Академия оборотней. Тайны ордена

Глава 3

Аранэя

Спины коснулся холод камня, пронзая всё тело тяжестью чуждой магии. Она растекалась по венам, вводя в полный ужас. Горькие слёзы отчаяния текли по щекам, смывая последние надежды на спасение. Мне было дико страшно. Разум затопляло осознание скорого конца, а перед затуманенным взором стояло окровавленное лицо Вольграна и его глаза, полные тяжёлой, невыносимой боли.

– Прости, девочка. Но так нужно, – прошептал тот, кто сгрузил моё тело на…

Это был храм проклятых Богов. А ритуал… ритуал по изъятию оборотнической силы. Камень, что был подо мной – кровавый алтарь. И я была жертвой.

Удар сердца…

Второй удар…

Третий…

Моих ушей коснулись древние слова тёмного, запрещённого во всех государствах ритуала. Неотвратимое началось. Я видела ещё магов возле алтаря. Они вторили тому, кто нёс меня. Помогали с проведением кровавой процедуры.

Крики Вольграна и звук бьющейся цепи утопали в гомоне мужчин. Он рвал, метал, рычал и выл в отчаянных муках, в беспомощности…

О, милый Воль…

Ты был мне верным другом, соратником, напарником, тем, на кого я могла безоговорочно положиться и полностью довериться. Как бы я хотела верить, что ты сможешь спастись. Сможешь избежать этой несправедливой и ужасной участи. Но…

Финальные слова…

Взмах руки…

Острие ножа сверкнуло над моей грудью напротив замершего сердца…

Последней мыслью мелькнуло:

“Я люблю тебя, Вольгран. Люблю! Прощай, мой милый!”

Прощай…

Веки опустились, пряча от жуткой картины, от блеска холодного мёртвого металла. Гнетущая темнота заполнила все, но я видела сталь глаз любимого. Застывшие муки в них отравляли мою душу в последние секунды жизни.

Миг, я ожидала резкую боль в груди, но произошло то, что казалось уже невозможным.

Лязг цепи, разрушающий целостность зачитываемых слов ритуала, и глухой рык, растёкшийся по всему залу. Я распахнула глаза, оглушённая происходящим, и наткнулась взглядом на кинжал, застывший надо мной. Руку мужчины пронзила такая знакомая ледяная игла, и ритуальный нож отлетел в сторону. Вспыхнувшая надежда придала сил, и я повернула голову в ту сторону, откуда неслись иглы. Свирепая, разъярённая, боевая сова летела к жертвенному алтарю. Огромная белоснежная птица выкинула лапы вперёд, нацеливаясь нанести смертельные удары острыми, как бритва, когтями. Лезвия на перьях в крыльях вспарывали воздух вокруг. Вот-вот она должна была настигнуть ближайших оборотней в чёрных мантиях, которые были дезориентированы происходящим, но всё же готовились принять удар. В этот момент всё изменилось.

Воздух, окружавший нас, заискрился тёмными всполохами, накаляясь и уплотняясь. Тонкий, но раздирающий изнутри звон оглушил меня. Прилив боли вызвал судорогу по всему телу, а дальше… последовал взрыв.

Лёгкие моментально забило, и стало сложно сделать даже вдох. Открыв глаза, узрела опускающуюся на всех нас волну грязной старой пыли, скрывшей в темноте весь зал храма проклятых Богов.

Огонь! Он был везде. Окружал меня повсюду, жалил, обжигал, вызывая агонию. Меня трясло, я кричала, оглушая саму себя. Боль съедала изнутри. Я ничего не понимала и не знала, как спастись. Сколько я так сгорала? Не знаю, но вдруг услышала такой родной, такой до дрожи любимый голос. Вольгран! Он звал меня. Его крики доносились издалека. В груди что-то всколыхнулось. Прилив сил помог открыть глаза, чтобы вновь столкнуться с языками пламени, но сквозь огненную стену я смогла увидеть образ любимого. Он был спрятан за слоями огненной стихии, и я не в силах была разглядеть лицо Воля, но точно знала, что это он. Он звал, не останавливался, метался.

– Воллль… – тихий хрип – это был мой максимум. Горло рвало с каждой попыткой воззвать к Бронсу. – Воль…

Я поняла! Осознала, что если сейчас не овладею огнём, то он поглотит меня саму. Это не просто алое пламя, а именно стихия. Не задавая больше ни единого вопроса самой себе, не отвлекаясь на жуткую боль и крики любимого, который справился со своей задачей – я это поняла, смогла отстраниться от всего. Множество часов, проведённых в медитациях в различных неблагоприятных условиях, сейчас сыграли свою роль. Отработанные годами навыки отгородили моё сознание от всего, что тянуло в реальность, точнее в то пространство, где сейчас мы с Вольграном находились. Ведь это место не было храмом проклятых Богов, оно… ничем не было. Это была пустота, самая что ни на есть пустота, в которой господствовали стихии.

Удар сердца, вдох, выдох и… полное погружение в глубины своей сущности. Здесь шло сражение. Ледяная стужа, вспарывая потоки воздуха массами снега и льда, билась в огненную стену, пытаясь потушить, разрушить и стереть пламя. То в свою очередь кусалось, злилось и топило как можно больше снега. А там между ними металась белоснежная потерянная птица. Её ледяное сияние сливалось с огненными всполохами, что больше и больше расползались по шёлковым перьям, не сжигая и не причиняя вреда… лишь завоёвывая всё больше и больше территории.

Первым порывом было побежать к своей сове и защитить, сбить огонь, а затем встать на сторону своей стихии и биться против врага – огня! Но… что-то меня остановило, словно это было неправильно, неестественно, словно я предавала часть себя.

Что со мной? Почему я такое чувствую?

Секунда, другая… и осознание пронзило мозг! Теперь огонь это тоже моя стихия. Это и есть часть меня, от которой невозможно отказаться, как и невозможно разорвать свою душу на две части – лёд и огонь.

Сейчас там впереди мои стихии бились, желая отвоевать всё и не делиться. Ведь уживаться магиям довольно сложно, особенно тем, которые всегда противостояли друг другу.

Удар, ещё и ещё. Мощь происходящего поражала… завораживала.

Крик моего животного, что мучилось под натиском борьбы, лишил инстинкта самосохранения, и я рванула туда, где сейчас бились великие силы.

– Остановитесь! – эхом разнеслось гневное. Я была так зла! Сова, что больше меня самой размером, пряталась за моей же спиной, пытаясь выкроить хоть секунды на передышку от мук. Стихии зашипели угрожающе, но послушались. Они больше не сражались, а ждали команды, чтобы разорвать, стереть друг друга.

Это было так ужасно! Словно два брата сейчас желали убить друг друга. Отвратительно, жестоко и неправильно всё это!

Я смотрела на холод, который с самого детства был со мной – оберегал, защищал, был частью моей души. Я никогда не смогу отказаться от него, но… обратив взор к жарящему огню, поняла, что он больше не причиняет мне боли, наоборот он нежно ластится ко мне, даря спокойствие и силу.

Раскинув руки в стороны, я открылась обеим стихиям поровну, одинаково. Теперь они неотъемлемая часть меня. Нутром я почувствовала, что сова была со мной солидарна. Она тоже приняла огонь. Мы с моей птицей теперь сочетали в себе и лёд и пламя. Стихии перестали бороться, они приняли наш выбор.

Вокруг меня носился вихрь из снега, ледяных глыб и огненных языков, постепенно вливаясь, вживаясь в моё тело. Изменения прошли почти безболезненно. Тело адаптировалось, претерпело все магические изменения – перестройки нитей, связок и потоков, которые сейчас проходили с неимоверной скоростью. Полюса волшбы вставали на свои места. Резерв увеличивался, усиливался, чтобы вместить в себя и огонь. Всё то же самое происходило и с совой. Я её чувствовала, как и она меня.

Снежно-белая вспышка, затем ало-оранжевая и в самом конце цвета смешались размазанными лентами. Это было великолепно, даже не смотря на боль в теле.

Я не успела рассмотреть мою птицу, меня выкинуло из этого пространства в реальность, в настоящую реальность, где сейчас разворачивался бой между моим Вольграном и оборотнями Тёмного ордена.

Шум от атак, ломающихся предметов, магического треска и криков оглушил. Глаза ещё плохо видели, пелена тьмы не позволяла рассмотреть происходящее. Точно я могла сказать только то, что продолжала лежать на алтаре, но уже полноценно ощущая своё тело. Среди криков я узнала голос любимого, который звал меня, как в том пространстве, где я сгорала от огненной стихии.

– Арэн! – сорванный голос Вольграна. – Аранэя, вставай!

Он был сильно чем-то обеспокоен, хотя почему “чем-то”? Он пытался привести меня в сознание. Значит ему нужна моя помощь! Я должна прийти в себя, должна встать и сражаться с ним рядом плечом к плечу.

Вставай! Вставай, размазня!

Я вновь распахнула глаза, которые так и закрывались обратно. Высокий потолок в символике напомнил, что это проклятый храм, что совсем недавно меня собирались принести в жертву, и лезвие кинжала уже было у моего сердца. Однако у ордена что-то пошло не по плану, и я осталась жива. Вольгран? Он спас меня?

Рука сама потянулась к груди в поисках крови, но там её не было. Я обрадовалась. Значит не успели нанести удар, значит всё хорошо! Нужно только встать и помочь Волю.

Поднимаясь на локтях, смогла увидеть, что у самого подножья алтаря сейчас лежало два тела в чёрных мантиях. Они были мертвы, не иначе. Об этом говорили их неестественные позы.

Алая вспышка и снова крик:

– Арэн, нагнись!

Моё тело моментально отреагировало на приказ одногруппника. Как же вовремя! Именно в меня сейчас был направлен удар огненным шаром, который мог причинить серьёзные увечья. Я сползла с алтаря, практически соскользнула, словно ручей воды, и спряталась за жертвенным камнем.

Пора в бой! Там Воль бьётся совершенно один.

Сова приди!Я воззвала к своему зверю, и та яростно зарычала внутри меня, набирая сил для рывка.

Миг и…

Трансформация прошла моментально!

Руки превратились в крылья, на концах которых сверкало остриё лезвий. Перья взъерошены, искрились всполохами льда и пламени, готовясь сбрасывать с себя магию стихий. Когти на лапах царапали каменный пол. Крик перед боем, и я взлетела!

Глава 4

Вовремя! Как же вовремя я вступила в бой. Вольгран сейчас оборонялся от атак сразу двоих членов Тёмного ордена. Один из них был тот, что желал убить меня на жертвенном алтаре. Он бил магией огня почти без перерыва, пытаясь пробить брешь в защите Бронса. Если бы не знакомые алые всполохи в щите любимого, он бы не выстоял. Вольгран так же, как и я, теперь обладал двумя стихиями. Второй тёмный явно был воздушник, так как вихри, срываемые с пальцев мужчины, говорили о том, что перед нами не менее сильный маг чем его соратник. А вот третий враг сейчас поднимался на ноги у дальней стены и готовился к коварной атаке. Он находился в слепой зоне Вольграна, и тот не мог его увидеть, соответственно, не мог и защититься или хотя бы увернуться. Если тёмный успеет нанести удар, то Бронса снесут маги.

Ярость вспыхнула с неимоверной силой, и я камнем полетела вниз к своей жертве.

Маг земли не успел выстроить защиту. Через секунду мои когти впились в его плечи, разрывая ткани. Кровь хлынула, заливая тёмный плащ. Я лапами швырнула свою жертву обратно в стену. Не успев смягчить удар, он впечатался спиной в твердь камня и мешком свалился на пыльный пол храма проклятых Богов.

Минус один!

Рано обрадовалась небольшой победе. Мои силы после всего, что недавно со мной и моей совой произошло, утекали словно вода сквозь пальцы. Если останусь во второй ипостаси, то меня хватит буквально на несколько минут, а затем я буду больше балластом для Вольграна, чем помощником. Но… внезапно меня осенило. Почему остальные сражались в человеческой форме? Ответ был очевиден – храм проклятых Богов вытягивал силы с неимоверной скоростью, точнее даже не силы, а магию, поддерживающую оборот. Видимо, это связано с нарушением тёмного ритуала.

Взмах крыльями и я иду на снижение. Перед самым приземлением успела послать стену ледяных шипов в воздушника. Хиленькую такую, но всё же она смогла отвлечь врага, и Воль огненной волной сбил того с ног.

Лапы скользнули по краю алтаря, и на пол я упала уже в образе девушки. Боль от перевоплощения судорогой скрутила тело. Я всхлипнула, но болезненные ощущения отступали. Несколько секунд потребовалось на адаптацию и на то, чтобы собрать себя по осколкам. Внутри всё тряслось и бурлило. Стихии подстраивались друг под друга, укреплялись нити, и продолжал расти резерв, наполняясь новым даром.

Удар сердца, ладонь сжалась в кулак, и я вынырнула из своей импровизированной защиты, посылая снежный вихрь в тёмных. Тот, что сейчас неистово пускал волну огня в щит Вольграна, перенаправил часть пламени на мою атаку, растапливая снег и куски льда. Он был опытным бойцом, быстро ориентировался, отражал нападения и атаковал одновременно. Если бы не дополнительная стихия у Бронса… боюсь, что он бы долго не выстоял против такого противника. А вот несчастный воздушник не успел так виртуозно переиграть ситуацию и в очередной раз лицом протирал грязный пол.

Я спряталась обратно за жертвенный алтарь, готовясь к новым атакам или к обороне – это как придётся.

– Арэн, он приближается, – крик Вольграна донёсся сквозь шум.

Я перекатилась на другую сторону ритуального камня и резко вскочила, держа перед собой магический щит. Моментально в него ударили воздушной волной, которую я достаточно легко выдержала и нанесла ответ в виде ледяных дисков, которые могли разрезать толстое дерево. Но археусов воздушник достойно отразил атаку и вновь нанёс свои удары.

Я попыталась что-то сформировать огнём, но тот ещё плохо слушался, поэтому максимум, что могла делать, так это посылать огненные волны, не более. Но и это играло огромную роль, так как тёмному приходилось перестраивать защиту со льда на огонь и обратно, что изрядно выматывало врага. К сожалению, не только его…

– Адепт… – доносились до меня отрывки. Это огненный маг что-то говорил Вольграну. Бронс либо игнорировал, либо отвечал тихо, и я не слышала его.

Но в следующий миг я перестала отвлекаться на подслушивание и принялась формировать двойной щит, так как воздушник перешёл к сильнейшим ударам, один из которых пришёлся в край алтаря, разнося тот в мелкую каменную крошку. Следующий воздушный вихрь уже нещадно хлестал мою защиту. Пришлось отступить назад, защищаясь, и лишь изредка бросать ответные удары ледяными иглами.

На поддержание такого сложного, но надёжного щита, уходило достаточно много сил, которые также тратились и на редкие мои выпады в сторону нападающего. Заклинания с каждым разом формировались всё дольше, а вливаемая в них магия становилась слабее. Так дело не пойдёт. Надо что-то придумать, чтобы перевесить в этой схватке.

У меня есть такое же преимущество, как и у Вольграна перед своим противником – вторая стихия!

Потянувшись внутри себя к огню, почувствовала лёгкий отклик. Яркие язычки пламени нежно ластились и рвались в бой. Значит пришло ваше время. Практически без усилий, которых боялась, смогла натянуть нужную нить и вылить во врага огненную волну.

Алая магия полилась охотно, нещадно вбиваясь в щит воздушника и окружая его. Тот укреплял свой щит, вливая всё больше и больше магии. Если бы у меня было больше сил, то я могла бы измотать врага, но, увы, это лишь временная мера. Однако, драгоценные секунды мне были крайне необходимы на воссоздание заклинания ползучего льда. В момент, когда я отпущу огонь и воздушник будет перенастраиваться на ответный удар, лёд быстро поползёт по полу храма под ноги тёмного, чтобы в итоге добраться до него и сковать конечности. На данный ход у меня будет всего несколько секунд, а то и меньше, поэтому главное правильно перенаправить собственную магию с родной на новообретённую.

Заклинание было почти готово, но сил вливаться в огненное пламя больше не было, поэтому придётся уповать на лучшее и действовать сейчас. Потянув нити пламени обратно и обрезая их изливание во врага, я пустила заготовленное заклинание. Лёд распространялся с неимоверной скоростью, жаждя защитить свою хозяйку и безжалостно уничтожить противника. Вот-вот он должен был коснуться сапог тёмного, пронзая болью леденящего холода… но тот в последний момент приподнял своё тело воздушной петлёй и отлетел назад, одновременно с этим отрезая путь льду стеной своей магии.

Обидно! И даже очень, ведь после такого трюка мои силы находились едва ли не на грани. Я ушла в глухую оборону от ярых атак разозлённого тёмного. Запал стихал, на смену боевого настроя неумолимо наплывало отчаяние. Я не знала, что можно ещё использовать и как изловчиться в противостоянии с воздушником, учитывая остатки сил. Член ордена не давал мне передышки, бил на износ ещё и ещё.

Урар уплотнённой воздушной лапы всполохами разнёсся по моему щиту, вызывая чуть ли не физическую боль от скорого магического опустошения моего резерва.

Ещё удар…

И ещё…

Боги! Я больше не могу. Совсем скоро моя защита рухнет, под натиском нападков тёмного.

Полились бы слёзы бессилия, но я даже на это сейчас была не способна. Секунды… секунды остались до краха. До скорой смерти. Очередная тонкая грань за сегодня.

Мой взгляд скользнул к Вольграну, который сейчас бился с огненным магом. Бронс был хорош. Со взъерошенными волосами, с яростью в глазах он отражал атаки и наносил свои. Его образ был даже величественен. Холодная решимость с ноткой надменности на лице давала понять, что у Вольграна всё схвачено, он точно знает, что делать и не даст противнику одержать победу. Будет биться до самого конца, до изнеможения, до последнего вдоха. Он не сдастся!

Именно последняя мысль яркой искрой пронеслась по моему усталому рассудку. Именно она подкинула воспоминание из одного тёплого, счастливого дня…

“– Нам бы остановить повозку и ехать в Академию, а не по лавкам гулять, – нравоучительно проворчал куратор, но не стал продолжать и просто вошёл первым в лавку. А когда мы с девочками последовали за ним, спросил у меня. – Что тебя так сильно привлекло?

– Каплевидный артефакт в последнем ряду посередине.

– Так сильно потянуло к нему? – внимательно разглядывая меня, куратор достал мешочек с монетами.

– Да. Он мне нужен. Словно зовёт меня…

– Значит понадобится в нужный момент.”

Озарение пронзило всю меня, прошило всё тело сверкающей молнией. Вот то, что спасёт, что подарит шанс! Куратор, как же я вам сейчас благодарна, что вы купили мне его и не посчитали моё чутьё бредом.

Накопитель с запасом моей магии сейчас находился со мной. Он был доступен и я на грани истощения сил. Редкий артефакт быстро перетёк в свободную руку, и я открылась для вливания магии из накопителя в свой резерв. Сосредоточившись на данном действии, плохо уже удерживала щит, и если воздушник ударит ещё сильнее, то вполне может пробить истрёпанную защиту.

Я почувствовала изменение и распахнув глаза, увидела, что Воль отвлёк моего противника большим огненным шаром. Спасибо, Вольгран, спасибо! Мне именно сейчас больше всего и требовалась твоя помощь.

Накопитель отдал достаточно, и с новыми силами я бросилась на своего врага, вливая больше магии в ледяные, острые, как лезвие боевых кинжалов глыбы льда. Воздушник едва успел перестроить защиту на магию холода. Сейчас мы поменялись местами. Теперь тёмный ставил щит за щитом, которые рушились под градом моих ударов.

Моего слуха коснулся странный и крайне неприятный звук. Из-за широких кованых дверей доносился шум. Он нарастал и грозил вскоре вылиться в наш зал, неся за собой… Археус!

К Тёмному ордену шла подмога.

Глава 5

Вольгран

Не смотря на всё, я был полон сил. Кровь моя кипела вместе с магией, которая теперь была не только ледяной, но и пламенной.

– Адепт, ты совершаешь большую ошибку! – кричал Самуиль, отправляя в меня одну за другой огненные сферы.

Его возгласы я игнорировал, выстраивая магические щиты и отвечая ему то ледяными иглами, то теми же огненными шарами, которые пока что выходили не самыми мощными.

Как бы нас ни натаскал куратор, нам не хватало настоящего боевого опыта – когда схватка не тренировка, которая может закончиться лишь ссадинами и ушибами, а настоящий бой, от исхода которого зависит, кто останется жив, а кто отправится к праотцам.

– Тебе не продержаться дольше, чем пять минут! – мой оппонент в этой дуэли не унимался и явно хотел развития диалога.

– Тем не менее, прошло уже семь! – всё же ответил я, о чём тут же пожалел.

Моя защита была пробита чем-то вроде огненного копья, которое вскользь прошло по моей ноге. Времени смотреть на место соприкосновения с копьём абсолютно не было, но я почувствовал, что оно нанесло лёгкую рану, которую тут же прижгло. Выглядит, наверное, отвратительно, да и болит жутко. Ноющая, саднящая боль заставила меня всё же схватиться за место ранения. Этого и ждал член совета Тёмного ордена.

Не мешкая более ни секунды, он быстрым шагом направился ко мне, обильно поливая огненными заклинаниями. Мои ослабевшие щиты пока успешно сдерживали все выпады, но я перестал атаковать, концентрируясь на обороне.

Мысленно заглушив боль в ноге, я резко ушёл с линии атаки Самуиля и тут же контратаковал. Примерно в нескольких сантиметрах от моих вытянутых ладоней возникли языки пламени, которые объединились в один мощный, шумящий столб огня, направленного на моего противника. Тот явно не ожидал от меня таких действий и стал отступать. Я чувствовал, как от моего заклинания рушатся его магические щиты, спадая один за другим. А когда я увидел, что ткань одеяния члена ордена стала плавиться, у меня прибавилось сил.

– Пять минут, говоришь? – хохотнул я, начиная ощущать в полной мере, какой мощью я теперь обладаю. И это чувство пьянило.

Теперь мой враг ушёл в глухую оборону, лишь изредка огрызаясь слабыми атаками. Он отходил, а я загонял его в угол.

Аранэя была слаба, и сейчас сражалась с последним уцелевшим после ритуала членом ордена. Пока что оборонялась, но её сил вполне хватало на редкие ледяные атаки. Удерживая одной рукой огненную волну, которой нещадно поливал Самуиля, из второй я запустил в противника своей возлюбленной довольно большой, размером с человеческую голову, огненный шар. Тот отвлекся на меня, и Арэн тут же перешла к нападению. Моя девочка теперь справится с ним, я уверен.

– Именем Императора, приказываю сдаться! – словно раскат грома, пронеслось по залу.

Мы обменялись ещё несколькими атаками, и воцарилась тишина, которая через секунду была нарушена стуком кованых сапог о каменный пол. В помещении сразу стало заметно меньше места. Императорский отряд "Сумрачных воинов" во главе с Роксеном то Кроувилем, стражники Академии под предводительством нашего ректора и куратора, несколько преподавателей… я поверить не мог, что нам пришли на помощь. Они как-то выяснили, где мы, хотя я сам не имел ни малейших догадок о нашем местоположении. Они нашли нас и, похоже, взяли штурмом весь храм Тёмного ордена.

– Аррон, скажи, эта сладкая парочка когда-нибудь перестанет попадать в передряги? – обратился к нашему куратору Рарониум. Интонации в голосе выдавали его напряжение, но он старался хоть как-то смягчить ситуацию.

Дальнейший их диалог я не слушал, уже подбежав к истощённой Арэн.

Девушка сидела на полу, оперевшись спиной о стену. Она тяжело дышала, и, кажется, была оторвана от реальности.

– Аранэя! Ты как? Где больно?

– А-а-ох… – одногруппница в ответ издала только слабый стон и прикрыла глаза.

Сейчас от неё ничего не добиться, но она в сознании, и видимых сильных ран я не обнаружил. Нужно дождаться лекарей, они должны быть где-то рядом.

Тем временем, в зале уже вовсю хозяйничали стражники. Тела членов Тёмного ордена выложили рядком, и теперь осматривали всё помещение. Самуиль и его компаньон сидели на полу, скованные кандалами, под прицелами арбалетчиков. Рядом стоял куратор, подбрасывая в руке топор.