Последняя надежда планеты

– Ну вот, на этом корабле ты отправишься на Эплон.

Я вздрогнула, услышав рядом голос Эвита. Обернувшись, я увидела, как он с интересом смотрит на меня, изучая.

– Что с тобой? Мне кажется, ты жалеешь этих предателей, которые недовольны Достойными правителями. Неужели это так, Иленния?

Мне стало не по себе от иронии, прозвучавшей в голосе, но я постаралась ответить как можно непринужденней.

– Ты ошибаешься. Мне совершенно всё равно, что будет с ними. Я верю в справедливость Достойных. И если они так решили, значит, у них есть на то основания. Я полностью на их стороне.

Эвит улыбнулся, взъерошив рукой короткие волосы. Не знаю, поверил он или нет, но провокационных вопросов больше не задавал.

Спустя пятнадцать минут, когда заключенные были на корабле, мы с Ази приготовились последовать за ними.

– Дай знать по датчикам связи, когда будешь готова к диалогу с Маром – деловито произнес Эвит, протягивая лист бумаги – Вот, возьми. Это разрешение на посещение зоны отчуждения. Помни, времени у вас немного, так что не устраивай длинных экскурсий по Эплону. И не забудь, что в зоне отчуждения не надо лишний раз попадаться стражникам на глаза, особенно смотрителю. Он человек нервный. Думает, что все, кто к нему попадают – отъявленные преступники. Так что выходи со мной на связь, если будут проблемы, и не забудь показать ему это разрешение.

Я молча кивнула, взяв лист бумаги и направившись к кораблю. В голове роилось огромное количество мыслей и нерешенных головоломок, поэтому наставления Эвита были совсем ни кстати.

Трап поднялся, и через пять минут мы оторвались от поверхности Мелса. Нас с Ази разместили в отдельной комнате, но мы боялись в ней говорить о планах, опасаясь, что нас могут подслушать. Мы специально нахваливали Достойных правителей, рассуждая вслух об их справедливости и величии.

Полет был недолгим, и совсем скоро корабль опустился на Эплон. Как странно, я бывала на естественном спутнике планеты не один раз, но постоянно восхищалась той холодной красотой, сквозящей вокруг. И хоть видеть поверхность приходилось сквозь толстые стекла тоннелей, которые соединялись между собой и простирались на многие километры, опоясывая Эплон, меня она завораживала вновь и вновь. Высокие неровные горы и глубокие впадины навевали ощущение нереальности и величия. Свет, падающий на поверхность от множества прожекторов и фонарей, отражался и навсегда исчезал в глубинах необъятного космоса, рассеиваясь в его черном мраке. И было в этом что-то чарующее и одновременно пугающее. Казалось, что дикое природное очарование и современная цивилизация плотно переплелись здесь, соединившись в одно целое.

Едва все вышли, включая пленников, и последовали по длинному прозрачному тоннелю, путь преградил огромного роста человек. В его злобном, немного перекошенном лице не было ни капли доброты или сострадания. Маленькие глаза оценивающие скользили по дрожащим от страха пленным в оборванной одежде, для которых теперь он будет Царь и Бог. Было видно, что ему доставляет удовольствие разглядывать будущих жертв, а когда его взгляд упал на пленных женщин, на его сером лице появилась зловещая улыбка. Я содрогнулась, представив, какие мысли в этот момент могли пронестись в его голове. Многие из этих несчастных предпочли бы с радостью умереть сейчас, чем остаться наедине с этим палачом. Но я слышала, что быстрая смерть – это слишком легкое наказание для тех, кого не устраивает новая власть. Им приготовлена другая, жуткая и отвратительная участь.

– Добро пожаловать в зону отчуждения. Надеюсь, разрешение при вас? – резко переведя взгляд на меня и Ази, высокомерно произнес смотритель – Я предупрежден, что вы останетесь здесь в качестве гостей. Но вот вопрос, надолго ли?

Его развязный тон задел меня, и я не могла промолчать, протягивая ему лист бумаги.

– Что вы имеете в виду? Разве Вам не сообщили, что мы здесь по секретному делу?

– Конечно, сообщили – мельком прочитав текст и возвращая мне разрешение, сказал он – Иначе вы бы стояли в толпе этих оборванцев. Хотя, нет никакой сложности попасть в их число.

Я почувствовала неимоверное желание залепить этому наглому типу пощечину. Но это было бы самой большой ошибкой, и я с трудом сдержалась.

– У каждого из нас есть возможность попасть в их число, если кто-то предаст Достойных правителей или выскажет ими недовольство. Не знаю, как Вы, но я этого делать не собираюсь. Я предана им всей душой, и лично принимала участие в битве ради их величия.

Смотритель впился в меня маленькими глазками, словно хотел прочитать, что я думаю на самом деле. Но я выдержала злобный взгляд, и он надменно кивнул, приглашая следовать за ним.

Пленных повели в другом направлении, и я бросила последний взгляд сожаления и жалости на них, когда они скрылись за поворотом.

Глава 24

Мы шли по коридорам, которые извилистой змеей постоянно куда-то поворачивали и разветвлялись. Я изо всех сил старалась запомнить дорогу, потому что мой план предполагал отступление именно этим маршрутом. Хотя в большей мере я полагалась на Ази, ведь ее запоминающая способность была колоссальной, но лишняя внимательность не могла помешать.

Около двадцати минут понадобилось, чтобы пройти весь тоннель и дойти до комнаты, которую нам предоставил смотритель. На протяжении всего пути стояло много охраны, в основном роботы, но были и люди. Я в который раз засомневалась в успехе своего отчаянного плана. Но ставки сделаны, и назад дороги не осталось. Теперь только один путь – или довести начатое до конца, или присоединиться к тем несчастным, которые умрут на Эплоне. И последняя мысль внушала ужас. Ведь если мне не повезет, я боялась подумать, что попаду во власть смотрителя зоны отчуждения. Впрочем, у меня остался маленький нож, который поможет оборвать мою жизнь и не допустить ужаса, который мог меня ожидать. И хотя думать о плохом не хотелось, я не могла оставить без внимания и этот вариант в случае поражения.

Итак, времени не было. По договоренности с Эвитом, предстояло сегодня же отправиться в зону лабораторий, чтобы оттуда позвать Мара на Эплон. Спутник был разделен на две части, одна из которых принадлежала Арлонку, другая – очагу Верга. Зона, где исследовали биологическое оружие и проводили исследования в нанобиологии, принадлежала Арлонку с незапамятных времен. За зоной отчуждения, где находилось много тюрем и куда ссылали преступников, всегда следил очаг Верга. Границы между зонами были условными, и их всегда спокойно пересекали представители каждого очага. Но так было раньше. Сейчас многое изменилось, и я была уверена, что проникнуть в ту или иную зону стало сложно. Не думаю, что на Эплоне уже известно, что Тория отреклась от меня. Ведь тогда меня бы не пропустили на другую территорию. Только существовало одно «но» – это не входило в мои планы. Я не собиралась туда отправляться и тем более заманивать на Эплон Мара. Именно поэтому времени у меня не было, и действовать предстояло очень быстро. К тому же, я опасалась, что космический корабль, который доставил нас сюда, может улететь обратно на Мелс, а без него ни мой побег, ни Анториса, неосуществим.

Когда нас с Ази оставили вдвоем в комнате, я решила безотлагательно приступить к выполнению плана. Пока смотритель будет допрашивать привезенных новых пленных, у нас будет немного времени для маневра. Конечно, охрану тоже нельзя сбрасывать со счетов, но с ней легче будет договориться. Во всяком случае, я в это верила.

Мы осторожно вышли за дверь, и пошли по длинному коридору. Через пятьдесят метров, возле одного из поворотов, мы сразу увидели охранника. Он не задавал лишних вопросов, и лишь внимательно посмотрел на нас. Это был робот, и он не подходил для задуманного диалога, поэтому мы пошли дальше, надеясь встретить охранника-человека.

Один поворот, второй, третий. Возле каждого робот, не задающий лишних вопросов, неподкупный и равнодушный стражник. Все они в форме ярко-синего цвета, такой, как обычно носили стражники и на Мелсе. Я уже отчаялась увидеть того, кто мог помочь, как вдруг навстречу вышел человек – молодой парень, которому на вид было не больше двадцати лет. Я искренне обрадовалась его появлению. Остановившись рядом с ним, я попыталась изобразить на лице волнение и беспокойство.

– Мы немного заблудились. Вы не поможете найти выход?

Парень внимательно осмотрел нас, немного смутившись.

– Какой именно выход вам нужен? Вы здесь по каким причинам?

– Нас послали Достойные правители, чтобы мы помогли им в очень важном деле. Вот смотрите, этот документ подписан их представителем. В нем указано, что мы здесь находимся правомерно.

Молодой стражник внимательно прочитал текст на листе, и непонимающе пожал плечами.

– Если так, вам надо по всем вопросам обращаться к смотрителю. Я не имею права вмешиваться в ваши дела.

– Но мы заблудились – невинно произнесла я, растерянно улыбаясь – Видите ли, наше дело весьма деликатное и секретное, а смотритель человек очень строгого и сурового характера. Как вы с ним работаете? Наверное, он очень своенравный начальник?

Мой вопрос попал в цель. Парень вздрогнул, будто его ударили. Похоже, предположение оказалось верным.

– Он строгий, но справедливый начальник – тихо прошептал он, и я заметила, как он сжался, будто его недавно наказывали за какой-то проступок.

– Я так и подумала. Но, видите ли, мне поручено передать ультиматум от Достойных правителей одному из ваших заключенных. Меня просили сделать это полюбовно, чтобы он согласился. Если я привлеку к этому делу смотрителя, он может всё испортить, а мне придется отвечать перед Достойными за свою неудачу. Заключенный знает меня, и я должна уговорить его служить правителям, потому что для них он очень важен.

Парень удивленно смотрел на меня, совершенно сбитый с толку.

– Я не понимаю вас… зачем такая секретность? И кто этот заключенный?

Мне понадобилась вся сила воли, чтобы продолжать выглядеть безмятежно, словно речь шла о самом обычном человеке, а не о том, кого я любила.

– Это Анторис, сын Хортепа. Мне надо пару минут, чтобы поговорить с ним. Поверьте, это очень важное предложение, и я не могу позволить, чтобы смотритель присутствовал при этом.

Молодой охранник даже рот открыл от удивления. Но я знала, что поможет склонить его на свою сторону и, вытащив из кармана горсть драгоценных украшений, осторожно протянула их ему.

– Пожалуйста, проведите меня к Анторису всего на пару минут. А эти украшения будут достойной наградой за вашу смелость. Ведь вас здесь не слишком балуют деньгами?

Парень уставился на драгоценности, робко переводя взгляд то на них, то на меня. В его душе боролись сомнения, но размер вознаграждения был очень велик, и он не мог перед ним устоять.

– Хорошо – тихо произнес он, беря награду, и пряча в своем кармане – Но у вас будет всего несколько минут. Вы знаете, что я очень рискую. Если смотритель узнает…

– Он не узнает – сладким голосом сказала я, чтобы придать ему немного смелости – Он сейчас слишком занят с новыми заключенными, и ему не до старых.

Сопротивление было сломлено окончательно, подкрепленное женским обаянием и денежной выгодой. Охранник повел нас по тем же коридорам, только теперь они стали более узкие и почти не освещались. Возникло ощущение, что мы спускаемся в подвалы, потому что повеяло сыростью и спертым воздухом.

Через десять минут мы подошли к длинной стене, которая была изрезана ровными прямоугольными очертаниями дверей. Они были глухими, без окошек или других отверстий. Похоже, это всё камеры, в которых томились пленники. Подойдя к одной их них, парень кивнул нам. Очевидно, именно здесь держали Анториса.

– Скажите, а пленник не выберется – игриво спросила я, чувствуя как голос готов сорваться и задрожать от волнения – А то вдруг он нападет на нас?

– Не беспокойтесь. Без ключа ему не выбраться. Да и куда он денется с Эплона? Его поймают раньше, чем он пройдет сто метров.

– Это очень хорошо! Я волновалась за свою безопасность, но вижу, что напрасно! Вы нам откроете, чтобы мы могли поговорить?

Парень осторожно извлек из кармана связку магнитных ключей, и прислонил один из них к двери камеры. С тихим скрипом она отворилась. В тусклом свете я увидела человека, сидящего в углу маленькой грязной комнаты. Он сидел на полу, уныло свесив голову на грудь, не обращая никакого внимания на наше появление. Я не видела его лица, но знала, что это Анторис. Пол закачался под ногами, а на глазах проступили слезы, мешая смотреть. Хотелось броситься вперед, закричать и заключить в объятия того, к кому рвалась душа. Но я лишь безвольно стояла, боясь всхлипнуть или пошевелиться.

– У нас есть для тебя предложение – быстро сказала Ази, понимая, что я не в состоянии произнести ни слова – Если ты дашь согласие Достойным правителям помочь в переговорах с правительницей Арлонка, они пересмотрят твое наказание.

Анторис сидел так же неподвижно, не поднимая головы. Он не видел, кто перед ним, и конечно не мог узнать голоса Ази.

– Я никогда не буду помогать Достойным правителям – послышался его глухой, замученный голос – Я говорил это неоднократно. Оставьте меня. Мое решение не изменится.

– Может, ты всё-таки подумаешь? – я с трудом произнесла эти слова, слыша, как дрожит мой голос.

Но мне было все равно. Анторис вздрогнул и поднял голову, пытаясь не щуриться от тусклого света. Я содрогнулась, увидев следы побоев на его лице и этот загнанный взгляд… Пересилив волнение, я постаралась еще раз намекнуть о том, что надо делать.

– Мне надо получить ответ. Готов ли ты сейчас действовать для установления мира на Мелсе?

Анторис всё понял. Конечно, он был готов. Сейчас или никогда. Я взглянула на Ази, и слегка кивнула головой. Это был сигнал к действию. Она молниеносно развернулась к молодому охраннику, и со всей силой ударила его ребром ладони по затылку. С тихим стоном он упал на пол, потеряв сознание.

– Торопитесь, он может скоро очнуться – сказала она, встав возле входа, пока я затащила его бесчувственное тело в камеру.

Анторис резко рванулся ко мне, догадавшись, что я задумала, и стал стягивать с охранника костюм.

– Как ты здесь оказалась? Ты просто сумасшедшая, раз добровольно пришла сюда!

– Я не могла тебя бросить – прошептала я, снимая с парня куртку – Быстрее, тебе надо одеться во все это!

Но Анториса не надо было подгонять. Его жажда свободы была слишком сильна, чтобы медлить. К тому же, он прекрасно понимал, что сейчас и моя жизнь находится в опасности. Через несколько минут он был одет в форму ярко-синего цвета, которая оказалась ему тесной и короткой. Конечно, при тщательном рассмотрении, любому станет ясно, что форма не его, но мы надеялись на тусклое освещение и быстрый побег.

– Ази, веди нас – сказала я подруге, которая только этого и ждала.

Мы быстро пошли по извилистым коридорам, уверенно проходя мимо стоявших роботов-охранников. Наш вид не вызывал у них подозрений, потому что мы проходили этой же дорогой десять минут назад, и было вполне логично, что мы идем на выход. Анторис шел, опустив голову и глядя себе под ноги, чтобы не заметили лица. Хотя не думаю, что у роботов возникли бы подозрения. Вряд ли они знали всех стражников лично. Зона отчуждения была огромным местом, и наверняка много новичков из охраны часто поступали сюда. Ази безошибочно вела нас по дороге, которую запомнила. Теперь оставалось самое главное – дойти до выхода, никого не встретив и пробраться на корабль. Как я заметила при высадке, охраны на нем почти не осталось – всего лишь десяток человек, с которыми мы должны справиться.

Время застыло в быстрых шагах и взволнованном дыхании. Напряженность сковывала движение, а кровь гулко стучала в висках. По данным Ази нам оставалось пройти около пятидесяти метров, чтобы выйти к кораблю. И когда уже победа была так близко, произошло то, чего я боялась. Прямо на нашем пути, как призрак, возник смотритель в окружении четырех вооруженных роботов. Мы резко остановились, пока он изучал нас несколько секунд. Я видела, что ему всё известно, и от этого холодный пот каплями выступил на лбу.

– Так-так… И куда направляетесь? Что за цирк вы устроили здесь? Думали, сможете так просто похитить одного из заключенных? Неужели вы, барышни, настолько наивные?

Я чувствовала себя загнанной в угол, и сделать могла только одно – начать действовать первой. Ази резко пригнулась к полу по моей команде и, выхватив длинный нож из своей штанины, бросила мне. Поймав на лету оружие, я ринулась на стражников, а подруга и Анторис последовали за мной. Что произошло дальше, невозможно осознать. Просто замелькало оружие, просто включились энергетические лучи у роботов, просто кто-то вскрикивал от боли, падал, вставал и шел снова в бой. В коридоре громко зазвучала сирена, предупреждающая об опасности побега, и едкий удушающий дым повалил со всех сторон.

Когда я остановилась всего на миг, даже не чувствуя боли и только заметив, как по рукам и ногам течет кровь, увидела, как смотритель без чувств лежит на полу, а в его открытых глазах застыла боль. Анторис стоял рядом с ним, тяжело дыша и сжимая окровавленные кулаки. Он свернул смотрителю шею, вряд ли испытав при этом сожаление или раскаяние. Три робота с оторванными головами, с которыми справилась Ази, так же лежали внизу, а моя подруга продолжала бой с четвертым. Она дралась из последних сил, потому что программа самоликвидации в ней из-за нападения на человека уже включилась, и оставалось несколько минут до уничтожения.

– Ази! – закричала я, понимая, что надо спешить – Оставь его! Пойдем, пока у тебя есть силы!

Но она не слышала меня, лишь с невероятной энергией повалила последнего робота на пол, схватив его за голову, победоносно оторвав и отбросив в сторону. Взглянув на меня в последний раз с чувством выполненного долга, моя подруга упала на пол. Где-то послышались громкие шаги подкрепления, и нельзя было больше терять ни секунды.

– Анторис, умоляю, возьми ее! Мы не можем бросить! – воскликнула я, умоляюще глядя на любимого.

Но он итак слишком хорошо понимал, что значила для меня Ази, поэтому без лишних колебаний подхватил на руки ее тело и, шатаясь, побежал к выходу. Эти последние спасительные метры, казалось, не закончатся никогда. За нами гнались, по нам стреляли, но мы чудом избежали смертельных лучей. Наверное, на руку сыграли повороты, которые не давали нашим преследователям целиться. Но впереди еще была охрана корабля, и я очень боялась, что нам не хватит сил с ними сразиться.

– Что вам надо? – резко спросил один из стражников, едва мы забежали по трапу на борт.

Он был очень удивлен шумом вокруг, но узнал меня, как гостью, и в замешательстве остановился, не вытягивая оружия. Это дало несколько секунд преимущества, чтобы сразить его мечом наповал. Быстро схватив его оружие, мы закрыли дверь корабля, побежав к кабине управления. Еще пятеро человек встретилось на пути, но бой с ними был короткий и не в их пользу.

И вот, когда, наконец, Анторис рванулся к приборам управления и задал команду на взлет, я облегченно вздохнула. И хотя по нам всё еще стреляли, обивка корабля была защищена от ударов энергетических лучей, а обстреливать нас чем-то посерьезней с Эплона, не было возможности. Здесь не имелось приспособлений для того, чтобы сбить корабль или нанести ему серьезный вред. Поэтому когда мы поднялись, оторвавшись от спутника, я без сил опустилась в кресло, переводя дыхание. Системы слежения за кораблем доложили, что не обнаружено ни одного живого человека или робота на борту, кроме нас. И это радовало, ведь кто-то из охраны мог затаиться, а потом доставить нам неприятности. К счастью, мы были вдвоем на этом огромном гиганте, который по заданным координатам отлетал всё дальше и дальше в космос, чтобы на безопасном расстоянии лечь в дрейф, пока мы будем думать, что делать дальше.

Глава 25

– Ты ранена?

Этот вопрос вернул меня к действительности. Я слабо улыбнулась, когда Анторис заботливо склонился возле меня, чтобы осмотреть.

– Ничего страшного. Наверное, несколько царапин.

Но он упрямо повел меня в медицинский изолятор, чтобы тщательно изучить раны. Мы оба представляли собой жалкое зрелище – два хромых, перепачканных грязью и кровью человека, которым чудом удалось избежать смерти. Но было так замечательно видеть рядом с собой любимого, что никакая боль от ран не могла повлиять на мою эйфорию.

– Как же я за тобой соскучилась… – непроизвольно вымолвила я и тут же покраснела от своей смелости.

Но Анторис бросил угрюмый взгляд, закатив штанину моего костюма и промывая поверхностную рану на ноге. Он словно не обратил внимания на слова, и это было непонятно.

– Ты слышишь? Я скучала по тебе! Или тебе это не интересно?

Его рука застыла в воздухе, и я увидела, как он побледнел даже сквозь густую щетину на лице. Наверное, я тороплюсь с разговорами. Он очень слаб, и у него могут быть причины не отвечать. Так или иначе, но остальную обработку моих ран он провел в полном молчании. И когда настал мой черед осмотреть его повреждения, только потом он тихо произнес:

– Зачем ты пришла за мной?

Я вздрогнула от неожиданного вопроса после гнетущей тишины. Мне хотелось сказать правду, но я чувствовала напряженность между нами и решила не торопиться.

– Я не могла бросить тебя умирать на Эплоне. Разве, ты бы поступил по-другому?

И вновь звенящая тишина. Я осторожно сняла с Анториса куртку и увидела множество синяков и кровоподтеков по всему телу. Но они были оставлены не в сегодняшнем бою. Содрогнувшись, я с ужасом подумала, что ему пришлось пережить за эти несколько дней в плену, и каким пыткам его подвергал смотритель. А вспомнив, с какой улыбкой Анторис свернул ему шею, я поняла – ему было за что мстить. У любимого тоже было три поверхностных раны, как и у меня. Я быстро обработала их и замотала, решив снова попытаться начать разговор.

– Расскажи, что произошло, когда мы расстались в лагере?

Анторис вновь метнул на меня угрюмый взгляд. Я видела – его что-то гложет, будто он отгородился от меня невидимой стеной. Он молчал, не отвечая, а я не могла больше выносить этого равнодушия. Сердце болезненно сжалось в груди и, откинув гордость, я бросилась ему на шею, обнимая, и покрывая щетинистое лицо поцелуями.

– Что они с тобой сделали? Ну не молчи! Боже мой, ответь!

Анторис робко и неуверенно обнял меня, и тихий стон сорвался с его губ. Он стал отвечать на поцелуи, судорожно найдя губами мои, и приникнув к ним.

– Иленния… прошу тебя… не играй со мной… – прерывисто прошептал он, отстраняясь – Зачем ты дразнишь меня? Ведь ты невеста Эвита, разве можно так играть моими чувствами к тебе?

Я резко отстранилась, услышав неимоверные слова. У меня был шок, и я уставилась на Анториса, только хлопая от удивления глазами.

– Что? Какой бред! Я никогда не была невестой Эвита и не буду ей! Кто тебе сказал эту чушь?

Теперь настал черед Анториса удивляться. Он, не мигая, смотрел на меня, и в его взгляде мелькало недоверие, сомнение, надежда…

– Мне сказала эта девушка, Энта, когда мы были в лагере. Более того, ее слова подтвердили еще несколько человек. Вначале я не верил, но когда увидел, как Эвит обнимает тебя и целует в щеку… Неужели, это неправда?

– Ни единого слова! – воскликнула я, пораженная той ложью, которая лилась со всех сторон от моих бывших друзей – Я не была невестой Эвита и никогда не буду ею по одной простой причине… – запнувшись, я вновь покраснела, но слова были сказаны, и Анторис ждал ответа.

– По какой причине? – чуть хрипло спросил он, проводя кончиками пальцев по моей разгоряченной щеке.

– По той… что я люблю другого человека… И очень надеюсь, что он тоже любит меня до сих пор…

В глазах Анториса словно вспыхнула жизнь, но он хотел услышать всё до конца. Он не мог позволить себе сомневаться, ведь так долго этого ждал.

– Скажи мне – прошептал он – Я должен это услышать.

Взглянув в его черные блестящие глаза, я поняла, что больше не могу скрывать свои чувства. Как можно молчать, когда любимый человек рядом со мной и напряженно ждет ответа?

– Я люблю тебя – застенчиво прошептала я, ощущая настоящее блаженство от этих простых слов.

– Боже мой, Иленния… Это правда? Мне кажется, это сон! Я так сильно люблю тебя, что не могу поверить…

– Это не сон – смущенно произнесла я, подавшись вперед и находя губами его губы.

Анторис приник ко мне с тихим стоном, и весь мир остановился в эти секунды, замерев на долгое, бесконечное мгновение.

*****

Мы нехотя оторвались друг от друга, не переставая шептать слова нежности. Казалось, только сейчас мы обрели то, к чему давно тянулись наши души и сердца. И мы были уверены, что больше не расстанемся никогда, а впереди нас ждет только счастье и любовь…

Как же не хотелось сейчас думать о чем-то другом, но мы прекрасно понимали, что не можем себе позволить расслабляться и мечтать в такое время. Надо думать, что делать дальше, чтобы спасти Мелс и свергнуть Достойных правителей.