И еще была любовь

На новенькой белой «Волге», как всегда безукоризненно-шикарная – чем не пример для подражания? – она привезла нас домой и укатила на работу со словами:

– Деньги в верхнем ящике стола, машину сейчас пришлю. Поезжайте на базу, порадуйте себя – я позвонила, вас ждут.

– Да ладно, мам, и магазинами обойдемся.

– И что ты там купишь? В них пустые полки. Собирайтесь!

Наступили счастливые дни – целый месяц будем жить с дочкой как у царя за пазухой, не заботясь ни о чем.

На другой день Ирочка занялась примеркой приобретенных вчера нарядов – с самого утра и занялась:

– Принцесса была ужасная – погода была прекрасная! – взявшись пальчиками за края розовой юбочки, кружилась она по комнате:

– Нет, не так: погода была ужасная, а принцесса была прекрасная! – подпрыгивая на одной ножке, поправляла себя дочка.

Мама сидела перед трюмо, собиралась на работу, а я, валяясь в огромной двуспальной кровати, рассматривала новые бежевые босоножки и любовалась прекрасной маминой фигурой. Она же продолжала вчерашний разговор.

– Валерия, скажи, а ты смогла бы быть заведующей этим отделом?

– Мам, никогда даже не думала об этом. Я методист научного общества – к техническому отделу отношусь постольку поскольку – только присутствую. И ничегошеньки не понимаю в этих моделях – авто, авиа, судо. У меня с технарями нет ничего общего.

Но она продолжала гнуть свою линию:

– А ты подумай – подумай и скажи – смогла бы?

– В жизни нет ничего невозможного – после развода я это точно знаю!

– Почему тогда сидишь, сложа руки?

– А что делать – прийти к директору и сказать: дайте отдел?

– Нет, дорогая, может он кого-то другого планирует взять на это место. Думаю, надо поступить иначе: сходи в исполком, к вашему куратору – ты ведь с ней знакома?

Куратор Дворца пионеров, Светлана Илюшина, работающая в свое время в обкоме комсомола вместе с Игорем, задала только один вопрос:

– Валерия, зачем тебе это надо? – к этому я была не готова, и сформулировать мысль вразумительно не смогла.

– Значит так, – ответила она за меня, – ты видишь, какой интересный и перспективный отдел – а толку никакого. Сможешь вывести его на должный уровень?

– Конечно смогу. Даже знаю, что именно надо делать! – ни секунды не сомневалась я.

– Так и говори: «отдел пропадает – жалко отдел». Да больше уверенности в себе – не бойся, потянешь, а я помогу, обещаю. Как говорили у нас в комсомоле – «через колено согнем» – а место будет твоим.

… Вы знаете, что раньше я работала в школе учительницей математики? Да-да, целых восемь лет – после этого в жизни уже ничего страшного не существует! (Детский киножурнал «Ералаш», цитата).

***

На следующей неделе директор издал приказ о новом назначении. Теперь во Дворце пионеров появился созданный (специально для меня)! отдел науки и техники, объединивший детское техническое творчество и Научное общество учащихся.

Жизнь становилась все интереснее!

Опытные руководители кружков – не скрою – приняли новую начальницу не сразу, зато потом, видя настырность, с которой я вникала в каждое дело, стояли за меня горой. Все остальное было несложно, а вот авиамоделирование… Книги по созданию самолетиков читала на ночь вместо детективов, и утром за завтраком. Что такое резиномоторная модель? Радиоуправляемая – это понятно, а вот кордовая? Темный лес – казалось вначале, но постепенно стала разбираться во всем не хуже моделистов.

Забегая вперед, скажу – в новом Дворце появилась хорошая техническая база, новейшее оборудование, отличное снабжение, поэтому успехи кружковцев радовали день ото дня. Наши талантливые детки стали занимать призовые места на соревнованиях моделистов, выставках детского технического творчества и за короткий срок отдел вышел на первое место в области. Я и сама становилась сильной, толковой заведующей, оправдывая доверие Светланы.

Однажды журналист, бравший у меня интервью для областной газеты, задал дежурный вопрос:

– Чего Вам в жизни больше всего не хватает? – и моментально услышал:

– Времени!

***

Приняв отдел, мне пришлось тут же выехать с авиамодельным кружком на настоящий военный аэродром – на соревнования. Впервые наблюдала самолетики детей – какие красивые. А вот взрослые спортсмены собирают свои модели – с первого взгляда их не отличить от тех, что сделаны детскими руками, хотя понятно, что они намного совершеннее – летают выше и дальше. Да как много участников!

Этот народ вел свои, непонятные простым людям, «технические» разговоры:

– На какое время поставить таймер? – теребит за рукав паренек своего руководителя, а другой расстраивается:

– Опять движок «полетел» – в самый нужный момент!

– Возьми мой, – протягивает приятель очень ценную вещь – маленький моторчик.

– Да, моделисты – народ особый, – убедилась я.

На самом краю летного поля собирал свой самолет черноглазый парень. Среднего роста, с копной темных волос, он сам и все вокруг него были довольно оживленными. Зрители эмоционально комментировали происходящее:

– Смотрите, смотрите – вон «таймерка» упала. Все, подходи с совком и веничком! – грустная моделистская шутка, говорящая о том, что самолетик уже нельзя починить. Он превратился в кучу мусора – и все труды насмарку:

Прилетели – мягко сели.

Присылайте «запчастя»:

Фюзеляж и плоскостя.

Парень принимал участие в этих разговорах, а сам стрелял глазами в мою сторону, вытаскивая что-то из своего, необъятных размеров, чемодана. С небольшими, аккуратно постриженными усами, переходящими в такую же бородку, он напоминал известного актера и показался мне интересным. Однако расспрашивать я не решилась, только услышала имя – Борис.

На обратном пути мы оказались в одном автобусе.

– Как ты, ничего не смысля в моделизме, согласилась взять такой серьезный отдел – наверное, долго уговаривали? – искренне удивился он, узнав, что перед ним новая заведующая техническим отделом.

– «Знал бы ты!» – подумала я, но вслух сказала:

– Главное – ввязаться в драку, там дело покажет!

А тот стал прощупывать ситуацию дальше:

– Кто у тебя муж?

– Вышел, – ответила я невпопад.

– В смысле? – недоуменно раскрыл глаза Борис.

– Весь вышел, – пояснила я, улыбаясь, и он облегченно вздохнул – путь свободен.

Парочка получилась странная: Борис – многое понимающий в жизни спортсмен-авиамоделист, инженер того самого, «закрытого» научного института – помните? с золотыми руками и светлой головой, и я – вечно витающая в облаках, наивная, верящая всем и всему на свете…

Не могу сказать, что любила Бориса – после развода мужчины не занимали в моей жизни большого места – просто плыла по течению, а с этим парнем было интересно и весело, зачем же отталкивать? Он приносил с работы какие-то приборчики, изготавливая «живую» и «мертвую» воду, и она действительно заживляла ранки на вечно разбитых коленках моего сына. Спокойный и рассудительный, умел делать все (в этом мы были похожи – я тоже, если надо, сменю розетку), однако мои слова:

– Боречка! Давай-ка мы (подразумевалось, естественно, «ты») сделаем… – приводили его в восторг:

– Лерочка, дорогая, не криви душой, говори, как есть: ты, Борис, сделай.

Например:

– Боря, давай-ка мы наклеим кафельную плитку у меня на кухне, а то дети (читай – эти свины) вытирают свои прекрасные поросячьи ручки прямо об стенку и эти разводы мне очень не нравятся. Поэтому там должна быть кафельная плитка – она легко моется, и на кухне будет чисто – ля-ля-ля!

Озадачившись, мой кавалер начинал искать немного кафеля, потом что-нибудь, на что его можно клеить – например, специальная мешковина, изготовленная на нашем химическом заводе. Он резал мешок пятаками, потом капал на них ацетоном, прикладывал к плитке, а плитку прижимал к стене. И она села железно!

Все довольны, все смеются…

Борис, не скрою, помогал мне в домашних делах. А еще открывал глаза на этот мир, на людей вокруг и даже на моих детей:

– Учи своего сыночка самого играть в игрушки, – говорил он, расставляя на ковре Ромкино войско, – солдатиков мало купить, в них надо еще научить играть – ведь твой малыш родился всего четыре года назад, он еще ничегошеньки не знает в этой жизни! Полежи с ним на ковре пару дней, поиграй в войнушку – построй рядами армию, танки и пушки, игрушечных солдатиков – он быстро научится и не станет к тебе приставать.

Отношения с Борисом были ровными и спокойными, но афишировать их он не спешил. Бывая во Дворце у моих авиамоделистов, здоровался вежливо и делано-равнодушно проходил мимо. С улыбкой устремившись ему навстречу в первый раз, я была остановлена пустым взглядом – таким смотрят на посторонних людей.

– «Взглянул как на серую мышку в толпе» – моему удивлению не было предела, но правила игры пришлось принять, хотя сам факт наводил на размышления:

– «Конечно, он неплохо устроился – вечерами обретается у меня, в самом центре города, где магазин «Современник» только примета дома, а ночевать в любом случае идет домой…»

– Борис, что это было? – спросила его вечером.

– Ты же умная женщина, все понимаешь – посторонним людям не нужно знать о наших отношениях, – удобно устраиваясь за столом моей кухни, спокойно отвечал тот…

***

Одновременно с моим назначением заведующей отделом завершилось строительство нового Дворца пионеров.

Несколько дней грузовики завозили мебель, руководители кружков вместе с детьми переносили вещички из старых кабинетов – народ вселялся в новые просторные помещения. А то, что там ещё холодно и неуютно никого не пугало – обживемся! Рабочий день в те дни был не нормирован – все – от директора до руководителей кружков приходили к семи утра и уходили часов в десять вечера. Дел хватало – вешали шторы, расставляли новые шкафы, столы и стулья, развешивали наглядные пособия.

…Какое удовольствие войти утром в огромное, прекрасное здание, открыть свой кабинет своим ключом, повесить в шкаф шубу, снять сапожки и надеть невесомые туфельки. Перед зеркалом поправить пару запутавшихся светлых кудряшек, брызнуться духами из модного флакона, выйти в коридор и заботливо оглядеть свое большое хозяйство:

– Доброе утро, страна!

Белоснежный Городской Дворец пионеров, построенный по особому проекту, хорошо вписался в крутой берег Волги. Особенно интересно смотрелся огромный парусник, украшавший наружную стену. Выполненный из черненого металла, кораблик как будто собирался отплыть вдаль – ни дать ни взять «Бригантина», которая «поднимает паруса». Нравился всем и настоящий планетарий с куполом, сверкающим над Дворцом – его оборудование заказали на самом Цейсовском заводе в ГДР.

Сегодня атмосфера наступающего праздника носилась повсюду. Слышался детский смех, беготня, топотание маленьких ножек. Певцы пели, художники рисовали, маленькие балеринки с «дульками» на макушке, учились крутить свои фуэте, взмахивая тоненькими ножками, обутыми в беленькие балетки. Кропотливые моделисты строили модельки – моторчики лепили-крепили на все, что не попадя! Если увидите веник, летящий по коридорам дворца, не пугайтесь, а поищите глазами притаившихся за углом, хихикающих мальчишек с радиоуправлением этого самого веника.

Дворец пионеров, новый, светлый, с окнами от пола до потолка, ждал наступления Нового года. Все, от стрелков в тире на нижнем этаже, до ребятишек в игротеке и настоящем кукольном театре наверху, суетились в преддверии праздника. Разноцветные витражи стеклянной стены отражали лучи заходящего солнца. В парадном зале наряжали настоящую елку. Она была высоченная, пахла хвойным бором, Новым годом, подарками, мандаринами – всеми новогодними радостями. Много елок поменьше вчера свалили прямо на снег перед Дворцом, и они тут же исчезли в кабинетах.

Мой отдел тоже жил предпраздничной жизнью. Самый большой и самый важный – отдел науки и техники – готовился к Новому году. В каждом кружке наряжали небольшие елочки, готовили утренники, разучивали песни и стихи.

Одна из примет любого праздника, так поднимающая настроение – новое платье – было красиво. Красное, струящееся, оно открывало ноги чуть выше колена и подчеркивало фигуру. Теперь наденем босоножки на высоких каблуках, расправим плечи, задерем кверху нос – и с улыбкой вперед. На меня равняются люди, положение обязывает – хозяйка отдела должна быть на высоте. В чем пришла на работу, какая прическа и самочувствие – они всё видят. Отсюда мой жизненный принцип: выглядеть нужно всегда хорошо, а быть в плохом настроении – вообще непозволительная роскошь.

… Лариса, мой заместитель и лучшая подруга, конечно, не упустила случая процитировать классика, имея в виду мою обновку:

– «Что это на вас надето, прекрасная Солоха?» – но платье ей понравилось…

Телефонный звонок вернул от самой двери:

– Лерочка, я не приду сегодня – у меня вечеринка в коллективе, – произнес Борис, и, как всегда, с иронией продолжил, – вы расстроитесь, уважаемая современница (это у него такая аллегория – намек на мой дом с книжным магазином «Современник» на первом этаже), или наоборот, обрадуетесь?

Видали такую наглость? Я-то думала, что немного здесь побуду и пойду домой, где мы вместе проведем чудесный вечер. Будем наряжать елку – дети станут помогать, разбирая новогодние игрушки, потом накроем стол – все как у людей – так нет же! Нужна ему эта «вечеринка в коллективе»? Ладно, тогда дело принимает совсем другой оборот: ёлку на фиг – нарядим завтра, детей к бабушке. Гуляю до конца, ведь спешить некуда – «меня, увы, никто не ждет»!

Разочарованно положив трубку на телефонный аппарат, выхожу в холл и у входных дверей сталкиваюсь с высоким, пахнущим морозной улицей парнем в светлой дубленке. Продолжая стряхивать снег, он поднимает на меня глаза:

– Девушка, помогите найти Потапова!

Подняв одну бровь, смерила просящего с ног до головы скептическим взглядом – держа фасон в новом красном платье, иначе смотреть просто не могу. Так, где у нас Потапов? Ах да, недавно видела его в буфете – праздник у спортивного отдела в самом разгаре и Макс вряд ли расположен общаться с посетителями.

– Наверняка не найдете, но посмотрите в буфете! – безразлично пожав плечами, снисходительно отвечаю незнакомцу.

***

Столы моего отдела накрыты в самом большом – авиамодельном кабинете. Суетится веселый разрумянившийся народ – мужички уже «остаканились», девчата колдуют над закусками, кто-то украшает помещение.

Всеми руководит Лариса – завуч-методист моего отдела. Высокая, черноглазая и черноволосая, она обладает покладистым характером, но всегда умеет настоять на своем – мало кому приходит в голову мысль с ней поспорить. Чувство ответственности за порученное дело у подруги тоже на высоте – я за ней как за каменной стеной! Однако с юмором у нее отношения совершенно перпендикулярные, над анекдотами смеемся дважды – первый раз непосредственно над хохмой, а второй – когда втолковываем суть дела ей.

Когда в новом здании Дворца увеличился штат, в отдел понадобился завуч – кандидатуры лучше Ларисы, с которой мы раньше работали в школе, придумать было нельзя.

Первые дни я еще немного сомневалась – сумеет ли подруга, всю жизнь проработавшая учителем биологии, приноровиться к новому делу? Но сомнения оказались напрасны – мы сработались как нельзя лучше! Тандем получился замечательный: моя голова просто фонтанировала новыми идеями:

– Состязания школьников-авиамоделистов на настоящем военном аэродроме? Устроим!

– Выставка детского технического творчества? Пожалуйста!

– Зимние соревнования комнатных авиамоделей в спортивном зале нашего дворца? Да запросто!

Лариса же с азартом дополняла, подхватывала и воплощала все это в жизнь.

– Как-то скучно мы живем, – входя однажды утром в мой кабинет печалилась она, – придумай что-нибудь!

– Публика требует зрелищ? – смеялась я.

– Зрелищ, именно зрелищ, – соглашалась та, и мы затевали городской конкурс на лучшую действующую модель – от машинок до роботов.

Ну, наконец–то детишки разбежались по домам, можно и за накрытые столы.

Дорогие мои коллеги! – в такие минуты особо остро ощущаю, как дорог мне Дворец и все окружающие, – Наконец-то сбылись наши мечты – мы начинаем Новый год в новом здании. Как здорово, что у каждого есть теперь свой кабинет, уютный и светлый.

В авиамодельном – все, что душа пожелает – даже пробковое дерево, то есть заморская «бальза», растущее только в лесах Южной Африки. Она просто необходима ребятам при создании своих самолетиков.

В фотолабораторию поставили сушильные шкафы для пленки. Ольге в живой уголок купили хомяков с черепахами – половину денег всего отдела угрохали. Кройке и шитью (кстати, почему они затесались в наш отдел?) вовсе красота – паровые утюги, швейные машинки, закройный стол – только учите деток.

Кружков в отделе много, говорить могу бесконечно, но надо закругляться – пойду, не буду смущать коллектив.

Руководство Дворца расположилось в буфете. Посидела понемногу за каждым столом – везде есть о чем поговорить и посмеяться – наконец дошла до Потапова.

И тут мой друг, заведующий спортивным отделом Максим Потапов, говорит с таинственным видом:

– Лерик, пошли в мой кабинет, я тебя кое с кем познакомлю!

Мы прихватили бутылку шампанского и…

И повел меня мой ангел (а может не ангел вовсе) в кабинет Максима – если б знать тогда, что из этого выйдет! Знакомиться – не знакомиться – кто ответит на этот вопрос правильно, когда приходит момент? Да и как его узнать, момент этот – ведь мы, как уже было сказано, совершенно зря уверены в том, что решаем что-нибудь в своей жизни сами. Глупцы – все давно предопределено и расписано где-то там, наверху. Но когда это кого останавливало?

Видно, пришло время нам встретиться: ты отслужил три года в Германии, столько же на Дальнем востоке – теперь преподавал в нашем военном училище и жил на соседней улице, а я разошлась с мужем. Буря, бушевавшая в душе после развода, улеглась, и она – то есть душа – была готова к новой любви. Мы уже ходили вокруг друг друга кругами, возможно, даже сталкивались на городских перекрестках.

…Заходим в кабинет Максима – его за столом, по-хозяйски расположившись, сидит тот самый парень, который искал его два часа назад.

– «Какой приятный молодой человек» – думаю я, а Макс спрашивает:

– Она? – тот молча кивает.

– Ну, так знакомьтесь! – и я протягиваю руку:

– Валерия, – парень в ответ улыбается:

– Алексей… – и я замечаю его зеленые-зеленые глаза – точно такие же, как мои…

…Тебе было 28 лет, мне – 31, на дворе стоял декабрь, 28-е число.

Жизнь столкнула нас, не спросив об этом никого – просто повернулось колесо судьбы, и на новом витке появился ты.

…Я присела за стол напротив, закурила тонкую темную сигаретку – в кабинете сразу стало дымно. Ты, поймав мой взгляд, брошенный на закрытое окно, встал, открыл форточку. Потом подошел, наклонился заглядывая в глаза:

– Малыш, какой-то странный ход событий – я понимаю один твой взгляд!

Ты понял? Уже тогда понял, что это – начало любви?

…В этот миг и закончились мои спокойные дни …

***

Как интересно устроена человеческая жизнь! Кажется – у тебя все стабильно, все идет своим чередом, расписано и разложено по полочкам, ни волнений, ни тревог – каждый день похож на предыдущий.

И вдруг – один случайный взгляд, и все – бессонные ночи, тоска в глазах – это что, любовь? С болью и счастьем, сладостной истомой, гаданиями: любит – не любит (плюнет-поцелует). А ведь еще вчера ничего не было – да, вот уж истинно: любовь нечаянно нагрянет. Но нет, это пока не любовь, это преддверие любви. Ты еще не знаешь, что она принесет – радость или невзгоды, счастье или разочарование, но все равно ждешь, торопишь события, витаешь в облаках и радужных надеждах…

…Ты часто говорил мне впоследствии:

– Не торопи любовь – наплачешься…– зачем ты говорил такие слова?

– Мы с Алексеем успели сходить в баню! – объявляет Максим.

– Это прямо кино какое-то получается, типа «С легким паром!», – смеюсь я. Боже, как близка была истина!

Вечеринка во Дворце подошла к концу, но наша небольшая, нечаянно сложившаяся компания только разгулялась. Вышли на зимнюю улицу – светили фонари, шел легкий снежок, расходиться не хотелось.