Когда зажгутся огни

Добившись своего, но чувствуя себя отвратительно, Тео был на удивление рад снова выйти на колючий ветер. Ему даже показалось, что он хочет прогуляться до отеля, но, пройдя пару кварталов, он передумал и поймал такси.

Вернувшись в свой номер, Тео первым делом проверил входящие сообщения. Он немного расстроился утром, когда не увидел ответного сообщения от Зузу. Даже начал волноваться, не перегнул ли палку, поделившись такой историей. Вдруг он ее напугал?

Сообщение было помечено как прочитанное, но никакого ответа так и не было. Жаль. Перенос встречи сбил все его планы, а, поскольку, через пару-тройку часов он захочет спать (продолжая жить по лондонскому времени), то решил скоротать их в баре, который ему нахваливал портье. Если повезет – там будет живая музыка.

Он уже взял бумажник, как вдруг раздался звонок мобильника. Это был Логан, и что-то подсказывало, разговор Тео не понравится.

– Тео, дружище, как там Нью-Йорк? Честно говоря, интересует лишь эта девчонка, Грейс меня уже замучила, чтобы я у тебя выяснил подробности.

– Ну… – Тео потер лоб и подошел к окну. – А что вы ей про меня наговорили?

– Понятия не имею, это же всё идея Грейс. Нахваливала, наверное.

– Боюсь, не перестаралась ли…

– Так как она тебе?

– Это ответ для тебя или для Грейс?

– Давай честно, а я потом приукрашу.

Тео глубоко вздохнул, обдумывая ответ. Вообще-то, он не слишком много размышлял о Кэти, все больше о Зузу. Вот о ней ему бы действительно хотелось поговорить.

Что-то мелкое закружилось за окном. Тео пригляделся: крошечные снежинки, больше похожие на дождь, отчаянно летели на тротуар, где, скорее всего, их ждала печальная участь.

– Она какая-то…странная.

– Странная, в смысле псих, или в хорошем смысле?

– Не знаю, – вздохнул Тео. – Необычная.

– Н-да-а, – протянул Логан на другом конце провода. – Ну, так и передам Грейс: «он считает ее особенной».

– Логан! Она же все не так поймет. Хотя, знаешь, неважно. Увижусь с Кэти завтра, раз уж пообещал, и вежливо распрощаюсь.

– Сколько сердец ты уже разбил своим безразличием… – наигранно поддел его друг. – Вообще, больше всего я жалею, что ты пропустишь мальчишник. Но ничего, мы что-нибудь прямо накануне свадьбы придумаем.

– Зная тебя, лучше не надо.

Логан лишь рассмеялся в ответ и еще раз сказал, что пойдет передаст их разговор (его идеализированную версию) Грейс.

В углу комнаты что-то пикнуло. Тео не выключил ноутбук, на котором все еще горела вкладка с чатами. Он решил быстро их проверить. Какое же облегчение, смешанное с внезапной радостью, он испытал, когда увидел сообщение от Зузу!

Тео стремительно сел за стол и начал жадно вычитывать каждое слово.

Zuzu NYC: Надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу, что улыбалась, читая ваше сообщение. Это было забавно и печально одновременно! Честно говоря, мне стало чуточку легче, что не только я попадаю в такие ситуации. Они сами меня находят, я тут ни при чём. Однажды при знакомстве с родителями моего бывшего, я перепутала его бабушку с мамой, и это было ужасно неловко! Ну я же не виновата, что бабуля увлекалась пластическими операциями! Видимо, уже в тот момент наши отношения были обречены.

Если быть совсем уж честной, я удивлена тем, что наша переписка продолжается. Если бы я сразу знала, что техподдержка тут такая отзывчивая, возможно, изменила бы свое мнение насчет социальных сетей.

Тео заметил, что Зузу все еще в сети, поэтому поспешил ответить.

TSS-0: Так и быть, 1:1 в рассказах о неловких ситуациях. Спасибо, за хорошее настроение, это было тем, что нужно сегодня. Да, я и сам удивлен, но мне, почему-то, очень легко и интересно с вами. К тому же, в силу моего образа жизни, мне проще общаться в переписке. Есть в этом что-то…

Zuzu NYC: Как в романах Остин, только теперь не надо ждать письма неделями :) У вас был тяжелый день?

TSS-0: Скорее насыщенный. Работа требовала встречи с людьми, которые мне не слишком приятны. Это изматывает.

Zuzu NYC: Мне это знакомо. У меня так не только с работой, часто встречи с некоторыми людьми в принципе истощают. После такого я всегда себя чем-нибудь подпитываю. Какая у вас любимая еда? Я вот беру банку арахисовой пасты, ложку и сажусь у окна, просто смотреть на ночной город. К слову, пойду возьму…

Тео вспомнил лишь печенье «Джамми Доджерс» с малиновым джемом внутри. В детстве он постоянно тайком угощался им на кухне. Только вот найти его в Нью-Йорке почти нереально.

Zuzu NYC: Я вернулась с пастой.

TSS-0: У меня под рукой совершенно ничего нет из еды.

Zuzu NYC: Тогда срочно в магазин!

TSS-0: Какую пасту рекомендуете?

Zuzu NYC: «Джиф», конечно же! P.S. поделитесь потом впечатлениями.

Тео взял бумажник со стола и с улыбкой отправился в ближайший магазин в нескольких метрах от отеля. Для него стало полнейшей неожиданностью количество разновидностей этой пасты. После пятой он перестал считать и взял ту, у которой было самое короткое название – просто сливочную.

Он чувствовал себя нелепо, но почему-то не мог перестать улыбаться. Вот он идет вечером по центру города с арахисовой пастой из супермаркета в руках. Заходит с ней в «Карлайл», пока какие-то люди с очень важным видом заселяются в отель.

Единственное, что было в номере из приборов, – кофейная ложка.

Тео открутил крышку, подцепил ложкой пасту и смело отправил ее в рот. Его лицо исказилось в ужасной гримасе: паста была непривычно сладкая, будто бы захватила в заложники все рецепторы. Тео очень редко ел сладости, поэтому удивился своей смелости. Он быстро налил стакан воды и выпил его залпом.

Он покрутил банку в руках, сам не зная, что хотел найти на этикетке. Может, надпись «англичанам противопоказано». Зачем-то он решил попробовать еще раз. Только теперь на самом кончике ложки. Тео одобрительно покивал головой: не так уж и плохо. Но «Джамми Доджерс» все же лучше.

Странно, но настроение Тео неожиданно улучшилось. Он потянулся к ноутбуку, но Зузу уже была не в сети. Что ж, напишет ей завтра.

Тео проснулся раньше, чем прозвенел будильник – за окном еще было темно. Разница во времени с Лондоном начала его утомлять. Но последнее время он часто мучился бессонницей и использовал это в своих интересах: тратил на работу.

Писать Зузу в такое время показалось ему неприличным, поэтому он занялся техническими вопросами платформы, пробуя добавить туда то, над чем уже давно размышлял.

Через полчаса пришло сообщение.

Zuzu NYC: Вы ведь живы после ночного употребления арахисовой пасты?..

TSS-0: Это самое ужасно-сладкое, что я ел в своей жизни. Но, к огромному удивлению, мне сразу стало легче.

Zuzu NYC: Да, сахар творит чудеса.

Zuzu NYC: Надеюсь, сегодня ваш день будет лучше и паста больше не потребуется :)

Раздался звонок будильника, и Тео поспешил его отключить.

Он собрался и, поскольку не знал, что задумала Кэти-Кейт, решил быстро позавтракать в ресторане отеля.

Было уже двадцать минут девятого, когда Тео вышел к главному входу.

Разумеется, Кэти уже была там.

– Скажи честно, ты отсюда и не уходила со вчерашнего вечера? – Тео ничего не мог с собой поделать, каждый раз при виде Кэти ему хотелось поддеть ее.

На эту колкость она лишь язвительно улыбнулась.

– Пойдем пешком или поедем на автобусе? По времени одинаково. Может, на автобусе даже дольше.

Сегодня ветер был не таким сильным и колючим, несмотря на то, что почти всю ночь шел снег с дождем, погода явно улучшилась.

– Давай пройдемся. Кстати, куда?

– На какую-нибудь улицу ближе к южной части парка. Там побольше офисов.

Тео вообще не понимал, что Кэти имеет в виду, но он уже обещал – себе и ей, – что выделит на это утро и вечер.

Они прошли примерно милю, и всё это время Кэти что-то увлеченно рассказывала о городе, обращая внимание Тео на разные здания, делясь их историями. Что ж, правда, как на экскурсии. Очень ранней экскурсии. Люди вокруг постоянно двигались, и через некоторое время Кэти и Тео сами собой подстроились под этот ритм.

Подойдя к перекрестку, Кэти остановилась.

– Вот. Здесь.

Тео вопросительно на нее посмотрел.

– Встань тут, – она дотронулась до его руки и немного потянула в сторону. – А теперь просто оглянись, прислушайся.

«С какой же ненормальной меня заставил общаться Логан, – думал Тео. – Надо ей подыграть, чтобы это быстрее закончилось».

Он уставился на перекресток: светофоры меняли свои цвета, толпы людей спешили. Внимание Тео рассеялось, и уже через минуту он вдруг почувствовал совершенно иное.

Холодное декабрьское солнце проглядывало сквозь небоскребы, отражаясь в их огромных стеклах. Небо голубое, словно прозрачное; слегка подморозило. Улица казалась бесконечной: ряды зданий простирались до горизонта, растворяясь в нем. А на другой, той, где восходило солнце, всё было то ли в тумане, то ли в паре, исходящим от подземных люков, словно в призрачной вуали.

Машины бессмысленно сигналили, выражая утреннее недовольство водителей. Люди не просто спешили: кто-то перебегал пешеходные переходы, кто-то отчаянно смотрел на часы каждые несколько секунд. Отовсюду были слышны разговоры (чаще всего по телефону, редко кто шел не один). Кто-то пил кофе на ходу, кто-то нес стаканчики коллегам или начальству. Все казались собранными, бодрыми и готовыми к новому активному дню. Сам воздух был словно заряжен энергией: морозный, колкий, чистый.

Внезапно Тео пришел в себя. Он почувствовал себя лишним в таком потоке.

Он посмотрел на Кэти: она тоже разглядывала улицы и едва улыбалась. Вероятно, они ощущали одно и то же. Она посмотрела в ответ, и Тео отвел взгляд.

– Тут два варианта: либо ты почувствовал, либо посчитал меня сумасшедшей.

– А что, если оба? – Тео чуть тише и серьезнее добавил: – Почувствовал.

Видимо, это именно то, что Кэти называла «биением сердца Нью-Йорка».

– Но, а что ты хочешь показать мне вечером?

– Почувствуешь, – хитро улыбнулась она. – Встретимся здесь же в пять вечера? Ты ведь найдешь дорогу?

Что-то укололо Тео, но он отмахнулся от этого ощущения.

– Конечно. Не хочешь позавтракать? – к своему удивлению добавил он.

Кажется, Кэти было неловко.

– Не могу, сегодня надо многое успеть.

Теперь и Тео стало неловко.

Кэти переминалась с ноги на ногу и отводила взгляд.

– Ну, до вечера, – спешно бросила она и пошла прочь.

«Во что же играет эта девчонка?» – ухмыльнулся Тео.

Каждый день Тео повторялся, как и предыдущий. И на этой неделе, и на следующей – встречи, договоры, работа над сайтом. Он привык к такому ритму за последние два года, день проносился за днем, Тео был полностью погружен в работу и свою идею. Тогда почему же он злится? Может, считает, что прогулки с Кэти отнимают у него время? Но не сказать, что он чего-то не успевает…

Его озарило: он отвлекается! Однозначно. Его мысли уходят куда-то далеко, он переключается на что-то совсем иное. Ему нужно сосредоточиться. Отбросить подальше все эти рассуждения о «сердце Нью-Йорка» и прочих глупостях. Он ведь просто сделал одолжение Логану, он не обязан и правда погружаться в это общение.

Но в течение всего дня, на каждой встрече, каждый раз, когда Тео проверял время, – он только и думал о вечере и о том, что такого Кэти-Кейт может ему показать. Это точно будет последняя встреча. Надо завязывать. Что бы там ни придумала эта девчонка, он в ее играх участвовать не собирается.

Тео пришел к пяти вечера, как и обещал. Он увидел Кэти издалека: она приближалась с противоположной стороны. Солнце уже садилось, а, поскольку, день был слегка морозным и безоблачным, закатные лучи легко пробирались сквозь здания и деревья, отражаясь золотом в волосах Кэти.

Она шла легко, так беззаботно, как ходили лишь дети и женщины, которым только что признались в любви. Тео заметил, как она купается в этих последних лучах, наслаждаясь видом. За спиной у Кэти, кажется, был маленький рюкзак; она запустила большие пальцы под его лямки и подняла лицо к небу. Улыбка, совершенно невесомая, такая же, как ее походка, то и дело появлялась на ее губах.

Как только она увидела Тео – сразу стала серьезнее. Вновь появилась какая-то неловкость.

– Почему-то я думала, что ты не придешь.

– Я всегда держу слово. Да и с чего бы мне не приходить?

Кэти пожала плечами.

– У тебя из верхней одежды только пальто? – неожиданно спросила она.

– Хочешь дать мне модный совет?

Кэти цокнула языком:

– Нью-Йорк коварен зимой. На следующей неделе должно быть холоднее, особенно утром и вечером. Туристы вечно мерзнут.

– У меня с этим нет проблем, – быстро ответил Тео. А то еще затащит его в магазин.

Они вновь вернулись к утреннему перекрестку и встали подальше от проезжей части, чтобы не мешать пешеходам. На город спустились сумерки, тут и там начали зажигаться огни, освещая улицы теплым светом.

Тео обернулся на Кэти, а она лишь улыбнулась в ответ и кивнула в сторону улицы. Тео попробовал проделать все то же самое, что и утром. Он засунул руки в карманы пальто и стал всматриваться.

С каждой минутой людей на улице становилось все больше, они шли почти так же быстро, как и утром, но расслабленнее. Кто-то смеялся с друзьями; снова были слышны разговоры по телефону, только теперь они были веселее. Машины и такси сигналили и застревали в пробках, а теплый свет фар рассеивался в сумерках. Магазины были украшены к Рождеству, поэтому их витрины горели и переливались самыми разнообразными огнями.

Всё словно стало мягче, проще, легче, – как походка Кэти. Будто бы сейчас, после заката, начиналась настоящая жизнь.

– Это – настоящий Нью-Йорк. Это его суть. Всё остальное – обычные жизненные проблемы, как у всех нас. Но какая разница, если душа прекрасна…

Тео вслушивался в слова Кэти. Внезапно он вспомнил, что обещал себе перестать отвлекаться на подобное. Если он поддержит разговор – их встречи могут затянуться.

– Да, ты точно самый необычный экскурсовод.

Кэти мягко улыбнулась, но Тео заметил тень небольшого разочарования на ее лице.

– Могу я проводить тебя домой? Ты ведь провожала меня.

– Снова не хочешь оставаться в долгу?

– Вроде того.

У Тео был идеальный план: проводить ее до дома и объявить, что дела требуют его постоянного присутствия, поэтому, к большому сожалению, он не может сказать, когда снова будет свободен.

– Почему бы и нет, – слегка безразлично ответила Кэти. – Нам сюда.

Они обогнули Центральный парк, перешли дорогу и пошли вдоль улиц.

Кэти посмотрела на часы.

– Куда-то торопишься?

– Нет, успеваю.

Тео уставился на нее с немым вопросом. Эта девушка никогда не отвечает развернуто?

Кэти взглянула на Тео и продолжила:

– В восемь вечера начнется трансляция зажжения рождественской ёлки в Рокфеллер-центре.

– Я сбил тебе планы? Хочешь, пойдем туда? – Тео даже остановился на мгновение. Что с ним такое?

Кэти заулыбалась и потянула его за рукав пальто.

– Нет, там столько народу! Раньше было поменьше, ну, или мне так казалось. Я ходила в детстве туда с отцом, и он сажал меня на плечи – и никакая толпа меня не волновала. Теперь я смотрю трансляцию, это, вроде как, традиция. Пусть ты и сочтешь ее банальной.

– Вы перестали ходить, когда ты выросла?

Лицо Кэти вдруг потускнело, она показалась ужасно потерянной.

– Можно и так сказать.

Она затихла на несколько минут, а затем негромко добавила:

– Его больше нет в живых.

Тео тут же пожалел о своем вопросе.

– Мне очень жаль…

Кэти поджала губы в вымученной полуулыбке благодарности.

Они свернули за угол: здесь не было небоскребов и шумных улиц. Только красивые дома-браунстоуны и узкая проезжая часть.

Кэти остановилась у одной из лестниц.

– Что ж, мы пришли. Спасибо, что проводил. – Она засунула руки в карманы куртки и немного поежилась.

Тео уже начал задумываться над ее словами про одежду: с каждым часом становилось все холоднее.

– Встретимся завтра? – неожиданно для себя и, похоже, для Кэти тоже, выпалил Тео.

Кэти хмыкнула:

– У меня, вообще-то, есть жизнь помимо тебя. Завтра я занята.

– Окей, послезавтра?

– Это пятое? Нет, тогда я не могу. Ну, вернее, могу, но не утром.

– Я и не собирался встречать с тобой рассвет, но теперь мне ужасно любопытно, что у тебя за дела утром пятого декабря?

– Тебя это не касается, – резко ответила Кэти. Но затем смягчилась: – Не думаю, что тебя это заинтересует.

– Ты меня недооцениваешь.

Кэти выдержала паузу, внимательно всматриваясь в лицо Тео, будто собиралась открыть ему какую-то тайну и решала, заслуживает ли он доверия.

– Ладно. Приходи на мост Тюдор-Сити к семи утра. Лучше заранее.

– Так рано?! Я же пошутил про рассвет! Что у тебя за дела в такое время?

Кэти пожала плечами и стала подниматься по ступенькам.

– До встречи, англичанин.

Глава 5. Шансы, которые нам дают

Кэти сложила руки в замок, пытаясь справиться с тревожностью, и закинула ногу на ногу. Чем дольше в полной тишине доктор Эванс изучала ее резюме, тем больше Кэти нервничала. Она не знала, куда деть взгляд, поэтому он блуждал по кабинету: светлые стены, бежевая деревянная мебель, диван в углу у окна. Всё здесь было приятным и уютным. И не скажешь, что за дверью клиника.

Этим утром Кэти все же осмелилась надеть тот серый костюм. И она уже сто раз об этом пожалела. Да, ей нравилось, как он на ней сидит и каким серьезным становится выражение ее лица. И хотя это были прямые свободные брюки и приталенный пиджак, Кэти ощущала себя в них ужасно скованно. Она еще зачем-то и волосы в тугой пучок собрала, будто бы получить отказ в таком презентабельном виде было не так унизительно.

Носок начал предательски раскачиваться, заводя Кэти всё больше. Что там изучать-то? Можно подумать, Кэти нобелевский лауреат.

– Почему вы не доучились?

Любимый вопрос всех работодателей. Раз Кэти так отчаянно хочет получить хорошую работу, отчего же она бросила университет? Обычный ответ – семейные проблемы. Погружать незнакомых людей в свои трудности казалось Кэти неприличным и лишним. Но доктор Эванс произнесла эту фразу не так, как все. Будто бы в ней был искренний интерес, а не надменность.

– Я была на середине третьего курса, когда мой отец погиб.

– Мне очень жаль, – на лице доктора Эванс снова отразилось сочувствие.

Кэти поджала губы и покивала:

– Да… Так вот, оказалось, что у родителей было очень много долгов. Я не смогла продолжать оплачивать учебу, не смогла получить кредит. Я решила взять паузу и пойти работать, чтобы помочь маме закрыть долги. – Кэти опустила взгляд и расцепила руки. – Но я не переставала учиться, честно! Я все свое свободное время провожу в библиотеках, кое-кто из приятелей делился со мной конспектами, я…

– Ничуть не сомневаюсь в ваших знаниях, мисс Митчелл, – перебила ее доктор Эванс. – Но…

Кэти снова поникла и опустила голову. «Но». Дальше всегда следует одно и то же: «Мы не можем предложить вам ничего, кроме работы администратором». Она отработала им в трех клиниках, и везде к ней относились как к человеку второго сорта: она делала всю грязную работу сверх своих обязанностей, потому что иначе врачи начинали жаловаться на нее начальству, но при этом задержать зарплату на месяц было для этих клиник обычным делом.

Доктор Эванс не закончила фразу, но Кэти и сама все знала.

– Да, я понимаю, – вымученно улыбнулась она.

Кэти повесила сумку на плечо и уже собиралась уходить, но доктор Эванс вдруг продолжила:

– Я обсудила вашу кандидатуру с доктором Маргарет Фокс, она согласилась взять вас к себе ассистентом.

Кэти замерла, пытаясь понять, сыграло ли с ней воображение злую шутку или, может, она что-то неверно услышала.

– Я… Я не знаю, что и сказать…

– В ваши обязанности будет входить помощь доктору Фокс на осмотрах, наблюдение за животными в стационаре и уход за ними. Не могу обещать, что доктор возьмет вас ассистентом на операции, это уже она решит сама. Это будет не самая высокооплачиваемая работа, но в случае, если вам потребуется дополнительный заработок, вы можете подменять наших администраторов. Боюсь, это все, что я могу вам предложить, мисс Митчелл.

Лицо Кэти расцвело, она улыбалась так широко, что сводило скулы. Она отчаянно боролась с собой, чтобы вновь не завизжать от радости.

– Доктор Эванс, я и мечтать о таком шансе не могла! Я так вам благодарна!

– Не сочтите меня сентиментальной, но в декабре я верю в чудеса. Или хотя бы в шансы, – доктор сдержанно улыбнулась и встала из-за стола. – Если у вас есть время, я могу познакомить вас с доктором Фокс и нашей клиникой.

– Конечно! – не сдержавшись, воскликнула Кэти.

Они вышли в узкий коридор, и доктор Эванс осмотрелась по сторонам.

– А, доктор Фокс! – окликнула она девушку с шоколадно-ореховым каре.

Та оглянулась и улыбнулась им. Она подняла указательный палец, как бы попросив подождать минутку. Передав администратору какие-то документы, доктор Фокс подошла к кабинету главного врача.

– Кэти, это Маргарет Фокс. Маргарет, я познакомилась с мисс Митчелл и считаю – она именно то, что нам нужно.

Кэти стало неловко от слов доктора Эванс. Она тут же побоялась ляпнуть что-нибудь не то.

– Очень приятно, мисс Митчелл, – с вежливой, но сдержанной улыбкой сказала доктор Фокс. – Может, не будем откладывать знакомство? Лучший способ сделать это – принять пациента, у меня как раз сейчас есть запись. Вы готовы?

Кэти на секунду растерялась.

– Да… Да, разумеется.

Доктор Фокс показала ей кабинет и выдала халат. Кэти помыла и продезинфицировала руки и вновь пожалела о своем выборе одежды. Она сняла пиджак, и поверх блузки надела халат.

Кэти слышала биение своего сердца, она посмотрела на ладони – те слегка дрожали.

«Так, успокойся. Ты готова. Ты ведь мечтала об этом».

Она действительно помогала в приютах с вакцинацией и осмотром животных, у нее есть какой-никакой опыт, но в этот момент Кэти словно позабыла обо всем.

В кабинет зашла доктор Фокс, а за ней женщина с йоркширским терьером на руках.

– Проходите, – позвала их Маргарет. – Как зовут нашего друга?

– Олли… Оливер, – с дрожью в голосе ответила хозяйка.

– Сажайте Оливера на стол и рассказывайте, что стряслось.

Доктор Фокс была само спокойствие. Она жестом подозвала Кэти к столу и сказала присматривать за пёсиком, чтобы тот не волновался.

– Ну, его тошнит второй день, и он ужасно вялый. А сегодня утром отказался от еды.

Доктор Фокс кивнула и попросила Кэти взвесить Олли, а сама продолжила расспрашивать хозяйку, собирая анамнез.

Кэти аккуратно подняла Олли и слегка прижала к себе, чтобы он перестал дрожать. Краем глаза Кэти видела, что Маргарет наблюдает за ней. Она поставила собаку на напольные весы, поглаживая ее, а затем озвучила вес.

– Мисс Митчелл, с чего стоит начать?

Кэти занервничала: она не думала, что ей дадут слово, лишь оценят навыки помощника! Поставив Олли обратно на стол для осмотра, Кэти глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.