Бывший, туман и другие неприятности в академии

Глава 6

Шар был готов сорваться с моих рук, но в последнюю секунду я развеяла его и отступила.

- Я не буду бить по Тобиасу! Это бесчеловечно! – произношу с вызовом, хотя внутри все трясется от страха. Не за себя. За этого остолопа. Страшно, что Грог все-таки заставит это сделать против моей воли. В горле ком, пальцы дрожат.

- На место! Минус двадцать баллов! – рявкает профессор.

- За что?!

Я даже поверить не могу, что он собирается отнять так много.

- Скажи спасибо, что не пятьдесят! Из-за таких как ты происходят самые большие поражения! Если ты не способна в решающий момент пожертвовать одним человеком ради спасения остальных, то тебе не место на боевом факультете!

Возвращаюсь за парту, кусая губы, чтобы не наговорить все, что думаю о его методах обучения. Сволочь! Просто сволочь! Безжалостная и циничная!

Внутри душит обида: минус двадцать баллов! Подумать только. При том, что нас предупреждали - за хорошие ответы дают четыре-пять баллов, а для бесплатного обучения нужно набрать больше сотки. Твою дракона душу мать!

Тобиас, надеюсь, ты понимаешь, чего мне стоила жалость к тебе?! Ну почему я так и не могу возненавидеть его по нормальному? Шарахнула бы сейчас и дело с концом.

- Кто завершит начатое? – Грог обводит взглядом аудиторию.

Надеюсь, ни у кого не хватит ума бить по живому не обезумевшему одногруппнику?

- Я! – Ингрин вскакивает с места, и цокая каблучками направляется к связанному Тобиасу.

Она? Вот эта фифа в мини-юбке и полупрозрачной блузке?

Смотрю с недоверием - происходящее выглядит как сюр. Я вообще не понимаю, зачем она пошла на боевку и как ее пустили? Мне кажется, Ингрин быстро осознает, что поступила не на тот факультет и переведется, освободив место в комнате для более адекватной соседки.

Фифа дефилирует к центру аудитории, а затем, даже не задумавшись молниеносно сплетает шар шоковой заморозки. От неожиданности я чуть не вскрикиваю, силясь понять, как ей удалось сделать это так быстро? Сердце колотится, предчувствуя как сейчас тело бывшего изогнется от всепоглощающей боли.

Обжигающе-ледяной шар летит в Тобиаса. Тот жмурится в панике, готовясь к удару. Но тут Грог выставляет перед ним защитную стенку. Шар врезается в нее, рассыпаясь на сотни льдинок, не причинив вреда. Я смотрю, не в силах до конца осознать произошедшее. Даже не сразу замечаю, как пальцы впились в парту так, что аж костяшки побелели.

- Учись, как должен вести себя боевой маг, синевласка, - произносит Грог, сдвинув брови. – А ты… имя?

- Ингрин Лавелл.

- Молодец. Пять баллов. На место. И ты тоже, - Грог взмахом руки освобождает Тобиаса от паутины. – Садись к своей трусливой напарнице. Может, научишь ее смелости. Тебе три балла за то, что не сдрейфил.

Сжимаю кулаки от злости и обиды: как я не догадалась, что это проверка? Ну ведь логично, что у нас не может быть настолько сумасшедшего профессора, который будет калечить студентов!

Ингрин вот поняла. Или нет? Честно говоря, уже не знаю, чего ждать от этой девицы. Я до сих пор под впечатлением от той скорости, с какой она создала ледяной шар.

А Тобиас, судя по виду, до сих пор не верит, что так легко отделался. Встает с пола, ошарашенно моргая и переводя дыхание. Неужели он и правда был готов к тому, что я шарахну по нему заклинанием?

- Зря меня пожалела, - шепчет он, усаживаясь на соседний стул.

- Это точно. Нужно было приложить тебя как следует и надеяться, что Грог не успеет прикрыть щитом, - фыркаю, все еще злясь на себя за глупость.

- Синевласка и балабол – минус по пять баллов с каждого! – раздается голос профессора возле нас. – За каждую последующую фразу, сказанную на моем занятии не по делу, буду вычитать баллы в геометрической прогрессии. Ты знаешь, что такое геометрическая прогрессия, балабол?

- Я думал, у нас тут урок боевой магии, а не математики, - шутит Тобиас.

- Минус десять баллов. Обоим!

- Мне-то за что?

- Скажи спасибо напарнику. Вы должны учиться работать в связке и отвечать за действия друг друга.

Бывший смотрит на меня взглядом провинившейся собаки, а я едва сдерживаюсь, чтобы не ляпнуть еще что-нибудь, что отнимет у меня баллы.

Твою дракона душу мать! Тридцать пять баллов в минус! Как я теперь наверстаю их? И это только первое занятие! Если так и дальше пойдет, то можно смело паковать вещи и навсегда прощаться с целью стать боевой магичкой.

Закончив с показательной «поркой» и добившись от студентов дисциплины, Грог приступает к занятию, продолжая запугивать фразами о том, насколько опасна работа боевого мага. Ну да, опасна. До сорока лет доживают лишь те, кто в совершенстве владеет магией, не забывает о физической подготовке, у кого развита смекалка и отбито чувство страха. И это все про меня! Это я такая! Я хочу биться за свой мир. Славы хочу! Почета! Денег! Чувствовать свою нужность!

Ближе к концу занятия Грог решает рассказать нам историю из личного боевого опыта. Оказывается, в молодости он и сам служил в одном из городов-форпостов, расположенных на северных территориях, приграничных с герковскими племенами. Так что место вдвойне жуткое: нужно защищаться и от иномирных вторжений и от набегов свирепых примитивных племен. На моменте, когда Грог вспоминает как вместе с отрядом они отбивали атаку мертвух, я чувствую, как Тобиас прислоняется ко мне плечом. По коже тут же бегают предательские мурашки, чтоб им пусто было! Чуть отстраняюсь, чтобы разорвать контакт, и украдкой смотрю на бывшего. Тот делает вид, что увлечен рассказом.

«Возможно и правда не специально прижался?», - думаю я, но не проходит и минуты, как его плечо вновь касается моего.

Ошибки быть не может: он это нарочно. Вновь изучаю его лицо: абсолютно невозмутимая мимика.

Решаю проверить, чтобы гарантированно убедиться в правоте, и уже сама прижимаюсь ближе, причем так, чтобы теперь соприкасаются не только наши плечи, но и ноги. Отодвинется или нет? Сердце глухо бьется, разгоняя жар по телу, но делаю вид, что мне все равно. Внешне никак не подаю виду, чтобы если что, сказать, что прислонилась случайно. Тобиас как ни в чем не бывало продолжает сидеть и изредка ерзает ногой, отчего наши бедра слегка трутся друг о друга.

А затем и вовсе происходит то, что окончательно подтверждает мои догадки! Тобиас незаметно для всех передает мне под партой маленький клочок бумаги. Успеваю заметить краем глаза фразу «после урока». Комкаю записку, пока Грог не увидел, и прячу в карман брюк.

Накатывают воспоминания: именно так начинались наши отношения. С точно таких же записок. В школе Тобиас сидел за мной, и каждый раз легонько тыкал пальцем в мою спину, я опускала руку под парту, раскрывая ладонь, а он клал в нее записку. Все начиналось с вопросов по учебе, сдобренных шутливыми комментариями о занудности преподов и унылости подачи информации. А потом незаметно перетекло во флирт. Помню, как влюбилась в него и около недели мучилась, не зная, как он ко мне относится. Насколько серьезны его чувства? И как внутренне визжала от счастья, когда он позвал на свидание. Поверить не могла, что самый популярный парень в нашем классе позвал именно меня.

Не то, чтобы я считала, что не достойна, просто не верилось, что я впервые влюбилась в кого-то взаимно. Да еще и в такого классного. Его вечно взъерошенные каштановые волосы, и то, как он удивленно приподнимает брови, одновременно улыбаясь так, что появляются ямочки на щеках. Его юмор, и какая-то такая атмосфера пикантности и дерзости, когда чувствуешь, что за милой внешностью скрывается горячий юноша.

Память услужливо напомнила, чем все закончилось.

Я тут же отсела от Тобиаса, и поставила четкую установку: после лекции у меня этот гад получит! Я ему таких люлей вставлю за поползновения, что он думать забудет пытаться заигрывать!

К концу занятия по боевке так сама себя накрутила, что, если бы Грог вновь предложил шарахнуть ледяным шаром по бывшему – сделала бы с огромным удовольствием! Внутри все так и кипит от негодования: «Да как он посмел? Унизил меня перед всеми, растоптал, а теперь как ни в чем не бывало снова пытается флиртовать? Неужели у него вообще нет ни совести, ни принципов?!»

Выхожу из аудитории и вижу, как Тобиас сворачивает в дальний коридор.

- Нам нужно поговорить! – окликаю его, с трудом сдерживая гнев.

Поворачивается ко мне, слегка нахмурившись.

- Что-то случилось?

Он еще спрашивает! Ну конечно, для него, видимо, в порядке нормы бросать и возвращать девушку, когда ему вздумается. Интересно, он вообще меня за человека-то считает? Или думает, что я бесчувственная игрушка?

- А то ты не догадываешься? – задыхаюсь от возмущения.

Бывший изображает из себя удивление. Какой актерище пропадает!

- Слушаю, - он опирается о каменный подоконник сводчатого окна, вставая в нарочито-сексуальную позу. Ворот рубашки расстегнут, так что видны ключицы.

Неподалеку стоят три девушки. Они явно услышали мой оклик и теперь с интересом наблюдают за ситуацией. Стараюсь их игнорировать. Мне нужно сразу поставить бывшего на место, пока это не зашло слишком далеко.

- Я скажу один раз и хочу, чтобы ты уяснил: тебе со мной не светит!

- Что?

- Что слышал, - скрещиваю руки на груди. – Если ты думаешь, что своими прикосновениями и записками сможешь меня вернуть, то даже не надейся. Понял?!

Его брови удивленно поползут вверх, и я запинаюсь, ожидая совершенно иной реакции.

- Можно узнать, - спрашивает он, - а с чего ты решила, что я хочу тебя вернуть?

Замираю, чувствуя, как мои уверенность и пыл угасают на глазах.

- Но ты приставал ко мне на занятии!

- Когда?

- Когда прикоснулся к моему плечу, а потом, когда я прижалась ногой к твоей ноге, ты ее даже не убрал.

- Эм… Про плечо не помню. А вот с ногой… Я правильно понимаю, что ты сама прижалась ко мне и теперь обвиняешь в том, что это я к тебе приставал? Серьезно? – Тобиас смотрит на меня как на полную дуру. – Кайра, с тобой все в порядке? Помнится, раньше у тебя не было проблем с логикой.

Мда уж. В такой интерпретации мои слова и впрямь выглядят как бред.

- А записка! – спохватываюсь я, доставая из кармана брюк скомканную бумажку.

- И?

- Ты ведь сам позвал меня встретиться после урока!

- Ты ее вообще читала?

- Ну… частично… - мой голос срывается на неуверенный писк.

Торопливо разворачиваю записку и чувствую себя полной идиоткой. На листочке выведено: «Проверь сумку после урока».

- Проверить сумку? Что это значит?

- То и значит.

Открываю ее, в тайне надеясь, что там шоколадка или цветок. Не потому, что хочу знаков внимания от Тобиса. Наоборот. Просто сейчас мне как никогда требуется доказательство моей правоты. Он ведь приставал! Ну правда же. Мне ведь не показалось!

Но внутри сумки среди вещей лежит магическая колючка, источающая зловоние.

- А, проклятие, - задумчиво произносит Тобиас. – Я заметил, что, когда ты отвлеклась, Ингрин сунула тебе что-то в сумку. Не увидел, что именно, но, в принципе, так и подозревал, что это что-нибудь не особо приятное. Советую поскорее избавиться от колючки: чем дольше она будет лежать – тем сильнее начнет издавать запах. Он потом так въестся в ткань, что его будет ничем не вывести. Придется выкидывать вместе с сумкой.

Чувствую, как лицо обжигает пламенем от неловкости.

- То есть ты просто хотел предупредить меня?

- Конечно. А ты что подумала? – он склоняет голову на бок, внимательно разглядывая.

Молчу, не зная, как ответить. Лишь ощущаю, как горячая краска стыда начинает заливать щеки.

- Прости, если ввел тебя в заблуждение, дав повод надеяться, что мы снова будем вместе, - произносит он, и в его тоне нет ни капли насмешки.

- Надеяться? – внутри все сжимается в тугой комок.

- Я не хочу, чтобы ты подумала, будто я пытаюсь тебя вернуть. У меня и в мыслях не было ничего подобного. Я всего лишь стараюсь наладить общение. Ведь мы теперь напарники, нам придется вместе работать, так что это было бы разумно. Но мы никогда не будем вместе. Смирись с этим, пожалуйста. Ради себя самой.

Мозг отказывается помочь мне подобрать хоть какие-то слова. Ну хоть что-то, чтобы сохранить лицо. Я просто стою перед ним с открытой сумкой, из которой все отчетливее воняет гнилью, и ощущаю себя распоследней идиоткой.

- Ладно, хорошо, что мы прояснили это, - произносит он. – Если на этом все, то ты не против, если я пойду?

Молча киваю, в ошеломлении наблюдая, как он удаляется. Замечаю насмешливые лица девчонок, слышавших наш разговор. Те шепчут что-то друг дружке и прыскают со смеху.

От обиды и унижения начинает щипать глаза. Но не позволяю себе разреветься. Еще чего не хватало! И не такое переживала. Дружить он, значит, со мной хочет. Ну я тебе устрою дружбу!

Глава 7

На обеденном перерыве мои нервы ждало очередное испытание. Ингрин подбила всех одногруппников идти есть не в столовую, где кормят бесплатно, а на городскую площадь, соблазняя тем, что можно будет взять хрустящие лепешки с мясной начинкой, зефирные булочки, карамельный лимонад и другие вкусности, продающиеся в палатках.

Разумеется, мне ничего не оставалось, как плестись с ними, надеясь, что я смогу отыскать среди товаров хоть что-то, на что у меня хватит денег. Всего у меня 40 деров. На целый месяц! Это ничтожно мало. Причем, из них десять я сразу отложила на экстренный случай, и у меня выходило по 1 деру на день. Даже не представляю, что могу купить на эти крохи.

Надеялась, что на прилавке окажется какая-нибудь дешевая булочка и может хватит на кофе. Так себе обед, конечно. Я рассчитывала поесть куда как плотнее, но идти одной в столовую в первый день, когда вся группа будет кушать вместе – тоже не лучшее решение. Нужно подружиться с одногруппниками – это может быть полезно для учебы.

Погода сегодня была по-летнему ласковой. Легкий морской бриз разносил по городу свежий запах морской воды с арбузными нотками. К нему примешивались ароматы спелых цитрусов, что росли чуть ли не на каждом углу. Мы дошли до небольшой площади, притаившейся среди невысоких домиков. По центру здесь имелся фонтан с грозной статуей средневекового рыцаря. Рыцарь стоял в полном обмундировании: шлем, латы, в руках он держал меч и смотрел на всех подозрительно. Здесь же в одном из домов на первом этаже имелась пекарня, откуда доносился аромат только-только приготовленной выпечки.

Мой желудок, почувствовав аппетитные запахи, жалобно сказал: «у-у-у», намекая, что не ел с самого утра. Посмотрела на одногруппников: кажется, никто не слышал урчания. Это хорошо. Потому что, взглянув на цены, стало очевидно – придется делать вид, что я сыта. Самая дешевая булочка стоила три дера.

- Мне стаканчик чая, - прошу я продавщицу, когда подходит моя очередь.

Рот наполняется слюной от умопомрачительных запахов, которые еще больше разжигают голод, но приходится делать вид, что мне абсолютно плевать на еду.

- Мятного? Можжевелового? Может быть туманного? – предлагает женщина за прилавком.

- Нет-нет, самого обычного, - произношу я, успев изучить, что вкусные чаи стоят по два с половиной дера. А обычный – дер с четвертинкой. Четвертинка тоже перебор, но я решила, что вычту ее из завтрашней суммы.

- Серьезно, Кайра? – спрашивает Ингрин, едва удерживая в руках лепешку с пряным мясом, косички с начинкой из леденцов и ирисочный кофе. – Ты не собираешься есть? Или просто ждешь, когда кто-нибудь тебя покормит из жалости?

- У меня был плотный завтрак, и я еще не успела проголодаться. А ты смотри, не лопни, - огрызаюсь я, забирая чай.

Надеюсь, он достаточно сладкий и это поможет хоть чуточку притушить голод. Только отхожу в сторону, как тут же передо мной возникает бывший.

- Ты уверена, что не голодна? – спрашивает он шепотом. – Давай куплю тебе лепешку с мясом?

Чувствую, как щеки предательски краснеют, выдавая эмоции с головой. Неужели он все понял?

- Не надо, - твердо произношу я, одновременно сжимая мышцы живота, чтобы заглушить очередное голодное урчание.

- Правда? Ты ведь ничего не ела с самого утра, - его бровь удивленно ползет вверх.

- С чего ты взял? – его навязчивость начинает злить.

- Просто заметил, - он пожимает плечами и продолжает внимательно смотреть, будто стараясь прочесть мысли.

Мне только жалости от бывшего не хватает. Нет уж, спасибо. «После того, что ты сделал, дорогой, подавись своими подачками! Я от тебя ни дера не приму!»

- Мне ничего не нужно, - произношу максимально твердо, видя, что наш разговор привлекает внимание.

- Как скажешь, - наконец-то он оставляет меня в покое.

Стоило вспомнить сегодняшний разговор в коридоре, как щеки вновь пылают от стыда. Тобиас наверняка теперь думает, что я до сих пор страдаю по нему. Этот взгляд… Посмотрел, как на больную. Словно я какая-то жалкая сломленная девчонка, которая никак не может отпустить прошлое. И это ужасно бесит.