Путешествие по другим мирам. Сборник рассказов

Я сидела одна среди длинных рядов кресел. Работники аэропорта сновали туда-сюда и иногда говорили со мной: хотите воды или чаю, возьмите свободную подушку, сдайте багаж в камеру хранения. Все это звучало как утешение в их понимании, но я не чувствовала ни искренности в их голосах, ни скорого решения проблемы.

Застрять в чужом городе в канун Нового года – так себе радость неожиданной новости! Из-за непогоды рейс отменили. Те, кто должен был лететь вместе со мной, разошлись по гостиницам, отелям, а я осталась, потому что устала искать выход в последний день в году. Силы покинули меня, когда я поняла, что застряла тут в лучшем случае до послезавтра.

– Ты поедешь – и точка! – все как всегда решала мама, а я упиралась и переступала через чемодан. – Бесплатная путевка в санаторий – неслыханный приз! Ты просто обязана лететь.

Это она говорила две недели назад, когда не знала, что я застряну в чужом городе. А теперь передо мной почти безлюдный аэропорт, ни елки, ни подарков, ни друзей, ни близких. Одиночество и безысходность, потому что в довесок ко всему я разбила мобильник. Это вышло по нелепой случайности, но… ничего не поделаешь.

– Возьмите, пожалуйста, ключ. – Ко мне подошел светловолосый парень лет на пять моложе меня с милой улыбкой на лице. Он был одет в синюю форму служащих аэропорта. – На ваше имя только что зарегистрировали еще один ящик для багажа.

Я тупо смотрела на маленький металлический ключик.

– И кто это сделал?

– Зайчик? – предположил парнишка. – Не знаю, мне велели передать то, что ваше по праву.

Я скептически уставилась на него. Только шутников в Новый год мне и не хватало!

– Издеваешься?

– Правда почти всегда похожа на издевку, – пробормотал он и ушел восвояси.

Я решительно встала и подошла к регистрационной стойке. Там сидела девушка в пол-оборота и, подперев голову ладонью, дремала. По всей длине ее черных волос висели малюсенькие блестящие заколки в виде бабочек и цветов. Я полагала, что работникам больших серьезных фирм не разрешают носить на работу столько украшений в волосах.

– Кхгм, – я громко прочистила горло и положила чужой ключ на столешницу стойки. – Это не мое! Кто-то по ошибке оформил на меня еще один ящик багажа.

– А? – тупо переспросила работница аэропорта.

– Это не мое, – терпеливо повторила я, указывая на ключ.

Девушка разлепила веки и повернулась ко мне лицом. Маленькие черты, большие глаза цвета сочной весенней травы туманно посмотрели на меня.

– К сожалению, ничем не могу помочь, – пожала плечами она, отодвинув ключ по стойке в мою сторону. – Обратно я не приму, потому что это был заказ на ваше имя в виде подарка.

Мое лицо вытянулось от удивления.

– Ключ – это подарок? Что за бред?

Девушка снова пожала плечами.

– Не могу помочь разобраться в этом деле, потому что я тут работаю на полставки. Идите к начальству, если хотите отказаться от ключа.

Я пару раз моргнула, переваривая услышанную бессмыслицу.

– А вот и пойду, – решила, что так будет правильнее, – и обязательно пожалуюсь на вас! Спите прямо на рабочем месте.

– Пожалуйста, жалуйтесь, – спокойно отреагировала девушка и развернула кресло ко мне спинкой. – Мой босс в курсе, что со мной не так. Сейчас не мой сезон, поэтому мне можно дремать.

Я схватила ключ со стойки и пошла в сторону коридоров. Там найду начальника аэропорта и пожалуюсь ему на все: и на сотрудницу, и на задержку рейсов. Если у меня плохое настроение, почему бы не испортить его всем?

– Не стоит! – остановил меня хриплый голос за спиной, и я обернулась.

Передо мной стоял сутулый старик в тулупе. Он улыбался в седую бороду, кончик которой крутился спиралькой. Говорил старик громко и четко для почтенного возраста, хотя я не берусь назвать, сколько ему на самом деле лет.

– Вы кто? – я смерила его взглядом. Неприметный такой старик, может здешний дворник зашел погреться? – Почему вы остановили меня?

– Видишь ли, я потерял Гомера. Не поможешь мне найти питомца?

Я заозиралась по сторонам.

– Это ваша собака?

– Заяц. Он только что был тут со мной, а потом как в воду канул.

Разило подвохом. Какой заяц посреди большого зала? Старик в моих глазах перестал быть дворником. Скорее всего, он сбежал из психушки, и теперь сочиняет басни про зайца. Даже кличку вымышленному зверьку дал дурацкую.

Я попятилась к коридору, готовясь бежать подальше от сумасшедшего старца.

– Мне некогда, – отрезала я и сорвалась на бег. Длинный коридор проглотил меня и спас от старика в тулупе. Я бежала и смотрела по сторонам, чтобы не пропустить табличку с кабинетом начальника аэропорта, но все двери выглядели одинаково. И ни одной таблички.

А в конце стояли ряды ящиков для хранения багажа.

Я не поверила глазам. Бежала в противоположную сторону, а оказалась там, где была два часа назад.

– У вас есть ключ, – любезно напомнили мне.

Я оглянулась на голос. Рядом со мной стоял парень, который и дал мне злосчастный ключ. Он с беззаботной улыбкой смотрел то на меня, то на стену из железных ящиков.

– Хочешь, чтобы я воспользовалась им? Почему? – все больше хмурилась я, глядя на собеседника.

– Ключ – подарок, который решит главную проблему уходящего года, – охотно ответил парнишка. Синяя форма работника аэропорта на глазах с каждым мигом становилась все шире и шире на юнце, и скоро он утонул в волнах плотной ткани.

Я ущипнула себя. Наверное, это сон, но тогда почему так больно?

Парень не без труда выбрался из складок рабочей формы, которая теперь и на слона налезет, и предстал передо мной в уютном наряде. Обычно так одеваются, чтобы встретить Новый год в кругу родных и близких друзей. На парне были надеты тапочки с загнутыми носами, джинсы все в красных латках, зеленый свитер, что искрился в свете ламп, а на светловолосой голове алый колпак, конец которого лежал на плече.

Комната с ящиками наполнилась праздничным ароматом. В воздухе сплетались два запаха: цитруса и хвои.

– Ты кто такой? – удивилась я преображению юнца.

Он ухмыльнулся:

– Киллер. Выслеживаю и убиваю плохое настроение.

– Не слушайте, мальчишку, – по другую сторону от меня встал старик в тулупе. – Просто воспользуйтесь ключом, и вы все поймете. Пожалуйста, не бойтесь! Мы не враги вам.

Я разжала вспотевшую ладонь, в которой лежал ключик.

– Бред! Скажите, где подвох? Глупее, чем сейчас, я в жизни себя не чувствовала.

– В этом весь и прикол, – вздохнул мальчишка.

– Взрослые страшатся выглядеть глупо, а дети нет. Им все равно, что о них подумают, – сказал старик и указал на ящик, который нужно вскрыть. – Если откажетесь это сделать, потом будете жалеть всю оставшуюся жизнь. Вы готовы к такому?

Я покачала головой и осторожно подошла к указанному ящику. Ключ нагрелся в моей ладони, пока я бегала по аэропорту.

С замиранием сердца я вскрыла ящик, а внутри сидел бурый заяц и пугливо смотрел на меня выпученными глазенками.

– Гомер! Ты нашелся, мой дорогой Гомер! – возликовал старик и резво для почтенного возраста подбежал к ящику. – Иди ко мне, мой зайчик!

– Радость-то какая! – усмехнулся мальчишка. – Бесполезный зверь вернулся к нам!

– Проказник, это ты спрятал Гомера в ящик для багажа! – накинулся хозяин зайца на парня. – А ну иди сюда, паршивец! Гомер весь трясется от страха из-за тебя!

Они бегали по комнате с ящиками, выясняя отношения. Гомер при этом прекрасно чувствовал себя на руках старика, пока тот гонялся за парнишкой, что оставлял позади себя серебристый шлейф конфетти.

Я заглянула в ящик, чтобы проверить, есть ли в нем обещанный мне подарок, который решит главную проблему уходящего года и избавит от плохого настроения.

На дне ящика и вправду что-то лежало. Я протянула руку и ухватилась за концы атласной ленты. Потянула ее на себя и на свет из ящика выпрыгнул короб.

– Что это такое? – спросила я и осмотрелась по сторонам, но в комнате больше никого не было, кроме меня, и я засомневалась в правдивости происходящего.

– Это вы, Кира Громова? – обратились ко мне.

Я оглянулась на женский голос. В дверях стояла сонная работница. После недавнего сна заколки в ее волосах торчали в разные стороны. Их аккуратный строй нарушился, пока девушка вертела головой во сне.

– Я, а что?

– Выходите в зал ожидания. Там предлагают горячие напитки и перекус.

Я кивнула и, взяв короб, перетянутый ленточкой, поплелась за девушкой. На мгновение… на одно только мгновение мне показалось, что заколки в виде бабочек и цветов ожили в волосах провожатой и выстроились в ровные ряды. Я моргнула и отмахнулась от глупой мысли.

Мне все померещилось!

– Осторожно, – предупредила девушка, – тут ступенька.

– Когда я бежала по коридору, то не заметила, – удивилась я и споткнулась о выступ в пороге. Мой полет был коротким. Я зажмурилась, но подарок не выпустила из рук.

А в следующую секунду… Я открыла глаза.

– Наконец-то вы проснулись, – с облегчением выдохнула девушка в синей форме. Она стояла надо мной, и ее светлая коса болталась перед моими глазами как маятник.

– Где я?

– В зале ожидания. Вы проспали около пяти часов в кресле. Как чувствуете себя?

– Странно, – прислушиваясь к ощущениям, ответила я. – Вчера вечером я упала в коридоре, когда шла за вашей коллегой. Кстати, интересная особа. У нее столько заколок в виде бабочек и цветов в волосах, что остается удивлять, как она с ног не валится под их тяжестью.

Работница смотрела на меня так, будто я сморозила чушь.

– У нас нет такой особы. По регламенту нам нельзя носить столько украшений. Может, это вам приснилось?

– Ага, и мальчишка одетый как эльф, и старик в тулупе с зайцем, и подарок, перевязанный лентой, – легко согласилась я, что все оказалось неправдой пришедшей из мира грез. Наивная! Такого подарка не бывает, чтобы – раз – и проблема решилась!

– Вот ваш подарок, – сказала работница и услужливо подала мне короб.

Я резко вскочила на ноги.

– Совсем запуталась! Где правда, а где ложь?

Обертка и лента клочьями полетели на пол. Я как варвар вскрыла коробку и заглянула внутрь. Там лежал мой телефон, который я нечаянно уронила и разбила, но он каким-то чудом оказался целым. Над ним кто-то отлично поработал и восстановил до состояния новизны.

– Что ж, поздравляю, вам достался хороший подарок! – улыбнулась работница аэропорта. – Позвоните родным и поздравьте с Новым годом! А я приношу вам извинения, потому что рейс перенесли еще на день из-за бушующей метели.

Она ушла к регистрационной стойке, а я проверила телефон, подключила сим-карту и набрала мамин номер. На моем лице играла улыбка.

– Алло, дочка, это ты?

Плохое настроение улетучилось, когда я услышала родной голос. И пусть я вчера дулась на то, что мама настояла на поездке, но сегодня я забыла все мелкие обиды, я не хотела их помнить, они остались в прошлом году, а сегодня новый день, наступил Новый год.

– Я, – хрипло проронила. – С наступившим тебя, мама!

В воздухе витал аромат хвои и мандаринов.

Не отрывая трубки от уха и продолжая разговор с мамой, я проверила, нет ли поблизости странного мальчишки и старика в тулупе. Они оба пахли зимними праздниками.

Но, нет, их нигде не было видно, значит, они точно приснились мне. Записать бы на бумаге, чтобы читать каждый год в канун Нового года, и поднимать предпраздничное настроение. Ведь проблема-то и впрямь решилась как по волшебству!

К хижине в заснеженном лесу слетались снегири и как яркие рубины рассыпались по белому покрову перед входом. Дверь со скрипом отворилась, и к птицам вышел старик в тулупе. Он выплеснул из миски крошки и замер, любуясь пернатыми.

– А остальные из вашего списка? – поинтересовался мальчишка, показав нос на порог хижины. – Их куда?

– На следующий год. Что ты как маленький?

– Это я-то маленький, дядя? – вскинулся Фим. – Между прочим, это вы отказались заплатить гномам за ремонт телефона, а не я.

Северов неловко крякнул:

– Кто ж знал, что они не принимают чистое золото. Кредитку им подавай! Определились бы с оплатой…

– Вам повезло, что в тот момент у меня были безналичные. Признайтесь, дядя, я – полезный, – усмехнулся племянник.

Снегири, радостно щебеча, затеяли бои без правил за горстку склеившихся крошек.

– Да полезный, полезный, – с неохотой протянул старик. – Только малость болтливый. С твоим языком надо что-то делать. И срочно!

– Если я замолчу, то некому будет поддерживать веселье. Без меня ваш старческий очаг давно бы потух, дядя! Это тоже надо признать.

– Уймись, весельчак! Сегодня первый день нового года, а значит, пора паковать вещи. Золото ты получил, а теперь марш собирать чемоданы! К вечеру хижину велено освободить.

– Дядя, ваших вещей тут больше, чем моих. Одних только красных шуб вон целая гора – вся вешалка занята ими. Вопрос только: зачем вам столько?

– Парочка на вырост, – хохотнул Северов и вернулся в уютную хижину морозным свежим ветром.

– А остальные? Только не говорите, что из моды вышли! – смеялся Фим вслед дяде. – Чуть не забыл, гномы не придут помогать с чемоданами, а на меня даже не рассчитывайте! Вы и так эксплуатируете меня по чем зря за гроши.

– Прекращай болтать! – пронеслось по трескучему воздуху.

– Дядя, а давайте наймем хаски! Они толковые ребята: упряжку подгонят и отвезут, куда скажете. Соглашайтесь, дядя! – веселился Фим и, отвлекшись от созерцания прыгучих рубинов, обернулся праздничным звоном бубенцов. Они долго звенели веселым смехом по всей округе, пока люди праздновали наступивший Новый год.

Я с грустью смотрел на большую елку. Детвора носилась по катку как стая собак в порыве догнать жертву. Для человеческих глаз вроде веселое время, но мне как-то не по себе. Чтоб вы понимали, я не сторонник беготни и гомона. Не люблю больших компаний. Они утомляют.

– В канун Рождества надо мыслить позитивно, – как между прочим заметил Фим Северов, стоя за прилавком. Алая палатка как по волшебству выросла здесь, на катке несколько дней назад, когда пришлось освободить хижину в лесу.

Я уставился на Фима.

– Это я не тебе, – сказал он, не поднимая головы. Помощник хозяина занимался почтой. Он вскрывал чьи-то запоздалые желания и бегло читал, а потом бросал в жестяное ведро, где бумага превращалась в пепел не сбывшихся мечтаний.

Жестоко поступать так с чужими желаниями!

– О, не смотри на меня как на преступника, – заметил Фим мой взгляд. – Эти люди не слишком хорошо ведут себя по жизни, однако свято верят, что и они получат кусочек волшебства.

Я прижал уши и отодвинул морковку в сторону.

– В какой-то мере даже плохие люди получают чудо праздника, – рассмеялся Фим, сжигая очередное письмо, – но не в том виде, в каком представляют себе.

О, об этом не стоит говорить!

– Ты чего так долго? – к прилавку подъехала девица лет двадцати на вид. Светлые косы растрепались на ветру, синяя шапка с белой опушкой съехала на бок, а щеки, прежде бледные, горели алым. – Прошел уже не один час с твоего дурацкого обещания!

Она недовольно смотрела то на стопку еще не вскрытых писем, то на Фима, возившегося с ними. Он отложил канцелярский нож и поднял голову.

– Предлагаешь, в наглую сбежать? – хитрая улыбка озарила его лицо. – Но ты же в курсе, что потом устроит мой дядюшка?

– К тому времени, – заговорщицким тоном проговорила девушка и, подавшись вперед, прижалась к бортику прилавка, – все веселье закончится. Ты вернешься к почте раньше, чем Северов наведается сюда.

Фим задумался над заманчивым предложением, глядя за спину знакомой девушки, где по катку носились дети и взрослые на коньках. Фальшивый волшебник раздавал конфеты тем, кто дождался очереди к нему.

– Гомер, ты же не сдашь меня? – улыбнулся Фим, повернувшись в мою сторону.

Я скептически уставился на него в ответ. Сдал бы, если б мог говорить!

Грех так издеваться над больным старым зайцем, которого хозяин часто оставляет присматривать за молодым помощником! Роль надзирателя слегка поднадоела за столько лет, но я продолжаю выполнять трудную работу, потому что мне платят свежим кормом. И клетка у меня уютная с удобствами внутри.

– Так ты идешь? – оживилась девица, натягивая на бледные ладони белые ворсистые варежки. – Там готовят хлопушки к запуску! Смотри!

– Погоди, – отмахнулся от нее Фим, – я еще не договорился с Гомером! Эй, старина, я заплачу тебе вперед, а ты ни слова дяде, хорошо? Скажи что-нибудь, ушастый!

Я прошел по прилавку мимо кучи писем и забрался в клетку. К Фиму я так и не повернулся мордой – ему пришлось лицезреть мой пушистый зад. Это был очень красноречивый ответ.

– Ах, ты мелкий… – нахмурился помощник хозяина и щелкнул пару раз пальцами, словно ему в голову пришла блестящая идея. – Твоя плата возле писем. Если возьмешь, значит, сделка в силе, понял? Тогда я пошел. Ой, как суставы хрустят!

– Разомнись немного, – посоветовала девушка, отъезжая на безопасное расстояние от Фима, пока он шнуровал коньки, а дети веселым хороводом кружили вокруг него как вокруг елки.

Я оглянулся на прилавок. На красной бархатной салфетке лежала белокочанная капуста. С верхних листиков аппетитно катилась роса, будто голову только что срезали с грядки после утреннего полива. Она манила свежестью и пахла летом среди морозной зимы. А еще пахло очередной уловкой Фима Северова. Если бы вы проводили бок о бок с ним каждый день, то по запаху определяли бы мысли этого парня. Таким типам перестаешь верить после двадцати минут знакомства.

Но капуста манила и будто тянула меня за невидимую ниточку. И клетка перестала быть уютным местом, пока там нет ни листочка зелени.

Подобравшись к голове капусты, опасливо принюхался, а в следующую секунду без угрызений совести вонзил зубы в верхние слои.

– Что он делает? – голоса проплывали мимо палатки, и я поднял голову, чтобы проверить, кто мне мешает наслаждаться призом за молчание.

Две пары глаз смотрели на меня с недоумением, будто я делал невесть что противоестественное. Ребятня замерла перед прилавком.

– На что уставились? – спросил чужой голос, но он исходил из палатки.

Я пугливо оглянулся назад, проверяя, кто залез в нашу волшебную торговую лавочку. Позади прилавка стояли штабеля коробок с сувенирами. С них даже ленты еще не сорвали. И ни живой души среди картона.

– Он сияет! – заметила мимо проезжающая десятилетка и приветливо помахала рукой.

Я моргнул раз. Я моргнул два, а потом опустил глаза вниз и обнаружил, что мой кончик носа по-прежнему прижат к капусте, а зубы застряли в ней при укусе. Потом еще один взгляд – и я чуть не свалился с прилавка, когда пригляделся к своему носу… Он стал человеческим!

– Волшебство! – заголосил кто-то из детей помладше, и я быстро спрятался за прилавок, чтобы ни один посторонний глаз больше не видел меня с капустой в обнимку. – Мама! Ма-а-ама! Ты видела? Зайчик превратился в высокого дядю!