Глаз бога. Падение колосса
- -
- 100%
- +
– Так это не природный катаклизм уничтожил город?
– Нет.
– Но какое это имеет отношение к письму Родерика? – Эрида до сих пор не понимала.
– Ваш муж, госпожа, тоже является потомком рода Шиноричи. Если начать копать, то можно обнаружить, что у многих правителей Эркейна были чёрные глаза и все они потомки древнего рода Шиноричи. История идёт по кругу раз за разом. Снова и снова потомки рода Шиноричи захватывают Орвунд, чтобы править им. Всё из-за того, что боги когда-то наделили их силой. Они до сих считают себя лучше остальных людей, они считают себя избранными правителями этого мира, – Эрида хотела возразить, но Силантий поднял руку, останавливая её. – Позвольте, я закончу, а потом вы выскажетесь. После падения Лидании, государство Аэркания снова рассыпалось на мелкие королевства. В какой-то момент правители новых королевств решились на радикальные меры и объявили награду за головы черноглазых людей. Людей с чёрными глазами стали преследовать и истреблять, но это продолжалось совсем не долго, и всё же численность черноглазых сильно сократилась. Встретить человека с чёрным цветом глаз теперь не так уж и просто. Произошло и ещё кое-что. Люди стали бояться магов, в особенности Иридана-Уля. Тогда-то и появился орден паладинов. Их первой целью и стал Иридан. Паладины выследили его и уничтожили. Правда есть ещё и другая версия, по которой Иридан не погиб, а всего лишь его забросило в другое измерение.
– В другое измерение? – Эрида раскрыла рот от удивления.
– Да, я не очень в это верю, но и в пользу этой теории есть определенные доказательства. Тело эльфа так и не нашли. А на месте, где его пытались убить, местность странным образом преобразилась. Представьте себе густой лес, поляну, и посередине небольшой скалистый кусок скальной породы с песком, на котором даже травинки не растёт. Часть деревьев срезало, словно отрезанных кусков и вовсе не существовало. У одного паладина из ордена таким же образом исчезла рука. В любом случае мы не узнаем, что там действительно произошло. А о том, что существуют другие измерения уже много сотен лет ходят разговоры. Да и доказательства есть. Особо сильные маги могут призывать существ – демонов – из другого измерения. Исчезновение богов тоже можно объяснить тем, что они перебрались в другое измерение, хотя истины мы пока не знаем. Колоссы служат лишь способом наблюдения. Через них они присматривают за нами, я уже говорил о такой версии. Я немного отвлекся от главной темы, прошу прощения, – Силантий слегка улыбнулся.
– Да, вы говорили, про род Шиноричи.
– Всё верно. Девять лет назад правитель Эркейна – теперь уже Стюларион Третий попытался снова захватить весь Орвунд. Родители нарекли его Люцианом, но он нарёк себя Стюларионом Третьим. Он собрал армию и начал свой кровавый поход. Через два года после начала войны – семь лет назад – Родерик пришёл ко мне, и мы с ним долго беседовали. Ваш будущий муж просил меня помочь остановить Стюлариона Третьего! Надо сказать, что у Стюлариона Третьего даже не было чёрных глаз, он не был потомком Шиноричи в отличии от вашего мужа. В те годы Родерик был ещё молод и смотрел на мир несколько иначе, чем сейчас. Я никогда не забуду сказанную им фразу: ”я законный наследник древнего рода, так помоги мне сместить ложного короля!” Тогда я сказал вашему мужу, что род Шиноричи, это проклятый род. Тем более маги со времен смерти Стюлариона Второго зареклись участвовать в войнах и помочь Родерику означало бы отступиться от наших заповедей. Я отказал Родерику в помощи, и ваш муж так и ушёл ни с чем. Но даже и так у него получилось избавить Орвунд от Стюлариона Третьего. А теперь Родерик пишет, что хочет “покончить с проклятием крови древнего род и изменить привычный ход истории”, – Силантий широко улыбнулся.
– Так что это означает?
– Вам лучше спросить своего мужа напрямую, но я думаю, что он хочет уничтожить во всём Орвунде всех потомков рода Шиноричи. Такое уже однажды ведь пытались провернуть, так что это вполне вероятно.
– Невозможно! – воскликнула королева и широко раскрыла глаза.
– Если он сделает это, это совершенно точно изменит привычный ход истории. Похоже, что ваш муж верит, что такой путь принесет в Орвунд больше мира и спокойствия.
– Но как же он собирается сделать это? Он сам потомок Шиноричи, и наш сын тоже. Неужели он собирается убить и его?
– Это мне не известно. В этом зале совсем слабое освещение, но, если присмотреться, можно заметить, что мои глаза карие. Мне не грозит зачистка, устраиваемая вашим мужем. Зато я точно знаю, что большинство королей, сидящих сейчас во главе своих королевств, имеют черные глаза. С кем-то мне доводилось встречаться лично, о ком-то я слышал, а в других я просто уверен. Похоже, что тяга к власти навсегда осталась в крови у потомков Шиноричи, – маг внимательно смотрел за реакцией королевы, а она опустила голову и глубоко задумалась. Силантий постоял ещё какое-то время, но потом всё же решил добавить. – Я считаю, если затея вашего мужа удастся, это принесет мир на какое-то время. С другой стороны, какую он заплатит цену за этот мир?! Я был удивлен этому письму, можете поверить, госпожа. Если бы меня не сковывали обеты гильдии, я бы вероятно тоже отправился помогать Родерику Рашану, но увы.
– Родерик отправил меня сюда, потому что был уверен, что это принесет какой-то результат. Вы отказываете ему в помощи?
– Простите, – пожал плечами верховный маг. – Но я всё равно рад, что вы нашли время снова посетить наш город и гильдию, – Силантий улыбнулся, но Эрида не придала этому значения.
– Тогда мне ничего не остается, как вернуться домой ни с чем, – мрачно проговорила Эрида. Она медленно подняла голову, развернулась и медленно пошла к двери. История Силантия до сих пор не укладывалась у неё в голове. Всё, что она узнала шокировало её. Если подумать, она с самого начала знала, что поездка в Эйсхард бесполезная затея. Теперь она в этом убедилась. Эрида задумалась – что, если Родерик действительно хочет уничтожить всех людей с черными глазами. Она судорожно начала перебирать всех людей во дворце, припоминая, у кого какого цвета глаза. Это оказалось совсем не просто, но она не могла вспомнить хоть кого-нибудь с черными глазами кроме Родерика и сына. Чудовищная мысль пришла ей в голову, и она чуть не упала. Её ноги зашатались, по всему телу пробежала дрожь. Что если Родерик взял с собой Грегори именно для того, чтобы сын погиб там? Чтобы не убивать собственного сына самому, ему достаточно будет пустить его впереди строя, и какая-нибудь шальная стрела найдёт его! Нет! Не может быть! Родерик не способен на такое! Эрида почувствовала, что ей не хватает воздуха. Она кое-как собрала волю в кулак и заставила себя идти дальше, но каждый шаг давался ей очень тяжело.
– Госпожа, постойте, – окликнул Силинтий, когда королева уже тянулась к дверной ручке. Эрида обернулась, бледная, как мел. – Кажется, я кое-что всё же могу для вас сделать, – Эрида ожидающе смотрела на мага. Тот взял со стола какую-то маленькую баночку. Силантий повертел её в руке, а потом подошёл к королеве. – Ваш сын многое значит для вас, и вы всерьёз беспокоитесь за него, – сказал маг и Эрида не стала спорить. Она просто ждала. Она не могла позволить себе начать говорить, чтобы её голос не выдал её отчаянья. – Это магическая фиала, возьмите, прошу вас, – Силантий вложил в слабую руку холодное стекло. Королева из последних сил зажала фиалу и приподняла, чтобы лучше рассмотреть. – Вам стоит подумать о дорогом для вас человеке, и эта фиала покажет, жив он или мертв, – Эрида издала какой-то стон, когда в фиале запульсировал огонек. Он бился словно сердце и его свечение усиливалось в такт сердцебиению. – Пока ваш сын жив, свет в этой фиале не угаснет. Если есть свет, значит с ним всё хорошо и беспокоиться вам не о чем, – Силантий слегка улыбнулся, и Эрида встретилась с ним взглядом. Ей стало легче после такого подарка, и она немного успокоилась.
– Спасибо! – произнесла она и покинула зал верховного мага.
Что же задумал Родерик? Вопрос вертелся у неё в голове и не давал покоя. Она никогда не поддерживала войны, но она верила в своего мужа. Всё, что он делает, он делает для своего народа, для своего государства, она верила в это и не давала себе возможности усомниться в этом хоть на минуту. Но всё это было до встречи с Силантием. Сейчас у Эриды было множество сомнений. История верховного мага выглядела весьма правдиво, да и сама Эрида знала историю, пусть не так хорошо, как Силантий, но знала. Что станет с Грегори, что Родерик задумал на его счет? Это было загадкой.
С другой стороны, Эриду мучал и ещё один важный вопрос. Родерик должен был понимать, что, отправляя Эриду с посланием для Силантия, открывает жене все свои замыслы. Он даже позволил ей изучить письмо перед тем, как она бы передала его верховному магу. Эрида спускалась по ступеням башни и размышляла обо всём. Командир Зик с тревогой посматривал на свою госпожу. Кровь одного из старейших родов Орвунда! Неужели это действительно настолько важно?!
– Всё в порядке Ваше величество? – спросил рыцарь. Эрида бросила на него взгляд. Невольно она рассмотрела его глаза. Голубые, как и неё самой. Родерик взял его на службу два года назад, вместо какого-то другого рыцаря, которого поймали на воровстве или что-то вроде того. Призал, так его звали. Эрида пыталась вспомнить его лицо, его глаза, но так и не смогла. – Госпожа?
– Да, всё хорошо, – сказала Эрида, понимая, что обманывает сама себя. – Нам нужно немедленно отправляться домой. И мне нужно будет отправить послание королю.
– Как вам угодно, госпожа.
На сборы ушло совсем немного времени, и спустя час делегация из Эркейна во главе с Эридой покинула Эйсхард. Их по-прежнему сопровождали стражники Миринланда. Впрочем, присматривали за Эридой и её командой не только городские стражники. Пара человек одетых в дорожную, неприметную одежду, шли следом, укрываясь в тени зданий. Их лица были прикрыты лёгкими черными шарфами, оставляя открытыми только глаза. Под одеждой легко просматривалось холодное оружие. Никто так и не заметил их присутствия.
Грегори
Исход сражения был уже предрешён, но битва до сих пор продолжалась. Войска Эркейна прочесывали все улочки города, проверяли дом за домом и захватывали целые кварталы. Они брали в плен тех горожан, кто не захотел покинуть город во время осады и до последнего не верил в падение Деновера. Среди таких горожан находились и те, кто не хотел сдаваться без боя и продолжал сопротивляться. Это были самые патриотичные деноверцы самого разного возраста. Среди них были и хорошие воины и те, кто первый раз взял в руки меч. У них не было боевого опыта, но тут, в стенах родного города, где им были известны все темные углы, они существенно затрудняли продвижение армии Эркейна.
Один из отрядов Эркейна сейчас тоже двигался вглубь Деновера, выискивая защитников города. Командовал отрядом капитан Зендей. Как и прочие рыцари Эркейна он был облачен в доспех, но шлем болтался у него пристегнутый к поясу. Это давало возможность покрасоваться своей свежей причёской. Волосы были выбриты на голове с ровным переходом, а на подбородке красовалась аккуратная борода. В его отряде было всего-то полтора десятка человек, но только такие малочисленные отряды и могли продолжать зачистку города. Эркейнцы не спеша двигались вперед, обходя завалы, и осматривали здания. Рядовые солдаты позволяли себе задержаться в зданиях чуть дольше, чтобы отыскать какие-нибудь ценности. И ценности действительно находились. Украшения из драгоценных камней, монеты, столовые приборы из дорогих металлов – забирали всё, что удавалось взять с собой.
Но в отряде Зендея не все его члены были полноправными солдатами Эркейна. Юноша в простой дорожной одежде в конце строя заметно выделялся среди облаченных в доспехи солдат. Он был меньше ростом, да и выглядел совсем хилым по сравнению с рыцарями. А ещё у него был меч, о каком простые солдаты, да даже Зендей могли только мечтать. Отполированное до блеска лезвие, вырезанные письмена вдоль клинка, элегантная гарда – такой меч не мог принадлежать простому парню. И этот парень не был простым – это был Грегори – сын короля Эркейна. Он воспользовался тем, что отец участвует в осаде на вершине стены и нагнал отряд практически сразу после вторжения в Деновер. Зендей завидев мальца запротестовал, но Грегори всё же смог уговорить и ему позволили пойти с отрядом вглубь города.
– Да если король прознает, что я позволил тебе идти с нами, он с меня голову снимет! – сплёвывая произнес капитан.
– А он и не узнает! Я буду держаться в стороне, и со мной всё будет хорошо! Пожалуйста, позвольте мне идти с вами! – умолял юноша.
– Простите господин, я не вправе этого делать, – Зендей изобразил разочарованное лицо. Он не хотел брать с собой королевского сыночка ещё и по той причине, что тогда они не смогут грабить дома просто так. Попадись им действительно что-то ценное, щенок короля расскажет отцу и тогда Родерик всё конфискует.
– Если вы откажете мне, вам придется остановить меня силой! – голос юноши стал смелее и тверже. Зендей смерил его взглядом, немного сомневаясь теперь в своём изначальном решении. – Можете не беспокоиться на счет своей добычи, я ничего не расскажу отцу. Просто можете считать меня таким же солдатом, как остальные, – взгляд Грегори был очень серьёзен.
– Таким же? Не обольщайтесь господин! Эти солдаты бывалые воины, им нет равных в бою! – конечно Зендей очень сильно преувеличивал и он сам знал об этом. Капитан задумался и пришёл к выводу, что выбора у него особо и нет. Сынишка короля, может придумать какую-нибудь историю, чтобы выставить Зендея не в самом лучшем свете. – Ладно, можешь идти с нами, – махнул он рукой. – Только не вздумай путаться у меня под ногами! И постарайся, чтобы никто не проткнул тебя!
Деновер никак нельзя было назвать большим городом, но сейчас он превратился в настоящий лабиринт. Из-за долгого обстрела из катапульт, и после разрушительных заклинаний большая часть зданий обрушилась и перекрыла часть улиц. И без того запутанные улочки теперь часто обрывались тупиками в виде завалов. Местами приходилось пробираться через здания насквозь, чтобы пройти дальше. Из-за этого обыск оставшейся части города занимал гораздо больше времени, чем было заложено изначально.
Грегори, как ему и велели шёл в конце отряда и самым последним узнавал, что за очередным поворотом скрывались несколько деноверских защитников. Когда отряд проходил дальше, парень перешагивал через очередные трупы и поглядывал на них с некоторым разочарованием, ведь он даже не видел, как с ними разделались вояки Зендея. Уринган – учитель по фехтованию – хвалил Грегори за успехи в тренировочных поединках, и Грегори искренне верил в то, что в настоящем бою с такими деноверцами он окажется победителем, но проверить на практике пока не мог. Грегори всё шёл и шёл, пробираясь через завалы и так ещё ни с кем не сразился. Его кровь кипела, он сжимал в руках рукоять своего короткого клинка, он ждал битвы, ему хотелось проявить себя и доказать отцу, что он уже далеко не тот маленький сынок, каким отец его видит. Отец ведь взял его с собой именно для этого – чтобы Грегори наконец-то стал мужчиной и настоящим воином, таким как отец. Грегори бесило плестись в конце отряда, и он то и дело порывался броситься в какой-нибудь проулок, пролезть через окно, вскарабкаться через завал и опередить весь отряд, чтобы первым увидеть врага и расправиться с ним. Но Зендей вовремя подмечал любую попытку Грегори выкинуть что-нибудь подобное и отправлял парня в хвост.
– За этим проулком находится городское хранилище, – сказал Зендей, останавливаясь, чтобы бойцы отряда догнали его. Его клинок был в темных пятнах крови, как и доспехи. Даже на лице командира красовалось запекшееся размазанное пятно. Вот как выглядит настоящий воин. Грегори опустил глаза на свой клинок, на котором не было и следа крови. Да что говорить на нём не было даже зазубрин, какие непременно остаются после сражений. – Осторожнее, я чую, что впереди будут деноверцы! Сомневаюсь, что они успели полностью опустошить свои запасы, а бросать своё богатство они, разумеется, не станут!
Зендей разбил свой отряд на две группы, отправив их заходить к зданию хранилища по разным маршрутам. Грегори он оставил в своём отряде. Впереди стояло большое трехэтажное здание, сохранившееся практически целиком, но один его угол всё же разрушился, и часть кладки сейчас преграждала путь. За завалом уже виднелась городская стена, а перед ним низкое здание, это и было городское хранилище. Неприметное с виду здание имело несколько подземных этажей, где хранились все городские резервы, но в основном провизия. Второй отряд пошёл в обход частично обрушившегося здания, а Грегори снова плёлся в самом хвосте и гнев переполнял его. Проулок был таким узким, что пока он выберется из него, все сражения уже снова закончатся. Если он так и будет оставаться в хвосте, он никогда не совершит ничего героического, и не сможет доказать отцу, что уже давно не тот ребёнок, каким он его считает! Он остановился, бессильно опуская руки. Последний солдат удалялся от него всё дальше, а юноша так и стоял, глядя ему вслед. Грегори поднял голову, глядя на балку, обрушившуюся с крыши. Она выбила камень из стены и так и осталась застрявшая между двух стен. Грегори широко раскрыл глаза от неожиданной идеи. Второй, обломанный конец балки упирался в стену практически возле окна второго этажа. Внутри было темно, но через здание, разумеется, можно было пробраться к хранилищу с третьей стороны! Первый отряд зайдёт слева, второй справа, ну а Грегори выйдет прямо по центру! Эта мысль заставила парня действовать, он уже предвкушал вкус героических подвигов.
Действовать нужно было быстро, иначе он опять всё пропустит! Он дотянулся до балки и попробовал её расшатать, чтобы убедиться, что балка надежно держится. Балка даже не шелохнулась, и юноша подпрыгнул, чтобы вскарабкаться на неё. Меч он предварительно убрал в ножны, чтобы тот не мешал. Подтянувшись Грегори оказался верхом на балке. Высота была не такая большая, так что бояться было совершенно нечего. Опираясь на стену, он встал на ноги и теперь дотянулся до окна. Он попробовал толкнуть раму, но та держалась надежно. Тогда он приложился локтем, и стекло разбилось, рама поддалась и провалилась внутрь комнаты. Грегори не успел обрадоваться, как балка под его ногами соскользнула и обрушилась на землю. Юноша кое-как успел ухватиться рукой и остался висеть на окне. Это только раззадорило парня, ведь именно таких приключений он давно и желал. Грегори напряг все свои мускулы и подтянулся, забираясь в дом. Это оказалось проще простого, после всех тренировок с Уринганом. Как ни крути, а Уринган был достойным наставником. Грегори представил, как его учитель одобрительно кивает, глядя на него.
Рассматривать комнату времени не было, и Грегори бросился искать выход. Нужно было всего-то пробежать по этажу и спуститься к центральному входу. Грегори находился в вытянутой комнате, в конце которой была дверь – там-то и должна быть лестница! Грегори выхватил свой меч и побежал. За дверью оказалась небольшая комната с двумя окнами. Из этих окон хорошо просматривалось здание хранилища. Лестницы в этой комнате не было, зато было кое-что другое, о наличии чего парень совершенно не подумал. Грегори от удивления раскрыл рот, когда увидел, что в тени за стеной у самого окна стоит лучник деноверец. Он притаился, ожидая, когда к хранилищу бросятся солдаты Эркейна. Воин стоял, слегка повернув голову в сторону парня, даже не пытаясь взять того на прицел. Выражение лица деноверца было совершенно бесстрастное, он не был удивлен появлением эркейнца. Конечно, он слышал топот парня и ожидал его появления. Грегори моментально сообразил, что в здании, есть и другие лучники – это была самая обычная засада. Грегори открыл рот, чтобы закричать, предупредить своих об опасности, но в этот момент краем глаза заметил, что справа от него есть кто-то ещё. Юноша, подчиняясь инстинктам, согнул ноги, приседая и уходя одновременно в сторону. Будь он крупнее, в него бы воткнулся длинный кинжал, но парень ушёл от смертоносной атаки. Только вот совсем избежать удара ему не удалось, сильная рука ударила его по голове вскользь. Грегори слегка вскрикнул от боли, падая на пол.
– Сдохни, щенок! – прошипел второй деноверец, делая шаг вперед, чтобы добить упавшего врага. Грегори трясло от страха. Он проклинал себя за свою глупость, но больше всего ему было страшно, как будет ругаться отец, если узнает, что его сын ослушался приказа короля, да ещё и приказа Зендея. Может и хорошо, что его сейчас тут прикончат, как собаку, тогда отец не сможет наказать его. Эти мысли пронеслись в голове Грегори за долю секунды. Но нет, умирать ему совершенно не хотелось. Он всё ещё держал в руке свой меч, а значит, способен сражаться. Юноша перекатился в сторону как раз вовремя, чтобы уйти от очередного удара. Острый кинжал вонзился в доски на том месте, где секунду назад была голова юноши. Деноверец выругался, а в следующую секунду Грегори полоснул его по руке своим коротким мечом. – Ах ты дерьмо! – выругался деноверец отдергивая руку. Грегори планировал отрубить деноверцу руку, но удар получился настолько слабым, что только порезал её.
– Прикончи уже этого сопляка, – проговорил лучник, который так и стоял у окна, даже не собираясь помогать товарищу.
Грегори успел подняться на ноги, и теперь стоял между двумя деноверцами держа перед собой меч и поглядывая то на одного, то на другого. Похоже, оба противника недооценивали его, и решил воспользоваться этим. Уринган много раз говорил о том, что в первом поединке, враг не будет относится к нему серьёзно в силу возраста, так сейчас и было. Грегори сделал вид, что толком не умеет держать меч и пошёл по кругу, обходя деноверца с кинжалом. Тот не выпускал эркейнца из вида и видел каждый его шаг. Это были опытные солдаты, в этом Грегори не сомневался. Юноша неожиданно сменил направление и бросился в атаку, перехватив меч правильно. Нужно было разделаться с одним врагом, пока второй стоит и смотрит. Деноверец с кинжалом ожидал такой маневр и легко отразил удар, выставив кинжал. Лязгнул металл. Но и Грегори был готов к блоку, поэтому, не теряя времени он присел и нанес колющий удар снизу. Клинок попал в цель – он вонзился в деноверца. Грегори улыбнулся, радуясь своей победе над первым настоящим противником. Всё оказалось даже проще, чем он предполагал. Одним врагом меньше, а вскоре падёт и второй!
– Это всё? – усмехнулся деноверец и по спине Грегори пробежал холодок. Он с ужасом смотрел на свой меч, который пробил куртку, но только сейчас юноша понял, что даже не ранил деноверца. Под его курткой была надета кольчуга, она то и остановила удар. Деноверец замахнулся и нанёс рубящий удар сверху вниз. Грегори не успел нормально увернуться, и кинжал полоснул его по спине. Острая боль пронзила плечо, и спину и Грегори закричал, снова падая на доски. Деноверец стоял над ним и ехидно улыбался, держа кинжал перед собой. С лезвия капала свежая кровь. Кровь Грегори. – Не скули щенок, сейчас я перережу тебе горло, и всё для тебя закончится.
– Быстрее, эркейнцы уже подходят к хранилищу! – сказал второй деноверец у окна.
“Почему? Почему у него не вышло сразить этого наглого деноверца, вооруженного всего лишь кинжалом?” – Спрашивал себя Грегори. Он стиснул от боли зубы и в спешке поднялся на ноги. Самое главное правило, которое он помнил из уроков Урингана – не дать себя убить, чего бы это не стоило. Остаться лежать на полу означает непременную смерть! Деноверец прислушался к совету товарища и бросился в атаку, но Грегори уже был на ногах, и парировал удар, уходя в сторону. Сейчас уже было не до шуток и не до притворств, этот первый бой может стать последним! Снова послышался лязг металла, и юноша почувствовал, как ноют свежие раны на плече и спине. Он вскрикнул от боли, но удержал меч. Деноверец не дал ему времени на раздумья и, развернувшись, нанес ещё один колющий удар, метя в сердце парня. Грегори десятки раз отрабатывал защиту от таких ударов и смог справиться и сейчас. Только крайне неловко. Он отскочил в сторону, ударяя по кинжалу сверху, при этом парень слегка оступился и чуть снова не рухнул на пол. Деноверец свободной рукой ударил Грегори рукой прямо в нос. Грегори вскрикнул от боли и отошёл на пару шагов назад, из его носа заструилась кровь. Противник скривил губы в ухмылке, прыгнул вперед и неожиданно пнул парня в живот с такой силой, что Грегори ударился о стену спиной и головой. Меч выпал из его руки, и он со страхом посмотрел вниз.
– Прикончи его! – выкрикнул лучник и его приятель бросился вперёд, занеся для удара кинжал.
Отразить атаку Грегори было попросту нечем, нужно было уклоняться. Он подогнул свои ноги, но ему не доставало скорости. Выход был только один. Грегори левой рукой схватил кисть деноверца, зацепив пальцами лезвие. Не обращая внимание на боль, он, напрягаясь из последних сил, поднял руку вверх насколько смог, уводя удар выше. Кинжал прорезал край левого плеча и впился в стену. Деноверец хотел вытащить его, чтобы вторым ударом уже точно прикончить парня, но Грегори крепко держал его руку. Деноверец слишком поздно понял это и скривил лицо в гневе. Грегори правой рукой уже успел нащупать рукоять своего меча. Клинок был короткий и для таких ситуаций он подходил идеально. Грегори помнил, что на деноверце надета кольчуга, а его сил не хватит, чтобы пробить её. Время на раздумья у него не было, и он вогнал меч прямо в подбородок, под нижнюю челюсть. Деноверец удивленно раскрыл глаза и это выражение так, и застыло на его лице. Изо рта врага на Грегори хлынула кровь.