- -
- 100%
- +
Глава 4
Задергиваю шторы на автомате и решительно возвращаюсь в коридор за чемоданом и сумкой. Надо как-то обустраиваться. Мне тут неделю жить придется. И надо решить, как поступить дальше.
Достав из сумки сотовый не без злорадства смотрю на пропущенные вызовы и сообщения. Режим «Муж любящий заботливый» закономерно сменяется через час после нашего расставания на другой.
«Найду, сука, убью!»
– Так тебе и надо! – говорю фотке мужа, все еще болтающейся на экране телефона.
«Нужно поменять настройки», – решаю лениво. – Но только не сейчас. Устала я. Даже есть не хочется, – вспоминаю про сожранные дорогой шоколадки. И переодевшись в белый махровый халат, доходящий мне до пяток, решаю пойти в СПА.
У меня бассейн входит в тариф. Так и хочется перед сном поплавать.
«Только где он находится?» – рассеянно пробегаю взглядом по рекламным проспектам, разложенным на журнальном столике. Подбежав, перебираю их, ища нужный.
– А вот кажется, – бурчу под нос, запоминая совершенно простую схему. Два коридора прямо, потом направо, потом налево, спуститься на первый этаж, повернуть направо и там сразу дверь.
Телефон снова вибрирует, доставляя эсэмэску от бывшего. О возвращении к Вадиму и речи быть не может. Пусть он даже приползет сюда из города на коленях.
«Милена. Возьми трубку и давай поговорим серьезно. Случайно или нет, но ты взяла папин перстень. Он мне очень дорог. Верни, пожалуйста. Скажи, где ты, и я подъеду».
– Да твой папа-забулдыга никогда даже обручалку не носил. Говорил, за шею душит, – выговариваю я погасшему экрану айфона. И откинув его в сторону, ковыляю за шоппером.
Какой еще перстень? О чем речь? Может и вправду чужое взяла. Надо будет сразу в город отправить.
Достаю из сумки портативный сейф, открывающийся по отпечатку пальца. Сняв крышку, перебираю серьги, колье и кольца, в один миг превратившиеся для меня в груду камней. Вадим любил дарить дорогую мишуру по любому поводу. Еще недавно я была уверена в любви Вадима и все его подарки казались мне проявлением его чувств.
Красивые украшения! Как же я любила их надевать!
А теперь вся эта ювелирка, сваленная в коробку, совершенно потеряла свою ценность. Из каждого камешка ушла энергетика любви, что заставляла их сиять. А теперь все потухло и протухло! Зачем только я взяла их с собой?
Но по-любому все эти брюлики и сапфиры принадлежат мне. А что мое, то мое!
«Никакого перстня в коробке не наблюдается. Поищи в другом месте», – отправляю сообщение бывшему.
«Где?» – тут же приходит ответ.
«Тебе срифмовать, или сам догадаешься?» – отправляю вместе с эсэмэской кучу рычащих смайлов.
«Милена, найду, пеняй на себя. Ты допрыгалась, девочка», – печатает муж, но я уже откладываю телефон на журнальный столик. В одном из комодов нахожу сейф и прячу туда коробку с сокровищами.
– Так оно целее будет, – выдыхаю устало.
«Интересно, тут есть ломбард поблизости? Надо будет все сдать», – размышляю по дороге в бассейн. Одергиваю полы халата, цепляющиеся за валенки, и не сразу понимаю, что заблудилась.
Осматриваюсь по сторонам, нет тут никакой лестницы. Хоть тресни!
Только арка виднеется, ведущая на балкон. Выхожу, выглядываю вниз. А там елка огнями светится в полумраке. Олени какие-то белые расставлены и, конечно, медведи! Куда уж тут без них? Но на душе сразу становится веселее. Ресепшн где-то внизу. Если что, крикнуть можно. Придут на помощь.
«Куда же ты забрела, Милена?» – думаю, рассматривая темные арки. – Откуда я вышла? И куда ведут остальные?
Теперь бассейн найти не главное, в номер бы обратно вернуться!
«Откуда же я пришла, блин?!» – размышляю и сержусь на себя. Это надо быть такой дурной совой. Глаза выпучила и полетела! А куда, сама не поняла!
Рассматриваю темные проемы арок и решительно шагаю в первый попавшийся. Кажется, правильно. Цветок вот колючий стоял в кадке стоял. Я мимо него проходила. Халатом чуть рне зацепилась.
Отсчитываю коридоры в обратном порядке. Налево, направо, и снова налево. И вместо своего номера попадаю в тупик.
– Что ж за гадство! – восклицаю в сердцах.
Замечаю тоненькую полоску света, разрезающую темный пол на две части. Одна дверь приоткрыта и из-под нее льется мягкий свет.
Замираю в нерешительности. Постучать или нет? С одной стороны неудобно, а с другой – хозяин номера может позвонить на ресепшн и меня сотрудник отеля проводит до номера. Я-то свой телефон у себя в люксе оставила!
Но только поднимаю руку, собираясь постучать, как дверь распахивается. За малым не бьет меня по лбу.
– Ой, мамочки! – успеваю отпрянуть и растерянно смотрю на подсвеченные мягким светом широкие плечи, на бугрящиеся на обнаженном торсе мышцы. Кошусь на сидящие на самых бедрах широкие штаны и, подняв глаза, натыкаюсь на насмешливый взгляд Захара.
– Опачки! Магдалена! – присвистывает он. – Ты чего тут потеряла? Или соскучилась? – присвистывает он. – Не ожидал! Думал, день-два у нас с тобой уйдет на раскачку…
–Нет, нет, вы что-то путаете. Я – Милена, – мотаю головой поспешно. – Я шла в бассейн и заблудилась, – ежусь под жадным взглядом. На мне один халат, если что! И у того подол топорщится. Махрой о валенки цепляется.
– Я смотрю, ты прыткая кошечка, – затягивает Захар меня в номер. – Быстро так сориентировалась. Мои апартаменты сразу нашла. Говори, кого подкупила? – прижав меня к стене, нависает грозовой тучей. И будто не слышит меня. Пожирает глазами, так что дышать невозможно.
Вот же оболдуй на мою голову!
– Да я кроме вас и вашей хмурой семейки никого здесь не видела! – выкрикиваю, пытаясь оттолкнуть этого хама. А у самой поджилки дрожат.
– Бассейн говоришь? – рычит он, выдергивая проспект отеля из кармана моего халата. – Давай-как посмотрим, дамочка! Тут все ясно указано. И от третьего люкса надо спуститься на первый этаж по боковой лестнице…
– А я блондинка, мне простительно, – ворчу, скукожившись под жадным взглядом. Поплотнее запахиваю халат и прошу негромко. – Вызовите кого-нибудь с ресепшен, пусть меня проводят до номера.
– Быстро ты переобулась, – усмехается Захар, отпуская меня и отходя чуть в сторону.
– Что? – охаю. Ну прям как сова ненормальная!
– Ты точно не хочешь задержаться? – кивает Захар на приоткрытую дверь спальни.
– Нет, спасибо! – роняю вежливо, как на великосветском приеме. А у самой руки чешутся всечь по надменным щщам или расцарапать личико канадского лесоруба. Нашел что предложить? С какой стати? Я не сплю с первым встречным!
– Странная ты, блондиночка, – равнодушно пожимает плечами он. – Передумала, что ли? Ну да ладно! Я насильно никого в койку не тяну. Пойдем, провожу!
Знакомьтесь, наши герои!
Это Захар – харизматичный и наглый владелец отеля, иногда непробиваемый как полено. Ему запала в душу наша Милена"
А это Милена – гостья в отеле, на которую запал Захар, харизматичный и наглый владелец отеля, иногда не пробиваемый как полено
А это Варвара, сестрица Захара, которая нагрубила Милене, на которую запал Захар
А это Лука – надменный и важный, старший брат. Тоже у девушек нарасхват!
Со злодеями познакомимся позже, еще не подобрала их рожи))))
Глава 5
Зачарованно наблюдаю, как Захар натягивает на крепкую грудь черный свитер. Достает из паза электронный ключ и распахивает дверь.
– Сегодня обратно тебя не впущу, – предупреждает засранец.
Не будь я в дурацком зависимом положении, я б ему сейчас сказала пару ласковых.
– Не очень-то и хотелось, – фыркаю недовольно. Валенки колют лодыжки, а вверх по ногам поднимается холодная дрожь прям до самой попы. Сейчас бы вернуться в номер и постоять под горячим душем. О ванне молчу! Ее еще набрать надо.
– Ты чего дрожишь? – сердито спрашивает Захар. – Замерзла, что ли?
– Нет, все нормально, – отрезаю упрямо. – Пойдемте уже.
– Ага, сейчас. Мне еще блондинки тут не указывали, – выдыхает раздраженно хозяин отеля. – На вот, надевай! – достает из шкафа теплые носки тонкой вязки и красный свитер, больше напоминающий тулуп. – Надевай! – командует снова.
– Это совершенно лишнее! – задираю нос. Просто не хочу сдаваться без боя.
– Давай сама, – прикрывает обратно дверь. – Или я помогу, – рычит угрожающе.
– И как вас только жена выносит? – сажусь на деревянную табуретку, стоящую около зеркала в массивной раме.
– Я не женат, – выдыхает Захар и упирается взглядом в распахнувшиеся полы халата.
– Зачетный вид, – с видом знатока цокает языком.
Хам! Настоящий хам!
Запахиваюсь поплотнее. Поправляю полы. Не дай бог еще внизу разойдутся! Позору не оберусь.
– Ты совсем голая, что ли? – фыркает Захар изумленно. – В бассейн так собралась? Ну-ну…
– Прекратите ваши инсинуации! – надев носки и валенки, чуть ли не подпрыгиваю на месте.
– Заводная ты, Блондиночка. Прям огонь. Сплошной фейерверк. А я еще в город хотел уехать. Хорошо, что ты мне под колеса кинулась.
– Я споткнулась, – объясняю я, стараясь не закричать. Сдерживаюсь, прекрасно понимая, что толку не будет. Захар просто выставит меня за дверь. И буду я куковать около кадки с цветком или как полоумная бродить до утра по коридорам.
Покорно надеваю свитер, достающий мне до колен, и первой выхожу из номера. Кутаюсь в мягкую шерсть, дарящую тепло и на душе становится спокойно. Такое чувство, будто я домой попала.
– Идем, – лениво шагает следом Захар. Закрывает дверь. Берет меня за руку. Хочу вырваться, но он не дает. – Не брыкайся, блондиночка, – предупреждает ворчливо. – Еще заблудишься. Ищи потом тебя.
Хочется закричать, объяснить. Я дееспособная вообще-то!
Но Захар упрямо шагает вперед и всем своим видом показывает, что не собирается со мной спорить. Приходится покориться.
Так и идем молча. Один коридор, другой – и мы на месте. Странно, а я битый час ходила-бродила.
– Чаем напоишь меня? – наблюдая, как я открываю номер, хрипло интересуется спаситель.
– А что у вас в отеле обслуживание номеров не предусмотрено? – не скрывая сарказма, выгибаю бровь.
– А вас благодарности не учили? – с укоризной роняет Захар. Разворачивается и идет к себе. А я, влетев в номер, прислоняюсь спиной к двери. Ужасно стыдно и неловко. Человек мне свитер дал, носки… А я?
– Захар! – вылетаю в коридор.
– Что блондиночка? – откликается он в конце коридора.
– Давайте чаю попьем! Я сейчас заварю, – приглашаю и очень надеюсь, что в номере есть все необходимое.
– В следующий раз, – усмехается он. Сворачивает куда-то резко и меня окутывает темнота.
Захожу к себе. От безысходности ударяю ногой чемодан и, когда он падает с глухим звуком, переступаю и чувствую, как меня бьет дрожь.
Заболеваю что ли?
В ванной споласкиваю кипятком джакузи и включаю воду. Уткнувшись носом в свитер Захара вздыхаю тяжко. Все у меня не слава богу!
Ноздри щекочет приятный древесный аромат. Немного табака, чуть-чуть ноток цитрусовых, немного амбры и мускуса. Такой спокойный, умиротворяющий запах.
Если, конечно, не знать его владельца!
Хитрющий кот! Смотрит на меня как на сметану.
«Обломаешься, Беров! Не на ту напал!» – фыркаю мысленно. Решительно стягиваю свитер, потом носки. Надо будет завтра отдать. Не люблю я чужие вещи!
Ложусь в теплую воду и прикрываю веки. Хорошо-то как!
Пытаю расслабиться и не могу. В голову лезут странные мысли. А если бы Захар остался на чай? Он же хотел остаться. Что тогда?
Дала бы я ему или нет? Не чай, конечно!
Между ног приятно ноет, стоит только подумать.
Я и Беров в одной постели. А что?
«Отличный повод забыть Вадима!» – вздыхаю я и неожиданно понимаю простую истину. С того самого момента, как я закрыла коробку с драгоценностями, я и думать забыла о муже-изменщике. Просто вычеркнула его из памяти. Раз и навсегда!
«А он наверное бедный звонит и пишет!» – улыбаюсь я мстительно.
Выйдя из ванны, кутаюсь в халат и прихватив с журнального столика телефон, бреду в спальню. Ложусь на кровать кинг-сайз.
«Вот бы покувыркаться тут с Беровым!» – думаю я, вдыхая запах чистого белья. Прикрываю глаза и дергаюсь, как от удара, когда у меня в руках заходится дурниной сотовый.
Вадим! Что б ему!
– Тебе не надоело?! – выкрикиваю я в трубку, одним махом перевожу сексуальную энергию в агрессию. – Хватит названивать! Я ушла и обратно не вернусь!
– Это ты так думаешь, сука! – рычит мой бывший. – Я нашел тебя. Сейчас с пацанами подъезжаю. Одевайся и выходи, если хочешь сохранить жизнь тем тварям, что тебя приютили. Давай, тупая телка. Быстро оделась и вышла к машине. А то раздетую выволоку. Время пошло, Милена.
– Хорошо, Ваденька, хорошо миленький, – воркую в трубку. – Как скажешь, сокол ясный. Уже иду. Бегу-бегу, -сажусь на постели и не двигаюсь с места.
– То-то же, – самодовольно выдыхает муж. – Но мне придется тебя наказать, Милена.
– Только попробуй тронуть, придурок. Меня или хозяев, дома, где я остановилась, – отрезаю, не скрывая ярости. – Я тогда точно зашвырну папин перстень в лес, куда подальше. Будешь потом с собаками искать…
– Солнышко, я пошутил, – воркует бывший. – Выходи, родненькая. Дома поговорим. Больше на других телок даже не гляну. Я люблю тебя…
– Спасибо, милый, – тяну как малахольная. Признаться в любви, даже ради безопасности, язык не поворачивается. – До встречи! – вешаю трубку и, закутавшись в одеяло, пытаюсь думать связно.
Сердце трусится от подступающей паники. Нашел меня?
«Да фиг вам!» – беру себя в руки.
Машину я бросила в деревне. Пусть Вадимушка ждет меня у Крузака до китайской пасхи. Пусть по домам пройдется. Кроме бабы Нюры меня никто не видел. А она поди давно спать легла.
Подскочив с постели, бегу к двери, проверяю крепко ли заперта. И только сейчас замечаю скобы и прислоненную к стене гладко выструганную мореную доску.
С трудом поднимаю засов и опускаю его на скобы. Все. Враг не пройдет!
Глава 6
– Чаем напоишь меня? – спрашиваю небрежно. Дался мне этот чай! А вот с Магдаленой подружить хочется. Странная она, но меня торкает. Впервые в жизни так тянет к женщине.
– А что у вас в отеле обслуживание номеров не предусмотрено? – интересуется насмешливо.
Вот же сучка!
Не могу на нее спокойно реагировать.
Да у нас тут все по высшему разряду. Персонал вышколен, шуршит круглосуточно. Но мне почему-то не хочется ничего ей объяснять. Во-первых, сама все увидит и поймет, а во-вторых, если надо объяснять, то не надо объяснять.
– А вас благодарности не учили? – роняю с усмешкой и иду к себе. Понимаю, что хамлю девчонке. И так нельзя. Но по пацанской привычке хочется дернуть за косичку, а не соблюдать этикет.
Дурак. Сам знаю.
– Захар! – раздается от третьего люкса.
– Что блондиночка? – откликаюсь лениво. Передумала дамочка. Проняло ее. Можно подсекать. Вернуться в номер. Заварить чай с травами. Растопить камин, а потом переместиться в спальню.
– Давайте чаю попьем! Я сейчас заварю, – кричит она.
– В следующий раз, – отрезаю, сворачивая к себе. Нашла мальчика взад-вперед бегать.
Настроение портится стоит только подумать о Блондиночке. Как там ее? Милена- Магдалена? Обычно я обхожу стороной постояльцев и персонал. И женщина у меня есть. Ну как есть? Если нашу связь можно как-то обозначить приличным словом. Встречаемся, трахаемся и разбегаемся в разные стороны до следующего раза. Днем только издалека кивнем друг другу.
Я занят, хоть вой. Свои дела, хотелки брата. И Ядвига тоже птица подневольная.
– Что ты делаешь? – выудив из кармана штанов трубку, звоню ей. Даже любовницей язык не поворачивается ее назвать.
Моя личная девушка по вызову?
Может быть… Но за год с лишним наших ночных пересечений мне ни разу не захотелось назвать ее своей. С остальными так же было. Зато сегодня увидев блондинистое чудо, ковыляющее в Медовой по снегу на шпильках, захотелось закинуть на плечо и унести к себе в берлогу.
Мое!
Даже мысленно пожелал ей навернуться. Поэтому и ехал медленно. И спас. Защитник хренов.
– Я уже спать ложусь, – тихо блеет Ядвига. – Но если хочешь, сейчас приду, – не скрывает готовности. – Или ты по другому поводу звонишь? – голос тухнет, когда я, задумавшись, не отвечаю вовремя.
– А нет, давай, я жду тебя, – выдыхаю поспешно.
За год с лишним я был в домике Ядвиги только один раз, когда хоронили ее брата. Страшная утрата, твою мать. Ядвига приехала на похороны из города, да так и осталась с родителями. Работы ей здесь не нашлось. Поэтому она что-то вяжет и продает постояльцам в холле, а вечерами настраивает что-то в интернете. Ей на булавки хватает. А отец с матерью, как и остальные сотрудники у нас на полном содержании. Может, поэтому у нас нет текучки кадров. Сотрудники все свои, годами проверенные. Каждый за место зубами держится.
Вернувшись в номер, завариваю чай. Лезу в холодильник за остатками вчерашнего пирога. Надо хоть раз за этот год хоть посидеть, поговорить по-человечески. А потом пойти в спальню, а не трахаться наспех в коридоре.
Но странное дело, думая о Ядвиге, я представляю Блондиночку. Это ее я жду, а не дочку нашего егеря. Ведьма какая-то! Откуда свалилась на мою голову? Околдовала. А я… Зачем отпустил? В джентльмена решил поиграть?
«Ну какой из меня джентльмен?» – усмехаюсь, разглядывая себя в зеркало. Будка кирпича просит. Плечи – в дверь еле прохожу. Кулаком кабана не убью, но с ног свалю и сотрясением мозга обеспечу. Тогда какого я в благородного играл? Девчонка ко мне пришла. Сама заявилась. В одном халатике. Без трусов. А я… Пойдемте отведу!
Ну не дурак ли?
Она хотела. А я отверг. Как это называется?
Долбоящер, блин.
В дверь тихо скребется Ядвига. Будь я в гостиной, не услышал бы. Или за своими мыслями забыл обо всем на свете?
– Проходи, – приглашаю, распахнув тяжелую дубовую створку.
– Привет, – входит тихо, как не родная. Замирает на пороге. – Захар, – поднимает на меня глаза. – Я подумала… Мне лучше в город вернуться, – говорит, привычно прислоняясь к стене. – Я тут была из-за тебя. Думала, ты меня замуж позовешь. Но так долго продолжаться не может. Отец косится. Угрожает Луке все рассказать.
– Делай, как считаешь нужным, – равнодушно пожимаю плечами. И даже прикасаться к этой женщине не хочу. Не могу. Не люблю я ее. Никогда не любил. И жениться на ней не собирался. Ну какой из меня муж? Никакой!. Сам знаю.
– То есть для тебя все нормально? – зыркает она гневно.
– Ты вроде сама ко мне пришла, Ясь, – усмехаюсь криво.
– Мне тогда нужно было мужское плечо, – цедит она негромко. Спина ровная, лицо бледная, а в глазах решимость полыхает.
– Помню, – бросаю коротко. Первый раз мы пересеклись сразу после похорон Романа. Это потом уже понеслось.
– В город хочу вернуться, там место хорошее освободилось, – зачем-то объясняет она.
– Ну если ты так решила, милая, – вздыхаю я. – Не смею задерживать. Жениться я точно не собираюсь. И дело не в тебе, Яся, – устало тру будку. – Вообще не в тебе. Это я такой моральный уродец. Возвращайся в город. Встретишь там нормального мужика, – говорю, убеждаю на полном серьезе, а у самого перед глазами стоит блондиночка. Вот фиг бы я ее отпустил, будь она моей.
– Тогда прощай! – всхлипывает Ядвига. Сглатывает вязкий ком в горле и открывает дверь. Замирает на пороге на мгновение.
Видимо ждет, что я передумаю.
– Давай, пока, – равнодушно роняю ей вслед. И ловлю себя на странной мысли. За год связи я ни разу не проводил ее до дома. Не поинтересовался тепло ли ей или холодно. Ни разу.
Редкостный гад! Самого себя треснуть хочется.
А с другой стороны…Тут кто-то блондинистый у меня на этаже бассейн искал, так я чуть из штанов не выпрыгнул. Носки и свитер заставил надеть. За руку до номера довел.
Старею, что ли? Разомлел как старый осел.
«Тут все ясно», – вернувшись в гостиную, смотрю на чаинки и листья мяты, плавающие в прозрачном пузатом чайнике. – Яся решила прижать меня. Даже Лукой пригрозила. Но сразу поняла, что обломалась. Да и не уедет она никуда. Хотя, лучше б свалила навсегда в город. Тут теперь нам с ней точно не ужиться».
«Надо было ее хоть сегодня оставить, – кудахчет внутренний голос. – От стояка теперь придется под холодным душем избавляться. Или вернешься обратно к Блондиночке?»
– Да никуда я не собираюсь! – рычу в сердцах. Достаю остатки мясного пирога из холодильника. Наливаю чай и искренне, словно ребенок радуюсь, когда из чайника в большую пузатую кружку плюхается маленькая клубничка.
И только сажусь за стол, собираясь поесть нормально, как мобила, валяющаяся неподалеку, вибрирует и заходится припадочной трелью.
– У нас прорыв контура, бро, – рычит в трубку Лука.
– Кто? – рявкаю, подрываясь с места.
– Фалькон, -отрывисто роняет брат.
– Понял. Выхожу.
Бегу за оружием и броником.
«Фалькон, блин!» – сжимаю челюсти, сатанея от злости. Я был уверен, что мы давно все порешали и разошлись миром. А он опять за старое. Непотопляемый гад.
Глава 7
Всю ночь я ворочаюсь с боку на бок. Особенно не парюсь по поводу Вадима. Ясное дело, брал на испуг. Слизняк! Это все, что он умеет. Если бы точно знал, где я, не стал бы звонить. Ворвался бы в гостиницу, орал бы как резаный, требовал выдать. Хотя… С какой стати!
Где-то вдалеке хлопают двери, слышны голоса.
«Беда тут со звукоизоляцией», – выговариваю мысленно Захару и тут же перед глазами возникает насмешливое лицо владельца гостиницы. Типа, ну что ты мне тут рассказываешь, блондиночка!
«Кыш отсюда!» – приказываю лениво. Слишком много в моей жизни Берова. Часа три как познакомились, а уже везде мерещится. И никуда не уходит. Зараза. Сердце тянет от странной тоски, низ живота ноет от желания.
И какого я из себя герцогиню строила? Надо было соглашаться. Сразу, как пришла.
«Леди не дают при первой встрече, – укоряю саму себя. Стискиваю ноги поплотнее, пытаюсь дышать ровнее. Но ничего не получается. В паху будто второе сердце бьется, а настоящее выскакивает из груди. Перекатываюсь на живот.
«Все. Спать», – приказываю себе и не могу уснуть. Опять Захар мерещится. Обнаженный. Красивый. Подкидывает дрова в камин и возвращается ко мне в постель.
– Тебе хорошо, блондиночка? – шепчет, укладываясь рядом. Подминает меня под себя, вжимает в матрас.
«Все! Хватит! Изыди!» – трясусь от желания.
В панике усаживаюсь на постели. Поджимаю ноги к груди и пытаюсь сообразить, что со мной происходит? И почему меня так колпашит, стоит только подумать о Берове. Харизматичный гад. Никто не спорит. Но видала я в своей жизни мужиков покрасивее и побогаче. Ни к одному не мечтала в койку прыгнуть.
Поднявшись с постели, накидываю на плечи одеяло. Иду к балкону. Ноги утопают в мягком ворсе ковра. Одеяло вслед тянется королевской мантией.
Выглядываю на улицу и охаю от восторга. Над поляной и лесом будто кто-то пуховую перину трусит. Снег валит большими хлопьями, заметая округу ровным белым покрывалом.
«Обалдеть!» – завороженно смотрю на белые шапки на макушках сосен. И неожиданно для себя, укутавшись поплотнее в одеяло, распахиваю балконную дверь.
В лицо тот час же тычутся снежинки. Тают, оставляя мокрые дорожки. Метель нахально вторгается в комнату, щедро насыпая снег около портьеры. Прислонившись к косяку, привстаю на цыпочки и во все глаза таращусь на полную луну, окутывающую бледным холодным снегом округу. И неожиданно замечаю какое-то движение чуть дальше, на пригорке. Какой-то зверь бежит. Большой… темный…