куда сложнее в обращении, чем электрическая плита с духовкой. Под выемкой каждого котла в каменном очаге – открытое пространство для огня. Стоя у такой плиты, рискуешь обжечь не только руки, но еще и ноги.
А, проходя мимо тонконогого потертого столика, трудно не испачкаться мукой. Он предназначен для стряпни и быстрого доступа к жаровне. Повсюду над головой висели связки трав. На стенах места им не хватало, и они притеснялись где только можно, даже к веревочкам для опускания штор были привязаны зеленые пучки.
Снежная ведьма расторопно и гостеприимно сервировала стол. Я предложила ей помочь в кухонных хлопотах, но Матушка Сельма ответила, что помощь от меня потребуется другого рода, и очень скоро.
Посуда, которую старушка взяла из добротного буфета с узорной резьбой на каждой дверце или ящичке, была простенькой, глиняной, но радовала приятной легкостью и теплыми тонами ручной росписи. Посреди стола красовался самовар, я вспомнила у бабушки почти такой же был, старинный, на углях.
Горячий суп с темно-коричневой хорошо распаренной крупой и малюсенькими мясными кусочками тоже был совсем простой, народный, не похожий на пищу для аристократов. Терпкие пряности придавали умопомрачительный аромат. Я наслаждалась каждой ложкой, слушая повествования хозяйки лесного домика.
– Корни наших предков тянутся в подлунный мир, – Матушка Сельма и сама попробовала так непривычный для меня, а для нее самый обыкновенный суп. – Многие люди задолго до тебя так же боялись сделать первый шаг навстречу новой жизни, и, должна сказать, страх их зарождался не на пустом месте. Лютые звери, кровожадные чудовища, бесчинство стихии, происки злых колдунов… Каких только препятствий, опасных для жизни, не появлялось на их пути… Не всех принимает волшебная земля, многих долго и мучительно испытывает, и лишь единиц зовет сама. Приглашает, подобно тебе, Эльвира. Изначально люди – чужаки на просторах двулунного мира, называемого Анлара. Коренные жители тут совсем другой расы, похожие и непохожие на вас. Хоть людям тоже удалось найти здесь свое законное место, заселить пустующие земли. Да только все одно, той власти и безграничной свободы, какая есть у правящего эльфийского народа, никогда у них не будет. Одна луна в небе ценится меньше двух. Подобно и двуглавый дракон сильнее и опаснее одноглавого.
– Тогда что же получается? Что магический мир не может обходиться без людей? Иначе бы меня не разыскали и не привели сюда, а попросили помощи у волшебниц из народа эльфов.
– Ты думаешь, что они поспешат помогать? Снизойдут до нашего отшиба владений их ясноликого короля? Кто знает, вероятно, в самом крайнем, страшном, случае, от которого убереги нас, Госпожа Зимы, они пришлют нам помощь. А быть может, и нет… Людям положено самим заботиться о сородичах, вместе искать выходы из смертельных бед, вместе думать, как избежать новой напасти, трудиться, дабы не просто выживать на отведенным им землях, а жить благополучно, растить детей и внуков, не зная голода, войн и стихийных бедствий.
– Я сама могу стать стихийным бедствием, – честно призналась, облизав последнюю ложку супа. – На работе чуть не заморозила всех людей. Прошу вас, Матушка, научите меня поскорее управлять силой. Уж если, как сказал дух-проводник, живет и развивается во мне магия чужого мира, и не избавиться мне от нее во всю оставшуюся жизнь, да и нельзя, как понимаю. Давайте, прямо сейчас, после завтрака, приступим к обучению. Я готова.
– Не торопись, Эльвира, – пугающе властный тон мягкого и звонкого, без старческой хрипотцы, голоса Матушки Сельмы остудил мой пыл. – Снежные ведьмы не мельтешат как стрекозы. Поднять легкую метель – дело нехитрое. А ты попробуй, милочка, остановить лавину, которая мчится с заоблачной выси прямиком на горное село. Если ты будешь метаться, то какой магический посыл передашь той лавине? Ты должна стоять твердо, как скала, в непреклонной уверенности в успехе. Малейшее твое сомнение, и самое мощное, проверенное тысячелетиями, заклинание не сработает. Кроме уверенности нужно холодное желание. Да-да, я все правильно сказала, не сиюминутное, как у вас в подлунном мире говорят. Не ледяное даже, хоть нам родственна эта стихия… Каменное! Лед растает, жар угаснет. Камень выстоит. И ты, Эльвира, должна будешь выстоять перед многими трудностями, разрушить сотни препятствий, прежде чем обуздаешь силу.
Заметив на моем лице тень сомнения, Матушка Сельма улыбнулась ласково и подала теплый пирожок. Я отломила кусочек и попробовала. Внутри обнаружился творог – подслащенный, маслянистый, очень вкусный.
– До вечера отдыхай, а на закате мы вместе совершим недолгую прогулку, – распорядилась Матушка Сельма.
Я улыбнулась ей, пробуя травяной чай. Нежный на вкус, наполняющий приятным теплом, он отлично сочетался со сладким десертом. Филимону тоже понравилось гостеприимство снежной ведьмы. Отведав мясных обрезков и парного молока, довольный кот по-хозяйски устроился на лавке у печи и занялся усердным умыванием. После завтрака Матушка Сельма провела меня по своим владениям – небольшим, особенно если сравнивать даже с бывшей квартирой моего мужа, но требующим постоянного внимания.
На скотном дворе жили лошади, коровы и козы. Низкорослые, толстенькие, лохматые. Приспособленные к лютым морозам. Из-под густой длинной челки рыжего быка не было заметно глаз, но видел бык даже с такой “вуалью” все лучше, чем я без очков. Задумчиво пережевывая жвачку, он поднял голову при моем приближении и угрожающе топнул копытом. Я отпрянула в испуге, хоть нас и разделял невысокий забор из накрепко сколоченных тонких бревен молодых деревьев с пестрой корой, серой с черными полосами. Назвала я для себя эти деревья серыми березами, хоть и знала их правильное название – онтоилы.
– Не пугайся, дорогая, – Матушка Сельма взялась за одну из перекладин ограждения и посмотрела быку в левый глаз, точнее – туда, где ему полагалось быть под волнистой челкой. – В моем хозяйстве вся скотина мирная, беззащитная перед лесными угрозами. Потому и надобно ее беречь, подворье укреплять особыми заговорами от воров да хищников. Порой и не скажешь, кто страшнее – дикий зверь из чащи или одичалый от своей безумной жадности и злобы человек. Всем премудростям научу тебя. Дали бы мне боги времечка побольше на твое воспитание… Слабею с каждым новым утром. Будто злые духи тянут из меня силы. Годы берут свое. Потому и важно так успеть мне обучить избранную преемницу всему, что надлежит знать и уметь снежной ведьме. Да еще испытать, увидеть старыми глазами, как ты научишься справляться с трудностями, не дрогнешь, а выстоишь, насколько бы тяжело ни пришлось.
При ее словах о трудностях меня пробрал озноб. Похолодело внутри, хоть и был на мне теплый пуховик, и еще платком из козьего пуха меня укутала заботливая хозяйка. “И в родном мире, сколько помню себя, частенько приходилось нелегко, и в мире волшебном легкого пути не жди”, – так я подумала, затягивая платок на шее чуть потуже.
– Край наш суров, но для путников приветлив. Людьми хорош, – поведала Матушка Сельма. – Народ здесь живет душевный, не считая малых горсток сбившихся с пути отщепенцев, промышляющих разбоем по деревням. С ними борются наши воины, то не задача для снежной ведьмы – налетчиков разыскивать. Другая от нас помощь требуется. Лето в Алькорре бывает, но быстрое, холодное. Посевы скороспелые, но им тоже время нужно, чтобы вырасти и созреть. Следить придется тебе, чтобы уходила зима вовремя и не заявлялась раньше срока, прежде чем крестьяне соберут урожай, но и с пришествием тоже не затягивала. Иначе морозы по голой земле пройдутся, многие посадки загубят в садах. Пока ты думаешь, Эльвира, закружила хоровод снежинок – и вся прочая работа пойдет столь же легко. Нет, ошибаешься. С магической силой непросто совладать. Ее не укротить, с ней ты не сможешь быть на равных. Придется научиться пониманию и уважению, вести себя прилежно как с надежным, опытным и мудрым другом-наставником. Не раз и не два, а постоянно, всю жизнь, придется тебе доказывать снежной магии, что каждое твое прошение важно и справедливо, а иначе ничего не выйдет из твоих попыток усмирить стихию, или того хуже, все получится наоборот, во вред и тебе, и тем, кому помочь хотела. Чистые твердые помыслы, без метаний и самолюбивых мечтаний. Вот основа основ для нашего волшебства.
– Но как я узнаю, кому и где требуется моя помощь? И как туда попаду? – я весьма скептически оценила способность низеньких толстых лошадей к долгим путешествиям по заснеженной стране.
Да еще и хищники в лесах, разбойники всякие… Люди могут не дождаться моей помощи. А другого способа я пока не видела. Не пешком же мне бегать по сугробам.
– Связующие камни подскажут путь. Люди сами тебя призовут, уж коли что у них стрясется, – Матушка Сельма вынула из кармана три разноцветных мерцающих камешка ровной круглой формы, покатала их из ладони в ладонь и положила обратно. – С годами сама научишься прозревать грядущие опасности. То увидишь путников, заблудившихся в ледяных горах, которых скоро пришибет обвалом камней. То явится тебе в видении сокрушительный ураган, обрушившийся на деревню. А вот прийти на место нужное прежде, чем беда случится, тебе поможет нож заговоренный. Откроет путь везде в пределах Алькорры, а за границы нашей холодной страны запрещено перемещаться. Там злые тролли, полчища орков и громадные свирепые твари, которых и сне лучше не видать, а наяву и вовсе встреча с ними не сулит добра.
Экскурсия тем временем продолжалась. Матушка Сельма показала мне теплый птичник. Там жили лохмоногие пестрые куры. Их головушки от морозов оберегали пышные хохолки. Потом старушка повернула к дому. Я шла за ней, как теленок на веревочке, слегка пошатываясь под тяжестью пугающих размышлений. Алькорра – красивая страна, но провести тут всю жизнь, преодолевая каждый день кучу трудностей и спасаясь от огромных чудовищ, я не испытывала ни малейшего желания. Скромно помалкивала, не решаясь огорчить отказом добрую старушку, которая так хорошо меня встретила и согласилась обучать в надежде на мою помощь.
Я не против была того, чтобы помогать людям. Но только в свободное от работы время. Сама же тайно лелеяла надежду, что маги отыщут в каком-то из великого множества миров бескрайней вселенной более подходящую кандидатуру. Ту, что намного смелее и лучше разбирается в опасных приключениях, чем главбух московской фирмы. Даму из армии или полиции, а лучше сразу из спецназа. Такая снежная ведьма одним суровым взглядом повергнет в ужас любого зверя и снежный вихрь не побоится угомонить. Не то что я…
Глава 4. Источник
Уже ближе к вечеру снежная ведьма, как и обещала, повела меня в горы. Матушка Сельма приказала мне снять очки, так что двигалась я, словно в густом тумане. С трудом различала ее коренастый силуэт, быстро мелькающий впереди. Шла старушка для своего возраста весьма шустро, совсем как молодая женщина, и меня то и дело подгоняла и кликала не отставать, дабы не потерялась. Дескать, нам надо успеть прийти к горячему источнику до того, как солнце скроется за Горой Властителя.