- -
- 100%
- +
– Черт! – выдохнула Любка, испытывая подавленность. – Какая-то сволочь перехитрила всех! Выставила меня из отчего мира, убила хорошего человека, скрыла следы, продолжает убивать людей… убивает не сам, а исключительно с помощью человека и силы, которую ему удалось заполучить!
– И замечательно, и пусть убивает! – на траве, развалившись, лежали волшебник и волшебница, жуя соломины.
У волшебников была одна скверная привычка: никогда не откликаться на зов, и приходить, когда о них не вспоминаешь. Любка и обрадовалась, и зачем-то обиделась.
– Ну уж нет, хватит, пора прекратить этот ужас, – заявила она. – У меня нет ни ненависти, ни злости, ни претензий… В конце концов, там множество людей, среди которых обязательно нашлись бы друзья. Много друзей. И я уверена, их было б больше злопыхателей. Как здесь, даже после того, как они дали мне чудовище. И мой истинный, который стоит того, чтобы протянуть ему руку помощи.
– Это первое твое заблуждение, – снисходительно ухмыльнулись оба волшебника.
– Почему же? Он передал мне столько знаний, – пожала Любка плечами.
– С чего ты решила, что это он? Ты час назад объяснила Игорю… Кстати, замечательный молодой человек! – одобрила выбор волшебница.
– Что сама душа – невидимка, услышать можно лишь посылы, – закончил волшебник.
Любка заинтересовалась, мгновенно сосредоточившись, вспоминая воронку и голос.
– Это был не Илорин? – раздосадовано протянула она.
– Вывод напрашивался сам собой, – подтвердил ее опасения волшебник. – Есть кто-то, кто им манипулирует или использует. Или содействует Илорину. Вызвать видения прошлого для магов не составляет труда. Они были достаточно яркими и содержали элементы соматики.
– Понятно… Вопрос в другом, зачем я им понадобилась? И почему бы им не последовать за мной?
– Попробуй ответить сама, – предложил волшебник.
Любка задумалась.
– Понятия не имею… Возможно, они действительно хотели позвать на помощь? Какой смысл убивать меня, если меня там нет? Может быть, они испугались червей? Или тот парень… Оливарн… закрыл эту планету, они не могут сюда попасть. Посох – он светился, я вспомнила тот свет, который вышел из его посоха. Он собирался в этот мир и… готовился… Он что, готовился к революции?
– Он готовился понести этому миру магию и свет. Естественно, он собирался выиграть время и подготовить сильных магов. Согласись, многие люди стараются в последнее время выявить способности, и никто уже не удивляется. Наоборот, их просят о помощи. Ужаса нет, ужас как будто ушел в глубину веков. Невиданное доселе явление за последние две тысячи лет.
– Но, если я достану посох, я положу этому конец, – расстроилась Любка.
– Именно об этом мы и пришли предупредить тебя, – кивнул волшебник.
– Но что же делать? Как мне отменить мое желание, в котором я хочу, чтобы они исчезли? Я не желаю им зла, это было лишь желание младенца, который хотел, чтобы боль прекратилась.
– Ты можешь пройти по дороге, – предложил волшебник. – Верь мне, у тебя получится.
– Мне придется оставить Игоря… – с облегчением выдохнула Любка. – В том мире, в мире магов, проку от него никакого.
– И от его друга, который непременно не останется, – рассмеялись оба волшебника. – Но если объединить усилия, то, возможно, ваши миссия завершится успешно. Магия есть в каждом человеке, но люди о ней стараются не думать, а если она проявляет себя – пугаются. И все же, каждый человек задумывался о своих способностях, которые нельзя объяснить ничем, кроме магической способности изменять мир под себя. Особенно здесь, когда каждый пятый скрытый маг. Волхвы долгое время учили людей и выбирали ученика, который мог чуть больше, чем прочие – и передавали ему знание. Все они верили, что однажды наступит время, когда их знания станут достоянием народа. Всего народа. Ты не можешь не спать в дороге, кто-то постоянно должен нести охрану, потому что тебя могут ждать враги, тебе будет нужна еда, которую ты не сможешь достать, не засветившись, как маг, ты не выйдешь из магической ямы, если кто-то не бросит тебе веревку…
– Но… – Любка поперхнулась. – Я…
– Первое, что ты должна сделать, разобраться в устройстве и заклятиях сего феномена, – волшебник кивнул на ложбину. – Согласись, на твоей исторической родине уметь поставить такую защиту никогда не помешает. Ты можешь быть у врага под носом и наблюдать за ним.
– Или кто-то будет наблюдать за мной…
– Или кто-то будет у тебя под носом наблюдать за тобой! – согласились волшебники. – Ты должна примерно понять технологии твоего мира, по крайне мере, предполагать, что может заключать в себе та или иная вещь. Изучить способ, которым закрывают или открывают миры. И иметь сильное оружие и физическую подготовку. Маги в твоем мире избранная каста, они ничем не занимаются, кроме как оттачивают свое мастерство, и иногда служат людям, помогая решить те или иные проблемы.
– Но я не собираюсь вмешиваться в их жизнь, – воскликнула Любка.
– А придется! Твое желание нарушило равновесие, и каждый день приходят люди, которые размышляют как первые христиане: вся власть – Советам, фабрики – рабочим, земля – крестьянам, провозглашают равенство и братство, выдавливают из жизни Ананий и Сапфир, не пожелавших делиться. И миллионы человеческих жизней устремляются в небо в виде дыма. Маги утратили авторитет, на престол взошел Зверь, который, прикрываясь белой одеждой, поит всех свое кровью и крестит огнем, чтобы удержать мир от таяния. И многие маги переметнулись на его сторону, возглавив освободительное движение.
– А я-то что могу сделать? Я могу только забрать назад свое желание, – выразила Любка протест столь масштабной операции.
– Старайся об этом не думать, – посоветовал волшебник. – Ты собралась в дорогу? Готовься. Мы даже поможем переправить на ту сторону тех, кто пожелает идти с тобой. Но взамен попросим исполнить несколько поручений.
– Какие? – насторожилась Любка.
– Мы решили дать тому миру еще один шанс проснуться.
– Понятно, убогих лечить придется… – подытожила Любка с тяжелым сердцем. – И как мне разрубить… этот гордиев узел? – она кивнула на ложбину.
– Проще простого! – рассмеялась волшебница. – Но мы не будем подсказывать. Ты столько времени провела с человеком, который играет с нашими посланниками в интереснейшую игру, и ничему не научилась? Многие воздушные духи – генерированы из пространства мысли. Уметь поймать их, бывает полезно.
– Хе! Хе-хе! Кажется, поймала… – Любка вдруг уловила знакомую волну, которая не раз приходила озарением. – Я могу заморозить пространство и воздух – и расколоть надвое. В том месте что-то да должно быть!
Она засучила рукава, освобождая ладони, накрывая лощину ледяным куполом.
Когда купол раскололся на четыре части, раскрывшись как лепестки, внутри оказалась пустая полусфера, диаметром метров двадцать. Границы ее четко просматривались. Любка прошла по этому месту множество раз, с удивлением понимая, что места как будто не существует. Пространство словно бы искажалось, стягивая полусферу в одну точку.
– Красиво они… работают, – восхитилась Любка, просовывая руку, точно зная, что она вошла в закрытое пространство, которое вытянуло ее на двадцать метров.
– Красиво! Высший пилотаж! Первый уровень серьезной магии… Поднять человека из праха – второй уровень. Выйти в общество магов и закрыть глаза на себя – пятый уровень. Вызвать тварь из Бездны – седьмой уровень.
– А людей в оборотней обратить? – вспомнила Любка.
– Самодеятельность. Управление сознанием масс. С этим и не маги справляются.
– А сознанием магов?
– Ты имеешь в виду их битвы? – рассмеялась волшебница. – Это между ними происходит постоянно. Но управлять сознанием толпы магов… это высокий уровень. Очень высокий.
Любка вскинулась.
– А могло быть такое, что некто был в Совете и управлял магами? Тот старый маг, им управляли… Я знаю это существо. Если его победить, оно отступает.
– Правильно, кто-то был. Существо имеет определенные размеры. Ты была младенцем, привыкала бороться, а для мага было внове… Это и есть Голлем. Убить его дано только магу, который умеет видеть духов.
– А Зверь – он кто? – полюбопытствовала Любка.
– Маг, который поднял Тварь из Бездны, чтобы убивать людей. Та тварь… которую подняли в этом мире, все еще ходит по головам и сыплет соль на рану.
– Ну ладно, – тяжело вздохнула Любка. – Что мне делать с этой хренью?
– Ты маг, в тебе есть сила, она разорвана чужой магией, но у тебя всегда есть с нею связь. Найди, что между силой.
– Камень, чувствую… что-то твердое и мертвое.
– И накрой камень силой, а потом попробуй пробить его, прощупать и услышать слова. Запомни и разорви заклятие.
Снятое заклятие открыло участок, покрытый снегом, который быстро начал таять. Здесь все осталось так, как в ее видениях. Тело старого мага даже не подверглось гниению, словно он спал. Его посох лежал рядом. Посох Оливарна был неглубоко, выглядел он почти так же, как посох старого мага. На первый взгляд ничего особенного, легкие, удобные для руки, крепкие. Посох старого мага еще держал в себе его силу, посох Оливарна был пуст.
– Это что же, он закрыл дорогу в наш мир своей силой? – изумилась Любка.
– Без соответствующего оборудования. Магия, для которой нет уровня.
– Что-о? – глаза Любки изумленно поползли вверх.
– Магия – это наука. В магии есть гении, которые чувствуют ее, как Ньютоны, Энштейны, Теслы… Это – ученые маги. А иначе как бы она развивалась?
– Значит, у них есть военные секреты, – расстроилась Любка. – Они такие сильные?
– Это значит, что тебе есть чему учиться, – строго внушил волшебник. – Магия пространства и времени тоже не имеет уровня. Ни одному магу не под силу сделать то, что делаешь ты. Кроме твоего истинного, который имеет доступ к твоей силе.
Через два часа Любка сидела рядом с Игорем, показывая ему оба посоха.
– И какой же в нем секрет? – Игорь вертел посох в руках, пытаясь выявить на нем кнопки.
– Понятия не имею… – Любка пожала плечами. – Но, если мы хотим побороть самую главную мразь того мира, я должна научиться его использовать.
– Кстати, я созвонился со Славкой. Река, лес, горы… Тебе там понравится.
– А чем он занимается?
– Спортивно-оздоровительный лагерь. Лыжи, сплав по реке, альпинизм, охота… Всего понемногу, но бизнес идет. Там ты сможешь жечь и взрывать, сколько твоей душе угодно.
– Да, а когда выезжаем? – заинтересовалась Любка.
– Да хоть завтра. По крайне мере, там есть все удобства, – недовольно проворчал Игорь, откладывая посох. – Но я рад, что не поехал, не хотел сесть ему на шею. Иначе бы мы не встретились.
– Случайности не случайны. Если вы друзья, почему же ты еще раньше не обратился к нему за помощью? – осуждающим тоном полюбопытствовала Любка.
– Не настолько. Когда-то он был влюблен в мою сестру. Потом они расстались и мы потеряли связь. Надолго. А недавно он узнал об аварии и позвонил.
Глава 35
Любка присвистнула, рассматривая в бинокль, взятый напрокат у охранника, который их встретил на станции, вершины горной гряды. Рядом бурная река, склоны, поросшие соснами, елями и кедром. С того места, где остановились, коттеджный поселок был как на ладони – три корпуса чуть в стороне и порядка пятидесяти уютных, словно игрушечных домика из дерева и кирпича в три улицы.
Недалеко, километрах в пяти вниз по реке, среди обширных полей, еще один поселок с фермами и работающей техникой. По полю ползали несколько тракторов, скирдуя сено. Любка не сразу сообразила, что ее насторожило в этой мирной панораме… Над сметанными стогами кружили вертолеты… Порядка пяти. Поднимали в воздух и переправляли куда-то в горы.
– Это… куда? – заинтересовалась она.
– На зимний подкорм, – ответил охранник, открывая багажник и доставая сумки и чемоданы. – Там у нас скотина… Завезли два года назад. Восстанавливаем популяцию яков и прочих животных.
– А я что говорил! – воскликнул Игорь с восхищением, снимая панораму на камеру.
– Старик! – навстречу из ограды быстрым шагом вышел высокий накачанный мужчина, по сравнению с которым Игорь выглядел сухостойной жердью.
– Славка! – Игорь бросился ему навстречу.
Вячеслав легко поднял Игоря, крепко прижав к себе.
– Ой, ой, ой, не сломай его! – испугалась Любка, отвлекаясь от созерцания пейзажа, засмотревшись на высокого русского былинного богатыря, разве что без лат.
– Мадам! – мужчина галантно откланялся, приглашая в дом.
Водитель и сопровождающий их охранник уже достали из багажника вещи и клетку с Кошаком, перенося в дом, отвели Лошарика в вольер. Игорь взял ее под руку, провожая по плиточной дорожке, с разбитыми по обе стороны клумбами и ровно подстриженным газоном.
– Ну, Игореха, ну, ты даешь! Читал, читал! – мужчина похлопал Игоря по спине, отчего тот споткнулся и полетел вперед. Вячеслав едва успел подхватить его и удержать от падения.
– Слышь, ты… богатырь русский, силы прибереги, – сдержано попросил Игорь. – Я сюда приехал здоровья набраться, а не быть убитым от твоей руки, мудила.
– Что ж ты, дурак хохляндский, сразу-то не прикатил? – упрекнул хозяин. – Мы б тебя в два счета на ноги поставили. У нас, о! – Вячеслав широко развел руками, шумно вздохнул полной грудью и выдохнул. – Красотень какая… Сосны, кедры, озон, вода, а воздух, воздух! Я вам, кстати, баньку приготовил.
– Почему меня все пытаются сначала помыть? – рассмеялся Игорь.
– Я бы отдохнула с дороги, – скромно попросила Любка. – Сколько мы ехали, часа три? И пять на поезде… далековато забрались.
– От станции? Ну да, – Игорь взглянул на часы. – Кстати, знакомьтесь, моя… жена, Любовь Николаевна.
– Можно без отчества, просто Люба, – вставила Любка. – И не жена пока.
– Очень приятно! – слегка наклонил голову их спутник, протягивая богатырскую руку. – Вячеслав. Без штампа в паспорте жен не бывает?
Вложить свою руку в его ручищу Любка не решилась, слегка пожала пальцами его большой палец.
У порога их встретила миловидная девушка с длинной русой косой в униформе домработницы.
– Маша, по-быстрому собери на стол, люди устали с дороги, – приказал хозяин.
– Да, Вячеслав Семенович, уже собрали. Во дворе у террасы. Горячее, когда подавать?
– Ну, давай сразу, как за стол сядем. Надо поднять людей с устатку… – он оглянулся на Любку, заметив, что она озирается по сторонам, попросил: – Ты, Маша, покажи Любови Николаевне дом, ну там… сама понимаешь.
– Мне бы руки с дороги помыть… умыться… – подала голос Любка.
– Да, пожалуйста, прошу вас, – девушка с приятным голосом повела ее на второй этаж по лестнице с витыми перилами.
Комната была небольшая, но уютная. С туалетом, с ванной, с камином, с широкой кроватью и ковром на полу. Возле кровати разостланная шкура какого-то животного. Плазменная панель, на рабочем столе, стационарный телефон.
Она умылась, переоделась в легкий сарафан и сланцы, с удовольствием избавляясь от кроссовок. На улице стояла тридцатиградусная жара. Заметив в ванной комнате стиральную машину, бросила пропахшие потом брюки и рубашку в стирку. Прилегла на кровать, дожидаясь Игоря, и заснула…
– Так в баньку! В баньку! Там специалист наш дожидается!
Проснулась Любка от того, что кто-то тряс ее за плечо. В спальне находились Вячеслав с Игорем.
– В баньку, так в баньку… Куда идти? – спросила Любка, отбросив скромность, поднимаясь с кровати. Двадцати минут дремотного состояния восстановить силы хватило. Не выспалась, но усталость прошла.
– Э-э, мужики что ли? – возмутился Игорь. – Не ходи! А то, блин, насмотришься на местных красавцев, – он недовольно смерил Вячеслава завистливым взглядом. – Где я себе такие бицепсы возьму?
– Мы накачаем! – пообещал Вячеслав. – Надолго приехали?
– Пройти полный курс молодого бойца… С боевыми патронами, с полным снаряжением, в боевых условиях.
– Что, воевать собрался? – Вячеслав не отвернулся, когда Игорь снял брюки и натянул шорты. – Или для книги? Решил перейти на боевики? Одобряю!
– Нет, для дела, – озабочено вставила Любка, вспомнив, что сказали волшебники. Как-то в голове не укладывалось, что Вячеслав начнет проситься в экспедицию. Или начнет рассматривать тонкие миры… И у нее бы язык не повернулся оторвать его от столь успешного бизнеса.
– Года хватит? – с сомнением покачал головой Игорь, засмотревшись на себя и на Любку через зеркало. – А то я в армию-то не ходил… – признался он, смутившись.
– Год? – присвистнул Вячеслав, обрадовавшись. – Да я за год из вас таких бойца сделаю, Чунгачгук удавится от зависти! Так, пошли, пошли, – поторопил он.
Он бесцеремонно подтолкнул Любку к двери.
Прошли коридор, спустились в большую гостиную и вышли на задний двор на террасу.
До реки было метров сто. С одной стороны, в ряд теплицы и небольшой огород, с другой, ближе к берегу, шикарная баня. Возле бани на берегу место для отдыха. Молодой парень обдувал газетой наколотую на вертел здоровую тушу над костром, еще один готовил на мангале шашлык. Нарытый стол, ломившийся от жареного мяса и овощей, дожидался в крытой беседке.
– Ну, давай, за встречу! – Вячеслав разлил в три стопки водку. – Из бани выйдите, как раз кабанчик сготовится. Чем богаты, тем и рады!
– У вас тут еще что-то бегает? – усмехнулась Любка, оглядывая стол, уставленный деликатесами. Икра, копченая рыба, рябчики, салаты, овощи и фрукты.
– Это свое, разводим… Лосей, кабанов, олени, фазаны есть, осетр, карп. Хотел яков разводить, но пока не достал племенной материал, – Вячеслав с обидой вздохнул. – Бизонов завезли, ламу, горного козла… Все, как у цивилизованных людей. У нас тут больше-то иностранцы отдыхают, но и своих много. Молодежь берем на перевоспитание. Нынче лагерь в три смены.
– Круто! – согласилась Любка, сожалея, что с этой стороны дома обзор был не такой обширный.
– Значит, курс молодого бойца? – оглядев Игоря, протянул Вячеслав. – Одобряю! А поподробнее можно узнать? Проблемы? Кто-то наехал? – лицо у него стало озабоченным. – Ты давай, начистоту выкладывай. Ты знаешь, я недомолвок не терплю.
Он вдруг стал грозным, нахмурившись. Игорь и Любка оба покраснели под его взглядом, переглянувшись.
– Ну… в общем… Ты умрешь, но не поверишь! – расстроился Игорь.
Вячеслав хмыкнул, уставившись перед собой.
– Я всему поверю, если ты мне скажешь, – пообещал Вячеслав.
– Понимаешь, книгу-то прочитал? – смутился Игорь еще больше. – Так вот… Не все там выдумка. Есть факты, против которых не попрешь.
– Это про меня книга! Частично, – пришла Любка на помощь. – Меня сюда притащили и бросили умирать. Я выжила и решила вернуться, чтобы забрать назад желание… И чуть не убила его я. Это я устроила ту аварию, по моей вине.
Любка прочертила пальцем в воздухе, в воздухе загорелась плазменная змейка, проползая между блюдами и покрутившись у лица Вячеслава.
– Я, в общем-то, могу все тут спалить… Ну, или заморозить… – над столом зависла глыба льда. – Или время остановить… Ходить сквозь стены, первую помощь оказать, мысли прочитать… Много чего. А этот хохляндский дурак меня не отпускает, решил умереть вместе со мной. Я надеюсь, хоть ты его образумишь. Там маги нечета мне, они и вызвать из праха мертвеца могут, и зверушек из Бездны, и… Это мир колдунов, их там тысячи, миллионы… Любой может оказаться колдуном – и такой силы, что все колдуны, о которых вы слышали, в подметки им не годятся. Согласна, форма мне не помешает, но он – останется!
– Ага! Как бы ни так! – проскрипел Игорь сквозь зубы.
– Вы, ребята, разыгрываете меня? – просевшим голосом, не отрывая взгляда от куска льда, прохрипел Вячеслав.
– Это похоже на розыгрыш? – Игорь ткнул в лед пальцем.
– Ну-у… Я с вами… – не меняя выражения, кивнул Вячеслав. – Е-мое, не увидел бы, не поверил…
– Куда с нами? Эй! – Игорь помахал у друга перед глазами рукой.
Вячеслав отмахнулся от руки Игоря в ответ, промахнувшись.
– О, Игорь, привет! – в беседку от дома подошли пятеро таких же крепких ребят, как Вячеслав, в военной камуфляжной форме при оружии.
– А это че? – кивнул один из них на глыбу льда над столом, застыв на полдороге.
– А это, мужики, я вам скажу… – Вячеслав уважительно покачал головой. – Судьба моя!
– Какая судьба? Ты чего несешь? – сдурели все пятеро, пытаясь поднять льдину и отодвинуть в сторону. – Сейчас на стол грохнется.
– А вот! – он, как-то уж слишком елейно, взглянул на Любку, которая усмехнулась, произнеся заклинание – льдина исчезла. – Или смерть приму, или вернусь…
Двое из пятерых не смешно захихикали. Двое поздоровались за руку с Игорем, кивнув Любке, скептически взглянув в сторону Вячеслава.
– Травку покурили? – накладывая себе салатов, один из них махнул рукой тому, который готовил шашлык. Тот подхватил огромное блюдо с шашлыком и водрузил на стол.
– Ну что, как там у вас дела? – спросил Игорь, накладывая себе мяса.
– Нормально! Нынче на лето шесть отрядов уже набрали, на зиму думаем наркоманов взять. На пробу. Зимой у нас спортсмены тренируются. Подъемник на гору дотянем, будет как на Швейцарских курортах… Пока на вертолетах доставляем. Охотхозяйство выручает. А у вас-то как там в городе?
Игорь пожал плечами.
– По-старому…
Любка тихонько вышла из-за стола, чтобы не мешать мужским сплетням, предупредила, что направляется в баню, прошлась мимо теплиц, заглянув внутрь. В двух вызревали помидоры, в одной огурцы, в остальных перец, баклажаны и лук. Зашла в предбанник, немного смутившись, когда заметила китайца, перебиравшего веники.
Китаец растянул улыбку от уха до уха, приглашая рукой внутрь.
– Плосим! Плосим! – открыл дверь в парную, подхватил тазик с вениками.
Когда на Любку дохнул жар, раздумывала она недолго – сбросила сарафан, оставшись в купальнике, растянувшись на пологе, накрытом мягкой простыней. И сразу отключилась, доверив тело профессионалу…
Занятия начались лишь через неделю. Не абы как, продумывали каждую мелочь. Выживание в лесу, ловушки, сплав по реке, подъем в гору и спуск, бег на короткие и длинные дистанции, владение посохами, зачем-то даже включили управление вертолетом. Подъем в полседьмого, пробежка, утренняя разминка, завтрак, час на отдых, поход в горную лесистую местность с ориентированием и преодолением препятствий, на обед, что сумеют добыть, возвращение к ужину в пять, снова час на отдых, изучение приемов боя, еще час отдыха перед отбоем…
Любка в жизни так не уставала, сваливаясь без сил в любом месте, куда могла присесть. Игорь тоже умника из себя не строил. Шестеро ребят, которые с ними занимались, Вячеслав, Виктор, Иван, Эдуард, Антон и Аркаша только посмеивались, открывая в них какое-то второе дыхание. Все изменилось, когда Любка начала применять магию, обнаружить которую смог только Вячеслав, вдруг перепугав всех досмерти, когда посох у него пальнул огнем. Да и сам он стал бледный, как смерть, и могучею скалою стоял на уступе минут десять, не пошевелившись и даже ни разу не моргнув.
– Черт! Славик, ты же колдун! – взвизгнув, изумилась Любка.
Славик почесал озадачено затылок, рассматривая со скалы поселок, в котором лениво протекала жизнь.
– Вот верите, нет, – он повернулся к ребятам, которые стояли с открытыми ртами, – помните, летели на задание? – он перевел взгляд на Любку. – Там дальше, с той стороны гор золотые прииски, напали на бригаду, золото унесли… В общем, кровавая бойня… И нас на вертолете туда… – он задумался. – И вот, летим над этим местом – и вижу поселок, красивый. Стада пасутся, как в саване. А точно знаю, что ничего не должно быть, сколько раз были… Смотрю на карту, нету ни хрена, вниз – есть!
– А, помню! – оживился Аркадий. – Он меня толкает вбок, смотри, говорит, что там за хрень… Я думал у него крыша поехала…
– А сам-то я, думаешь, не напугался? – усмехнулся Славик. – Когда вниз чуть позже глянул, а и правда, нет ничего… А потом прилетели сюда на рыбалку, посидел, посмотрел – и как током в башку вдарило.
– А как опасность чувствуешь? – напомнили Антон и Эдик. – Нет никого, все тихо. Он: стоять, ложись! Минут пять лежим, а потом что-нибудь обязательно или вылезет, или взорвется. Один раз ни сном, ни духом, залегли – боевики мимо с гор спускаются. Пропустили, своим передали, а сами их сзади накрыли огнем.
– Ты, Славик, пророк, как Мессинг или Нострадамус, – прищурилась Любка, проверяя его на силу. Сила в нем была и не маленькая, но какая-то размытая. – Тебе учиться надо.
– Ну! – согласился Вячеслав, повертев в руке посох старого мага. – А как этой хренью управляют?
Обучение Вячеслава началось с медитаций и чистки информационного поля, чтобы он мог легко считывать информацию пространства. Считывать информацию у него получалось даже лучше, чем у Любки. Через месяц, когда горы стояли желтые и красные, окрашенные во все оттенки багряных окрасов, он вдруг остановился и повернул группу назад.