Сердце пламени и тьмы. Серия «Осколки стихий». Книга первая

Так вот, на следующий день у нас была медитация. Профессор Вилан вел занятие замечательно: усадил нас на специальные подушки, зажег несколько ароматических палочек, музыка ветра нашептывала свои секреты в колокольчиках, все было идеально, если бы не храп некоторых адептов. Я бы посмеялась, но сама все время засыпала, поэтому с трудом сопротивлялась своему желанию уснуть всю дорогу.

– Я понимаю, что вам кажется, что медитация скучна, – подметил под конец занятия очевидное профессор Вилан. – Но это очень важный этап в вашем обучении. Медитируя, вы расширяете границы своего сознания, тем самым позволяя вашим звездным зверям все больше сливаться с вами. И…

Тут жаб снова всхрапнул и все засмеялись. Потому что, когда он проснулся от своего же храпа, он требовательно заявил: «Хватит орехами кидаться». Профессор Вилан расстроился, но улыбки не сдержал.

– В следующий раз продолжим, – отпустил нас на историю профессор, и мы дружно побрели на следующую пару.

По дороге я все думала об Илане. Мысли о том, что случится, не давали мне покоя. Если сначала я просто была рада, что в курсе происходящего, то теперь меня уже начала донимать мысль о том, что я не могу этого игнорировать.

Да, мы с Иланой и словом не обмолвились, но ведь, если она невиновна, а я могу это исправить, почему бы не попытаться? Если бы я была в подобной ситуации, разве мне было бы неприятно, если бы мне помогли и открыли глаза на проблему? Но, с другой стороны – мое ли это дело?

– Ты какая-то задумчивая, – заметила Тэра, пока мы шли.

– Да, есть немного, – призналась ей. – Знаешь, есть одна вещь… (задумавшись, я вдруг решила: а почему бы не обсудить это с подругой?) Вот если бы ты знала кое-что про незнакомого тебе человека, главное, что это приведет к последствиям, которые навредят этому человеку, что бы ты сделала?

Тэра ухмыльнулась, ее голубовато-рыжие глаза сверкнули.

– Разве это не очевидно?

– С одной стороны – да, – согласилась. – Но если это не мое дело?

– Этот… человек невиновен?

– Не знаю.

– А, так вот в чем дело, – поняла Тэра.

– Что? Думала, я просто противная девчонка, которая не хочет кому-то помочь? – Хмыкнула я.

– Кто тебя знает? – Вскинула бровь Тэра. – Ладно-ладно, шучу. Знаешь, если меня чему жизнь и научила, так только одному: если тебе все равно, ты об этом не думаешь. Но если тебя это не отпускает, проигнорируешь это и будешь мучиться всю оставшуюся жизнь.

– Личный опыт?

– Да, – кисло призналась Тэра и вздохнула. – Я бы все отдала, чтобы исправить прошлое, но это невозможно.

Как-то очень неоднозначно прозвучали ее слова, мне вдруг очень сильно захотелось ей признаться во всем. Но в следующий миг я подавила в себе это странное ощущение, потому что… да зачем ей знать? Закрыли тему.

Мы дошли до аудитории и спешно расселись по своим местам. Ректор должен был подойти с минуту на минуту, но тут внезапно ко мне подошел Рой. Я взглянула на него полным недовольства взглядом.

– Эй, Киара, – все еще ухмылялся так, будто все было по-прежнему, он. – Что-то ты совсем перестала меня любить.

– Ты ошибаешься, Рой, – улыбнулась в ответ, – я тебя никогда не любила.

– Да неужели? – Он вскинул брови, все еще улыбался, но его глаза полыхали злостью. Похоже, я доводила его своим игнорированием. Надо же! А я думала, эту стену в лице Роя ничто прошибить не сможет. – Что-то случилось? Ты можешь рассказать мне.

– И с какой это стати? – Сложила руки перед собой.

– Ты же считаешь меня своим парнем, – хмыкнул он.

– Я? Тебя считаю? А кем считаешь меня ты, Рой? – Парировала я.

Он ухмылялся, но в его глазах плескались смешанные эмоции. Он был не уверен, теряя контроль. Ему это не нравилось. Но положение спас Ректор, ворвавшись в аудиторию стремительно, как всегда.

– Так, быстро кричите «ура!», я уделю вам целых двадцать минут своего полного внимания, – заявил он сразу.

– УРА! – Дружно, будто репетировали, прокричали мы.

– Хорошо, – Ректор дошел до стола и присел на его край, по-моему, впервые осматривая каждого из нашей группы. – Кто мне расскажет о Великом расколе? Никто? (Это был риторический вопрос, мы уже знали Ректора, чтобы запомнить: возьмешь слово, и ты труп, потому что профессор тебя закопает и погребет под тонной вопросов). Хотя бы год, ну же.

– 357 год эры сумрачного феникса, – быстро ответила Тамила.

– Молодец! – Похвалил Ректор, и Тамила покраснела. – Это случилось внезапно. Ничто не предвещало изменений, но произошел прорыв между нашим миром и миром звездных зверей. Они вторглись в наш мир, будто кто-то открыл им дверь. Как бы ни старались и не изучали данный вопрос, доподлинно так и неизвестно, что же произошло в тот день.

– Но после случившегося нужно было принимать меры. Портал открылся на стыке трех государств, разрушив многие территории, превращая их в новую среду обитания звездных зверей. Море, что разлилось вокруг, облачные джунгли, зависшие над морем в небе, хищный лес, что окружил море, и, по показаниям самых смелых исследователей, подземные лабиринты, о которых известно совсем мало.

– Магия нашего мира была недостаточной, но она искала выход. На наше счастье не все звездные звери желали этот мир уничтожить, напротив, они хотели стать его часть, но не разрушать его. Тогда возникли первые союзы звездных зверей и людей.

– Так уж вышло, что эпицентр, где треснула грань реальностей, даровал зверям силу. Но чем дальше они уходили, тем слабее становились. Сам портал удалось слегка прикрыть, не закрывая полностью, но все же уменьшить масштабы увеличения вторжения их мира в наш.

– Простите, а почему бы не закрыть портал? – Подняла руку Тэра. – Ведь это бы лишило их всей силы.

– Но они бы в нашем мире все же остались, – заметил Ректор. – Сначала многие думали так же, но в какой-то момент пришлось смириться с новой реальностью: это новый мир, но его уже не изменить, к нему нужно адаптироваться.

– Но ведь они вторглись без разрешения, они чужие, – заметил Санду. – Не то, чтобы я хотел их выгнать…

– Верно, они были чужими изначально, но когда появились первые союзы между зверями и людьми, мы им не отказали, мы приняли их силу. А значит, мы знали, на что идем. И нет, это не было столь ужасно, просто частью трех государств стала реальность другого мира. Это не плохо и не хорошо, это данность. Как если высохнет озеро или река, начнется засуха или что-то подобное. Это законы нашего мира, которые нам не постичь и за миллион лет. Такова жизнь.

– Значит, мы смирились, – дергался все Санду, мечась между возмущением и покорностью перед Ректором.

– Мы взяли все лучшее и применили это в нашей жизни, – ухмыльнулся Ректор. – К тому же, несмотря на обособленность трех государств, появление в нашем мире нового вида сплотило всех нас. Любые изменения выглядят фатальными, пока не поймешь, что вся наша жизнь состоит из изменений.

– К тому же, портал появился в заброшенных, неизведанных землях, и это также является причиной, по которой мы не все досконально знаем о случившемся.

– Но ведь исследования все равно ведутся, так ведь? – Спросила Тэра.

– Конечно, – кивнул Ректор. – Более того, благодаря нашим звездным зверям, мы способны заходить все дальше, защищаясь от хищников, не желающих с нами взаимодействовать. Для этого вы все здесь. Чтобы научиться.

Я уже слышала эту историю и дома, и от Ректора, но все равно ловила каждое слово. История нашего мира была необычной, но профессор был прав в одном: изменения – часть нашей жизни. Можно противиться им и не принимать их, но факта это не изменит: они все равно случатся, этого не избежать. А значит, нужно приспосабливаться.

***

После разговора с Тэрой я уже поняла, что хочу влезть в дела Иланы и узнать, была ли она виновата, но после повторной лекции у Ректора я приняла это решение окончательно. Да, я не была уверена в этом на все сто, но для этого мне и дано время. Чтобы я поняла это и разузнала. Поэтому я и решила за девушкой немножко последить.

Конечно, делать это со всеми своими занятиями я не могла, но вот в столовой я не, как обычно, быстро поела и ушла до того, как Кроу с бандой явился (все избегали этого типа, стараясь есть быстрее), а дождалась, когда придет Илана. Что я хотела увидеть? Не будет же у нее на лбу написано, что она невиновна. Однако же с чего-то надо было начинать. А именно – с прикрытия.

Пошла якобы взять что-нибудь из еды (да, я уже до отвала наелась, но надо же было как-то оправдывать, что я вообще рядом с Иланой тут околачиваюсь). Не знаю уж, может быть, не специально, а, может быть, она что-то подозревала, но стоило мне подойти поближе, Илана вдруг резко повернулась в мою сторону и пошла на меня.

Перепугавшись, даже не знаю почему, я развернулась и метнулась к десертам. Уткнулась в варианты и вцепилась в шоколадный торт, делая вид, будто еще не решила, его или… как назло больше ничего рядом не стояло.

Резко дернув тортик, я развернулась, чтобы им прикрыться перед Иланой, мол, «смотри, дело в нем, а не в тебе», но внезапно обнаружила, что Илана уже ушла. Здорово. Наверное, она меня и не заметила. Что хорошо, я не провалила задание. Ура!

Пошла я, значит, обдумывая, как бы подсесть поближе, но не выглядеть так, будто, прям, специально к ней подсаживаюсь, а Илана снова как встанет и пойдет мне навстречу. Пытаясь куда-нибудь деться, быстро села за ближайший стол и притворилась статуей. Из меня шпион, конечно… Я ведь даже не знаю, что хотела увидеть в Илане. Можно подумать, она в один из приемов пищи возьмет и скажет что-нибудь ее оправдывающее.

– Кхм, – кашлянул кто-то сбоку, и я чуть не умерла в тот же миг.

Я даже не заметила, что там кто-то сидит. Успокоилась чуточку, убедилась, что Илана не видела моего позора, приняла самый невозмутимый вид и бросила беглое «привет» соседу, собираясь уходить. Но когда узнала его, то теперь уже повернулась и откровенно уставилась. Он смотрел на меня заинтересовано, а когда заметил удивление на моем лице, улыбнулся своей коронной кривой ухмылкой.

– Феран? – Зачем-то уточнила я, он все продолжал ухмыляться, разглядывая меня. – А где твоя толпа?

Глупый вопрос, но я, правда, не ожидала увидеть его здесь одного, еще и так нагло подсела… он меня смущал. Он всех смущал, но я не была одной из его поклонниц, поэтому вообще была не готова к подобной встрече.

– Я от них отдыхаю, – внезапно довольно спокойно для столь популярного парня, ответил мне он.

– Не знала, что у тебя бывают выходные, – пожала плечами я, а Феран ухмыльнулся.

Вот это нехорошо, когда он ухмыляется, я краснею. Да все краснеют! Ну, а как иначе? Он себя в зеркало видел вообще? Причина сердечных приступов.

– Так ты хотела чего? – Спросил меня он.

К этому моменту я хотела уже попрощаться и вскочить на ноги, спешно убежав, но тут Илана, как почувствовала, пошла на меня. Ладно, она шла к своему столу, но мимо моего… то есть, нашего с Фераном. Что делать?

Чересчур сильно вцепилась в блюдце в руке и вспомнила про десерт.

– Я тебе тортик принесла, – метнулась к Ферану, отворачиваясь от Иланы, тайно надеясь, что она меня не заметит.

Феран, как назло, оказался ближе (это бывает, когда ты к людям приближаешься, поэтому я и покраснела), он все ухмылялся, смиряя меня внимательным взглядом, а я все двигала к нему тортик.

– Я не ем сладости, – признался Феран, и нотки самодовольства в его голосе мне не понравились.

Похоже, он уже принял меня за свою фанатку, что плохо, потому что я просто отвлекала внимание. Но ведь мне должно быть все равно. Так, не хихикать, когда смотрю на Ферана.

Илана зачем-то притормозила у нашего столика, я отвернулась сильнее и придвинула блюдце к Ферану вплотную.

– Но это просто невообразимо вкусный тортик, – пообещала я. – Пожалуйста, попробуй.

Мельком глянула на выход и заметила банду Кроу с самим главарем. Народу прибавлялось, но все не те. Илана наконец-то отошла, села за свой столик и вернулась к обеду, я же отодвинулась от Ферана и уже хотела уходить… но он вдруг сделал неожиданное: взял чайную ложечку и стал пробовать тортик. Решив дождаться вердикта, позволила себе смотреть на него, пока он пробовал сладость.

– Ммм, – протянул он, – и правда, вкусно.

– Вот видишь, – просияла я. – Ну… ладно, я пойду. А то я в твой выходной…

И я быстро самоустранилась, стараясь сбежать как можно скорее. Не самая удачная идея следить за Иланой, если честно, с другой стороны – а что еще делать? У меня дальше занятия, когда я еще буду за ней приглядывать? Да и зачем мне это? Просто… я подумала: если ее виверна настолько неконтролируема, должна же она была проявить себя раньше? Или нет? Не знаю. В общем, план трещал по швам и мне это не нравилось.

Когда это произойдет? Я помню только, когда ее наказали, но не сам момент, когда это случилось. Я узнала примерно после лекций… ужин! Да, точно! Это был ужин! Значит, примерно после обеда. Потому что, если бы до или на обеде, все бы узнали уже тогда. Но новость разносили на ужине. Следовательно, это случилось в промежуток между занятиями во второй половине дня.

Что еще я помнила о том дне? Илана вышла из столовой, и я двинулась за ней тенью. Я помнила… помнила, как она пришла под конец ужина. И на ней не было пиджака. Я еще удивилась этому тогда, ведь день был сильно ветреным. Потеряла ли она пиджак до или после события? Не знаю. Но сейчас пиджак на ней был, и она отправилась на лекции. Значит, ничего пока с ней более не случится. А значит…

– Что ты здесь делаешь? – Ошарашил меня знакомый голос, и я вздрогнула.