Сказки и были. Стихи, песни, баллады

Цветок

Под небом раскрылся прекрасный цветок.

Был вид его ясен и благоуханен,

Как будто он миру был солнцем подарен.

И пчелки, и бабочки наперебой,

Стремились к нему напитаться пыльцой.

Но вот почернел голубой небосклон,

Затмился от стрел и от копоти он,

Земля застонала под тяжестью ног —

В крови оросился прекрасный цветок.

Трава полегла под напором копыт,

Поломан цветок и затоптан, убит.

Ты прожил свой срок в неземной красоте,

Но кто-то сегодня дань отдал войне.

Простое цветение жизни твоей

Жестоко оборвано волей царей.

Но все ж ты исполнил свое назначенье:

Явил к совершенству и к миру стремленье.

Остановись, мгновенье

Художник на холсте запечатлел

Улыбку эту и прекрасный образ.

Из глубины веков прошелестел

Страницей вечной книги тихий голос:

«Остановись, мгновенье, ты прекрасно!»

Лишь только так встречаются глаза,

И только есть в одном мгновенье ясность,

В одном мгновенье – солнце и гроза

Но верно: время притупляет краски

И на лице вершит свою работу

И только есть в одном мгновенье ясность,

В одном мгновенье – таинство природы.

Остановись, мгновенье, ты прекрасно!

Ведь только так встречаются глаза.

И только есть в одном мгновенье ясность,

В одном мгновенье – солнце и гроза.

Художник, не напрасно ты творенье

Свое создал на удивление миру,

Ведь ты сумел остановить мгновенье,

Вдохнув в него и музыку, и лиру.

Остановись, мгновенье, ты прекрасно!

Лишь только так встречаются глаза

И только есть в одном мгновенье ясность,

В одном мгновенье…

Безмолвие цветка

Безмолвие цветка… Благоуханье…

На лепестках – хрустальная роса.

В нерукотворном нежном одеянье

Цветы. В них – красота и простота.

Торжественность – у лилий утонченных,

Роскошных роз достоинство и стиль,

Покой фиалок, в бархат облаченных,

И тихих васильков простая синь…

Ромашек скромность, ясная улыбка

Гербер, и радостных соцветий рой.

И тянется к цветку из сердца нитка.

Цветов безмолвье созерцать душой.

И лишь в безмолвье —красоты явленье,

Цветка неизреченный дивный сказ.

Цветок – твоя душа. В нем – откровенье,

Творца чудесный дар любви – для нас.

Рождение звука

Рождение звука подобно рожденью волны:

Она из глубин возникает, он – из тишины.

Но что в нем таится, сокрыто от праздности глаз.

Глазами мы видим, но сердцем не слышим подчас.

Тайна розы

Засохшие цветы

Играем сонаты Скарлатти…

Играем сонаты Скарлатти,

Канцоны, старинные танцы…

Под бархатным вырезом платья

Трепещут аккорды романса.

Танцуем с тобой сарабанды,

Гавоты, бурре, менуэты.

Да, мы на балу. Музыканты,

Актеры, танцоры, поэты.

Надрывные скрипки вплетают

Нам нежность в движенья, надежды,

И флейты мотив напевает,

Что искренность больше одежды…

Но вот, начинается рондо,

Мы движемся, круг замыкая,

А после вступают валторны,

Фаготы, литавры взрывают

Оркестр. Наполняется звуком

Душа в нарисованном платье.

Веселая это наука:

Исполнить дуэтом Скарлатти.

Город в тумане

Туман по зеркалу реки

Разлился молоком,

По платью мокрому земли,

Таился под мостом.

Земля спала, как в пеленах,

Глубоким детским сном,

Держала город на плечах

И наш с тобою дом.

Блуждал туман среди домов,

Средь утренних витрин.

Покой и тишину из снов,

И белоснежный мир

Дарил он городу, но тот

Зашевелился вдруг.

Поймал туман в кольцо дорог

Мой город, как паук.

Рассеялись, исчезли сны,

Вернувшись в пустоту.

Оставив облако мечты,

Шел город в суету…

И только в парке у реки

Туман еще лежал,

И на сырой траве стихи

Об осени писал.

Вернись

О тебе грустила, хороший мой,

В узелок вязав тоненькую нить…

Когда ляжет снег липким крошевом,

Ты вернись ко мне, ты вернись!

По дорогам, да по нехоженым,

За стрелою, путь указавшею,

За молвой людскою расхожею,

За звездою, с неба упавшею.

Твое имя я повторяю вновь

Между трех дорог. Только пыль в глаза..

За тебя, потерянная любовь,

Свечку ставлю под образа.

Уведет зима злу разлучницу,

Сердце ты своё мне откроешь вновь.

Без тебя грустить да соскучиться,

А с тобою – лада-любовь.

Ты вернись ко мне, сокол ясный мой,

Снова жизнь мою светом озари.

Не уплыть водой, не ходить бедой,

Но тебе со мной по пути.

Просто с тобою быть

Просто с тобою быть,

Слушать, сесть тихо рядом,

Радоваться, грустить,

Соприкоснуться взглядом,

В нежности утонуть,

Нежностью задохнуться,

Просто с тобой уснуть

И не хотеть проснуться.

Просто в тебя смотреть,

Знать, что могу летать я,

Множество наших лет,

Не раскрывать объятья.

Я тебя обижаю

Я опять виновата —

Ты обиделся снова!

С этим жить трудновато:

Я сказала три слова.

Стал печален ты с виду.

Я жестокая стерва.

Ты своею обидой

Вынимаешь мне сердце!

Виновата всегда я,

Потому что я – баба.

Я тебя пожираю,

Словно бабочку жаба,

А ты нежный, ранимый,

А я вновь обвиняю.

Все слова – просто мимо

Я ж тебя обижаю!!

От вины не скрываюсь,

Приговор мне суровый:

Ты обижен. Я каюсь,

Виноватая снова:

Я ж тебя обижаю!

Не сердись и уверуй:

Я ж тебя обожаю!

Виновата, наверно…

Это лето…

Это лето было лучшее из всех лет.

Было море, дожди, горы, реки,

ночи в поезде, ароматы на кухне: котлет,

лука, дачи, костра, полевых цветов, клубники,

маминых пирогов. Много музыки…

Плавно меняя цвет, тихо

рождались в душе калеки,

они ползли, радуясь, на свет,

вставая – ноги уже окрепли, бежали,

в одно измерение взяв билет,

а может, крылами шурша,

взлетали, смеясь, от нежности еле дыша,

сбросив на землю свои сандалии.

Но я никуда не бегу, я стою,

я просто смотрю, я живу в моменте.

новую написав главу,

сделав паузу в киноленте.

Я знаю, снова опять все будет:

ранний подъем, спешный завтрак, боясь опоздать,

будильник не подведет, разбудит,

вечером снова меня будут ждать.

Уже не стоит бояться завтра,

лето теплое пряча в руках,

фотокамеру ставя на «авто»,

птицу в небе пытаясь поймать…

Невесомость

Испытанья закончатся, ветер подует добрый,

Снова солнце согреет мою усталую спину,

Когда выйду на берег, песок ощущая теплый.

Солнце я поделю и тебе отдам половину!

Половину отдам и сама половиной стану.

Отдавать ведь блаженней. Пустяк, если скажет кто-то,

Будто ты не оценишь, а я от тебя устану.

Но, наверное, это уже не моя забота.

А имеет лишь вес под лучами растаять солнца,

Растворяя его все больше в сердечном свете.

И наверно, когда уже стану я невесомой,

Поделюсь невесомостью этой своей со всеми!

Небо, девушка, облака

Улыбался дождь

Мне сегодня улыбался дождь,

В лужи падали его стихи.

Ты сказал мне: это просто ложь,

Это просто по воде круги.

И сегодня плакал целый день

В небе кто-то очень высоко.

Улыбнулся ты: дождю не верь,

Да кому сейчас вообще легко?

И в мое окно весь день стучал

Гость непрошенный – просился в дом.

Ты на это просто промолчал —

От дождя закрыл своим теплом.

В гармонии…

В кафе уют, миндальный круассан

В гармонии со свежим крепким кофе.

Листаю недописанный роман

И наши фотографии в смартфоне,

Смотря в окно на жёлтые огни.

Неоновым, искрящимся коллажем

Проходят мимо дни, и люди в них,

Так просто всех любить их – наших, ваших,

Не знать ни потрясений, ни врагов,

В гармонии божественной вселенной,

Слова ее собрав в букет стихов,

В своей душе рожденный вдохновенно.

Тюльпаны

Взгляд бутонов застенчивых прост,

безыскусные лица их.

Гладкой нежностью складки

на платьях весенних расправлены.

Отогревшимся шелком

тычинок ресниц притаившихся,

Где-то спрятанных в центре.

Ещё не открыты они, не оправданы.

В хрустале наполняются влагой,

по-прежнему – молоды.

Постепенно откроются,

выпрямят спины упругие.

Больше нет ни движенья,

ни ветра вокруг и ни холода.

В вазу бросила этот букет

Та, что стала на вечер подругою.

Жизнь цветов канонична:

увянут и скоро закончится,

Опадут лепестки

и засохнут их листья атласные.

Но пока что они

могут скрасить ее одиночество

Или счастье – вон с тем чудаком,

Одарившим цветами прекрасными…

Оле Лукойе

Напутствие

Маски

Позабыл

«…возлюбленный мой повернулся и ушел… я искала его, и не находила его; звала его, и он не отзывался мне.»

Песни Песней Соломона, гл.5:6

Твои вина текут для тебя одного.

Твои струны поют лишь тебя самого.

И огонь не согреет в твоем алтаре.

Сторожа давно спят – ты забыл обо мне.

Ты ушел, ты забыл о любимой своей,

Что с тобою была много дней и ночей,

Что тебе отдала жизни молодость, цвет.

Ты не вспомнишь меня и не скажешь «привет».

Виноградник засох —силы нет у земли,

И колодец давно пребывает в пыли,

И земля не родит больше сочных плодов —

На сухом пустыре только песни ветров.

Дом мой темен и пуст, будто нет никого.

В дверь условленный стук… Не услышу его.

Задремала тогда. Ты просил отворить.

Мирра капала с рук – не хотела открыть…

Я по улице шла и искала тебя.

Люди, что у ворот, осмеяли меня.

Я закуталась в плащ от прохлады ночной

И ушла в темноту одинокой луной.

Ты прекрасен, как солнце, возлюбленный мой!

На твоем небосклоне не стать мне луной.

И хоромы твои будут ждать – не меня.

Ты меня позабыл. Я любила тебя.

Я – добрая фея

Кошка заснеженная

Баллада о пяти жизнях

Паруса порвались и трещат корабельные снасти…

Накрывает волной это бурное синее море.

Нас пожрало оно. Небо рвется на мелкие части.

Опускаюсь на дно, очень долго и странно спокойно…

Опускаясь на дно, я увидела желтую рыбку.

Рыбой быть – это тоже, наверно, не плохо.

Мне тонуть надоело, связала судьба мою нитку,

Я немного побуду такой золотою рыбехой.

Но недолго я плавала так, и меня проглотила,

Вдруг большая акула, и ею я стать пожелала.

Но недолго акулой была я и страх наводила,

Меж коралловых рифов колючих однажды застряла.

Вот и стала обедом голодным свирепым муренам!

Я решила, что буду пурпурным отныне кораллом.

Я кораллом росла, где под сенью лазурного плена

Мелких рыб разноцветных порой от акул закрывала.

Но не долго кораллом росла я на дне океана —

Молодой загорелый ныряльщик меня заприметил.

Он ножом меня срезал – так море я вновь покидала.

Вот я брошена в лодку – и рядом лишь солнце и ветер.

Разноцветные руки вертели меня и ласкали,

Шлифовали и резали… Скажете – это искусство?

Мне не больно уже, я почти что уже не живая.

Я уже поняла, что теперь называюсь я – бусы…

Море злилось немного, на рифы волной налетало,

Но попутный сегодня – и парус так ярко алеет.

Окажусь я сегодня в соленых руках капитана,

Он на шею любимой меня аккуратно оденет…

Ночь в старом замке

В шорохе лет, мраке сна, мягкой поступью феи

Пляшет по стенам луна холодеющим светом.

Свечи дрожат, открываются тайные двери,

Сходят с картин, оживают герои портретов.

Дамы, пажи, генералы, сеньоры, вассалы.

Жемчуг и кружево, кольца и бархата ласка…

Гости гурьбою слетаются в круглую залу,

Гости садятся за стол. Начинается сказка.

Пыльные струны покорны изяществу пальцев.

Ветер приносит печальную песнь менестрелей.

Веретено колет руку, расходятся пяльцы,

И замирают на век беззаботные трели.

Свечи погасли и в тихой предутренней дымке

Вижу, как вновь закрываются тайные двери.

С каменных стен на меня снова смотрят картины.

Взглядом я с вами прощаюсь, живые портреты.

Улитка

Улитка, ползая по мраморным ступеням,

Вдруг завладела всем моим сознаньем

Меня заставила застыть от изумленья,

Забыв о важности прийти без опозданья…

Смотрю за ней: и вот, себя перемещая,

Как лента, в узелок завязываясь плавно,

Опасность чувствует, свой кулачок сжимая,

И дом свой держит на себе она исправно.

Они едины: раковина с нежным телом

Срослась, себе во всём защиту обеспечив.

А я? Как в жизни защитить себя сумела?

И что за груз кладу теперь себе на плечи?

Душа всегда познать гармонию стремится.

В стремленье этом тело бег свой замедляет.

Быть может, нужно нам сейчас остановиться,

Понять, что нас первооснову составляет?

Идем мы прямо, иль, как в цирке, бег по кругу?

Иль ползаем, собой кого-то подминая?

А нужно просто, «положа на сердце руку»,

Нам заглянуть в себя. Улитка это знает…

Окна

Помолись, дружок, за бессонный дом,

За окно с огнем! (М. Цветаева)

Маргарита сегодня

Маргарита сегодня не будет

гулять по Тверскому бульвару

И не купит у бабки в метро

этих желтых и душных цветов.

Маргарита забросит стихи.

В дальний угол – мольберт и гитару…

Нарисует рукой на стекле

имя Мастера из своих снов.

Маргарита не будет летать,

нет, она уже больше не вечна,

Ей гораздо приятнее в небо

смотреть из проема окна.

Маргарита уже разгадала

таинственный «знак бесконечность»,

О любви написала роман…

Мастер – это, наверно, она?

Мастер -стало быть, миф? Он давно

уж не пишет стихов и романов,

Он устал, не найдя в повседневности

свой дорогой идеал.

Он лежит на диване, счастливый

(скорее немножечко пьяный),

Нервно курит, смотря на футбольного

матча красивый финал…

Мы – дети старинных кварталов

Петербургское небо

Петербургское небо. Покров грозовых облаков.

Свежий ветер с Невы заставляет одеться теплей.

С берегов величаво взирают фасады дворцов.

У каналов Венеции Северной воды темней

Но из туч лучик солнца упрямо бросает свой свет

Львы на пристани важно стоят у начала моста,

И за каждым фасадом кровавый виднеется след.

Только ветер в лицо, ну а в душу стучит красота.

Петропавловской пушки над городом слышится залп

Бастионы стоят, как мистический каменный страж.

Притяженье соборов… Простор площадей, и вокзал…

Я вернусь сюда снова, чтоб в прошлого сесть экипаж.

Понесут меня кони по серым камням мостовых

По великим следам, где ступали России цари,

Оживет на мгновенье закованный в мраморе лик

И стоит величаво -молитвенно Спас на крови…

Однажды

Чудесный ларец

Я просто буду кошкой