Сказка современной Шахерезады. История Светланы
- -
- 100%
- +
– Ты же его видела, – не унималась я. – Худенький, на коротеньких ножках, да еще и в веснушках.
– Ничего подруга, привыкнешь, как только потратишь его первый миллион. Еще и молиться на него будешь.
Я взглянула на наручные часы.
– Ладно, я с рабочего звоню, так что сама понимаешь, долго говорить не могу. Пора возвращаться в реальность. Я то, дура, устраиваясь на эту работу, думала, что мне повезло, ведь большие деньги обещали, посетители – уважаемые люди, и политики, и бизнесмены. А знала бы, какие уроды встречаются среди этих «уважаемых» людей, да через какие унижения пройду, чтобы заработать лишнюю копейку – так бежала бы от такой работы подальше. Лучше бы на рынке торговала, ей богу.
– Ты же хотела богача встретить, а на рынке их днем с огнем не встретишь.
– Ну, все, я побежала, надо еще успеть до выхода грим нанести.
Я положила трубку и, вздохнув, отправилась в гримерку. Присев за свой небольшой столик с зеркалом, я взглянула на свое отражение. Ну да, последнее время я работаю на износ, и это не может не отражаться на лице. Под глазами темные круги, бледная кожа, усталый взгляд. Мне непременно нужен отдых, но как только я начинаю об этом задумываться, так сразу перед глазами возникает образ вечно уставшей и голодной матери, всю жизнь работавшей за копейку и появляется непреодолимое желание помочь ей материально. Я убрала под рыжий парик свои каштановые волосы, подвела погуще глаза и накрасила губы.
– Света, твой выход через несколько минут. Давай быстрее, что ты там возишься!
Женщина пристально осмотрела мое лицо.
– А что с губами? Что за цвет?
– Да нормальный цвет. Я же всегда за помадами в один и тот же магазин хожу, выбираю один и тот же номер на тюбике.
– Значит, тебя обманули, – тут же сделала вывод она. – Во, народ пошел, даже в элитных бутиках подделки продают. А дуры, типа тебя, покупают и даже не смотрят, что берут. Девочки, дайте ей кто-то свою помаду, – заорала она на всю гримерку и снова обратилась ко мне:
– Быстро перекрашивай губы и мигом на сцену. Сегодня народу – непротолкнуться. Так что придется попотеть больше обычного.
Громкий голос Ольги, нашей администратор, ворвался в сознание как ушат холодной воды. Встряхнув своими ненатуральными рыжими кудрями и провожая хоть и безрадостные, но такие дорогие сердцу воспоминания о маме, я уставилась на губы. Цвет как цвет, вечно эта старая дева всем недовольна. У самой губы в ниточку, вот и завидует. Мужчины, между прочим, сходят по ним с ума. Особенно когда я облизываю страпон на сцене. Заказы о приватных танцах сыпятся, как из рога изобилия, а зарплата в конце месяца начисляется исходя из количества приватных танцев. Так что, может, и правда подкрасить губы помадой поярче.
– Ань, дай свою помаду, а то ругаться в начале вечера с мамкой не хочется. То ей ярче накрась, то гуще – не угадаешь, что сегодня придумает.
Девушка оторвалась от зеркала.
– Да слышала я все. Слушай, у нее, наверное, климакс, вот она и злится. Тебя помадой достает, а меня уже ногтями замучила. Мол, нарасти коготки подлиней – мужчины любят диких кошек, чаще приватники заказывать будут. Клубу дополнительный доход, а тебе дополнительный заработок. Да только работа – работой, а дома что мне с этими кинжалами делать? А у меня, между прочим, маленький ребенок и помощницы под боком нет, которая и постирает, и приготовит, и картошку начистит. И как я со всем этим справляться буду? Или, может, она ко мне придет, по хозяйству поможет?
Аня протянула помаду, и я жирно обвела ею пухлые губы. Если девчонка просит одолжить помаду, никто не спрашивает цвет. Помады для выступлений у всех одного цвета – кораллового. Это закон администрации клуба и если хочешь здесь работать – нужно подчиняться. В клубе считается, что именно коралловый цвет является сексуальным и не пошлым. Хотя о пошлости ли размышлять, работая в элитном стриптиз клубе, где за деньги клиент может позволить многое. С любой из девочек. В наш клуб ходят мужчины исключительно обеспеченные. Заплатить только за вход 300 евро, согласитесь, может себе позволить не каждый. В основном приходят мужчины, уставшие от семейной жизни, ищущие глотка свежего ветра от молодой раскрепощенной танцовщицы, и не всегда одной. Ходит в клуб, к примеру, дядечка, любящий наблюдать за лесбийскими танцами. После танца уединяется с девочками в специальной комнатке, созданной для приватников, и, пока каждую девочку не облапает, да не обслюнявит, не успокоится. Притом, что сам, совершенный импотент. Это девчонки рассказывали. Но платит всегда, более чем, пристойно, так что его приходу в клубе рады всегда.
Стоя за кулисами, я услышала, как стихла музыка и навстречу со сцены рванула Марина, одна из наших танцовщиц, по пути подбирая разбросанные элементы нижнего белья.
– Ну, ни пуха, – пожелала она, пробегая мимо, – народу сегодня, как никогда. У меня уже пара приватников наклевывается, и это только начало вечера. Так что сиськи вперед и будет и тебе счастье, – протараторила она и побежала в гримерку. Зазвучали первые аккорды томной музыки, и конферансье поспешил меня объявить:
– А сейчас, уважаемые дамы и господа, на нашу сцену выйдет всеобщая любимица, очаровательная и сексуальная, страстная и завораживающая… Пенелопа!!!!
Зал заулюкал и захлопал в ладоши. Судя по гулу, в зале действительно было довольно много народу, так что силы для приватников нужно поберечь.
Выпорхнув на сцену, я томно продефилировала к пилону, но, не дойдя несколько шагов, остановилась, и взглядом изголодавшейся кошки, посмотрела в зал. Мужики загудели и засвистели.
– Давай, оближи его!
– Эй, крошка, потереби соски! – крикнул какой-то мужик и остальные поддержали радостным свистом.
– Снимай скорей трусы, крошка!
Я подошла к мужичку, который сидел ближе всех к сцене, и, встав перед ним на четвереньки, прогнулась. Он радостно заулыбался и попытался потрогать мою грудь. Я резко подалась назад и широко развела перед ним ноги в стороны. Мужичек, видно уже изрядно разгоряченный спиртным, сразу же, причем с видимой гордостью, засунул за лямку моих трусов 50 долларовую купюру. Я снова стала на четвереньки и помахала перед его носом роскошной грудью. Он, как и в первый раз, снова потянулся за бумажником, выудил оттуда еще одну купюру номиналом в 100 баксов и сунул ее прямо в чашечку лифчика. Поднявшись с колен, я широко улыбнулась публике.
– Неплохое начало вечера, – пронеслось в голове. – Народ сегодня нежадный, так что заработок вполне может быть достойным.
Я встала и, плавно покачивая бедрами, подошла к пилону. Став спиной к залу я расстегнула лифчик и отшвырнула в сторону, не забыв перед этим достать из него купюру и засунуть за лямку своих полупрозрачных трусиков. Затем, легко запрыгнув на пилон и крепко обхватив его ногами, я сделала несколько вращательных па и плавно приземлилась на пол. Тут же снова взобралась не него, сжала его натренированными ногами, и немного ослабив хватку, грациозно скользнула вниз. Под завершающие аккорды музыки мужичок, лет пятидесяти с благородной сединой на висках и очках с золотой оправой, стоя у сцены, крикнул:
– Давай, детка, покажи свой треугольник между ногами. Я сейчас взорвусь от желания.
Пританцовывая, я подошла к нему, наклонилась, а затем, взяв его за галстук, резко притянула голову к своим трусикам.
– Вот, можешь рассмотреть поближе, что у меня между ног. А хочешь, можешь и потрогать, давай, я не укушу!
Мужичок запыхтел и начал отталкивать меня, но я крепко вцепилась в галстук, а затем резко отпустила. Мужик отшатнулся от меня, да так, что опрокинулся назад со стула, на ходу ловя свои очки. Все засмеялись, кто-то принялся помогать ему встать, а я поднялась и медленной соблазнительной походкой пошла за кулисы.
– Светка, что на тебя нашло? Ты своими выходками всех клиентов распугаешь, – нахмурилась Ольга. – Тебе что, работать надоело?
– А чего он орал на весь зал, чтобы я показала, что у меня между ног?! Вроде приличный с виду мужик, а ведет себя, как черт его знает что.
– Свет, ты точно сошла с ума! Это же стрип клуб, ты наверно забыла, да? Мужики тут как с цепи срываются, ведут себя неестественно. Это они там на своих фирмах и с женами ведут себя прилично, да руки при себе держат. А тут им кайф. Просят сиськи показать – показываешь, просят приватник – танцуешь. Хотят подержаться за молодое тело – да, пожалуйста. Лишь бы бабки платили.
– Нет, Оль, это они пусть за молодое тело Анюты и Маринки держаться, если девчонки конечно не против. А я – против. Я танцовщица – понимаешь?
– Да какая ты, к черту, танцовщица? Ты – стриптизерша. И вообще, хватит рассиживаться! Шагом марш в зал, капусту рубить. А будешь клиентов распугивать, выгоню на хрен, ясно?
– Да я и сама скоро уйду. Я, между прочим, замуж выхожу за очень обеспеченного мужчину, так что в работе не будет необходимости.
– Нечего мне зубы заговаривать. Ты еще не уволилась, так что иди и работай, поняла?
– Поняла, – вздохнула я и спустилась в зал.
В зале был полумрак, но я сразу заметила Маринку, которая изо всех сил крутила задницей перед очередным клиентом, желая заработать побольше чаевых. Пройдя к бару, я увидела Танюшу, которая выбирала, видимо, очередной коктейль, за который естественно платил клиент. Бармен, приняв заказ, начал смешивать ингредиенты на радость клиенту, который думал, что опьянив нашу Таню, сможет претендовать на что-то большее, чем танец. Да не тут-то было. Ни один из присутствующих здесь клиентов не должен был даже догадываться, что в коктейле девочки, который она заказала, ни капли спиртного. Пить спиртное не просто запрещалось и грозило очень жесткими штрафными санкциями, а в некоторых случаях и увольнением, поэтому это условие беспрекословно выполнялось. А что делать, если клиент не прочь угостить девочку не самым дешевым алкогольным коктейлем? Отказаться – значит потерять доход для стрип клуба и процент от заказа в свой карман. Выход нашелся довольно легко – бармен заменяет алкогольные ингредиенты безалкогольными и вручает девушке, которая в свою очередь создает вид, что пьет алкогольный напиток. Клиент заказывает девушке еще и еще, а она ну никак не пьянеет. Сам же он при этом набирается так, что приходиться вызывать такси, на котором он благополучно покидает клуб, оставив свои денежки. Бывают, конечно, моменты, девчонки уединяются в гримерке и принимают по паре капель спиртного, так как работать на трезвую голову нелегко. Но это случается нечасто, потому, как за этим бдительно следит администратор.
Пока я разглядывала сегодняшних посетителей, сидящих за барной стойкой, мужчины не переставали ко мне подходить, выражая желание заказать в моем исполнении приватный танец. По этому вопросу я отправляла согласовать цену с нашим администратором. После оплаты танца она позовет меня в отдельную комнатку, где я и отработаю свой номер. А пока я сидела за барной стойкой и потягивала через соломинку свой любимый вишневый сок.
Глава 3
– Светка, неужели ты? – кто-то тронул за плечо и я машинально обернулась.
Передо мной стоял парень. Судя по расплывшийся улыбке физиономии, он был рад встрече, чего не скажешь обо мне. Я попыталась вспомнить его имя, но так и не смогла, поэтому нервно заерзала на стуле.
– Мы знакомы?
Я оценивающе посмотрела на него. Парень с обычной внешностью, простая одежда – светлая рубашка, синие джинсы. Никаких часов, перстней и прочей бижутерии я не заметила. Значит это не из наших, клубных.
– О, да ты, как я погляжу, зазналась, своих не узнаешь. Ну конечно, куда уж нам.
– Своих? – я изумленно подняла бровь и снова попыталась напрячь память, в надежде припомнить имя человека, утверждающего что он «свой».
– Ну, вспоминай, неужели, правда, не узнаешь? Ладно, приоткрываю занавес. Мы с тобой пересекались в нашем городке. Я тебя подвозил домой.
– Откуда подвозил?
– Из магазина. Гастронома, – зачем то добавил мой новый знакомый, желая наверно внести еще большую ясность.
– Подожди-ка, подожди-ка… Олег??? – я не верила глазам.
– Наконец-то. Не думал, что у тебя с памятью такая напряженка. Я тебя, как только увидел, сразу узнал. Хоть ты и стала немного… другая. Хотел пробиться к сцене, но не смог, мужики тебя загородили, всем хотелось быть поближе к сцене, когда ты танцевала. Теперь смотрю, они вон из кожи лезут, хотят заказать приватный танец в твоем исполнении. И денег, наверное, неплохо отстегивают?
– По-разному… Подожди. А как ТЫ здесь оказался?
– Как и все остальные! – немного нервничая, ответил Олег. – Решил вечерком после работы прогуляться, вот и зашел. Деньги были, коллеги недавно на день рождения надарили. Давай присядем, что ли. В ногах, как известно, правды нет.
Я неопределенно махнула головой и, соскочив с высокого барного стула, повела Олега к освободившемуся столику.
– Давно ты в Москве? – я присела на стул и вытянула свои длинные загорелые ноги.
– Да почти столько же, сколько и ты. Три года почти. Устроился в ментовку, дослужился до старшего сержанта, не женат.
Он замолчал и уставился на сцену, на которой извивалась мулатка Анжелина.
– А в деревню часто наведываешься?
– Слушай, как-то здесь уж очень шумно. Одни глухие сюда, что ли приходят. У вас тут есть местечко, где можно поговорить в более спокойной обстановке?
– Местечко есть, но если мымра, то есть администратор, заметит мое отсутствие – штраф обеспечен.
– Штраф – это плохо. А что, если я с тобой приватник закажу, тогда не оштрафуют?
– Не оштрафуют. Только… хватит ли денег? – кокетливо поинтересовалась я. Олег подкурил сигарету и выпустил несколько колечек дыма.
– А ты что, такая дорогая? Ах да, я же совсем забыл, что ты пользуешься повышенным спросом и, стало быть, за танцы в твоем исполнении нужно платить больше, чем за танцы других девчонок.
– Ну, скрывать тут нечего, ты сам видел, что я нарасхват. Но тебе, как односельчанину, я так и быть, попрошу сделать скидку.
– Да ладно, хоть мне и далеко до толстосумов, которых в вашем клубе выше крыши, но унижать меня скидками не нужно. Заплачу по полному тарифу.
– Тогда, может, и на коктейль для девушки найдется? Мне нравится Текила Санрайз.
– Будет тебе Текила.
Решив не дожидаться согласования танца с администратором, я взяла старо-нового знакомого за руку и начала пробираться через толпу разгоряченных мужчин прямо к свободной комнате для приватных танцев.
Пока Олег усаживался поудобнее на мягком диванчике, я просматривала диски с подборками романтических композиций специально для стриптиза.
– Ну что, готов?
– К чему? Подожди, ты что, подумала, что я пришел смотреть на твой танец?
– А разве нет?
– Нет, конечно, я хотел, чтобы ты привела меня в комнатку, где можно спокойно поговорить.
– Поговорить? Знаешь, ты первый мужчина, который на привате просит поговорить. Обычно в кабинках мужчины просят о других вещах.
– Света, я не знаю и не хочу знать, о чем тебя просят мужчины, но я действительно хотел поговорить.
– Ну, давай поговорим.
Я подошла к Олегу, присела рядом на диванчик, сложила руки на коленках, как прилежная школьница и замолчала. Молчал и Олег, несколько раз чиркая зажигалкой, которая ну никак не хотела поджигать торчащую изо рта сигарету. Наконец справившись с зажигалкой, он выпустил сизую струю дыма, придвинулся поближе к столику с пепельницей и поднял на меня глаза.
– Светка, ну что ты как истукан! Ведь мы столько не виделись, неужели и поговорить не о чем! Расскажи хоть что-нибудь.
Я не представляла, о чем можно рассказывать малознакомому мужчине, с которым виделась все лишь один раз в жизни.
– Да что рассказывать – спрашивай, что тебя интересует.
– Тогда расскажи, как ты поживаешь, – он встретился со мной взглядом и, почему-то смутившись, начал рассматривать носки своих начищенных до блеска туфель.
– Нормально поживаю. Я, кстати, последние две недели отрабатываю.
– А что так? На повышение идешь? Тогда поздравляю с карьерным ростом.
– Да нет, просто скоро замуж выхожу.
Снова повисло неловкое молчание. Олег несколько нервозно прикурил вторую сигарету, и я отметила, что у него дрожали руки. Сделав несколько затяжек и сбив пепел мимо пепельницы, он медленно отчеканил:
– Это за кого-то из здешних толстосумов? Наверное, за того, который сегодня тебе в лифчик несколько зеленых купюр засунул? За него, да?
– А вот и не угадал. Моего жениха здесь нет. Он был в клубе всего один раз и то случайно. Прямо возле входа проколол колесо, и пока шофер его чинил, Леонид зашел к нам пропустить стаканчик другой виски. А потом он заметил меня, заказал танец, мы познакомились и договорились встретиться следующим вечером уже вне клуба. Я согласилась на встречу, хотя это строго запрещено правилами заведения. Но он мне понравился, да и не видела я его здесь раньше, а значит, дедуля оказался в клубе и правда случайно. Отстегнул хорошие чаевые, хотя станцевать для него я так и не успела. Все отведенное время мы говорили и говорили.
– И о чем же теперь разговаривают люди двух абсолютно разных социальных положений?
– Да обо всем, – я не обратила никакого внимание на колкость Олега. – О погоде, о моде…
– О моде? Он что – метросексуал?
– Да нет, просто дедушка умный и всесторонне развитый, стильно одевается. Хотя в этом не его заслуга, а личного стилиста.
– Кстати, а почему ты все время называешь его дедушкой. Сколько ему лет?
– Он действительно уже не молод. 67 лет.
– Сколько? – Олег поперхнулся и громко закашлялся.
– Олег, не нужно драматизировать. Да, он уже не мальчик, но мне его молодость и даром не нужна. У него есть то, что я ценю превыше всего…
– Деньги, – сказал за меня Олег.
– Да, деньги. И в том, что я хочу хорошо выглядеть, пользоваться качественной косметикой и покупать модные марки одежды ничего плохого нет, – я сама не заметила как занервничала и начала оправдываться перед этим странным мужчиной.
– А ты, как я посмотрю, не изменилась. Все так же по одежке встречаешь.
– Ничего ты не понимаешь. Слушай дальше, – торопливо продолжила я. – На следующий день мы встретились, погуляли, прошлись по магазинам. Он накупил мне целый ворох вещей и все. Представляешь, он даже не попытался меня поцеловать на прощание. Меня это здорово подкупило. Обычно все сразу под юбку лезут, да на кофе напрашиваются, а этот оказался таким галантным и даже немножко старомодным. Пожелал мне спокойной ночи, сел в Кадиллак и был таков.
– Так уж и в Кадиллак?
– Зависть – плохое чувство, Олег. Заводится как крыса в душе и ничем ее не вытравить. В общем, через месяц встреч он признался, что влюбился, как мальчишка, называл красавицей и умницей, которая станет достойной спутницей его небедной жизни. Далее последовало предложение руки и сердца, от которого я, конечно же, не стала отказываться.
– Ну конечно, если бы ты отказалась от тугого кошелька, это была бы не ты. А вообще знаешь, мужчины ВСЕГДА оказываются в подобных заведениях совершенно случайно. Никто из нас под дулом пистолета не признается, что посещает на досуге это злачное место, которое тянет как магнит. Мужчины любят зрелища с участием красивых женских тел, и это факт, – язвительно заметил Олег.
Я непонимающе уставилась на него.
– Ты чего взвился? Он скромный и воспитанный, в отличие от некоторых, – я пронзительно взглянула в его глаза, и думаю, он без труда догадался, кого именно я имела в виду.
– А чего ж тогда он сюда приперся, раз такой душка? Я думал, такие скромники дома сидят и в подобные заведения свой нос не кажут.
– Послушай, мы и так с тобой шапочно знакомы. С момента знакомства не виделись тысячу лет, а теперь, когда встретились, оказалось, что лучше бы и не встречались. Кроме как о моем женихе и поговорить не о чем.
– Вот еще, слишком много чести о нем разговаривать.
– Теперь я совсем запуталась. То ты только о нем и говоришь, то уже и слышать не хочешь.
– Слушай, а давай сбежим, – он коснулся моей руки и придвинулся поближе.
– Что?
– Я говорю, бросай жениха.
– Ты в своем уме? Зачем мне бросать жениха – он же богат! Я похожа на дуру? – Олега про себя я уже пометила, как неадекватного человека, поэтому, на всякий случай, незаметно отодвинулась как можно дальше к краю диванчика.
– Ну и что, что богат? Ты же его не любишь! Ты там, где звенит, а звенит у него, по-видимому, неплохо, раз такая акула за толстыми кошельками, как ты, замуж за него собралась. Меня больше интересует, почему ОН остановился на тебе.
– Как это? Он меня любит, что еще нужно? – меня уже порядком утомил этот бессмысленный разговор, но Олег разошелся не на шутку.
– Света, не смеши. Я уверен, что он тебя не любит, – с жаром продолжал он, заставив меня пожалеть, что не предупредила охрану о том, что иду в кабинку с клиентом.
– Ты намекаешь, что мне не 18, а значит, я не могу привлечь мужчину? Это довольно грубо с твоей стороны.
– Нет, я совсем не это имел в виду!
– Тогда будь добр, объясни без намеков, чем я заслужила такое отношение.
– Я не намекаю, а прямо говорю, что у дяди какие-то проблемы с психикой имеются. Нормальный мужик стриптизершу под дулом пистолета замуж не позовет. Зачем ему это. Одно дело прийти и поглазеть, а другое дело знать, чем твоя жена на жизнь до тебя зарабатывала.
Я размахнулась и залепила ему звонкую пощечину.
– Ты чего дерешься? – Олег потер моментально покрасневший отпечаток моей пятерни на щеке.
– А нечего наговаривать на честную девушку. Ишь, какой праведник нашелся – стриптизерш он призирает. Да будет тебе известно, что я не стриптизерша, а танцовщица, сечешь?
– Да какая ты танцовщица, если голой жопой перед мужиками крутишь! Ты что, себе работу получше найти не могла? – он вскочил и нервно заходил по кабинке, прикуривая новую сигарету.
– Все, хватит с меня нравоучений. Я уделила тебе время, и сейчас позову администратора для расчета. Была рада повидаться.
Я тоже вскочила и поспешила к выходу. Олег перегородил мне дорогу.
– Подожди…
Его глухой голос заставил меня остановиться.
– Я не сказал тебе самое главное…
Мое терпение было на пределе, слушать его становилось просто невыносимо.
– И это главное наверно то, что ты хочешь предложить мне другую работу, угадала? Например, дворника или приемщицы стеклотары, считая, что эта работа более достойна меня. Так вот забудь, теперь мне не нужна никакая работа, и моя настоящая работа мне тоже не нужна. Потому, что я выхожу замуж – ЗАМУЖ за действительно очень богатого человека. С ним мне не придется думать о заработке и считать копейки.
Я поняла, что меня понесло, но не могла остановиться. Подойдя к нему вплотную, я зашипела как змея:
– А ты всю жизнь будешь жить на жалкую зарплату и во всем себе отказывать. Твоей будущей жене не позавидуешь.
– Как раз об этом я и хотел с тобой поговорить. Присядь на минутку, больше времени я у тебя не отниму.
Я с сомнением посмотрела на него, и после небольшого колебания, решила дать ему последний шанс изменить о себе мнение. Я снова послушно опустилась на диван и дала себе установку еще пару минут побыть в его обществе. Он взял мои руки и, пронзительно посмотрев в глаза, произнес:
– Светлана, я очень тебя люблю. Я полюбил тебя в тот самый миг, как только увидел. Я любил… и боялся в этом признаться даже самому себе. Ведь ты встречалась с ребятами только из обеспеченных семей, а значит мне не светило ровным счетом ничего. А потом, когда ты уехала в Москву, впал в депрессию. Я понял, что увидев Москву, ты не вернешься назад, и тогда я тебя потеряю. Навсегда. Поэтому, недолго раздумывая, рванул следом. Один день сменялся другим, в какой-то момент я даже стал терять надежду увидеть тебя снова. Ведь ты даже матери не сказала, где живешь или работаешь. Я буквально силой заставлял себя не опускать руки и верить в то, что обязательно тебя разыщу.
Я застыла и не могла выговорить ни слова. Да в этом и не было нужды. Олегу не нужен был собеседник, ему нужен был слушатель.
– Я сошел с ума в тот же день, когда тебя увидел. Я даже помню, в чем ты была одета в тот прекрасный вечер. Обтягивающие голубые джинсы подчеркивали стройность ног, а узкая кофточка не оставляла простора для фантазии. Шелковистые волосы струились по твоим плечам и слегка развивались при дуновении теплого ветерка. А какой они источали аромат… Стоя в метре от тебя, я дышал этим ароматом и не мог надышаться. Хотелось прижаться покрепче и вдохнуть аромат твоих волос полной грудью. В тот момент я понял, что ты меня покорила навсегда. А потом…
– Хватит, я не хочу слушать эту чушь. Зачем ты все это говоришь? – я резко выдернула руки из его противно влажных ладоней.
– Я просто пытаюсь признаться тебе в любви.
Олег смутился и опустил глаза.
– В любви?