Духовная ботаника. Том II. Цветы и травы Библии

Вступление

Есть растения, которые Библия упоминает лишь однажды. Есть такие, которые сопровождают читателя на протяжении всей истории спасения. Лилия относится именно к ним. Её образ проходит через книги Ветхого и Нового Заветов подобно тонкой золотой нити, соединяя поэзию Песни песней, мудрые наставления Иисуса Христа, великолепие Иерусалимского храма и духовные размышления пророков.

При этом примечательно, что в самой Библии лилия никогда не становится предметом самостоятельного описания. Она появляется как знакомый каждому жителю древнего Израиля цветок, через который Бог говорит человеку о вещах неизмеримо более глубоких, чем великолепие природы.

Современному читателю трудно представить, какое место занимали цветы в жизни народов древнего Ближнего Востока. Мы привыкли видеть их прежде всего как декоративные растения, выращиваемые в садах, парках и на клумбах.

В библейскую эпоху всё было иначе. Большинство дикорастущих цветов покрывало поля, холмы и долины лишь на короткое время после зимних дождей. Наступала весна, и безжизненные ещё недавно склоны Иудеи неожиданно превращались в яркий живой ковёр. Белые, голубые, пурпурные, красные и золотистые цветы наполняли воздух тонким ароматом, привлекая пчёл и радуя глаз путников. Но продолжалось это совсем недолго. Под палящим восточным солнцем зелёная трава быстро желтела, цветы увядали, а земля вновь приобретала свой привычный буровато-серый оттенок.

Именно эта удивительная способность природы за короткое время являть человеку необыкновенную красоту, а затем столь же быстро её скрывать, глубоко впечатляла людей библейской эпохи. Они ежедневно наблюдали, как жизнь и увядание сменяют друг друга, как после зимнего безмолвия земля покрывается цветами, а спустя несколько недель вновь становится сухой и безжизненной. Поэтому цветы естественным образом стали для библейских авторов символом не только красоты, но и скоротечности человеческой жизни, зависимости человека от своего Творца и одновременно удивительной щедрости Божьего промысла.

Рисунок 1.1. Лилия святой земли

Однако среди множества полевых цветов именно лилия приобрела особое значение. Она выделялась своей крупной чашечкой, чистыми линиями лепестков, яркой окраской и необычайной гармонией формы. Даже сегодня, спустя тысячи лет, различные виды лилий считаются одними из самых красивых цветов мира. Неудивительно, что жители древнего Израиля видели в них образ совершенства и использовали их форму в декоративном искусстве, архитектуре и храмовом убранстве.

Лилия стала настолько узнаваемым символом красоты, что её изображения украшали важнейшее сооружение древнего Израиля — храм, построенный царём Соломоном. Искусные мастера создавали орнаменты в виде раскрытых цветков, украшая ими колонны, сосуды и архитектурные детали. Таким образом, образ лилии входил не только в повседневную жизнь народа, но и в пространство поклонения Богу. Это обстоятельство уже само по себе заставляет внимательнее присмотреться к этому уникальному растению.

Особую известность лилия получила благодаря словам Господа Иисуса Христа, произнесённым во время Нагорной проповеди. Призывая учеников отказаться от тревожной заботы о завтрашнем дне, Спаситель указал не на величественные деревья и не на богатые сады царских дворцов, а на простые полевые цветы:

«Посмотрите на полевые лилии, как они растут: не трудятся, не прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них» (Мф. 6:28–29).

Эти слова известны миллионам людей во всём мире. Они звучат как гимн Божьему провидению и напоминают человеку, что Творец, Который с такой любовью украшает кратковременно живущие полевые цветы, тем более заботится о каждом человеке. Именно поэтому лилия стала одним из самых узнаваемых растений не только в библейской ботанике, но и в христианской духовной традиции.

Вместе с тем перед исследователем возникает неожиданная проблема. Что именно подразумевает Библия под словом «лилия»? Современный читатель обычно представляет хорошо знакомую садовую белую лилию, однако далеко не все специалисты согласны с тем, что именно этот цветок имеется в виду во всех библейских текстах.

На протяжении последних двух столетий ботаники, филологи и библеисты предлагали различные варианты отождествления древнееврейского слова шошан (שׁוֹשַׁן). Одни считают, что речь действительно идёт о настоящих лилиях рода Lilium, другие указывают на анемоны, ирисы, лотосы или даже некоторые виды полевых тюльпанов. Причина этих разногласий заключается не в недостатке внимания к библейскому тексту, а в сложности восстановления флоры Палестины трёхтысячелетней давности и особенностях древних языков.

Поэтому, приступая к изучению лилии, важно помнить, что перед нами не только красивый цветок, но и одна из самых интересных загадок библейской ботаники. Чтобы правильно понять духовный смысл связанных с ним текстов, необходимо сначала разобраться в том, какие растения могли скрываться за этим названием, где они росли, как выглядели и почему именно их образ оказался столь выразительным для авторов Священного Писания.

Этой цели и посвящена первая глава второго тома. Нам предстоит познакомиться с ботаническими особенностями предполагаемых библейских лилий, проследить их место в истории и культуре древнего Израиля, внимательно рассмотреть все библейские упоминания этого растения и понять, почему один из самых прекрасных цветов Востока стал символом Божьей заботы, чистоты, духовной красоты и надежды.

1. Ботаническое описание лилии

Среди растений, упоминаемых в Библии, лилия занимает особое место не только благодаря своему духовному значению, но и потому, что её точное ботаническое определение остаётся предметом научных дискуссий. На протяжении многих столетий толкователи почти единодушно представляли себе хорошо известную белую садовую лилию, однако развитие ботаники, археологии и библейской филологии показало, что вопрос значительно сложнее.

Современная ботаника позволяет сделать вывод: древнееврейское слово, традиционно переводимое как «лилия», могло обозначать не одно конкретное растение, а группу особенно красивых крупных цветов, хорошо известных жителям древней Палестины.

Основным библейским названием является древнееврейское слово шошан (שׁוֹשַׁן) и его форма множественного числа шошанним (שׁוֹשַׁנִּים). Эти слова встречаются в книгах Царств, Песни песней, Псалтири, у пророка Осии и в других книгах Ветхого Завета.

В древнегреческом переводе Септуагинты они обычно переданы словом krinon, обозначавшим лилию, а латинская Вульгата использует слово lilium. Именно благодаря этим переводам в большинстве европейских языков закрепилось название «лилия».

Однако языковые данные сами по себе ещё не позволяют определить конкретный ботанический вид. В древности растения чаще называли по их внешнему виду, окраске, запаху или хозяйственному назначению, чем по строгим ботаническим признакам. Одним словом могли обозначаться несколько похожих цветов, особенно если они одновременно распускались весной и украшали поля Палестины.

Лилии Святой земли. На территории современного Израиля и соседних стран действительно произрастают настоящие лилии рода Lilium. Наиболее известной считается лилия белоснежная (Lilium candidum), которую нередко называют мадонновой лилией, также её называют лилией белоснежной или лилией Благовещения.

Это многолетнее луковичное растение достигает высоты от 80 до 150 сантиметров. Его прямой крепкий стебель заканчивается несколькими крупными белыми ароматными цветками диаметром до 12 сантиметров. Цветение приходится на конец весны и начало лета.

Белоснежная лилия предпочитает известковые почвы, солнечные склоны и хорошо дренированные участки. В древности она встречалась в Галилее, на горных склонах Самарии, в Ливане и некоторых районах северной Палестины. Благодаря своей красоте и сильному аромату растение издавна выращивалось в садах, а позднее распространилось практически по всему Средиземноморью.

Кроме неё, на Ближнем Востоке известны и другие представители рода Lilium, хотя многие из них имеют ограниченный ареал распространения и встречаются значительно реже. Это обстоятельство заставляет некоторых исследователей сомневаться, что именно настоящие лилии могли быть настолько привычными для жителей древнего Израиля, как это следует из библейских текстов.

Возможные кандидаты. За последние полтора столетия ботаники предложили несколько растений, которые могли скрываться под названием «лилия».

Наиболее известной альтернативой является анемон венечный (Anemone coronaria). Весной он покрывает холмы Израиля густыми коврами белых, красных, розовых, сиреневых и фиолетовых цветов. Эти растения чрезвычайно многочисленны, хорошо знакомы каждому жителю страны, и именно они создают то великолепие весеннего цветения, которое могло послужить основой слов Иисуса Христа о полевых лилиях.

Другие исследователи обращают внимание на ирисы. Некоторые виды ирисов имеют крупные эффектные цветки, отличаются необычной формой лепестков и широко распространены в Палестине. Их изображения встречаются в древневосточном декоративном искусстве, что делает эту гипотезу весьма правдоподобной.

Высказывались также предположения, что библейская лилия могла быть связана с различными видами лотоса, особенно когда речь идёт об архитектурных украшениях храма Соломона.

Цветок лотоса широко использовался в искусстве Египта и Финикии и оказал заметное влияние на декоративные мотивы всего древнего Ближнего Востока. Некоторые элементы храмового убранства действительно напоминают стилизованный цветок лотоса.

Реже упоминаются отдельные виды полевых тюльпанов, гладиолусов и других красивоцветущих растений Средиземноморья, однако большинство специалистов считает эти версии менее убедительными.

Что говорит сама Библия? Несмотря на существование различных гипотез, библейские тексты позволяют выделить несколько характерных признаков этого растения.

Во–первых, оно отличается исключительной красотой. Именно поэтому лилия становится эталоном, с которым сравниваются человеческая внешность, архитектурные украшения и даже великолепие царя Соломона.

Во–вторых, растение хорошо известно простым людям. Христос не объясняет ученикам, что такое полевые лилии, поскольку они ежедневно видели их вокруг себя.

В–третьих, лилия относится к растениям, которые не выращиваются человеком специально для получения урожая. Она свободно растёт в природе и полностью зависит от Божьего попечения. Именно эта особенность делает её идеальным примером в Нагорной проповеди.

Наконец, цветок обладает настолько совершенной формой, что становится образцом художественного оформления храмовой утвари и архитектурных деталей.

Рисунок 1.2. Строение цветка лилии

Все эти признаки хорошо соответствуют нескольким видам растений, поэтому однозначно решить вопрос лишь на основании текста Библии невозможно.

Какую позицию мы примем? При подготовке этой книги мы будем придерживаться наиболее взвешенного подхода.

Когда речь идёт о декоративных элементах храма Соломона, мы будем использовать традиционное название «лилия», понимая, что художественный образ мог включать элементы как настоящей лилии, так и других известных цветов древнего Востока.

Когда же рассматриваются слова Иисуса Христа о полевых лилиях, мы будем помнить, что под этим названием могли подразумеваться различные дикорастущие красивоцветущие растения весенней Палестины, среди которых настоящие лилии, анемоны и ирисы являются наиболее вероятными кандидатами. Для духовного смысла слов Спасителя это обстоятельство не имеет принципиального значения.

Христос обращает внимание учеников не на точную ботаническую классификацию растения, а на совершенство Божьего творения, проявляющееся в красоте самых обычных полевых цветов.

По этой причине в дальнейшем изложении термин «лилия» будет использоваться в его традиционном библейском значении. Там, где современные исследования позволяют уточнить предполагаемый вид растения, соответствующие сведения будут приводиться отдельно. Такой подход позволяет сохранить уважение к многовековой традиции перевода Священного Писания и одновременно учитывать достижения современной науки.

2. Исторический и культурный контекст

Чтобы понять, почему образ лилии так часто встречается в Священном Писании, необходимо представить себе мир, в котором жили авторы библейских книг. Для жителей древнего Израиля растения были неотъемлемой частью повседневной жизни. Они не воспринимались лишь как украшение природы. Каждое дерево, каждый кустарник или полевой цветок был тесно связан с земледелием, климатом, хозяйством, религиозной жизнью и художественной культурой народа.

Лилия занимала среди этих растений особое место. Она привлекала внимание человека не практической пользой, а своей красотой. В отличие от маслины, виноградной лозы или смоковницы, она не служила важным источником пищи. Её не выращивали ради древесины, масла или плодов.

Главным достоинством лилии было её совершенство, которое невозможно было объяснить лишь практической необходимостью. Именно поэтому она стала одним из самых выразительных символов красоты в литературе и искусстве древнего Востока.

Лилия в культуре древнего Востока. Задолго до появления Израиля как народа изображения лилий уже встречались в искусстве Египта, Месопотамии, Сирии и Финикии.

Археологи обнаружили многочисленные изображения цветов на стенах дворцов, в храмовых росписях, на ювелирных украшениях, керамике, печатях и предметах повседневного обихода. Цветочные орнаменты украшали ткани, мебель, сосуды и архитектурные детали.

Следует отметить, что древневосточные художники редко стремились к точному ботаническому воспроизведению растения. Для них важнее было передать гармонию формы. Поэтому многие изображения представляют собой художественно стилизованные цветы, в которых современные исследователи узнают одновременно черты лилии, лотоса и других крупных цветковых растений. Подобная стилизация была характерна практически для всех цивилизаций Восточного Средиземноморья.

Особенно сильное влияние на художественную традицию оказал Египет, где цветок лотоса стал символом возрождения, жизни и света. Египетские мастера широко использовали его изображения при оформлении храмов, дворцов и предметов роскоши.

Через торговые и культурные связи отдельные декоративные мотивы распространились далеко за пределы долины Нила, достигнув Финикии и Ханаана. Именно поэтому некоторые архитектурные украшения Иерусалимского храма могут сочетать черты нескольких известных древнему миру цветов.