Под давлением

ешь, что тебе сейчас могут впаять по самую крышу? – говорил в пол-

голоса Джек Крису.

– Мне все равно, сколько мне дадут, я знаю, что я прав, я не

виновен. Я никогда в жизни не признаю то, что убил собственного

брата. Если бы я это признал, то я бы действительно его убил в себе.

– Слушай, Крис. Мне правда очень жаль, что все так вышло.

Я тебе уже говорил при нашей встрече, еще там, в полиции, что

у этого Вилли Лоуина очень богатый дядя, который имеет связи

по всей Америке. Такого исхода следовало ожидать. Тут все было

куплено.

– Я еще раз говорю тебе, что Кристина бы не продалась, да и

Майкл тоже.

– Какой ты недалекий. Я больше чем уверен, что им просто при-

грозили после того, как они отказались от взятки.

– Слушай, если с ней хоть что-то случится…

– Что ты сможешь сделать, Крис, тогда? Ты будешь в неволе.

За нее не беспокойся, и за друга своего тоже не переживай, они в

полном порядке.

41

Крис злился, словно пес в вольере, ему очень хотелось сейчас

всех покусать, но он был в клетке. Крис не мог смириться с тем, что

все так произошло. Он никогда в жизни не мог подумать, что закон

настолько плох, что позволил дойти до такой ситуации, как у него.

– Как часто такие ситуации бывают, как у меня?!

– Как у тебя?! Думаю, что ты первый, от силы второй. Как пра-

вило, подкупы лежат за малыми правонарушениями. Здесь в дело

залезла чья-то мохнатая рука. Даже я не знаю, кто дядя этого Вил-

ли. А вот первый свой срок он отсидел за наркотики. Хотя ты спро-

сишь, как это он мог попасться на такой мелочи?! Дело просто в

том, что он как-то раз уколол парня из своей компании, а тот от

передозировки чуть на тот свет не отъехал, так вот. Тот парень, ко-

торого уколол Вилли, был сын самого сенатора. А там, естественно, дядиных связей не хватило. Единственное, чем я могу тебе помочь, так это выполнить какую-нибудь просьбу, только в пределах раз-

умного. Ну, например, личные вещи в тюрьму передать, устроить

свидание с родными – это уже не в моих силах, например. Проси, Крис. Раз я не смог защитить тебя здесь, позволь мне как-то иску-

пить свою вину перед тобой.

Джек хоть и был никудышным юристом, который совсем не знал

законов, да и судебного дела вовсе, но у него была совесть. Совесть, которая дергала его в этот момент за душу. Джеку было очень стыд-

но перед человеком, которого он совершенно не знал. Ему как ни-

кому другому было действительно обидно за то, что случился такой

беспредел. Джек сидел и молился о том, чтобы судья назначил мини-

мальный срок наказания. Крис сидел рядом с Джеком за решеткой и

думал о том, что даже если ему и дадут пожизненный срок, то он все

равно найдет способ, как добраться до Вилли.

Судья вышел немного раньше, чем говорил. В руках он держал

кипу бумаг, в которых был набросан печатным текстом приговор

Крису.

– Попрошу внимания, – оборвал тишину судья.

42

Сердце Криса начало биться в бешеном ритме. Сейчас судья за-

читает строки, которые определят дальнейшее его будущее.

– Мистер Браун, мы все прослушали только что судебное дело, по которому, собственно, вы здесь и находитесь. Приняв к сведению

все явные доказательства со стороны прокурора, а так же сторон

свидетелей. Учитывая степень тяжести преступления, совершенного

вами, властью, данною мне штатом Техас, суд приговаривает вас к

пожизненному заключению.

Раздался удар деревянного молотка, звук которого еще долго

стоял в голове у Криса. Все свои дальнейшие действия Крис выпол-

нял автоматически, по команде. На какой-то момент ему показалось, что все это происходит с ним во сне. Бывают моменты, когда долго не

можешь проснуться, а страшный кошмар не перестает преследовать

тебя. Тогда начинаешь сомневаться, что это сон, и страх потихоньку

забирается в сердце, пока резко не откроешь глаза и не убедишься, что это все не наяву. Но Крис не мог проснуться, потому что он не

спал. К здоровому сну Крис не мог вернуться еще очень долго.

* * *

Звенья цепи ножных кандалов подпрыгивали вразнобой, как

будто исполняли веселый танец. Крис сидел в самом последнем ряду

автобуса Службы федеральных маршалов. Тряска в салоне была

настолько сильной, что цепи кандалов, что были надеты на ногах у

заключенных, перебивали своим звоном звук работающего двигате-

ля. Крис ехал в местную тюрьму, которая была построена буквально

пару лет назад. Вообще в Техасе самое большое количество тюрем

в сравнении с любым другим штатом Америки. Несмотря на то, что

тюремных учреждений открывалось с каждым годом все больше, количество преступлений никак не сокращало свой процент. Крис

всю дорогу смотрел в окно через металлическую решетку. Он еще

43

не знал, что все пейзажи, а также все, что будет попадаться его взо-

ру, будет просматриваться только через металлические ограждения.

После выезда за город ему по пути попадались небольшие городки, что находились вблизи округа. Но после часовой езды вблизи не ока-

залось ни одного населенного пункта. Путь до места назначения был

не слишком долгим. Ужасная вибрация по салону за короткий про-

межуток времени стала причиной неприятного гула в ушах, а также

небольшой дрожи в коленях. Автобус заехал на территорию тюрьмы, когда солнце стояло в зените. Летняя жара так сильно нагрела авто-

бус, что кто-то из заключенных даже потерял сознание. Его никто не

стал приводить в чувство. Другие заключенные думали только о себе, а охранники действовали инструкциям – не контактировать с заклю-

ченными, даже если их схватывает приступ. Автобус остановился

возле центрального входа в огромное здание. Тюремная охрана уже

стояла в ряд и дожидалась прибывших в свой бастион.

– Давай живее, урод.

Крис рассмотрел со своего места, как заключенные по одному

начинали выходить из автобуса наружу. Еще он слышал звуки: глу-

хие звуки, которые можно услышать, когда ударяют в корпус. Глухие, еле слышные звуки. Заключенные, несмотря на то, что в автобусе

их находилось тридцать семь человек, довольно быстро покидали

свои места и выстраивались в две колонны напротив главного входа

в здание. Наступила и очередь Криса покинуть автобус. Он быстрыми

шагами пошел за заключенным, который сидел рядом с ним. Уже

возле выхода Крис остановился и повернулся к водителю, который

смотрел в зеркало заднего вида.

– У вас карданный вал вибрирует. Подтяните болты на фланце, а

то разобьете трансмиссию, или станете в дороге когда-нибудь.

– Давай живее, ты, урод, – обратился охранник к Крису.

Охранник схватил Криса за кандалы и резко дернул на себя. Па-

рень еле удержал равновесие, чтобы не полететь лицом на асфальт. Он

был последним, кто вышел из автобуса, но оказался первым в колонне.

44

– Становись!

Голос с низким басом дал команду, словно ее произнесли сразу

два человека одновременно. Крис стоял первым в колонне, поэто-

му он отчетливо видел охранника, который давал команду. Это был

светловолосый, с короткой стрижкой, среднего роста человек. Через

форму было видно его развитую мускулатуру. На вид ему было около

сорока лет. Его редкие брови были постоянно сведены к переносице, а острые скулы подчеркивали и без того суровый вид.

– Сейчас вы все проследуете за мной. Выполнять команды четко

и без замедления. Ни единого звука. Это все, что требуется от вас.

Охранник взглядом пробежался по колонне заключенных. Его

ярко-голубые глаза были способны задавить взгляд самого стойко-

го человека из тех, кто находился в колонне. Как только его взгляд

пересекался с чьим-нибудь взглядом, заключенный сразу опускал

глаза вниз. Можно было ощутить в воздухе, как исходит от этого че-

ловека ненависть к людям, а его сила и власть с легкостью делала его

хозяином этого места.

– За мной шагом марш!

Он пошел вперед, к входу в здание, где уже стояли два охранни-

ка. Шестеро других сопровождали всю колонну, не спуская автома-

тические винтовки с живой массы, которая, как гусеница, медленно

подползала к зданию. За те короткие двадцать метров, что прошли

заключенные по двору, Крис успел заметить только площадку, где

находились два баскетбольных щита, зрительные скамейки, турни-

ки и брусья. То был спортивный городок тюрьмы. В здание тюрьмы

заключенные зашли по одному человеку, после чего всех выстроили

вдоль желтой линии, которая жирной полосой была начерчена по

всему полу помещения. Восемь охранников равномерно распреде-

лились напротив всей шеренги, а тот, что давал команды на улице, ходил вдоль желтой линии с опущенной головой.

– Меня зовут Ябен Шультц. Я начальник охраны этой тюрьмы.

Если у кого-то из вас это не первый срок, то хочу сказать сразу, чтобы

45

вы забыли свой первый и все другие до этого. Потому что здесь не

действуют те правила и порядки, которые вы знаете. У меня нет до-

носчиков и приятелей среди заключенных, они мне не нужны. У меня

на это есть чутье. Советую откусить вам язык и навострить слух, что-

бы лучше слышать команды. Пожалуй, это все, что вам необходимо

знать на сегодня.

– Сержант!

– Да, сэр.

– Действуйте по инструкции.

– Есть капитан!

Молодой сержант смог расправить свои плечи только тогда, когда Шультц скрылся за дверью, что выходила во двор тюрьмы.

Словно шакал, он почувствовал силу, как только лев ушел со своей

территории.

Сержант, как и Шультц, ходил вдоль линии и смотрел в упор

почти каждому, но никто больше не опускал взгляд. Его карие гла-

за больше могли вызвать жалость, чем устрашение. Конечно, он не

выглядел так грозно и властно, как капитан Шультц, но никто не ос-

меливался открыть рот. За сержанта хорошо работала система, ко-

торая была отлажена за многие годы. Система управления людьми

в неволе.

– Сегодня я не буду объяснять вам, кто вы, а кто я. Со временем

вы все сами узнаете. Сейчас вы просто будете выполнять команды, которые я буду давать. А еще лучше, я вам советую, выполнять ко-

манды весь свой срок, не открывая лишний раз рта.

– А Тайлер Вуд здесь ведь сидит?

Крис услышал, как кто-то задал вопрос из середины строя. По

голосу это был темнокожий парень, но Крис не мог рассмотреть, кто

именно это был. Тем более, в строю было больше половины темно-

кожих заключенных. Сержант, как только услышал первый звук из

строя, пулей метнулся к голосу, но он тоже не мог найти того, кто

именно задал вопрос.

46

– Мне это послышалось? Или…

– Тайлер! Черный Алмаз! Он здесь сидит, я спрашиваю?!

Черный парень смотрел в упор на полицейского и задал вопрос

так, как будто они поменялись сейчас местами.

– Слушай…

– Я его брат! Хочу есть и отдельную камеру.

Сержант стоял как вкопанный и смотрел на парня словно баран.

Никто больше ничего так и не произнес из строя.

– Всем слушать внимательно. Слева от вас находится коридор. В

конце коридора стоит корзина, куда вы будете скидывать свою оде-

жду. Раздеваться догола. За линию не заходить, кто зайдет, тому я

сломаю ноги. А теперь всем налево, кроме тебя.

Крис увидел черного парня, который вышел из строя. Должно

быть, это был тот, кто решил подать свой голос. Сержант махнул го-

ловой в сторону двоим охранникам, те поняли его жест. Они взяли

под руки темнокожего заключенного и повели в другую сторону ко-

ридора.

– Чего уставились, уроды, а ну быстро пошли налево.

Несмотря на то, что на улице стояла неимоверная жара, в тюрьме

было холодно. Когда Крис скинул с себя всю одежду, его пробрала

дрожь. Всех заключенных заставили раздеться догола, а потом по

одному проходить мимо душевой, где двое охранников поливали их

из шланга ледяной водой. Сначала Крису это напомнило автомойку, что находилась напротив мастерской, где он работал. Но потом Крис

понял, что ошибается. Даже машины моют аккуратнее и бережнее.

Да что там машины – посуду, и то моют тщательнее. На всю проце-

дуру ушло не более пяти минут. Охранники с шлангом едва успева-

ли намочить заключенных, как давали команду на построение вдоль

желтой линии. Когда все были обмыты, сержант дал команду пройти

в следующую комнату. Там всем выдали форму с ботинками. Несмо-

тря на то, что у каждого в личном деле были указаны его размеры и

рост, одежду давали всем абсолютно одинаковую. Одеваться на месте

47

разрешено не было. Сержант разделил общую массу на два отряда.

Крис был единственным белым в своем отряде. Ближе к вечеру их

всех загнали в камеру, где уже находилось около десяти заключен-

ных. Крис оставался стоять возле входа, пока другие начали расхо-

диться по камере и искать себе спальное место. Через пару минут он

услышал ругань, а еще через пару секунд в камере завязалась драка.

Крис не знал, из-за чего подрались, но догадаться было совсем не

сложно. В камере было всего десять спальных мест, а заключенных

находилось почти тридцать человек. Еще через пару минут охранники

уже стояли возле двери и кричали, чтобы все лежали на полу, когда

замок двери начнет открываться. Никто не выполнил приказа, в том

числе и Крис, хоть и стоял возле самой двери и отчетливо слышал

приказ. Двери камеры отворились, словно их взорвали динамитом.

После этого Крис уже не понимал, что происходило дальше.

* * *

– Здорово тебе досталось.

Крис не мог рассмотреть того, кто говорил это, но он почув-

ствовал, что сказанное было адресовано именно ему. Он попытался

пошевелиться. Резкая боль в пояснице заставила сморщить лицо и

стиснуть вновь зубы, чтобы не издать жалобных воплей. Боль была

ужасно пронзительной.

– Парень, походу тебе не повезло больше всех. По твоей спине

пробежались, как по ковровой дорожке. Да еще и мордашку подпор-

тили – ну, это только на пользу. Никакой бык не клюнет на тебя бли-

жайшее время.

Крис абсолютно не понимал, зачем ему говорит это неизвестный

парень. По голосу Крис понимал, что он был афроамериканец. Го-

лова стала приходить в себя через какое-то время. Глаза привыкли

к темноте, Крис уже понемногу стал рассматривать своего нового

48

собеседника. Темнокожий парень лежал на матраце рядом с Крисом

и смотрел в потолок, его руки были закинуты за голову.

– Ты кто? – выдавил из себя Крис.

– Я Бакстер. Я ехал с тобой в автобусе рядом, а потом стоял с

тобой в строю рядом, потом я был с тобой рядом, когда нас лупили

ногами. Кстати, этот синяк, – Бакстер повернулся к Крису лицом, его

правый глаз был полностью заплывшим от гематомы, – походу, ох-

рана промахнулась, когда попала мне ногой, наверное, это должно

было прилететь тебе. В общем, я и сейчас с тобой рядом. Место ко-

нечно не класса люкс, но все же лучше, чем у тех ребят.

Крис осмотрелся по сторонам. Он лежал на матраце, который

был устлан на полу. Рядом лежали еще несколько парней, кто-то ле-

жал на кроватях, но ни у кого не было матрасов. Кому-то досталось

место на голом бетоне, вот их и имел в виду Бакстер.

– Кстати, за место ты мне пачку сигарет должен. И это не обсуж-

дается. А теперь заткнись и не мешай мне спать.

Крис не собирался говорить ни слова. Ему показался очень

странным этот парень. Зря он напомнил про сигареты. Крису все

время хотелось пустить дым в легкие. От постоянных переживаний

хотелось курить все больше. Крис не смог уснуть. Всю ночь он лежал

с открытыми глазами и думал о том, что же будет дальше? Тюрьму

Крис видел только по телевизору, посему и представлял себе все, как

на экране. Крис был не единственным, кто не спал всю ночь. В даль-

нем углу было слышно, как трое парней вели разговор о чем-то. Похо-

же, их не сильно заботило то, что они попали сюда, так как разговор

сопровождался радостным смехом. Из всех, кто находился в камере, всего несколько человек село на первый срок. Все остальные давно

уже прошли эту школу, кто-то и не один раз. Большая часть спали

спокойно, как будто они находились дома. Крис еще не до конца осоз-

навал, что ему дали пожизненный срок. Там, глубоко в его подсозна-

нии, что-то говорило Крису, что всему есть конец, что пожизненный

срок – это всего лишь отрезок времени. На все существует надежда.

49

Поэтому его не так уж сильно волновало то, что у него максимум по

сроку. Просто он все еще не осмыслил до конца. Окон в камере не

было, поэтому ориентироваться во времени было невозможно. Крис

не знал, который был час, когда его веки сами упали. Он не успел

даже увидеть первую картинку сна, как кто-то пнул его ногой.

– Вставай, парень, нам пора на выход.

Бакстер стоял возле Криса и держал в руках форму.

– Приоденься лучше, желательно быстро. У тебя меньше ми-

нуты.

Крис открыл глаза шире, он видел, что все заключенные уже

были на ногах и в форме. Дверь камеры была открыта, на входе

стоял сержант с охранниками, что вчера завели их сюда. Крис резко

вскочил на ноги и начал второпях надевать форму. Все уже начинали

по одному выходить из камеры. Крис ловил на себе взгляды всех, кто проходил мимо него. Одеться удалось быстро. Форма оказалась

больше, чем надо по размеру, но меньше по росту. Крис хотел в тол-

пе найти Бакстера, который помог ему с расположением ночлега. Но

охрана уже начинала считать людей, когда он вклинился в строй.

– Желтая линия, что, не видишь, придурок? – явно был слышен

голос сержанта.

Крис наклонился, чтобы зашнуровать ботинки. Он услышал бы-

стро приближающиеся шаги в свою сторону. В последний момент

Крис резко выпрямился, и нога сержанта пролетела возле носа. Крис

и представлять не хотел, что было бы с его лицом, если бы острый

нос туфли сержанта попал ему в нос или губы.

– Ты, идиот, придурок хренов.

Сержант сорвал с пояса свою резиновую дубинку. Она совсем не

отличалась от той, что били Криса в полицейской машине. Охранник

сделал резкий замах за голову, чтобы нанести Крису удар.

– Сержант!

Крис услышал голос с явным немецким акцентом, вместо ожи-

даемого удара. Он открыл глаза, и сержанта перед ним уже не было.

50

Шум, который был с пару минут назад, превратился в гробовую ти-

шину. Все молчали и ждали услышать звук от одного-единственного

источника. Тем источником был капитан Шультц.

– Да, сэр!

Сержант сразу начал пресмыкаться перед капитаном. Словно

дворовый пес перед хозяином, в ожидании, что тот кинет ему кость, или хотя бы не пнет ногой.

– Я вам уже говорил по поводу превышения полномочий, – ска-

зал капитан сержанту, не смотря даже в его сторону.

– Да, сэр, но…

– Я сам во всем разберусь, если будет какое-то но, как вы выра-

жаетесь. Как прошла первая ночь?

– Пришлось усмирять всех, как только запустили в камеру.

– Это обычное явление. Мест ведь не всем хватает.

– Это точно, а так без жертв вроде.

– Вроде?

Капитан бросил свой ястребиный взгляд сержанту в глаза, сер-

жант моментально опустил глаза вниз, уставился на туфли капитана.

– Сэр.

Капитан, не дослушав оправдания сержанта, начал идти вдоль

шеренги, тщательно рассматривая лица заключенных. Крис посмо-

трел капитану в глаза.

– Крис Браун, сэр, – сказал Крис вполголоса, не зная, что делать.

– Мне напревать, как твое имя, ты, придурок.

Капитан снял с пояса свою дубинку и мгновенно нанес удар в

живот торцовой стороной. Крис с тяжелым кашлем упал на пол.

– Встать! – резко скомандовал Шультц.

Парень начал пытаться подняться на ноги, но спертое дыхание не

позволяло сделать это резко. Тогда капитан нанес удар ногой в грудь

Крису. Тот упал на спину.

– Если ты не встанешь через десять секунд, я тебе переломаю

позвоночник, чтобы ты под себя весь срок ходил.

51

Крис собрал в себе всю волю, что была у него в сердце, и поднял-

ся на ноги, но распрямиться в полный рост ему пока не удавалось, да

и капитану это уже не было столь важно.

– Слушайте ближайший распорядок дня. Сейчас вас посадят в

грузовики, предварительно разбив на две группы. В двадцати кило-

метрах отсюда есть карьер. Одна группа отправится туда, там вы бу-

дете гнуть спины до заката солнца, пока пальцы не сотрутся в кровь, а из вашей задницы не польются слезы. Другая группа отправится на

деревообрабатывающий завод. Не дай Бог, если кто-то приедет от-

туда с оторванными конечностями – я тому лично оторву все осталь-

ные.

– А как же есть?! – раздался голос из середины шеренги.

Капитан выдержал некую паузу, давая понять, что он не собира-

ется отвечать на этот вопрос. Больше никто ничего так и не говорил.

– Хорошо. Будем считать, что мне это всего лишь показалось. А

теперь все по распорядку.

* * *

Тряска в грузовике была похуже той, что в автобусе. Несмотря

на то, что грузовик был исправен, в отличие от автобуса. Крис не

знал, куда его везут. Капитан так и не уточнил, куда должна поехать

та группа, в которой сейчас находился Крис. Да и ему было все рав-

но, куда ехать – то ли на завод, то ли на карьер. Крис не желал идти

против системы, чтобы не нажить себе лишних проблем, он решил, что простое исполнение облегчит отбывание в несколько раз. Крис

также и не видел, кто ехал вместе с ним в грузовике, так как он залез

в борт последним, а двери закрыли до того, как он попытался рас-

смотреть тех, кто с ним собирался ехать в одной будке. Из разговоров

заключенных Крис узнал, что сегодняшний день идет совсем не так, как должен идти. На самом деле, всех их должны были сводить на

52

завтрак, после чего распределить по камерам, где они должны были

валяться целый день. Не пропуская обед с ужином. На работу рас-

пределяют только на третий день пребывания, а если повезет, то и на

пятый. Возмущениям не было предела всю дорогу.

– Я не буду работать, вот увидите!

Крис хоть и не мог видеть, кто говорит, но сразу узнал голос того, кто сказал. Это был Бакстер, тот самый парень, который помог ему с

ночлегом в камере.

– Да? А как ты это докажешь? Кто тебя будет спрашивать? – раз-

дался голос в конце будки.

– Да, наверное, тебя и забыл спросить, – ответил Бакстер без

особых эмоций в голосе.

Раздался веселый смех. Крис не смеялся, наверное, один. Он по-

нимал, что из этого разговора не выйдет ничего хорошего.

– Следи за своим языком, малыш.

– Конечно. Он мне пригодится, чтобы ощущать вкус француз-

ской булки с сыром, которую ты мне будешь приносить каждое утро.

– Ах ты, ублюдок!

Крис догадался, что парень, который назвал Бакстера ублюдком, кинулся на него драться. Непонятно было только одно: как можно в

такой темноте кого-либо различить. Пыль поднялась моментально, в

горле запершило так, что было трудно сделать даже один вздох.

– А ну прекратите, вы, уроды, из-за вас нам сейчас всем доста-

нется.

– Дышать нечем. Разберетесь, как только выйдете на дневной

свет.

– Я эту скотину живыми руками задушу, – отозвался тот парень, что кинулся в драку на Бакстера.

Бакстер не сказал ни слова. До места назначения трястись при-

шлось не так долго. Двигатель грузовика заглох еще до того, как гру-

зовик перестал двигаться. Были слышны голоса людей, там, на ули-

це. Всем с нетерпением хотелось выбраться из грузовика поскорее.

53

Железная будка в жару нагрелась неимоверно, форму – хоть выжи-

май, хотя никто даже еще не успел испачкать руки от работы.

– Ну наконец-то этот момент настал, дайте нам свежего воздуха! –

выкрикнул кто-то.

– Все прижались к стене! Как только откроется дверь, по одному

спрыгиваем с грузовика и выстраиваемся вдоль шеренги, – звучал

глухой, еле доносившийся, голос на улице.

Команду давал тот самый сержант, что встречал всех заключен-

ных вчера. Двери будки со скрипом отворились, давая свету облить

маленькое помещение видимостью. Солнце, щадя глаза людей, спря-