Танго алого мотылька. Том 2

Глава 5. Игры

– Могу я в следующий раз принести с собой книгу?

Рей задумчиво посмотрел на девушку, всё так же сидевшую у его ног на полу.

Кирстин приходила по его распоряжению каждый день около одиннадцати часов. Рей знал, что той пришлось перекроить обычный график и перенести занятия фитнесом на вторую половину дня, когда спортом занимался сам Рей.

С началом второй недели он обнаружил, что Кирстин приходит сама, иногда немного раньше его, не дожидаясь, когда позовут. И всегда садится на одно и то же место на полу у стола. Только один раз, на третий день, она решилась сесть на диван для гостей.

Рей не мог тогда работать весь день, без конца отвлекаясь на тягучее желание приблизить её ещё чуть-чуть, ввести в невидимый круг, в пределах которого он бы уверенно чувствовал Кирстин своей, знал бы, что случись что-нибудь – сможет дотянуться рукой и защитить.

Кажется, Кирстин и сама почувствовала нечто подобное, потому что на следующий день снова пересела поближе к нему.

Находясь здесь, она почти не отвлекала, хотя желание коснуться её и было нестерпимым, так что всё свободное время, пока рука не была занята, набирая текст, ладонь Рея лежала у Кирстин на плече.

Кирстин ни о чём не спрашивала и ничего не говорила. О чём она думает, сидя вот так, рядом с ним, Рей не знал, но ему казалось, что мысли девушки витают где-то недалеко и касаются его самого.

Сейчас упоминание о книге вызвало в нём некое подобие ревности – её присутствие в руках Кирстин означало бы, что та уносится мыслями в другие миры, а не думает о нём.

– Наверное, – поколебавшись, всё-таки сказал Рей. Подумал и добавил: – Может, распорядиться переставить диван к окну?

Окно находилось у Рея за спиной.

Кирстин пожала плечами.

– Не знаю, если хочешь. Мне удобно так.

Рей кивнул и отвернулся к монитору, но возвращаться к работе не стал.

– Ты так и не сказал, как тебя называть, – через несколько минут произнесла Кирстин – и синхронно с ней Рей:

– Осталось несколько дней.

Рей замолк, с лёгким удивлением глядя на свою компаньонку. Ему казалось, что он знает Кирстин уже так давно, что представляться ему и в голову не пришло.

– Меня зовут Реймонд Мерсер, – сказал он наконец.

– Мистер Мерсер?

– Просто Рей.

Рей не выдержал и снова потянулся к Кирстин, чтобы погладить ту по щеке.

– Ты доволен покупкой? – криво улыбнувшись, поинтересовалась Кирстин.

– Очень, – искренне ответил Рей, прежде чем сообразил, что говорит.

– Ты ведь так и не использовал меня.

Рей на мгновение прикрыл глаза.

– Время придёт, – сказал он. В памяти всплыли руки Кирстин, впивавшиеся ему в спину, и горячее тело, вжавшееся в него, как будто силилось слиться целиком. Он хотел так, а не как-нибудь ещё.

Рей помолчал и продолжил:

– Осталось немного, я скоро освобожусь. Лето уже заканчивается, но надеюсь, мы успеем попасть на озеро, пока еще тепло. И в конце этой недели я соберу друзей.

Кирстин закусила губу.

«Может быть, похвалюсь тобой перед друзьями», – всплыло у неё в голове. Потом промелькнула мысль, что там, на приёме, возможно, будет кто-то, кто захочет ей помочь. Мелькнула – и тут же исчезла: само собой, Рей не позвал бы тех, кому не может доверять.

– Они будут знать, что я принадлежу тебе?

– Их не волнует юридическая сторона.

Кирстин понимающе кивнула.

– Мне следует подготовить особенное платье?

– Я сам выберу его для тебя. Сегодня вечером заедет портной.

Кирстин кивнула и снова на какое-то время замолкла. А потом не выдержала, и когда Рей уже собирался было взяться за работу, внезапно спросила:

– Зачем тебе это, Рей?

– Что – это? – спросил тот снова, опуская на неё взгляд.

– Ты красив и богат. Вокруг тебя наверняка вьётся достаточно девушек, желающих запрыгнуть к тебе в постель. Зачем покупать меня?

«Потому что я хотел тебя», – пронеслось в голове, но вслух Рей произнёс:

– Потому что я так захотел.

И отвернулся, демонстрируя, что не собирается продолжать разговор.

Портной подъехал к шести часам. Когда он только стучал в дверь, Кирстин думала, что тот, возможно, мог бы ей помочь – но едва тот вошёл, встретила его взгляд и поняла: нет. Тому всё равно. Так же, как Жанет, как её тренеру Юргену и всем тем немногим людям, которые уже знали, что она здесь.

Портной снял мерки и ушёл, предупредив, что до вечера выхода будет приходить каждый день. И снова потянулись дни, похожие один на другой как две капли воды.

Кирстин не могла ответить себе на вопрос, что она думает о человеке, который её купил. Кирстин практически не знала его, но Рей не был неприятен ей, и если бы они встретились иначе, если бы… Задумавшись о подобном, Кирстин смеялась над собой. Такого человека она не могла бы встретить нигде и никогда. Они жили в буквальном смысле в разных мирах – и могли бы жить до сих пор.

И в то же время, находясь в камере, местоположения которой ей так и не удалось узнать, Кирстин время от времени представляла своего возможного хозяина – кого-то наподобие Кагерта, а может быть, старше ещё на пару десятков лет. Кагерт не был плох, но вызывал иррациональную неприязнь. Рей, наоборот, притягивал к себе, несмотря на холод в глазах. И Кирстин хотела бы узнать о нём что-то помимо имени и того, что Реймонд Мерсер теперь ею владел. Будь у неё интернет, Кирстин посмотрела бы там. Что-то подсказывало ей, что в сети наверняка нашлись бы скандальные статьи об этом человеке. А может быть, и нет. Такие люди предпочитали тщательно охранять свою личную жизнь и только по недосмотру могли позволить посторонним что-нибудь узнать о них.

В воскресенье около семи часов, когда машины стали шуршать шинами по дороге, ведущей к подземному гаражу, одна за другой, Рей сам зашёл к пленнице – в первый раз с тех пор, как заходил в самый первый свой день здесь.

Некоторое время он стоял, наблюдая за тем, как Жанет сначала вытягивает и приподнимает волосы Кирстин, затем поправляет бретельки шёлкового платья и тщательно разглаживает подол.

Когда с облачением было закончено, и Жанет отошла в сторону, Кирстин повернулась и теперь только заметила, что Рей наблюдает за ней.

Рей поколебался – он не хотел акцентировать внимание на том, зачем пришёл. Затем решительно шагнул к Кирстин и, взяв в руки запястья пленницы быстро защёлкнул на одном из них украшенный изумрудами браслет. Задержал их в своих руках, обнаружив, что не хочет отпускать, и наконец отступил назад.

– Он подчеркнёт твои глаза, – сказал он, больше не глядя на дело своих рук. Обошёл Кирстин со спины и, чуть приобняв за талию, подтолкнул в направлении двери.

Народу было не очень много – человек двадцать гостей и эскорт. Последних по услужливым улыбкам легко могла узнать даже Кирстин. Они двигались вышколенно, мягко и грациозно, но каждое их движение разительно отличалось от той звериной грации, которая была присуща собравшимся здесь наследникам многомиллионных состояний. Кирстин отметила про себя, что в зале практически не было некрасивых людей, а присмотревшись, поняла, что если парочка молодых людей и не обладала природной красотой, то её отсутствие тщательно маскировала работа косметологов, стилистов и модельеров.

Первое время приём проходил довольно тихо. Кирстин держалась подле Рея, который с упоением представлял её всем подходившим поздороваться.

– Моя новая компаньонка, – красноречиво очерчивая взглядом контуры фигуру Кирстин, говорил он, – Кристи, ты не принесёшь нам бокал шампанского?

Бокал шампанского, канапе или ещё какую-нибудь ерунду он просил каждый раз, и Кирстин через некоторое время поняла, что ему просто доставляет удовольствие демонстрировать, что Кирстин выполнит любой его приказ.

«Хорошо, что не приказывает выпрыгнуть из окна», – мрачно подумала она и, взяв с подноса очередной бокал, понесла Рею.

Ближе к ночи, однако, вечеринка стала терять цивилизованный абрис. Зазвучала живая музыка. То один, то другой из гостей то и дело подходили к музыкантам, требуя сыграть что-нибудь известное заказчику и его друзьям, и брались вполголоса подпевать.

Кирстин обнаружила, что все эти люди, несмотря на внешнюю вежливость, знают друг друга довольно хорошо. Даже те, кто сохранял спокойствие и трезвость, то и дело выдавали себя красноречивыми взглядами.

Кое-кто принялся зажимать за портьерами эскорт, и когда Рей удалился обсуждать что-то с двумя молодыми людьми, на некоторое время оставив Кирстин одну, к ней тут же приблизился один из представленных ей молодых людей.

– Рей о вас забыл, – констатировал молодой человек. Покачнулся и, чтобы не упасть, придержался за стену рукой. Тут же лицо его осветила широкая ухмылка, призванная скрасить неловкий момент. – У него тут превосходный Дом Периньон. Хотите, принесу и вам бокал?

– Спасибо. Не думаю, что Рею понравится, если я буду слишком много пить.

Ухмылка молодого человека стала ещё шире.

– Рей далеко не святой. Он всё поймёт.

Кирстин подумала и сказала:

– Пожалуй, да. Я бы попробовала вон того вина, – она указала на официантку, которая курсировала по комнате дальше всего.

– Момент! – молодой человек развернулся и, покачиваясь, как матрос, сошедший с корабля, двинулся на поиски вина.

Кирстин тем временем скользнула за портьеру, скомкано извинилась, натолкнувшись там на целующуюся парочку, и, проскочив мимо них, скрылась за дверью.

Она редко бывала на первом этаже дома, предназначенном исключительно для гостей, и потому какое-то время оглядывала помещение, которое случайно нашла. В центре стоял бильярдный стол, а немного сбоку – бар. Около бара пристроились два старинных кресла с резными ножками и кофейный стол.

Кирстин подошла к бару и, изучив батарею бутылок, плеснула себе в пустой стакан немного вермута. Она никогда не пробовала его, но видела марку в одном из фильмов BBC. Поднесла к губам и, набрав в рот, посмаковала, пытаясь распробовать разрекламированный вкус.

Она не успела проглотить напиток, когда дверь приоткрылась, и в проёме показался высокий шатен в расстёгнутом пиджаке.

– Вот ты где, – широкая улыбка скрасила его лицо, но в глазах продолжал мерцать нехороший огонёк. – Рей устал тебя искать.

Кирстин равнодушно посмотрела на него.

– Я недалеко ушла. Сделаю пару глотков и вернусь к нему.

– Не стоит. Он хотел предупредить, что на сегодняшний вечер передаёт тебя мне.

Кирстин не удивилась. Только ощутила, как стремительно нарастает в груди незнакомый злой огонь.

Она изогнула губы в улыбке.

– Боюсь, он забыл сказать об этом мне.

– А если скажет, – шатен приблизился к Кирстин вплотную, так что отвороты его пиджака почти коснулись её груди, – пойдёшь?

– Боюсь, я не смогу ответить на этот вопрос, пока не услышу, что думает об этом он, – Кирстин вклинила между ними бокал и сделала ещё один глоток, демонстративно покатав напиток на языке.

– Кир… стин, – голос Рея, прозвучавший со стороны дверей, прервался на полуслове. Кирстин дёрнулась, оборачиваясь на него, и тут же обнаружила, как скользит по её пояснице рука шатена.

– Я тут нашёл кое-что, что ты потерял, – заметил тот.

– Майкл, отойди, – Рей прищурился. Если раньше Кирстин казалось, что глаза его холодны, то теперь она поняла, насколько обжигающим и колючим может быть этот лёд.

– Ты же уже получил своё, – продолжил Майкл, притягивая Кирстин к себе так резко, что у той воздух вышибло из лёгких и бокал едва не выпал из рук. Кирстин рванулась прочь, но Майкл оказался заметно сильней. – Дай попробовать и мне.

В два длинных, текучих шага Рей преодолел пространство, разделявшее их. Он обошёл Кирстин со спины, одновременно отдирая от неё руку Майкла и помещая на её место свою.

– Майкл, я не думаю, что хотел бы продолжать этот разговор, – сказал он, и пальцы его впились в запястье Майкла, обещая сломать.

Майкл поморщился и высвободил руку.

– Партию в бильярд? – предложил он.

– На что? – машинально откликнулся Рей.

Майкл бросил на Кирстин красноречивый взгляд.

Рей угрожающе мягко улыбнулся и покачал головой.

– У тебя нет ничего, что могло бы настолько меня заинтересовать.

– Панамера, – рассеянно заметил Майкл и, подойдя к стойке с киями, провёл по ним рукой, выбирая свой.

– Ты уже знаешь, что нет, – улыбка не сходила с губ Рея.

– Ты стал таким хорошим, – Майкл насмешливо потянул букву «о», – может, моего друга кто-то украл, а вместо него подсунул мне тебя?

Рей молчал. Рука его крепче стиснула талию Кирстин, прижимая девушку к себе.

– Ладно, – сказал Майкл, снимая со стойки кий, – тогда просто так, чтобы отдохнуть. А сочтёмся потом.

Рей помешкал и кивнул.

Он нехотя выпустил Кирстин из рук, подошёл к стойке и тоже взял кий.

Опустив шары на стол, разыграли первый удар – Майклу повезло. И пока тот примеривался к одному из шаров, Рей устроился в кресле.

– Налей мне «Pavie», – повернувшись к Кирстин, попросил он.

Та молча выбрала нужную бутылку и, наполнив ещё один стакан, понесла его Рею, но едва тот принял напиток из её рук, сразу поставил на стол, а Кирстин резко притянул к себе, заставляя упасть на колени между своих раздвинутых ног.

Майкл, уже почти ударивший по шару, прищурился и замер, наблюдая за тем, что происходит в стороне от него.

Рей мягко погладил Кирстин по волосам, и на мгновение Кирстин показалось, что она видит в его взгляде нежность – а затем ладонь Рея легла на её затылок и рывком пригнула голову к своему паху.

Рей наклонился и громким шёпотом, так чтобы Майкл услышал его, прошептал:

– Пососи мне.

Кирстин сглотнула. Ей стало страшно, хотя близость Рея и интонации, сквозившие в его голосе, странное напряжение, звеневшее перетянутой струной, возбуждали её саму.

– Я никогда этого не делала, – Кирстин говорила вполголоса, а не шептала, но голос её тем не менее звучал много тише – так, чтобы слышал только Рей.

– Всё бывает в первый раз.

От слов Рея по спине пробежал ток.

Кирстин облизнула губы и медленно принялась расстёгивать пиджак Рея. Справившись с ним, выправила рубашку из брюк и, чуть приподняв, принялась целовать живот.

Кожа Рея была мягкой и приятной на вкус. Затылок ощущал взгляд Майкла, впившийся в неё, но от этого взгляда возбуждение становилось только сильней.

Кирстин тщательно исследовала поцелуями рельефный пресс. Затем спустилась чуть ниже, зубами отстёгивая пуговку, удерживающую брюки, и губами потянула молнию вниз.

Она видела, как глубоко и сильно вздымается живот Рея при каждом вдохе. Рука его продолжала лежать у Кирстин в волосах, но не давила, а лишь слегка поглаживала, будто лаская.

Кирстин прошлась губами по набухшему члену поверх белья и замерла. Было страшно, и она чувствовала, что не готова, но не могла осмелиться нарушить приказ.

Хлопок двери за спиной на мгновение заставил её вздрогнуть, и тут же Кирстин решительно потянула зубами резинку трусов, заставляя их обнажить напряжённую плоть.

Рей зачарованно смотрел сверху вниз на фигуру Кирстин, изящно припавшую к его ногам. Один только вид её, холёной и красивой, полностью покорной ему, заводил настолько, как не могло завести больше ничего.

Кирстин наклонилась, намереваясь взять в рот его член, и тут же Рея пронзило осознание неправильности происходящего. В памяти всплыло то мгновение, когда Кирстин едва не приняла его член в прошлый раз. Тогда она сама этого хотела. Её не нужно было принуждать. И несмотря на то, что камеры наблюдали за ними, это было только для них двоих.

Рей отказался тогда, потому что это был барьер. Та грань, которую не следовало переходить. И сейчас он не хотел переходить эту грань так, напоказ.

Впившись пальцами в плечи Кирстин, он резко рванул её наверх и прижал к груди, теперь уже обнимая двумя руками.

– Нет, – выдохнул он, – не так.

Рей зарылся лицом в её волосы, вдыхая аромат, который подобрала Жанет – неправильный, не её. Обычный дорогой аромат, каких Рей вдыхал уже миллион.

– Почему ты это делаешь? – спросил он, отодвигая Кирстин от себя. – Почему не сказала: «Нет»?

Губы Кирстин дёрнулись, но в глазах продолжала стоять ледяная тоска.

– А разве я могу возражать?

Рей стиснул зубы, силясь преодолеть всколыхнувшуюся злость.

– Майклу ты бы тоже не отказала?

Кирстин долго молчала.

– Если бы ты приказал, – наконец глухо сказала она.

Рею захотелось ударить её, но он сдержался. Резко встав и на ходу застёгивая брюки, двинулся прочь.

– Можешь идти к себе, – бросил он через плечо, прежде чем закрыть дверь.

Глава 6. Развлечения

В течение нескольких последующих дней Рей не вызывал её, а Кирстин не приходила сама.

Случившееся на вечеринке не только задело, но и напугало её. И не столько из-за того, как повёл себя Рей – подспудно чего-то подобного Кирстин ожидала, иначе с чего бы мастерам обучать её открываться на камеру и демонстрировать себя?

Кирстин больше напугало то, что чувствовала в эти минуты она сама. За все прошедшие до похищения годы она не раз получала предложения от мужчин, но никто из них её не возбуждал. Теперь же её тело рвалось навстречу пожеланиям любовника – сначала Мастера, а теперь этого «хозяина».

Она думала, что Мастер, должно быть, смеялся над её податливостью, когда Кирстин, как дрессированная собачка, отдавалась ему и касалась его.

И самым худшим было то, что это странное состояние овладело ей и теперь. Как будто тело изменили – наркотиками или как-то ещё.

Кирстин думала об этом весь вечер после приёма, пока не уснула, а потом всю ночь просыпалась, и ей казалось в темноте, что она вот-вот снова услышит голос Мастера: «Надень маску, Кирстин. Я захожу». Возбуждение, страх и ненависть к себе мешались внутри, а наутро она проснулась разбитой и не хотела делать ничего из своих привычных уже дел. Она не понимала, зачем тратить весь день на разглядывание журналов мод и занятия спортом, когда единственный, кто видит результаты её трудов – Рей. И того Кирстин предпочла бы не видеть вообще.

Жанет, однако, поблажки ей не дала, и день прошёл точно так же, как и всегда, а на следующую ночь Кирстин снова не могла уснуть, и то же самое повторилось на третью ночь.

Когда в четверг Рей, вопреки обыкновению, сам зашёл к ней, Кирстин сидела на кровати, подтянув колени под себя и положив голову поверх скрещенных на них рук. Она была не одета – по крайней мере на ней не было привычного Рею изысканного платья, а только тренировочные штаны и свободная футболка, спускавшаяся поверх них.

Рей вошёл без стука, как и в прошлый раз, потому и теперь Кирстин не сразу поняла, что в комнате кто-то есть. Она неподвижно сидела, глядя перед собой, пока Рей не подошёл к ней бесшумно и не опустился на кровать сбоку и чуть позади от неё.

Взялся за прядь волос, упавших Кирстин на лицо, кончиками пальцев и осторожно заправил за ухо.

– О чём ты думаешь, когда сидишь так по многу часов? – спросил он.

Кирстин закрыла глаза. От этого вопроса ей стало совсем плохо, и по телу пробежала крупная дрожь, а к горлу подступил ком.

– Я думаю, – сказала она, сглотнув, – о том, как могло желание одного человека сломать мою жизнь пополам. О том, вернусь ли я когда-нибудь назад, в Эдинбург. И о том, как мне жить теперь, зная, что я просто вещь.

Рей опустил взгляд. Ему захотелось прижать Кирстин к себе, но он подумал, что так ещё сильнее напугает её.

– Не думай об этом, – сказал он, – эти мысли только измучают тебя ещё сильней. Ты вернёшься в Эдинбург когда-нибудь – но только со мной. Разве тебе плохо здесь?

– Да, – Кирстин уронила на скрещенные запястья лицо, прижалась к ним виском.

– Почему? Разве я не дал тебе всё, чего может желать человек?

– Ты не дал мне свободы.

– Потому что как только ты получишь её – сразу уйдёшь.

Кирстин молчала.

– Что такого в свободе, – спросил Рей тем временем, – что люди так помешаны на ней?

Кирстин нервно рассмеялась.

– Ты говоришь так, как будто сам не человек, а какой-нибудь Доктор Зло.

Она помолчала. Рей тоже не отвечал, и Кирстин продолжила:

– Дело не в самой свободе, Рей. Такая жизнь не имеет смысла. Я как будто… ходячий торшер. Ты мог бы с тем же успехом купить бенгальского тигра, просто чтобы он украшал твой дом. Но я же всё-таки человек.

– Мог бы, – согласился Рей. Он в самом деле подумывал о тигре пару лет назад, но перегорел, – но я захотел тебя.

Снова наступила тишина. Кирстин показалось вдруг, что нет смысла что-либо объяснять. Рядом с ней в самом деле сидел не человек – по крайней мере Реймонд явно не рассматривал как представителей одного рода себя и всех остальных людей.

– Есть что-нибудь, что я мог бы сделать для тебя? – спросил Рей.

Кирстин вскинулась и с сомнением посмотрела на него. Она понимала, что свободу просить бесполезно. Но было ещё множество вещей, которые она хотела бы поменять в своём существовании здесь.

Она опустила взгляд на собственные руки.

– Я занималась лепкой… пока всё это не началось.

Рей с удивлением посмотрел на неё. На скульптора, как представлял их себе Рей, Кирстин совсем не походила.

– Мне легче, когда я леплю, – продолжала та, – эмоции покидают моё тело и наполняют глину. Без нее я как… как слепая. С самого того дня, когда я оказалась в плену, пальцы зудят, требуют возможности коснуться глины… но ее нет.

– Я думал, что знаю о тебе всё.

Кирстин вскинулась, в удивлении глядя на него.

– Этого не было в резюме, которое предлагалось нам, – тут же уточнил Рей.

Кирстин криво улыбнулась. Пошевелила пальцами, будто разминая глину в руках.

– Кого бы это могло интересовать? Это же не влияет на то, как я делаю минет.

– Вообще-то… – Рей вспомнил, как пальцы Кирстин касались его там, на Тодосе, и каждое прикосновение током пробегало по венам. Он поймал одну руку Кирстин в свою и поднёс к лицу, разглядывая её, – у тебя очень красивые пальцы. Я с самого начала думал о том, какими чуткими они должны быть.

Кирстин грустно улыбнулась, взгляд её был направлен немного в сторону от Рея.

– Это верно, – сказала она, – прикосновениями пальцев я могу запомнить предмет так, как другой запоминает глазами. Так, как запоминал бы его слепой.

Реймонду стало неуютно при мысли, что так, пальцами, Кирстин могла бы запомнить и его, но он промолчал.

– Я распоряжусь привезти тебе глину, – после долгой паузы сказал он, – и всё, что может потребоваться к ней, если ты выполнишь одну мою просьбу в ответ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.