- -
- 100%
- +
Шэй пожала плечами, улеглась на спину и стала смотреть на облака.
– Ну ладно. Но ты не первая, между прочим, кто такое обещает.
– Да, знаю.
Несколько минут они молчали. Тучи медленно проплывали по небу, время от времени заслоняя солнце, воздух становился прохладнее. Тэлли подумала о Перисе, попыталась вспомнить, как он выглядел, когда откликался на прозвище Шнобель. Почему-то теперь она не могла вспомнить его уродливое лицо. Словно те минуты, когда она увидела его красавцем, стерли воспоминания длиной в целую жизнь. Теперь она помнила только Периса-красавчика. Нынешние глаза, нынешнюю улыбку.
– Интересно, почему они никогда не возвращаются? – задумчиво произнесла Шэй. – Даже в гости не приходят.
Тэлли сглотнула подступивший к горлу ком.
– Потому что мы такие уродливые, Худышка, вот почему.
Взгляд в будущее
– А вот вариант номер два.
Тэлли прикоснулась к своему кольцу-интерфейсу, и изображение на уолл-скрине – большом настенном дисплее – изменилось.
Эта Тэлли была стройная, с очень высокими скулами, темно-зелеными кошачьими глазами и широким ртом, растянутым в многозначительной улыбке.
– Это, гм… очень необычно.
– Ага. И сильно сомневаюсь, что это вообще допустимо.
Тэлли поиграла с параметрами формы глаз, а брови опустила так, что они стали выглядеть почти нормально. В некоторых городах делали экзотические операции (только новеньким), а здесь власти гордились своей консервативностью. Тэлли сомневалась в том, что врач удостоит этот вариант внимания, но просто было весело выкачивать из программы все ее возможности.
– Думаешь, я очень страшная?
– Да нет. Ты просто натуральная киска, – хихикнула Шэй. – Увы, я говорю в абсолютно прямом смысле. Киска, которая кушает дохлых мышек.
– Ну ладно, ладно. Поехали дальше.
Следующая Тэлли представляла собой гораздо более близкую к общепринятым стандартам морфологическую модель[1]. Миндалевидные карие глаза, прямые черные волосы с длинными прядями, темные, очень пухлые губы.
– Жутко банально, Тэлли.
– Да ты что! Я так долго над этим вариантом трудилась! Я думаю, так мне было бы очень круто. Просто как Клеопатра.
– А знаешь, – заметила Шэй, – я читала, что насто-ящая Клеопатра вовсе не была такой уж раскрасавицей. Она всех сражала наповал своим блестящим умом.
– Ну да, да. А ты ее фотку видела?
– Тогда не было фотоаппаратов, Косоглазка.
– Вот-вот. Так откуда же тебе знать, что она была уродка?
– Оттуда, что так все время писали историки.
Тэлли пожала плечами.
– Может быть, она была самой настоящей классической красавицей, а они об этом даже не знали. У них тогда странные понятия о красоте были. Они представления не имели о биологии.
– Повезло им, – вздохнула Шэй и посмотрела за окно.
– Ну ладно, мои морфы тебе не нравятся, почему не покажешь мне свои? – Тэлли очистила уолл-скрин и плюхнулась на кровать.
– Не могу.
– Сконструировать можешь, а смотреть сил нет?
– Да нет, действительно не могу показать. Я никогда такого не делала.
Тэлли от удивления широко раскрыла рот. С программой будущей внешности, позволявшей создавать морфы, баловались все, даже малые дети, у которых структура лица еще не устоялась окончательно. Помечтать о том, как ты будешь выглядеть, когда станешь красивым, – это занятие считалось неплохим способом скоротать время.
– Ни разу?
– Ну, может, в детстве. Но мы с друзьями уже давно перестали этим заниматься.
– Ясненько. – Тэлли села. – Ну, это мы сейчас исправим.
– Я бы лучше на скайборде полетала, – призналась Шэй и нервно сунула руку под рубашку.
Тэлли догадалась, что Шэй даже на ночь не снимает датчик и во сне летает на своем скайборде.
– Потом, Шэй. Просто поверить не могу, что у тебя нет ни единой морфы! Ну пожалуйста!
– Это глупо. Доктора – они же все сделают по-своему, что бы ты им ни говорила.
– Да знаю я, но ведь все равно это жутко весело.
Шэй красноречиво закатила глаза, но потом кивнула.
Встала с кровати, уселась перед уолл-скрином, убрала с лица пряди растрепавшихся волос.
Тэлли фыркнула.
– Ага, значит, ты все-таки этим занималась.
– Я же тебе сказала: когда маленькая была.
– Понятно.
Тэлли повернула на пальце кольцо-интерфейс и вывела на экран меню. Потом ей пришлось несколько раз моргнуть – глаза заменяли компьютерную мышь. Вмонтированная в экран камера сверкнула светом лазера, и лицо Шэй покрылось зеленой сеткой. Поле из зеленых квадратиков легло на ее скулы, нос, губы и лоб.
Через несколько секунд на экране возникло два лица. И то и другое принадлежали Шэй, но явно отличались одно от другого: первое было диковатым, немного сердитым, а второе имело несколько отстраненное, мечтательное выражение.
– Просто прелесть, как она работает, эта программка, правда? – сказала Тэлли. – Ну прямо два разных человека.
Шэй кивнула.
– Прикольно.
Все уродливые лица чуточку асимметричны – одна половинка обязательно не в точности повторяет другую. Поэтому морфологическая программа первым делом брала эти половинки и удваивала их, «зеркалила» ровно посередине, создавая два образца идеальной симметрии. Обе симметричные копии Шэй уже выглядели лучше оригинала.
– Ну, Шэй, какая твоя половинка тебе больше нравится?
– А почему я должна быть симметричной? Мне больше нравится лицо с разными половинками.
Тэлли простонала:
– Это – признак детского стресса. Всем неприятно на это смотреть.
– Ну нет, я вовсе не хочу, чтобы все видели, что у меня стресс, – фыркнула Шэй и указала на сердитое лицо. – Да ладно, подумаешь. По-моему, правое лучше. А ты как считаешь?
– Лично я свою правую половину терпеть не могу.
Я всегда с левой начинаю.
– Ну а я свою правую сторону очень люблю. Она круче.
– Хорошо. Тебе выбирать.
Тэлли моргнула, и «правостороннее» лицо заполнило весь экран.
– Сначала пройдемся по главным чертам лица.
Программа начала работать. Постепенно увеличился размер глаз, а нос, напротив, уменьшился. Приподнялись скулы, губы стали чуть более пухлыми (они у Шэй и так почти подходили под стандарт красотки). Все недостатки исчезли, кожа стала безукоризненно гладкой. Едва заметно изменилась форма черепа. Лоб немного отклонился назад, подбородок стал более четко очерченным, линия нижней челюсти – чуть более волевой.
Как только этот этап завершился, Тэлли присвистнула.
– Вот это да! Уже совсем неплохо.
– Просто блеск, – проворчала Шэй. – Как две капли воды похожа на любую новенькую красотулечку.
– Ну да, конечно, мы ведь только начали. Не поработать ли нам с волосами?
Тэлли, часто моргая, быстро пробежалась по меню и стала выбирать для Шэй прически.
Как только изображение на уолл-скрине изменилось, Шэй повалилась на ковер, трясясь от смеха. Высокая прическа, появившаяся над ее тонким лицом, выглядела будто клоунский колпак, а светлые волосы совсем не сочетались с оливково-смуглой кожей.
Тэлли с трудом выговорила сквозь смех:
– Ладно, ладно… Ну, не так… – Она перебрала еще несколько стилей, стараясь не отходить слишком далеко от настоящих волос Шэй – темных и коротко стриженных. – Давай сначала с лицом закончим.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
В медицине и биологии слово «морфология» обозначает все, что имеет отношение к внешнему виду. Морфология – наука о форме.(Прим. перев.)