Двуручный меч

Меч был великолепен. Длинный обоюдоострый клинок из отличной стали, с лёгким пением разрезающий ветер, украшенное замысловатой резьбой перекрестье с художественным рифлением, утяжеленная удобная рукоять, плотно перевязанная полосками из сыромятной кожи, – меч словно жаждал тотчас ринуться в бой и низвергнуть любого врага. Казалось, стоит лишь слегка прислушаться, и почувствуешь его воинственное дыхание, наполненное неповторимым искусством мастера вкупе с любовью, благодаря которым это прекрасное оружие появилось на свет.

Клинок был начищен до блеска и заискивающе посверкивал, порождая сонмы бликов от дюжины колышущихся огоньков старых свечей. Неровные солнечные лучи, с трудом проникавшие сквозь небольшое зарешёченное окошко, терялись в повсюду развешенных по стенам всевозможных мечах, топорах, луках, копьях, щитах и прочей амуниции, но внимание умудренного годами опытного воина Брукса с первого же взгляда привлек этот великолепнейший двуручный меч.

Торговец, неопрятный дварф в засаленном фартуке, на лице которого сквозь кустистые брови, лихо закрученные усы и нечёсаную бороду до пояса можно было разглядеть лишь огромный нос картошкой, крякнул и, в который уже раз, гнусаво спросил:

– Берёшь?

Брукс всё ещё как заворожённый вертел массивный двуручник в мускулистых руках, любуясь им со всех ракурсов. Дварф вновь недовольно насупился и зашевелил губами. Но прогнать потенциального покупателя было выше его сил. Снова и снова повторял он свой вопрос, от негодования тряся головой, отчего на пол с бороды сыпались пылинки да крошки скудного завтрака.

Наконец Брукс оторвался от любования оружием и, повернувшись к дварфу, полюбопытствовал о цене.

Торговец тут же оживился и затряс головой еще интенсивнее, жестикулируя руками.

– Специальная цена! Только для тебя, опытного воина по виду и духу! Сегодня, и сейчас, и только здесь, нигде в другом месте! – Пухлые пальцы дварфа активно задвигались в такт придумываемым на ходу фразам. – Это великолепное оружие будет в гармонии с тобой, оно просто создано для тебя! Повезло тебе, воин. – К прочим нелепым ужимкам добавилось активное подмигивание то левым, то правым глазом. – Повезло, как не везло, я уверен, никогда раньше! Специальная цена! Меч как влитой лежит в твоих руках. Ты посмотри, посмотри внимательно – да он словно твое продолжение! Специальная цена – пятьдесят монет! Любой на твоём месте выложил бы за это непревзойдённое оружие и сто монет, но только для тебя и только сейчас… Да вы рождены друг для друга!

Брукс скорчил недовольную гримасу и отвернулся.

– Я зайду позже, – бросил он, выходя из лавки.

– Если не поторопишься, меч приобретут. Уверяю, не стоит испытывать судьбу.

Заискивающие крики дварфа стихли, как только Брукс закрыл за собой дверь. Вот и всё. Пятьдесят монет! Такой суммы за воином не водилось уже много лет. Он надеялся хоть здесь, в отдаленной от крупных городов провинции, найти достойное оружие за приемлемые деньги, но на что он мог рассчитывать с имеющимися у него семью монетами? На старый потертый кинжал, разве что.

Сегодня Брукс владел лишь порядком проржавевшим коротким мечом, пестревшим зазубринами по всей длине клинка, да затёртыми до дыр кожаными доспехами. Даже простенького шлема у него не было. Нельзя сказать, что Брукс не ухаживал за своим оружием – он регулярно чистил его и, как мог, ремонтировал после каждой стычки, но доставшийся ему путем пьяной драки меч был уже в столь плачевном состоянии, что буквально готов был развалиться на части. Та же история и с доспехами.

…День клонился к закату. Стоило задуматься о ночлеге или сыскать конюшню почище, а завтра вновь двинуться в путь – в этом городке делать боле нечего. Нечасто в последнее время выпадала Бруксу возможность провести ночь в кровати. Ещё реже удавалось сделать это в одиночестве; спать приходилось в конюшнях, свинарниках и прочих не самых приятных местах. В те же редкие ночи, что удавалось провести в постели, одиночество воина нарушали вечные спутники – клопы и тараканы.

– Эй, воин, поди-ка сюда, – услышал он надрывный шёпот. Бросив взгляд в сторону, откуда раздался голос, Брукс увидел худого высокого человека в тёмной тунике и длинных узких холщовых штанах, плотно облегавших ноги, обутые в открытые сандалии. Брукс, на котором были надеты кожаные штаны, сапоги с отворотами и видавшие виды кожаные доспехи, позавидовал одеянию окликнувшего его, ибо солнце сегодня жарило нещадно, и воин весь день немилосердно потел.

– Хочешь подзаработать денег? – На вид говорившему можно было дать не более сорока.

Брукс подозрительно сощурился – такое начало не сулило легкой прибыли, однако подошел. Незнакомец оценивающе осмотрел мускулистую широкоплечую фигуру шестифутового гиганта. Удовлетворившись беглым осмотром, человек кивнул и пригласил Брукса следовать за ним.

– Что надо сделать? – поинтересовался воин, оставаясь на месте.

– Небольшую работёнку для нашего городничего, точнее, для его дочери, – шёпотом продолжал незнакомец. – Твои размеры, – он одобряюще присвистнул, – подойдут как нельзя лучше. Плата – пятьдесят монет.

Это предложение не могло не заинтересовать Брукса! Пятьдесят монет, которых так ему не хватает, чтобы заветный двуручный меч стал собственностью.

Что могло понадобиться городничему и его дочери от опытного и сильного воина? Да что же еще, кроме приложения его могучих сил? За всё свое, пусть и недолгое, пребывание в Хлодвиге воин не увидел ни одного подобного ему по размерам и силе человека, – даже городские стражники выглядели какими-то хилыми подобиями на солдат.

Брукс отлично понимал, что работа, выдаваемая таким образом, шёпотом да в тёмной подворотне, за милю отдавала нелегальным душком, но за пятьдесят монет за какую работу не возьмёшься? Таких денег у него не водилось уже давно, – да что душой кривить, никогда столько монет сразу он не держал в руках! Не в том он нынче положении, чтобы выбирать.

Отбросив все сомнения, Брукс, не раздумывая более, согласился.

Пройдя несколько плохо освещённых улочек и пропахших терпким вином подворотен, они вскоре подошли к крупнейшему зданию городка. Вероятно, это было жилище городничего.

– Вот мы и на месте, – вновь прошептал незнакомец. – Рабочий дворец городничего.

Брукс подавил смешок, поскольку назвать дворцом это трехэтажное деревянное здание с обветшалыми тусклыми стенами и покосившейся дверью можно было лишь с большой, очень большой натяжкой. Даже охраны у дверей не было.

– Мелинда, дочь городничего, особа колоритная, – давал тем временем указания провожатый. – Из-за её пышных форм и зверского аппетита ей бывает сложно найти себе хорошего партнёра, а наши мужики, что и говорить, слабы. Порой она просит меня найти ей нормального мужика из приезжих, и тайно проводит с ним ночь в рабочем дворце – чтобы отец не прознал. Ты, я вижу, мужик что надо! Проведёшь с ней ночь, и пятьдесят монет твои. – Они зашли вовнутрь и поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Наконец незнакомец привёл воина в комнату с большой кроватью, где и оставил.

Брукс широко улыбнулся после его ухода. Вот так удача – за деньги, да еще и с дочерью главы города!.. Ха, ночка предстоит весёлая и, пожалуй, весьма приятная. А после этого вожделенный двуручный меч займёт место ржавой зубочистки!

Из грёз к реалиям жизни вернул его стук в дверь, после чего она с противным скрипом отворилась, и на порог ступила симпатичная черноволосая девушка с изящной фигуркой. Брукс даже сглотнул от возбуждения и неожиданности. Помимо денег он получит еще и ночь с красивейшей женщиной в его жизни!..

Пожалуй, такая мысль была верна лишь отчасти, ведь Брукс видал особ и соблазнительней, но как давно это было! Эта более чем симпатичная леди казалась ему ныне едва ли не богиней.

Девушка вошла и приложила палец к губам, чтобы умерить пыл воина, и после того, как Брукс просто встал у кровати, она быстро произнесла:

– Мелинда, дочь главы Хлодвига.

– Брукс, – тотчас выпалил он в ответ. Однако, не познакомившись толком, девушка быстро юркнула в приоткрытую дверь и исчезла. На её месте в тот же миг появилась другая. От удивления Брукс раскрыл рот и, теряя равновесие, осел на кровать. И было чему удивляться. Мелинда, чтобы протиснуться в дверь, где спокойно помещался далеко не маленького роста опытный воин, была вынуждена наклонить голову. Также она с трудом пропихнулась боком, а ведь минутой ранее в ту же самую дверь спокойно прошел широченный в плечах Брукс. Мелинда была то ли наполовину огром, то ли на четверть троллем, а, быть может, в крови её была немалая примесь ётунов или ещё каких гигантов – Брукс был слишком ошеломлен, чтобы определить точнее. Ей не пришлось бы даже улыбаться, чтобы обнажить свои двухдюймовые клыки-бивни, но лицо её расплылось в столь широкой улыбке, что Брукс едва не потерял сознание. Подобные существа попадались ему на пути, но всегда раньше их встреча оканчивалась битвой, а сейчас…

Мелинда игриво скосила брови, и ресницы ее заходили ходуном, – воин успел подумать, что у нее, наверное, случился нервный тик, а, меж тем, она лишь строила ему глазки, завлекая, как ей казалось, легким трепетом ресниц. Когда же с губ этого малоприятного существа начали капать на пол вспенившиеся слюни, а изо рта вместе с паром повалило зловоние, Брукс услышал шедший из груди её рокот, что мог выражать крайнюю степень возбуждения.

После того, как Мелинда, насколько ей показалось, заворожила воина и сразила его наповал своей сексуальностью, она раскинула в стороны ручищи с огромными неровными когтями на крючковатых пальцах и бросилась на него, нелепо осевшего на постели. Брукс запоздало дернулся было в сторону, – куда там! – Мелинда ловко (чрезвычайно ловко для ее необъятных размеров!) сгребла его и, похрюкивая и повизгивая сквозь низкий рокот, сжала в жарких объятиях, от которых протестующе захрустели его кости, а горячий поцелуй девицы оставил во рту Брукса незабываемый по отвращению вкус и запах, от одних воспоминаниях о которых могло тошнить ни одни сутки подряд.

Брукс пытался оказать сопротивление, но страстная зазноба была сильнее воина, и всю ночь он ощущал её дыхание на своей макушке, слушал её исполненные животной страстью нашёптывания…

…Наутро Брукс был уже далеко от Хлодвига. После бурной ночи с самой любвеобильной особой в своей жизни он, получив честно отработанную плату, со всей возможной быстротой покинул захолустный городишко. Лишь оружейная лавка задержала его ещё на некоторое время к обоюдной с дварфом радости. Заполучив заветный двуручник, воин, проклиная всё на свете, удирал прочь, словно побитая собака. Искупаться и вдоволь намыться было самым его большим желанием в этот миг, дабы избавиться от жуткой вони, которая, как ему теперь казалось, будет преследовать его вечно.

Воин всерьёз опасался, что ещё долго пища при одном лишь воспоминании об этой ночи будет тут же выходить обратно, не переварившись. Брукс был унижен до мозга костей!

Пусть так, но за спиной его ныне висит двуручный меч с гордо вздымающейся из-за правого плеча рукоятью, что цепляет взгляд любого мало-мальски разбирающегося в оружии профессионала. Прекрасный двуручный меч, добытый жутким способом, на который Брукс никогда бы не согласился, знай о том заранее.

Воин надеялся навсегда выкинуть это происшествие из головы, ибо меч, о котором он и мечтать не мог, был, наконец, у него.

А что ещё надо опытному воину?..