В поисках своего дома

1

Июль окутал солнечным воздухом Бака Эллисона и Билли Шкипера в городе Спрингфилд, куда они прибыли по коммерческим делам Шкипера. Бак, как уже повелось, проводил время на улице и в салуне, лишь иногда сопровождая Шкипера на деловых встречах.

Однажды он остановился в толпе, привлеченный прозвучавшим позади него именем Дикого Билла. Он обернулся и увидел двух миловидных молодых женщин. Они шли под розовыми пушистыми зонтами и увлечённо беседовали. Спустившись с пыльного деревянного помоста перед магазином, они остановились и, разглядывая свои мутные отражения в витрине, обсуждали какой-то любовный конфликт Дикого Билла.

– Простите, милые леди, – Бак Эллисон приподнял над головой шляпу, – я невольно услышал, как вы упомянули Билла Хикока. Он, как я понял, сейчас находится в этом городе. Не подскажете ли, как его найти?

Женщины оценивающе осмотрели стройную фигуру Эллисона и засмеялись.

– Его всегда можно найти за игорным столом, сэр. Вам, правда, придётся обойти все салуны и заглянуть каждому картёжнику в лицо. Как только вас встретит ствол револьвера, вы можете быть уверены, что это именно мистер Хикок.

– Благодарю, – ответил Бак, – но думаю, что узнаю его раньше, чем он окажет мне столь благосклонный приём.

Он отыскал Билла через пятнадцать минут в полупустом заведении, где на большей части столов лежали вверх ножками стулья, а худой негр возил по полу мокрой тряпкой на палке. Билл сидел лицом к распахнутой двери, спиной к стене и встретил появление Эллисона пристальным взглядом. Бак подошёл вплотную и спросил разрешения присесть.

– Стол занят, друг. Но ты можешь быть зрителем, только не торчи над душой, – холодно ответил Хикок.

– Меня зовут Бак Эллисон… Далёкий Выстрел.

Билл сложил свои карты в стопочку, положил их лицом на стол и поднял глаза.

– Мы встречались?

– В Ливенворсе я подал тебе часы, которые один франт не успел сам вручить тебе.

– Ах! – вскинул руки дуэлянт. – Прости, друг, я слишком увлечён игрой… Конечно! Я тебя в скауты тащил, а ты торопился в объятия краснокожих, если не ошибаюсь. Но ты здорово изменился, я вижу. Больше не индеец? Кому-то, похоже, удалось вернуть тебя в лоно цивилизованного мира…

Через полчаса Хикок затолкал в кошелёк выигрыш и велел негру кликнуть хозяина. Бак устроился напротив. Хозяин принёс две кружки пива.

– Да, приятель, жизнь уходит безвозвратно, – говорил Хикок, – и я в ней, кроме ошибок, ничего не совершаю, чёрт меня возьми. Когда нет спроса на мой револьвер, окунаюсь в карты. Не подумай только, что покер стал смыслом моей жизни. Но он здорово занимает время, особенно сейчас, когда на душе скверно… Мне тут понравилась одна барышня. Клянусь моими глазами, я ничего не обещал ей. Обыкновенный флирт. Но есть у неё брат, некий Дейв Тат. Едва я перекинулся к другой женщине, этот Тат стал мне надоедать. Мерзавец заявил, что я далеко не джентльмен, коли променял его сестрицу на Сюзанну Мур. Он даже осмелился угрожать мне. Прошло немного времени, и я заметил, что этот Тат увивается возле моей Сюзанны. Он ей не увлёкся, это ясно как божий день, а просто решил поднасрать мне слегка. Но она, мокрощелка в шляпе, как я вижу, отвечает на его ухаживания.

– Сдаётся мне, что я твою Сюзанну видел на улице, – сказал Бак.

Билл пропустил слова Эллисона мимо ушей. Он о чём-то задумался, потом хлопнул себя по лбу и воскликнул, что вечером пригласит Бака в ресторан и познакомит с Сюзанной Мур.

– Глянешь со стороны. Свежий глаз полезен. Может, не стоит из-за неё руки-то марать.

Вечером они снова встретились. Бак прихватил Билли Шкипера, ему было приятно познакомить Билли с кем-нибудь из своей старой жизни (к тому же Хикок был весьма известен в определённых кругах, хотя Шкипер никак не соприкасался именно с этими кругами). Мисс Мур пришла с подругой.

– Джессика Свит, – представила она её и усадила подле себя. Человек поднёс на овальном подносе ароматные блюда, от которых валил аппетитный пар. Мало-помалу нелепый разговор о погоде и театре перешёл на тему любви и нащупал главного рыцаря темы.

– Я никогда ни словом, ни взглядом не признавалась вам в любви, Билл, и мне не доставляет удовольствия, что беседа эта происходит при посторонних. Но раз вы настаиваете на выяснении отношений, пожалуйте… Я достаточно хорошо знаю мужчин, чтобы понять, чем именно вы так оскорблены. Вы абсолютно меня не любите, но ваше самолюбие задето: как же я позволила себе обратить взор на другого, когда вы не дали на то своего согласия? Я успела первой оставить вас, а вы к такому обращению не привыкли. Кроме того, подпустила к себе не просто мужчину, а Дейва Тата… Для вас это удар.

– Замолчите, – хлопнул Хикок по столу.

– Простите, господа, – поднялся Шкипер, – я вынужден вас покинуть. Мне приятно ваше общество, но у меня намечено ещё одно дельце.

Он ушёл, поглаживая себя по насытившемуся брюшку.

– Вы просто вертихвостка, дорогая Сюзанна, – угрожающе понизил голос Хикок.

– В таком случае, мистер Хикок, – она встала, – позвольте мне пойти повертеть хвостом в том обществе, где мне это приятно делать.

– Катитесь к дьяволу! А то я приложу руку к вашему хвосту и вырву его с корнем!

Сюзанна зашагала прочь. За столом осталась смущённая Джессика Свит, Эллисон и Хикок.

– Хватит, мне надоело всё это смертельно. – Билл вышел из-за стола, поклонился движением головы и скрылся в коридоре, бросив официанту ворох денег. Простучали его тяжёлые шаги.

В ту ночь он устроил пьяный дебош в доме Лайона, где снимал комнату. Перепуганные постояльцы слушали его грубую брань, затаив дыхание. Никто не осмелился подойти к разъярённому Биллу, ибо все прекрасно знали о его неуёмной страсти к стрельбе по живым мишеням.

Бак проводил Джессику и долго не соглашался распрощаться с ней. В темноте он видел её красивые глаза на слегка освещённом луной лице. Она смотрела на него внимательно и словно чего-то ждала. Но Бак не угадал её желания, снял шляпу и ушёл.

Утром он нашёл опухшего Хикока за карточным столом. Подняв глаза на Эллисона, Билл тихонько присвистнул.

– Вот такая штука… любовь…

– Наплюй, – сел рядом Бак, – я бы рад посочувствовать тебе, но не могу. Не вижу повода для печали. Хороший бык всегда найдёт себе тёлочку. Любовь тут ни при чём… Хлебни виски, тебе сегодня полезно.

– Было бы полезнее свернуть Тату шею…

2

Три дня подряд Бак встречался с Джессикой Свит, бесцельно бродил с ней по городу, подолгу сидел в салунах, говоря о всякой всячине, и один раз выехал на коляске в прерию. Их настиг проливной дождь. Бак сорвал с себя пиджак, чтобы укрыть очаровательную головку спутницы. Она весело смеялась, прячась от сильных струй, а Эллисон нахлёстывал рыжую кобылу, то и дело оборачиваясь, чтобы посмотреть в блестящие тёмные глаза, выглядывающие из-под мокрого пиджака. Коляска прикатила в залитый лужами Спрингфилд, и они бросили её на Южной улице, где жила Джессика. Скрывшись под навесом перед дверью, они долго хохотали, прижавшись спинами к стене.

– Шкипер закончил свои дела, мисс Свит, и мы завтра уезжаем в Небраску, – сообщил Эллисон, встряхивая головой.

– И что? – Джессика последовала его примеру и завертела головой. Посыпались брызги. Бак ощутил в сердце внезапное покалывание, увидев за растрёпанной причёской и каплями разлетавшейся воды густую синеву женских глаз и призывный рот.

– Послушайте, Джесс…

– В чём дело?

Он едва сдержался, чтобы не стиснуть сильной рукой её гибкую шею. Неожиданно он понял, что никогда больше не будет иметь возможности приблизиться и притронуться к ней (а такое желание вдруг охватило все его существо), если не скажет ей что-то важное, необходимое. Неведомая ему дотоле паника закипела в душе.

– Джесс, мы завтра со Шкипером возвращаемся в Небраску.

– Вы уже сказали.

– Так вот мне хотелось бы, чтобы вы были со мной, – решительно заключил он.

– Вы удивительный человек, Бак. Вы просите меня об этом, будто дотрагиваетесь до запретного плода.

– Я не понимаю вас, мисс.

– Я ждала, что вы обратитесь ко мне с этим в первый же вечер.

Бак растерялся и для чего-то огляделся.

– После ресторана? – уточнил он.

– Да. Мы вместе ужинали, познакомились. Однако вы, вероятно, постеснялись. – Она приблизила к нему лицо и облизнула губы.

– Я вовсе… Да вы, конечно, неверно поняли меня, Джесс! Я не о том, чёрт меня дери! Я хочу, чтобы вы были со мной. Я хочу вас в жены!

– Боже праведный! – вырвалось у женщины. – что за глупая шутка, мистер Эллисон?

– Какая шутка? Я говорю, как никогда, серьёзно. Может, принято произносить какие-то иные слова, но я в этом деле не смыслю ни на цент. Клянусь собственной жизнью. Я говорю то, что я чувствую. Мне только что стало понятно моё желание, Джесс. Но держу пари, что вы мне не верите.