- -
- 100%
- +
Леха глянул в панорамное стекло. Отсюда было видно, как по берегу забегали лучи фонарей — люди в форме, человек пять. Они двигались быстро, по-военному, рассыпаясь цепью. Один показывал рукой в сторону разлома.
Сюда
— Мне нужно выбираться, — произнес Леха, и в этот момент всё изменилось.
Машина ответила.
Пол под ногами едва заметно завибрировал. Потолок засветился мягким белым светом. Из панели перед ним выдвинулась тонкая светящаяся нить, замерла в воздухе, покачиваясь, как змея перед броском.
— Нет-нет-нет, подожди…
Но машина уже не слушала.
Она чувствовала его страх. И страх был командой.
Двигатель включился беззвучно. Только дрожь где-то в самом сердце машины подсказала: она ожила. Панорамное стекло на мгновение потемнело, а потом по нему побежали цифры — не земные, не двоичный код, а что-то вроде символов, сплетающихся в спирали.
Леха вжался в кресло.
— Я не умею! Слышишь?! Я не знаю, как тобой управлять!
Вместо ответа — новая волна образов. Мягче. Спокойнее.
Доверься
Он не знал, было ли это слово. Но именно так это ощущалось.
Снаружи раздался крик. Луч фонаря ударил прямо в панорамное стекло.
Леха дернулся — и машина дернулась вместе с ним.
Резко, рывком, она рванула вперёд, пробила обшивку корабля, как бумагу, и вылетела на снег, подняв облако ледяной пыли.
Люди на берегу попадали, кто-то закричал. Лучи фонарей заметались по небу.
А машина неслась по берегу, оставляя за собой два сияющих следа, похожих на расплавленное серебро.
Леха орал.
Он вцепился в подлокотники, но управлять не мог. Да и не было ничего, чем можно было управлять. Ни руля, ни педалей. Только его собственные мысли, которые метались, как перепуганные птицы.
Налево! Нет! Направо! Стой! Быстрее!
Машина слушалась каждой панической команды. Она виляла, подпрыгивала, разворачивалась на месте, снова рвалась вперёд. Один раз едва не влетела в дерево, но в последний миг каким-то чудом обошла его по дуге.
— Сто-о-ой! — заорал Леха.
Машина остановилась. Мгновенно, без инерции, как будто кто-то нажал на паузу.
Леха откинулся на спинку, хватая ртом воздух. Сердце колотилось где-то в ушах. Перед глазами плыли круги.
Он посмотрел в зеркало. Зеркал не было. Но по боковому стеклу он увидел: позади, на берегу, остались только двое людей в черном, они стояли и смотрели ему вслед. Не бежали, не стреляли. Просто смотрели.
Один из них поднял руку к уху. Рация.
— Они засекли меня, — выдохнул Леха. — Они видели…
Машина молчала. Только огни на панели мягко пульсировали в такт его сердцу.
Он закрыл глаза и попытался мыслить. Медленно, как учил старый тренер по боксу: вдох — выдох, вдох — выдох.
Думай о доме. Думай об ангаре у реки. Там никто не найдет.
Образ старого ангара вспыхнул в голове. Ржавые ворота, грязный снег, низкие своды. Он сто лет там не был, но помнил каждый угол.
Машина тихо качнулась. Не как транспорт — как живое существо, которое потянулось после сна.
И поехала
Плавно, без рывков, скользя над снегом. Не по дороге — по бездорожью, через сугробы, между деревьями. Как будто не касалась земли.
Леха сначала сжался, ожидая новой паники. Но паники не было.
Машина двигалась сама, и в этом движении было что-то успокаивающее. Ровное. Почти нежное.
— Ты… поняла? — прошептал он. — Ты видишь, что я вижу?
Ответом была мягкая волна тепла от подголовника. Не слова. Но он понял: да.
Через несколько минут они уже были у ангара.
Старое кирпичное здание на отшибе, куда свозили никому не нужные баржи и списанные контейнеры. Место, о котором знали только местные пацаны да бомжи. Ворота были приоткрыты ровно настолько, чтобы протиснуться внутрь.
Машина остановилась у входа и погасила огни.
Леха сидел в тишине, и постепенно до него начало доходить, что произошло.
Он нашел инопланетный корабль. Увидел пришельца. Залез внутрь. Угнал инопланетную машину. Которая управляется мыслями. И которая, судя по всему, теперь считает его своим пилотом.
Он засмеялся.
Тихо, нервно, истерично. Потом закашлялся, схватился за грудь.
— Я сошел с ума, — сказал он в темноту. — Или мир сошел с ума. Одно из двух.
В голове всплыло лицо Вики.
Он вспомнил, как она стояла в дверях с красным шарфом и говорила, что уезжает в Москву. Вспомнил, как хлопнула дверь. Вспомнил, как браслет с гравировкой остался лежать на подоконнике.
— Боже, — прошептал он. — Вика…
Он вытащил телефон. Экран треснул — видимо, когда падал в корабле. Но сенсор работал.
Сообщение от неё. Одно.
«Я не уезжаю. Давай поговорим. Сегодня поздно, завтра утром. Вика».
Леха смотрел на экран, и в груди что-то медленно отпускало. Сжималось до этого, как пружина. Теперь ослабло.
Она не уехала.
Она хотела поговорить.
Он перечитал сообщение трижды, потом откинул голову на подголовник и закрыл глаза.
— Завтра, — сказал он вслух. — Я всё расскажу тебе завтра.
Машина тихо мигнула в ответ.
Глава 4. Пассажир
Дэн жил в панельке на другом конце города, в квартире, которая досталась ему от бабки. Пахло там жареной картошкой, старыми обоями и вечным сквозняком. Леха позвонил в дверь в начале восьмого утра.
Дверь открылась не сразу. Сначала зашуршал глазок, потом загрохотал замок, и на пороге возник Дэн — взлохмаченный, в мятой футболке с надписью «ЗОЖ — это к врачу» и семейных трусах до колен.
— Охренеть, — сказал он вместо приветствия. — Ты знаешь, который час?
— У меня есть кое-что, — тихо сказал Леха, и Дэн мгновенно проснулся.
Он всегда так реагировал. Стоило только понизить голос и добавить многозначительности, как в его рыжих глазах загорался нездоровый интерес. Дэн был тем самым другом, с которым можно угнать мопед в ночь, не зная, где тормоза. И тем, кто потом будет ржать, когда вас ловит наряд ППС.
— Проходи, — он посторонился. — Только тихо, у меня соседка после суток. Если начнет стучать по батарее — валим.
Леха вошел. В квартире воняло вчерашним пивом и сигаретами, хотя сам Дэн не курил — просто никогда не открывал окна. На кухне на плите стояла сковорода с застывшим яичницей. Телевизор бормотал что-то про аномальные явления в небе над регионом.
— Ты вчера вообще спал? — спросил Дэн, наливая себе холодный чай из банки.
— Нет
— И где был? Вика звонила мне. Спрашивала, где ты, что ты, не творишь ли фигню. Я сказал, что ты у меня.
— Спасибо
— Да не за что. Но знай: я теперь твой алиби. Если ты кого-то убил, то у меня был с тобой. Мы смотрели футбол. Я даже придумаю, какой счет был.
Леха сел на табурет, положил руки на колени и посмотрел на друга. Внутри всё дрожало — от недосыпа, от холода, от того, что он так и не смог заставить себя уйти из ангара до рассвета. Он не спал ни минуты. Просто сидел в машине, слушал ее дыхание и пытался понять, что делать дальше.
— Дэн, — сказал он. — Ты помнишь вчерашнюю вспышку над Волгой?
— Ну. По телеку уже крутят. Метеорит, говорят. Или спутник упал. Врут, конечно.
— Почему врут?
Дэн отпил чай, поморщился.
— Потому что я вчера с балкона курил и видел, как две штуки в небе дрались. Это был не метеорит, Леха. Это было… не наше.
Повисла пауза.
Леха смотрел на него, а внутри поднималось странное, горькое облегчение. Кто-то еще видел. Кто-то еще знал. Значит, он не сошел с ума.
— Идем, — сказал он, вставая.
— Куда?
— Увидишь.
Он не стал рассказывать по дороге. Дэн всю жизнь был балаболом, но умел держать паузу, когда чувствовал: происходит что-то серьезное. Они шли по заснеженным дворам, мимо рыночной площади, где уже разворачивали палатки с хозтоварами, мимо гаражей, у которых вечно тусовались местные алкаши, и всё это выглядело так буднично, так по-советски, что Лехе на мгновение показалось — вчерашнего не было.
Но когда они подошли к ангару, Дэн остановился.
— Слушай, а чего я такой спокойный? — спросил он. — У тебя лицо, как у человека, который нашел труп. Ты меня туда зачем ведешь?
— Затем, что если я тебе не покажу, то взорвусь изнутри.
Он подошел к воротам, потянул створку. Та заскрипела, как старый кит.
Внутри было темно и холодно. Свет падал только из узкого окна под потолком, прорезая пыльный воздух. И в этом луче стояла Она.
Машина.
Дэн замер на пороге.
— Это что за херня? — голос у него сел.
— Это то, что упало вчера за рекой.
— Леха, это тачка. Обычная тачка.
— Зайди
Они подошли ближе. Корпус машины был всё тем же — черным, матовым, пожирающим свет. Никаких бликов, никаких отражений. Она стояла на холодном бетонном полу, и казалось, что воздух вокруг неё дрожит.
— Это не обычная тачка, — тихо сказал Леха. — Она управляется мыслями. Я сел внутрь, и она… поехала. Сама.
Дэн перевел взгляд с машины на друга, потом обратно.
— Ты торкнулся?
— Сам ты торкнулся.
— Леха, я всё понимаю: ссора с Викой, скука, зима, кризис четверти жизни. Но это… — он сделал шаг к машине, наклонился, заглянул в стекло. — Это похоже на «Майбах» из будущего. Откуда она здесь?
— Я же говорю. Из корабля.
Дэн выпрямился, сунул руки в карманы. Вид у него был недоверчивый, но в глазах уже мелькало то самое — бешеное любопытство.
— Докажи
— Что?
— Что она ездит силой мысли. Скажи ей что-нибудь.
— Я не знаю, как это работает. Она вчера реагировала сама.
— Ну так попробуй.
Леха подошел к машине, коснулся капота. Металл был теплым, как живой. В голове снова шевельнулось то присутствие — мягкое, ждущее. Он закрыл глаза и представил, как дверь открывается.
Дверь открылась.
Бесшумно, плавно, как в дорогой иномарке.
Дэн отшатнулся.
— Охренеть…
— Я же говорил.
— Она открылась! Слышь, открой вторую!
Леха представил вторую. Машина послушалась.
Дэн уже не сомневался. Он обошел вокруг, потрогал колеса, пнул покрышку, заглянул в салон. Внутри всё так же пахло озоном и чем-то цветочным.
— А если она нас сейчас завезет куда-нибудь в космос? — спросил он с опаской.
— Не завезет. Она… спокойная.
— Она?! Ты её уже бабой называешь? У тебя с ней интим?
— Иди ты.
Дэн хохотнул, но смех получился нервным. Он снова заглянул в салон, потом на крышу, потом на колеса.
— Слышь, а на что она вообще способна? Максималка какая?
— Я не знаю. Я вчера чуть в дерево не влетел.
— Значит, надо тест-драйв. По-нашему. По-пацански.
Леха хотел возразить. Хотел сказать, что это опасно, что за ним уже могли следить, что это не игрушка. Но Дэн уже сел в пассажирское кресло и смотрел на него с таким детским восторгом, что все слова застряли в горле.
— Ну? — поторопил Дэн. — Чего стоишь? Командуй.
Леха сел за «руль». Точнее, в кресло, где должен был быть руль. Машина мягко подстроилась под него, сомкнула подлокотники. Дэн тихо ойкнул, когда его кресло сделало то же самое.
— Не ссы, — сказал Леха.
— Я и не ссу. Просто… оно меня трогает.
Машина загудела. Низко, глубоко, на грани инфразвука.
— Куда едем? — спросил Дэн.
— Не знаю. Просто… вперед.
И она поехала.
Ворота ангара распахнулись сами. Машина выплыла на снег, как призрак, и рванула по бездорожью. Дэн заорал — но не от страха, а от восторга. Леха вцепился в подлокотники, пытаясь удержать в голове картинку: поле, лес, дорога.
Скорость нарастала.
Стрелки не было, но Леха чувствовал, как мир за стеклом превращается в белую ленту. Машина не ехала — она стелилась над снегом, едва касаясь колесами. Иногда её заносило, но она тут же выравнивалась, как будто сама исправляла ошибку.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.