Разлом: миражи из бездны

Глава 10. Мертвый океан.

«Надежда – это единственное, что сильнее страха. Она не обещает легкого пути, но дает силы идти самому»

– Детки, у вас теплая одежда есть? Поесть с собой хоть возьмите! – Суетилась вокруг ребят старушка Лю, распихивая припасы по сумкам. – Ну вот! Так и знала. Хорошо, мы – старики, обо всем позаботились.

В комнату вошли Шэн с отцом, таща за собой три баула.

– Да вы чего! Не стоило! – Залепетала Мэдисон. – Мы, вроде как, взяли свитеры и теплую обувь.

Госпожа Лю вытянула мягкий рукав зеленой кофты из сумки Мэдисон и демонстративно потрясла его. Аликс и Сибил, переглянувшись, затолкали свои водолазки поглубже.

– И это по–вашему тепло? – Укоризненно хмыкнула женщина. – Ох, вы же совсем холода не знаете. Снега небось, никогда не видели. Все эти похолодания в Вит’Эие и Артеконе и рядом не стояли с настоящими морозами Валдоры. Я и вовсе молчу про стеклянную клетку Синергиума.

– М–да уж, без шуб да меховых сапог вам не обойтись. – Подтвердил старик и плюхнул сумку на кровать Сибил.

Дэшэн также вручил презенты Мэд и Аликсу.

Немного расстегнув молнию на сумках, наследники обомлели. Внутри, аккуратно сложенные, лежали пушистые шубы с капюшонами, варежки и сапоги.

– Откуда вы это взяли? Или нет, не так… Когда успели? – Аликс провел ладонью по мягкой шерсти. – Я не знаю, как нам выразить свою благодарность! Не стоило!

Старики заулыбались и переглянулись.

– Шитье стало нашей работой и помимо фермы. За столько лет, навыки в управлении иглой и нитью отточились до совершенства. А тут еще и помощник нам работы поубавил, так что времени было предостаточно. Но сапоги нам добрый знакомый под заказ сделал. У него тут неподалеку мастерская. – Лю похлопала Аликса по предплечью, так как выше не дотягивалась. – А в знак благодарности, просто вернитесь домой. Живыми.

– Ну и если повезет, то наведите порядок на этой Валдоре, чтоб ее. – Кивнул господин Лю.

Мэдисон кинулась обнимать стариков, потянув за собой напарников.

– Вернемся. Обязательно вернемся. – Прошептала девушка. – Вы, когда-нибудь пробовали яблоки? Вот вернемся, и я собственноручно посажу яблоню у вашего дома. Прямо из Вит’Эия привезу. Самый вкусный сорт!

Наследники еще долго прощались с радушными хозяевами, но время было неумолимо. Дэшэн уже приготовил пустую телегу у ворот. Совсем не верилось, что через несколько часов, ребята уже будут плыть на корабле по бескрайнему простору океана.

***

Путь до порта оказался недолгим, но промозглый ветер, дующий с моря, уже давал понять: путь будет отнюдь не легким. Серое небо низко нависало над горизонтом, сливаясь со свинцовой водой. С надписью: «Амберфлот», на боку корпуса, двухмачтовая шхуна, покачивалась у причала и нетерпеливо поскрипывала снастями.

– Как вернусь – потренируешь меня еще! – Мэд стряхнула с плеча парня пылинки и хихикнула. – Только смотри, скучать не забывай.

Кивнув, Шэн прижал к себе девушку и, немного помедлив отпустил. Затем он коротко приобнял Аликса, помахал Сибил на прощание и, не оборачиваясь, зашагал обратно по пирсу.

Капитан Донгэй – коренастый мужчина с обветренным лицом и темно–серыми глазами, мельком глянул на ребят и кивнул на трап.

Сибил слегка пошатнулась и остановилась прямо посреди мостика. Напарники вопросительно выглянули из–за ее спины. Девушка, замерев, коснулась своего лба двумя пальцами.

– С тобой все нормально? Ты побледнела, да еще пуще прежнего. – Мэдисон, стоя позади, пыталась увидеть лицо подруги.

– Плохое предчувствие. Но делать нечего.

На ходу убирая руку от лица, Сибил поднялась на борт.

Остальные ребята, подхватив тяжелые баулы с одеждой, поднялись на палубу. Пахло смолой, мокрым деревом и табаком. Команды матросов как таковой не было. Несколько угрюмых молчаливых моряков сновали по палубе, проверяя закрепленный товар и готовясь к отплытию.

– Первый раз плывете? Если дурно станет – все за борт. У меня на судне порядок. – Хмыкнул мужчина, поправляя прокуренную трубку. – Ветер свежеет. Не лучшее время вы выбрали конечно. Я бы только через денька два-три пошел. Но раз вам срочно…

– Даже не верится. – Тихо произнесла Мэдисон, облокотившись на ограждение, а берег начал отдаляться.

Шхуна, поймав ветер парусами, резво побежала по волнам, разрезая носом тяжелую воду. Регендор отдалялся. Горный хребет, пагода на холме и наконец торговая гавань яшмовых фонарей, уныло исчезли вдали. Покачивание под ногами было весьма странным и неприятным чувством, из–за которого тяжелело в низу живота.

Через некоторое время Сибил подошла к Донгэю и начала что–то рассказывать, указывая на горизонт.

– И все–таки, даже если вы уверены, стоит проверить. – Доносились до ребят слова Сибил.

– Уже вдоль и поперек все перепроверили. Не ваша это забота. – Бурчал Капитан.

– Вы не понимаете, я не просто так перед вами тут распинаюсь! – Пыталась достучаться до него девушка.

Тот лишь небрежно помахал руками и отрицательно покачал головой, не воспринимая всерьез сказанное. Сибил угрюмо вернулась к напарникам.

– Ступайте в кубрик. Нечего на палубе торчать. Еще чего ветром сдует. – Прикрикнул на ребят Донгэй и поднялся в капитанский мостик.

Внутри было конечно же теплее, но все же, Мэдисон, не открывая глаз, подрагивала от каждого дуновения ветерка с палубы.

– У тебя теперь шуба есть. Закутайся в нее, если замерзла. – Захлопнул входную дверь и сел рядом Аликс.

Его самого слегка кидало в дрожь и мутило от непривычной качки. Но поскольку он оставался единственным мужчиной в их троице, слабость Аликс, решил никогда не показывать. Чтобы девушкам было спокойнее. Хотя, бывало внутри, он боялся куда сильнее их.

Сибил, стоявшая чуть поодаль, молчала, вглядываясь через иллюминатор в линию горизонта, за которой скрывалась Валдора. Ветер из щелки окошка трепал ее челку.

– Совсем скоро ГолоКомы перестанут работать. Вы оповестили близких? – Отрешенно проговорила девушка.

– Я еще на рассвете с отцом связалась. – Покрутив в пальцах устройство с меркнущим экраном, отозвалась Мэдисон. – А Ликс, я видела, звонил семье и ворковал с Айли.

– Подслушивать – твое любимое занятие, я так погляжу? – Парень наигранно закатил глаза и тыкнул напарницу пальцем в плечо.

***

Первые несколько часов плавания были обманчиво спокойными. Море дышало ровно, и даже солнце пару раз проглядывало сквозь разрывы в тучах. Моряки ходили по палубе деловито и спокойно, изредка перебрасываясь короткими фразами с непонятными словами, смысл которых был ясен только им самим. Пассажирам по-прежнему велели сидеть внизу и не путаться под ногами.

В кубрике уже было душно, пахло незнакомым алкоголем и еще чем–то горьким.

– Яблоню она будет сажать, – вздохнул Аликс, ворочаясь на жесткой койке. – А сами, может, даже не доплывем! Такое чувство, будто нас в бочке катают.

– Прекрати каркать! – Оборвала его Мэд.

Сибил пыталась читать одну из своих потрепанных книг, но буквы прыгали перед глазами.

– Кстати, только сейчас вспомнил! Что сказал Тарик, насчет происхождения нашего флюорита? – Парень повернулся к напарнице.

– Точно… Я забыла вам рассказать. – Виновато вздохнула и почесала макушку Мэдисон. – Ничего путного этот обормот не узнал. Можно сказать, что я ему только место с хорошей выпивкой подсказала. Шеф Ато и сам не знает, откуда у него в «Арденвэйт» этот камень. Видимо один из посетителей оставил его на столе. В качестве чаевых, как подумал один из официантов. Так флюорит и попал на склад. А после, его надели на веревочку и подвязали ею подарочный мешочек чая. Конец.

– Да уж, информации негусто. Ну и пускай, главное, что флюорит попал к нам, да и еще, оказывается, как никогда кстати. Но как бы то ни было, надеюсь эта Валдора не кишит такими тварями. Мне не понравилось заживо сжигать одержимого.

К началу третьего часа плавания, наследники уснули, убаюканные легкой качкой, к которой уже привыкли. Тихонько посапывая, троица улеглась на двух прислоненных друг к другу койках.

Все началось внезапно. Сначала стих ветер. Паруса безжизненно обвисли, и шхуна замерла на месте, лишь лениво покачиваясь на пологой волне.

– Это что, всё? – Мэдисон приоткрыла один глаз. – Приплыли?

Но в следующую секунду где–то вдалеке раздался треск молний, а затем низкий, угрожающий гул. Он нарастал, приближался, и вместе с ним появлялся ветер. Он ворвался неожиданно, с дикой, звериной силой. Шхуна жалобно заскрипела всем корпусом, накренилась, и по палубе загремело что–то незакрепленное. Сверху донеслись крики команды, топот ног и перекатывание бочек.

– Наверх! Живо все наверх! Пошли, пошли, пошли! – кричал чей–то голос.

Дверь в кубрик распахнулась, впуская внутрь россыпь брызг и рев разбушевавшейся стихии. Ребята кубарем вылетели на палубу, и их встретил шторм. Небо почернело, хотя по времени был еще день. Ветер выл так, что закладывало уши. Он рвал одежду, пытался сбить с ног. Соленые брызги летели сплошной стеной, смешиваясь с холодным, секущим лицо дождем.

– Обвяжитесь веревками вокруг пояса! – Капитан с трудом перекрикивал шторм, указывая на страховочные тросы. – Держитесь крепче! Это северный шквал!

Огромная волна, темно–синяя, почти черная, с белым гребнем, похожим на клыкастый оскал чудовища, надвигалась на шхуну. Аликс, вцепившись в мачту, смотрел на нее, чувствуя, как ледяной ужас окутывает тело. Стена воды, высотой с дом. Зрелище невероятное жуткое.

– Держись!!! – заорал он, рванув к Мэдисон, которая стояла, словно парализованная, схватившись за леер.

Волна обрушилась. Мир исчез в грохоте и ледяной сырости. Толща воды обрушилась на палубу, сбивая с ног, переворачивая, закручивая в бешеном водовороте. Аликс успел закрыть собой напарницу, приняв удар на себя. Парня швырнуло, ударило спиной о что–то твердое и протащило по палубе. Он захлебывался, не понимая, где верх, где низ. Уши закладывало, на миг оглушая.

Так же внезапно, как и накрыла, волна отступила, оставляя под собой палубу, залитую водой, усыпанную обрывками снастей и щепкой от сломанных ящиков. Аликс, кашляя и хрипя, выполз из-под обломка бочки. Рядом, пыталась подняться на четвереньки Сибил. Ее лоб рассекла какая–то железная деталь, и кровь, затекающая в глаза, смешалась с дождевой водой.

– Сибил, ты цела? А где Мэд?! – закричал Аликс, озираясь. – Мэдисон!!!

Девушка лежала на палубе у самого борта, судорожно цепляясь за страховочный трос, который чудом удержал ее. Она смотрела на приближающуюся следующую волну широко раскрытыми, полными ужаса глазами и что–то шептала.

– Вставай!! – Сибил, превозмогая боль и вытирая кровь с лица, кинулась к ней, подхватив под руки.

– Я не могу… – Мэдисон трясло. – Так много воды. Это конец…

– Не смей! – Сибил наотмашь хлестанула ее по щеке.

Звук пощечины утонул в вое ветра, но взгляд Мэдисон на миг прояснился.

– Вставай, кому говорят! Будет обидно помереть тут, так и не добравшись до Валдоры. – Аликс по тросу подполз к девушкам. – Яблоня, помнишь?

В этот момент рядом с ними возник матрос, мокрый, с безумными глазами. Он крикнул куда–то в сторону, указывая на корму:

– Руль заклинило! Нас разворачивает лагом к волне! Сейчас перевернемся!

Шхуна взлетела на очередной гребень. Через мгновение она рухнула вниз, в пропасть между волнами. Спазм подкатил от желудка к горлу. Палуба ушла из-под ног, и лишь нечеловеческое усилие и страховочные тросы удержали людей на месте.

Следующая волна ударила в борт. Удар был такой силы, что Аликсу показалось, будто корабль треснул пополам. Раздался жуткий скрежет пробитого металла. Часть фальшборта помялась и в пробоину хлынула вода.

– В трюме вода! – донесся отчаянный крик.

– Все к помпам! – заревел капитан, сорвавшимся голосом.

Мэдисон вдруг перестала дрожать. Она посмотрела на свои руки, вцепившиеся в леер, потом на напуганных до смерти Сибил и Аликса. Страх в ее глазах сменился какой–то холодной, отчаянной решимостью. Рванув с шеи кулон с осколком, она встала на ноги.

– Помпы, – забормотала она, – Где помпы?

Не дожидаясь ответа, Мэд, скользя по мокрой палубе, бросилась туда, где суетились матросы, пытаясь запустить ручной водоотливной механизм. Бросилась так быстро, как только ей позволяла сила Энергона. Сибил и Аликс ринулись вслед за ней. Все навалились на рычаги, качая соленую ледяную воду обратно за борт. Мышцы горели, сердце бешено колотилось, каждый вдох давался с болью. Руки быстро онемели от холода, но они продолжали качать, не останавливаясь, не думая ни о чем, кроме этого ритмичного движения.

Шторм бушевал вокруг, но они его уже не замечали. Был слышен только скрип рычагов.

Сколько это продолжалось, они не знали. Может быть, час, может быть, вечность. Но вдруг стало тише. Ветер уже не выл, а просто сильно дул. Волны все еще били в борт, но не с той убийственной яростью как прежде. Небо на горизонте начало светлеть, пробиваясь бледно–розовой полосой.

Обессиленные, ребята сползли по стене, прислонившись друг к другу. Мимо проковылял капитан, глянул на них, затем на работающую помпу и заплатку в пробоине. Ничего не сказав, он хлопнул Аликса по мокрому плечу тяжелой рукой и отправился дальше, отдавать команды.

Мэдисон, лежа на руке парня и стуча зубами от холода, прошептала:

– Детки… у вас теплая одежда есть?..

Сибил, вытирая рукой кровь со лба, горько усмехнулась и обняла ее за плечи. Аликс посмотрел на свои онемевшие руки, вспоминая, как сегодня старушка Лю хлопотала вокруг них, засовывая в сумки шубы и варежки.

– Есть, – тихо ответил он. – У нас теперь всё есть. Мы пережили этот ад.

Шхуна, израненная, но все же не сломленная, упрямо шла вперед. Форштевень, разрезая успокаивающиеся волны, снова вел судно навстречу суровым землям Валдоры.

***

– Я и сама могу…– Сибил слабо, будто для вида, отмахивалась от Мэд.

– Позволь мне поухаживать. Ты много для нас сделала, а я даже тебе рану не могу обработать? Мне совсем не трудно. – Девушка усердно промакивала лоб напарницы ваткой со спиртом. – У тебя вон как голова кружится, даже руки ослабли, и координация нарушилась. Ты потеряла много крови, еле остановили. Еще и качка эта бешеная.

– Неужто моряки не знали, что плывут в такой шторм? – Аликс без рубашки сидел на дальней койке, развешивая мокрую одежду перед небольшой печкой.

– Не знали, но я предупреждала капитана, о чем–то подобном. Сразу почувствовала, что грядет неладное. Я должна была настоять. Если кто–то погибнет из–за его самоуверенности… Это будет очень глупая и обидная смерть. – Вполголоса проговорила Сибил. – Но он был абсолютно уверен, что все обойдется простым дождем. Этот шторм – скорее аномалия. Его недолжно было быть.

– Этот старикан и правда какой–то двинутый. Лицо у него такое… Потрепанное. Да он весь такой! – Мэдисон вновь намочила вату. – Как ты вообще договорилась с ним, чтобы он нас с собой взял?

– Почти все в мире могут решить деньги. Отдала ему последние кубики амариса. Морель он не взял.

– Опять все из своей казны! Мы же с Ликсом не нищие, тоже могли бы заплатить. В следующий раз – платим мы.

– В следующий раз – только так и получится. Моя казна опустела окончательно. – С серьезным выражением лица продолжила шутку Сибил.

Эта ее способность очень забавляла Мэд. Девушка хихикнула и тут же поджала губы.

– А этот шторм… Кажется, опять Хаос издевается. Он будто преследует нас! – Раздраженно процедила Мэдисон, сильнее прижимая ватку.

Сибил поежилась, и девушка отпрянула.

– Ой, извини! Просто меня это так бесит. Куда не пойдем – за нами по пятам следует какая–то напасть. То миражи с крабом, то демон, теперь еще и в аномальный шторм попали. Вот веселье то!

– Думаю, так и есть. Хаос чувствует, что скоро его прихлопнут как муху. Вот и пытается помешать. Следит за нами из самой преисподней. – Парень наконец натянул сменную водолазку на голый торс.

Мэдисон достала из коробочки с медикаментами бинт и обвязала им голову напарницы. Та нахмурилась, поправляя повязку.

– А тебе идет. Носи ее даже когда рана заживет. – Улыбнулась девушка и села рядом, взяв стакан с чаем в железной подставке.

– Еще чего. – Фыркнула Сибил и отвернулась.

Все изможденно опустили головы. Мышцы до сих пор ныли, а конечности никак не могли согреться. Дровишки потрескивали в печи, хоть немного добавляя уюта. Наверху тоже стало спокойнее. Моряки убирали мусор и скручивали тросы.

– Давно я так не боялась. – С нервной усмешкой отпила крепкий чай Мэдисон. – Сны начинают претворяться в реальность.

– Тебе снился этот шторм? – Хрипло переспросил Аликс, разминая плечо и до хруста расправляя лопатки.

– Мне только океан и снится. Со штормом или без. Почти каждую ночь тону. Я–то думала, что уже привыкла, но столкнувшись с этим сегодня, поняла, что никогда не перестану бояться воды.

– От чего же тебе снится только океан? Последствия жизни в Синергиуме? А говорили там красиво. Что–то мне перехотелось там бывать. – Зевнул парень.

– Моя мама…– Мэдисон прикрыла глаза и сжала стакан. – Она погибла в океане. Тела не нашли, но все думают, что после такого не выживают. Ее утащила нечисть со дна, когда она собирала жемчуг. Так мне рассказал отец. Вот детский мозг и сопоставил: океан – равно опасность.

– О Боги… Извини что спрашиваю, я не знал. Сколько тебе тогда было…?

– Вроде, года четыре. Я уже совсем смутно помню ее. Еще несколько лет – и даже имени ее не смогу назвать. Мы с отцом не говорили о маме с того дня. Ему было тяжело, да и я мало чего понимала. Даже теперь, во взрослом возрасте, я не спрашивала его. Ни о том дне, ни какой она была – моя мама.

– Четыре года… – Тихо повторила Сибил. В её голосе впервые за весь вечер не было привычной колючести. Она смотрела на Мэдисон с непривычной мягкостью и даже повязка на лбу не делала её взгляд суровее. – Это страшно – потерять кого–то близкого в таком возрасте. Потерять не зная, не запомнив.

Мэдисон пожала плечами, старательно разглядывая дно пустого стакана.

– Наверное. Я просто привыкла. У меня был папа, моя группа, а теперь есть вы. – Она подняла глаза и попыталась улыбнуться, но вышло кривовато. – Я не чувствую себя несчастной, если вы об этом.

– Мы и не думали! – быстро остановил ее Аликс. Он сидел напротив, подобрав ноги на койку. – Просто… знаешь, иногда полезно поговорить об этом. Если хочешь, конечно.

В кубрике стало совсем тихо. Только дрова потрескивали в печке да где–то наверху глухо перекликались матросы. Качка почти утихла – шторм отпустил судно, уползая на восток, и теперь шхуна мирно покачивалась на длинных, ленивых волнах.

Мэдисон поставила стакан на шаткий столик и обхватила себя руками.

– В детстве я часто представляла, что она просто уплыла далеко–далеко и когда-нибудь вернётся. Что–то из разряда тех историй, где правительница исчезает, но потом оказывается, что она была заточена в крепости, и её можно спасти. – Девушка наигранно усмехнулась. – Глупо, да?

– Ничуть. – Отозвалась Сибил. Она сидела неподвижно, прислонившись спиной к перегородке. – Детям свойственно придумывать объяснения тому, чего они не могут понять.

– А ты откуда знаешь? – Мэдисон с любопытством взглянула на неё. – Ты тоже… ну, теряла кого–то близкого?

Сибил отвела взгляд. Под ее щеками напряглись желваки.

– Не совсем. Мои родители конечно живы. Просто… – Она запнулась, подбирая слова. – Просто мы не очень близки. Они не отправили меня в Академию, как только мне исполнилось 11. Сказали, что так надо, что я, как наследница, не должна учиться вместе с детьми из простых семей. Что ко мне будет слишком много лишнего внимания. Поэтому, я училась дома. Друзей мне завести не удалось. Казалось бы, я должна была сойти с ума от одиночества, но все обернулось иначе. – В голосе её не было горечи, только констатация факта. – Я полюбила это. Мне нравится быть одной. Я перестала нуждаться в присутствии людей рядом. Проводить время наедине с самой собой мне нравится куда больше. Теперь с родителями, я вижусь будто раз в год, на сборе Совета. Дома я появляюсь только к ночи, когда все уже спят, а ухожу до их пробуждения. Я даже не знаю, нравится ли маме мой любимый суп – биск с креветками или терпеть его не может. Но я сама выбрала такой образ жизни. Родители ничуть не виноваты в том, что я стала такой. Наверное…

Повисла пауза. Аликс почесал затылок, чувствуя, что разговор сворачивает куда-то в глубины души, куда обычно не принято заглядывать.

– Ну, теперь ты знаешь, что Мэд любит яблоки. – Попытался свести в шутку неловкое молчание парень. – И что я, например, терпеть не могу, когда в суп кладут слишком много лука. Мы теперь ведь тоже своего рода семья, верно?

Сибил кивнула, а Мэдисон едва заметно ухмыльнулась – одними уголками губ.

– Если ты и вправду не беспокоишься, не скучаешь и ничего не чувствуешь по этому поводу – то пускай так и будет. Ты такая, какая есть. Твои родители все понимают. Я уверена. – Мэдисон наконец начала понимать природу Сибил.

– Мэд права. Раз твое затворничество – это осознанный выбор, не влияющий на эмоциональное состояние, то так тому и быть. Ни я, ни даже моя вредина Одели́с, не выдержали бы долгого одиночества. Но это мы. А ты другая, и это круто! Правда. – Парень подбирал слова, и кажется, выходило удачно. – Слушай, если в какой-то момента захочешь побыть одна – просто скажи нам. Теперь узнав все это, мы поймем. Просто предупреди, чтобы мы тебя не потеряли, хорошо?

– Хорошо. Но пока что, вы меня не раздражаете.

– Ого, комплимент века! Мы запомним. Как только скажешь – примем это с достоинством и уйдем в закат. Или в шторм. В общем, куда пошлешь. – Хихикнула Мэд.

Сибил впервые слышала подобное. Так вот, что такое «поддержка»? Вот каково это, так просто общаться с друзьями. Новое, необычное чувство – от него становилось тепло в сердце.

– Спасибо вам. Не знаю, что на меня нашло, но мне захотелось вам рассказать об этом. Я никогда не говорила о себе столько.

Эмоциональные разговоры выматывают, почти также, как и работа. Ребята разлеглись на койках. Обессиленные, они лежали пластом, раскинув руки.

– Ты сегодня здорово справилась. – серьёзно обратился к Мэд Аликс. – Мы видели, как ты побежала к помпам. Это было… смело.