Волкодлак на службе у Лешего
- -
- 100%
- +
– Ну, надо же! Почти все претенденты показали отличные результаты. Три из трех! Вы все проходите дальше. Следующим этапом нашего состязания будут поединки между двумя претендентами, используя щит и меч. Проигравшие выбывают, а победители сойдутся в заключительном этапе. Главеш и Остроглаз! Прошу вас снова выйти в центр круга.
Кузнец Бенеш раздал ребятам деревянное тренировочное оружие. По форме и размерам они в точности походили на настоящее.
– Можете приступать, – одобрил начало боя старейшина Ходимир.
Главеш не любил тактику боя от обороны, поэтому он сразу ринулся в наступление яростными выпадами. Его оппонент достойно отбивался. Для Остроглаза было типичным выждать удобного момента. Изредка он изворачивался от противника, а потом наносил мощные контратаки. Бой слегка затянулся и выглядел однообразно. Главеш начал быстро уставать и его атаки заметно ослабли. Он пропустил смелый выпад Остроглаза. Деревянный меч задел плечо, порвал рубаху и оцарапал кожу. Публика стояла молча и неподвижно. Только старейшина Печек сильно занервничал. С тренировочного оружия потекли капли крови по выточенному подобию лезвия. Главеш разозлился еще сильнее. Боль открыла ему второе дыхание. Вновь он бросился в наступление. Остроглаз едва сдерживал удары. Его рост позволял практически полностью скрыться за вытянутым щитом. Тогда нападающий с короткого разбега ударил корпусом о деревянную стену. От неожиданности и сильного толчка оппонент повалился на землю. И тут Главеш держал острие меча у горла противника.
– Победа! – выкрикнул Голостел под хлопки общинников. – Остроглаз выбывает из состязания! Алабор, окажи лечебную помощь обоим участникам!
Главеш помог подняться Остроглазу. И они оба ушли к знахарю Алабору. Общинный целитель держал наготове несколько мазей и травяных настоек для обработки ушибов и царапин. К ним примкнул охотник Сагайдак, чтобы поддержать сына, а вместе с тем поздравить с победой внука старейшины.
– Воибор и Дардан! Теперь Ваша очередь. Проходите в центр круга! – зазывал Голостел.
– Иди сынок. Пусть Боги направят твой клинок! – сказал Рингольд, хлопнув по плечу ребенка.
Сын кузнеца дожидался Дардана в центре с оружием в руках. Самоуверенность и чувство превосходства не скрывались в его глазах. Ему казалось, что победа практически у него в руках и бой будет коротким. Всем своим видом он пытался внушить это противнику. Но Дардан не поддавался. Послышалось одобрительное слово о начале поединка. Воибор атаковал и мечом, и щитом. В принципе он хотел повторить способ Главеша. Повалить оппонента с ног, тем более что масса тела ему уж точно позволяла. Однако пацаненок не подпускал его к себе совсем близко. Дардан держал меч на вытянутой руке впереди себя. Пухленький парень метался вокруг. Никак ему не удавалось подойти. Его противник постоянно отступал назад. Тогда Воибор решился на отчаянный шаг. Он бросил щит в мальчугана. Дардан отбил его своим и тут же встретил напористые удары мечом противника. У него не получилось удержать в руке собственный меч, и тот отлетел в сторону. Воибор надменно заулыбался и пошел в атаку. Сын колдуна не растерялся и сдерживал каждый удар. Нападающий активно прессовал. Вновь Воибору пришла в голову мысль повалить оппонента. Он попытался ударить ногой в щит, но тут Дардан совершил контрприем. Он резко переместился в бок, и сын кузнеца рухнул на землю, а над его головой мальчик держал заостренный конец щита.
– Невероятно! Победа за сыном Рингольда! – удивленно воскликнул Голостел, не веря своим глазам.
– Ну и дела! – помотал головой кузнец Бенеш, разговаривая с отцом Дардана. – Хорошенько ты натаскал своего мальца. С виду такой слабенький, а тут боевой оказывается!
– Внешность бывает обманчива, мой друг. Тебе ли не знать? – хитро улыбнулся колдун Рингольд и похлопал кузнеца по плечу.
Бенеш крепко пожал своему руку товарищу и отправился за сыном. Старейшины позволили претендентам немного отдохнуть перед заключительным поединком. Главеш слушал напутствующие слова дедушки. А вот Дардана замучила жажда, поэтому отец добродушно принес ему кувшин воды. Другие мужчины занимались обсуждением состязания.
– Финалисты подойдите ко мне! – позвал старейшина Голостел.
Юноши ему повиновались. Он дружелюбно взял обоих за плечи и продолжил говорить.
– Вы достойно прошли все этапы! И в последнем Вы будете так же сражаться друг другом, но уже вольно используя любое тренировочное оружие. Приступайте!
Ребята подбежали к кузнецу Бенешу. Рядом с ним на стойке аккуратно было выставлено разнообразное оружие. Главеш не мешкал и взял, как обычно, две сабли, а затем решительно помчался в центр круга. Дардан выбрал всего лишь один меч, но в дополнение взял крохотный кинжал. Затем он направился к своему сопернику.
– Не боишься меня малец? – вполголоса поинтересовался внук старейшины.
– Ты не такой уж и страшный, – храбро ответил Дардан.
Ответ мальчика вызвал у Главеша некое замешательство. Его противник не боялся с ним сражаться, несмотря на разницу в возрасте и меньшую физическую силу. Он посмотрел ему в глаза и счел его достойным. Прозвучали слова о начале поединка. Дардан был вынужден мгновенно блокировать резкий горизонтальный удар саблей, и сразу пропустил выпад со второй руки. Заточенное лезвие оставило кровавый отрезок на щеке. Главеш перестал атаковать, позволив противнику осознать собственную ошибку. Мальчик совсем не испугался и почти не ощущал пореза. Он даже ринулся в наступление. Дардан старался изо всех сил, но оппонент лишь игрался с ним. Вскоре Главешу надоело возиться с юнцом. После очередного блока он ловко развернулся и очутился за спиной соперника, а затем нанес секущий удар. На этот раз порез оказался более глубоким и длинным. Кровь хлынула по спине Дардана.
– Возможно, следует остановить бой, – обеспокоенно предложил Голостел другим старейшинам.
– Я поддерживаю, – согласился Печек.
– Будьте терпеливы! Это еще не поражение. Пусть продолжают, – ответил Ходимир.
Главеш почувствовал вкус победы, глядя на противника. Стиснув зубы от боли, сын колдуна крепко обхватил меч обеими руками. Он стал наносить однообразную серию ударов, и сосредоточено следил за движениями противника. Затем нашел его слабую позицию в защите и вовремя ударил навершием своего меча по кисти, заставив соперника обронить саблю. Дардан вновь замахнулся, и Главешу пришлось отскочить назад. Теперь они сцепились на равных. Меч против меча. Громкий стук деревянного оружия друг об друга разносился по поляне. Они оба сильно вспотели, раны защипали на их телах. Поединок приобретал более свирепый характер. Словно на смерть сражался каждый из них. Главеш был поражен усердием и напором двенадцатилетнего пацана. Ярость закипала в крови. Он жестко отбил очередной замах, а затем ударил мальчика кулаком в живот. Дардан согнулся, застыл на пару секунд, и сразу ощутил новый порез на плече. Следующий размашистый удар кулака шел ему прямо в грудь. Тогда мальчик вспомнил о кинжале на поясе, плавно увернулся и бросил его в соперника. Кинжал угодил рукоятью в лоб Главешу, оставив там красное пятно. Подобного внук старейшины не ожидал и ошарашено замер. Чем воспользовался Дардан и приставил к его горлу меч. Рингольд облегченно выдохнул.
– Вот так поворот! Во имя Богов у нас есть победитель! – закричал Голостел.
Главеш недовольно отодвинул меч от горла. Все захлопали мальчику, даже проигравшие Воибор и Остроглаз. Седой старик Алабор кинулся к подросткам с лечебными мазями. Старейшины окружили в центре финалистов. Лишь на лице Печека была заметна неестественная радость.
– Юный Дардан! Ты доблестно сражался и отстоял свое право перенять колдовские знания отца. Однако, это еще не все. Твоей наградой за победу в состязании будет настоящее оружие… – тут старейшина Ходимир замолчал.
Кузнец Бенеш нес в руке короткий боевой топор, полностью выплавленный из чистого серебра. Выглядел он довольно необычно. Изогнутое лезвие и толстый обух, на котором вырезаны изображение волка, леса и символы воина с обеих сторон. Мальчик засветился от счастья, когда взял в руки это оружие. Эмоции переполняли его изнутри. Каждый мужчина общины подходил к победителю с поздравлениями и жал ему руку.
– Ребятам нужно время восстановить силы, – посоветовал Алабор, заканчивая осматривать ранения мальчиков.
– Кхм, да, несомненно. Итак, участники состязания сегодня свободны от любого физического труда. Все остальные извольте вернуться к своим обязанностям, – подытожил старейшина Ходимир, постучав посохом по земле, чтобы привлечь внимание и заглушить разговоры.
Толпа покорно разошлась за лошадьми и повозками. Время только подходило к полудню. Солнце палило не на шутку. Кто не переносил жару – надевал соломенную шляпу, другие пили воду либо травяные настойки. Всем было чем заняться до конца дня, и каждый знал, что необходимо выполнить по плану на сегодня. Такие задачи решались и распределялись на собрании общины каждый вечер. На тропинке вдалеке от тренировочного поля выстроилась вереница из повозок с людьми и одиноких всадников. Двое мужчин затянули шуточную песню, вскоре к ним присоединились и другие. Лишь общинный колдун со своим отпрыском еще стояли на месте.
– Я горжусь тобой сынок! – сказал Рингольд, поцеловав в лоб Дардана. – Теперь скачи домой и дождись меня. Вечером нам с тобой предстоит маленькое путешествие.
Отец шлепнул по бедру молодого Летника и тот помчал мальчика к родной хате, поднимая ввысь столбы пыли.
ГЛАВА II
«Колдовской ритуал»
Дардан томился в ожидании отца. Он долгое время ворочался на прохладной печи, пытаясь поспать, чтобы скоротать время, но ему так и не удалось. Толи от порезов и царапин на теле, толи от нескончаемых размышлений. Мальчик частенько любил копаться в собственных воспоминаниях и фантазировать на разные темы. Сейчас его больше всего интриговало, что же ему расскажет отец на посвящении. Под боком сладко спал щенок Горыня, свернувшись калачиком. Домовой полдня убирался по хате. Подметал полы, везде вытирал пыль, переставлял и перекладывал вещи туда-сюда, где следовало им находиться по его мнению. При этом старичок постоянно бурчал себе что-то под нос, а иногда напевал одну задорную мелодию, которую придумал сам.
Медленно наступил вечер. На удивление мать вернулась одна. Первым делом она зашла в дом, чтобы поздравить сына с победой. Как только Медея увидела порез на щеке мальчика, ею тут же овладела доля злости. Она обеспокоенно осмотрела Дардана. Найдя его другие боевые отметины – она ужаснулась. Ребенок быстро догадался о последствиях подобной реакции и заверил, что знахарь Алабор сделал все необходимое, чтобы раны скорее затянулись. Но Медея пропустила сказанное мимо ушей. Она уже металась по дому в поисках ингредиентов для лечебного отвара и очищающей мази. При этом она все время причитала и выказывала свое недовольство. Сначала в отношении возраста сына и его участия в состязании. Затем переключилась на мужа, якобы он виноват во всем, что выпало на плечи их столь юному ребенку. После переключилась на себя, что сама вышла замуж за такого человека. А в конце досталось старику Алабору, что его методы лечения, не идут ни в какое сравнение с методами лечения её прабабки, известная знахарка. Медея промыла сыну раны водой, нанесла особую мазь и заставила его выпить жутко невкусный горький, но по ее словам очень целебный отвар. Только потом она чуть-чуть успокоилась и с чистой душой вышла заниматься хозяйством во двор.
– Заботливая у тебя мамка! Не перестаю ей дивиться, – подметил Домовой.
– Иногда чрезмерно, – признался Дардан. – Тьфу, гадость!
Он выплюнул застрявший в зубах листик травы. С лежанки на печи заскулил Горыня. Щенок проснулся и не мог сам спрыгнуть с такой высоты. Мальчик опустил его на пол рядом с миской полной еды.
– Где же отец? Почему он до сих пор не вернулся?
– Да куда ему деться-то? Придёт! Потерпи малость, молодой человек. Всему свое время!
Дардан сел у распахнутого окна дожидаться возвращения отца. К нему присоединился старичок, держа в руке надкусанный кусок хлеба. От дома тянулась тропинка до самого оврага, оттуда должен был появиться скачущий верхом на Буяне всадник. На той стороне виднелось жилище семьи ювелира Зденека. Из окон его дома тускло светил мерцающий огонь и выплывал дым бледно-серого оттенка. Подобная картина не менялась очень долго. И даже, когда небо совсем потемнело, а луна пожелтела и окружила себя множеством звезд, на дороге так никто и не появился. Из лесу послышался одинокий волчий вой. На душе стало совсем тоскливо. За окном поднялся ветер, и мальчику пришлось запереть ставни. В дом вернулась матушка. За целый день усталость изрядно накопилась в ее теле, что было видно по ее общему состоянию.
– Ты чего сидишь тут с таким кислым лицом? – поинтересовалась Медея, а затем присела на скамью перевести дух.
– Отца жду, – грустно ответил Дардан.
– В поле работы накопилось, а из-за проходившего состязания многим пришлось задержаться. Он вернется за тобой, скорее всего поздней ночью. Не переживай! А сейчас лучше помоги мне накрыть на стол.
Впервые за вечерним столом собрались только двое. Желая, наконец, узнать все подробности, Медея расспрашивала сына о состязании. В эмоциональном порыве Дардан вскочил из-за стола и начал размахивать в воздухе ложкой, пытаясь хвастливо изобразить утренние сражения. Его история была полна жестов и смешных интонаций голоса. Он с удовольствием показывал свою награду и хоть ненадолго отвлекся от тоскливых мыслей в голове. Мать слушала его рассказ с большим интересом, сочувствовала ему в неудачах, гордилась им за его стремления, волю к победе и отвагу в бою. Но вместе с тем она все глубже прятала свой страх за предстоящую ночь в жизни мальчика. Ей почему-то очень захотелось подольше посидеть вместе и просто поговорить. Она решила рассказать о новостях и слухах в общине, услышанных за день. Самым главным известием была свадьба старшей дочери бортника Беримира за парня из соседней общины в конце лета. Медея с сыном еще немного посидели, но, так и не дождавшись Рингольда, все-таки легли спать.
Снаружи перестал завывать ветер, и наступила умиротворенная тишина. Лунный свет пробирался через щели створок на окнах, слегка разгоняя кромешную темноту в доме. Вдруг скрип деревянных полов разнесся по комнате. На пороге показался глава семейства. Он осторожно продолжил шагать к печи, где спал Дардан и бережно потряс его за бок.
– Нам пора, – услышал заветные слова от отца мальчик. – Бери подаренный топор и выходи.
Когда мальчик выскочил во двор, Рингольд дожидался его верхом на лошади. Взгляд у отца был слишком серьезным. За спиной у него развивался темно-зеленый плащ, а сам он был одет в кожаные доспехи с металлическими пластинами. Так он одевался лишь во время боевых походов. В ножнах на поясе виднелась рукоять его старого меча. К седлу Буяна отец зачем-то подвязал крохотные мешочки с неизвестным содержимым.
– Запрыгивай! – велел Рингольд и протянул сыну руку, чтобы помочь поскорее взобраться.
– А куда мы? – искренне любопытствовал Дардан.
– Туда, где ты получишь все ответы, мой мальчик, – ласково произнес он и дернул за поводья.
Буян помчался к югу от дома в направлении Бескрайнего леса. К нему вела прямая дорога через обросший сорняками луг. В лицо дул холодный ветер. Дардан едва держался в седле, сидя позади отца. Одной рукой мальчик крепко обхватил его за торс, а в другой сжимал полюбившейся топор. Они быстро приближались к кромке леса. Вдоль нее протекал узенький ручей. Конь резво проскакал по воде, обрызгивая ноги всадникам.
– Стой Буян! – скомандовал Рингольд. – Дальше мы пойдем пешком!
Густые ряды хвойных деревьев тянулись до самого горизонта в обе стороны. Неспокойный шелест листьев почему-то насторожил мальчика. По небу плавали темные облака, изредка заслоняющие лик круглого месяца. Рингольд привязал поводья Буяна к стволу молодой сосны, а затем перевесил себе на пояс кожаные мешочки с седла. Из одного он достал мамины испечённые лепешки и кусочек хлеба, а затем выложил их на ближайшем пеньке.
– Хранитель лесной, – взмолился отец. – Прими эти угощения и позволь нам войти в твои владения. Обязуемся мы следовать законам на твоей земле, не причинять вреда дому твоему. Спасибо за дары, которые ты нам даешь день ото дня и защищаешь нас от напастей…
Рингольд поклонился. Он продолжил неподвижно стоять над подношениями, выжидая какого-то знака. Его сын повторял за ним. Долго ничего не происходило. По-прежнему шумели листья, журчал ручей, недовольно фыркал привязанный конь, и стрекотали насекомые. Наконец, однообразие звуков природы разбавило уханье филина.
– Следуй за мной, – решился отец. – Не отставай. Нам предстоит пройти длинный путь.
Дардан послушно кивнул. Он строго соблюдал все указания, и даже решил не произносить ни слова, пока его не спросит отец. Мальчик осторожно шагал за ним по следу. Повсюду их окружали высокие сосны. В это время суток они грозно нависали над головой, будто безмолвные стражи. Ветер качал верхушки, помогая разносить их шепот друг другу. Внизу на земле цвели кустарники, мелкие растения и сорняки. Пахло травами и хвоей, дополняемыми чистым прохладным воздухом. К счастью, путники не повстречали диких животных. Отец то и дело останавливался, осматривался вокруг, возможно, он вспоминал путь, а затем они продолжали углубляться в лесную чащу. От долгого пребывания в полумраке Дардану становилось не по себе. Ему казалось, что за ними кто-то постоянно следит. Но как бы ребенок ни старался, разглядеть хоть что-либо дальше десяти шагов практически невозможно. Их продвижение изрядно затянулось. Кое-где дорогу перекрывали заросли, поэтому отцу приходилось расчищать ее при помощи меча. Несколько раз они возвращались назад, потом шли в противоположном направлении. Дардан устал окончательно, в горле пересохло, в лапти набралась земля, в который раз он зацепился за ветку волосами. В голове у него возникла мысль, что отец собирается пересечь весь лес, или он заблудился и молчит, или это такой план измотать его ночной прогулкой. Ему надоело теряться в догадках и соблюдать молчание.
– Долго еще? – не выдержал Дардан.
– Нет. Мы почти пришли, – обнадежил Рингольд. – Ах, нам вот сюда!
Путники очутились на уютной тихой поляне, на которой росла только трава. Впереди за бугром виднелась невысокая скала. Отец попросил насобирать хвороста в округе. Уж чего-чего, а сухих палок здесь было предостаточно. Совместными усилиями они оба насобирали по большой охапке, перевязали их веревками и, закинув связку через плечо, пошли в сторону скалы. Она представляла собой громадный обросший зеленью валун, что одиноко расположился в лесных зарослях. Пришлось немного вскарабкаться по ее каменистым выступам, но зато дикие звери там их не побеспокоят. Вся вершина скалы оказалась ровной и широкой.
– Надо развести костер, – констатировал Рингольд.
Дардан выстроил горой тоненькие сухие ветки. Из мешочка на поясе отец достал кремень, трут и огниво. Сам подложил в основание трут, а разжечь костер доверил сыну. С шестой попытки мальчику удалось получить нужную искру. Сухой хворост быстро разгорелся, образуя тонкий слой серого дыма. Затем отец попросил ребенка сесть и слушать внимательно.
– Сынок, сейчас я расскажу тебе историю той части моей жизни, о которой мало кто знает, так что прошу не перебивать меня. Все вопросы ты сможешь задать после. Итак, начну с того, что в молодости, когда ты еще не родился на свет и я не был знаком с твоей мамой, я обладал не только колдовскими способностями, а еще и силой волкодлака. Это такое существо подобное волку. Все началось, когда я в семнадцатилетнем возрасте помогал соплеменникам отвоевывать захваченные земли, один из вражеских темных колдунов, как оказалось, наслал на меня проклятие. Прежде чем я убил его, он бормотал непонятные слова, а глядел на меня почерневшими глазами. Тогда я только начинал практиковать колдовство, и мне было сложно разобрать хоть что-то из его речи. После, пока я находился в облике человека, я ощущал прилив сил, стал выносливее, ловчее, видел и слышал также хорошо, словно я волк. Но уже через два или три дня проявилась обратная сторона моих сил. Я стал превращаться в яростного зверя, неспособный помешать этому ни волей, ни защитными чарами. Чтобы не причинять людям вреда, мне приходилось убегать подальше, когда я чувствовал, что скоро превращусь в это существо. В облике волкодлака я продолжал все видеть, слышать, ощущать, но физически я не управлял своим новым телом. Меня словно запирали внутри него. Каждый раз я наблюдал, как зверь неистово рыщет в поисках добычи. А когда находил маленького зверька или что-либо покрупнее, то он быстро убивал и поедал свою жертву. Так продолжалось долгие годы. И вот однажды существо наткнулось на людей в лесу. Женщины и дети собирали грибы и ягоды… – тут Рингольд замолчал на мгновенье, по-видимому, его до сих пор терзало чувство вины, он подкинул хвороста в огонь и продолжил. – В общем, после этого случая, я принял решение, во что бы то ни стало снять проклятье, лишь бы избавиться от этой напасти. Я прочитал много записей по колдовству, что только попадались в руки. Но так и не нашел ничего внятного. Тогда я стал расспрашивать других колдунов, жрецов, чародеев, волхвов, ведьм в каждой общине или городе. К сожалению, многие ничего не знали, либо не хотели говорить, либо попросту указывали на дверь. Я долго странствовал. Где мне только не приходилось побывать. Наконец, мне посчастливилось повстречать опытного колдуна, который поведал мне об обряде очищения. И вот почти тринадцать лет назад я провел его на этом самом месте. И мне удалось. Проклятый дух волка покинул мое тело. Как вдруг передо мной появился полупрозрачный мерцающий силуэт зверя, словно отражение на воде. И перед тем, как он окончательно исчез, он взглянул мне в глаза и в моей голове зазвучали чужие слова, его обращение ко мне. Дух молил о помощи. Он рассказал о том, что всю его стаю и других обитателей его мира хочет истребить нечто очень зловещее. Я уже не помню, как он называл тех созданий. Имя их я не слышал как прежде, так и поныне. Не могу проще объяснить. В общем, тот темный колдун, который наслал на меня проклятие, как бы вырвал дух из его мира и исказил своим злом, поэтому, когда я обращался волком, мной овладевала эта скрытая недобрая сила. Но дух пообещал наделить своего освободителя истинной силой волкодлака. Чистой, не затронутой тьмой, содержащей в себе мощь десяти воинов, и самое главное получить скорость, ловкость, зрение и нюх как у волка. Вот только попасть в иной мир мне было уже нельзя по ряду причин. Я отрекся от силы, убивал невинных. Путь в его мир открыт лишь чистым душой, поэтому я ждал, пока ты подрастешь и будешь готов к этому. Он сказал, что года в его мире текут, не так быстро как у нас, поэтому все еще остается возможность ему помочь даже спустя столько лет. Представь себе, мой мальчик, подобное преимущество в бою! Ты сможешь использовать эту силу во благо, будешь защищать других людей.
– Не совсем понимаю, что ты хочешь от меня, пап? – недоумевал Дардан. – Мне надо отправиться в иной мир, чтобы спасти этого духа?
– Именно так. Я тебя, конечно, не заставляю, но мне бы очень хотелось, чтобы ты это сделал. Прими решение самостоятельно как поступить.
– Отец, но ты же убил тех женщин и детей, будучи волком. А что если дух солгал и пытается завладеть кем-то еще раз?
– Исключено! До того, как передо мной возник дух волкодлака, я увидел, как нечто темное вышло из моего тела и растворилось в воздухе. И если на то пошло, я снова сниму проклятие.
– А если бы в состязании я не победил. Что тогда? Ты бы отправил любого из претендентов за этой силой?
– Что ты! Не любого. Других детей я бы просто научил азам колдовства. А тебя в скором времени все равно ожидал бы такой выбор. Теперь убьем двух зайцев сразу. О силе волкодлака никто в общине не знает. Кроме твоей матери, и вот теперь еще тебя.
– Может, я познаю тайны магии и хватит? Колдовство – это тоже сила и преимущество в бою. Верно?
– Магия не всегда побеждает, Дардан! И ее лучше не использовать налево и направо. Ты очень способный. Я чувствую в тебе зачатки магии, возможно, это дар от Богов при твоем рождении. Ты вырастешь очень сильным магом, – Рингольд с умилением взъерошил мальчику волосы. – Поэтому я в тебя верю. Ты сможешь спасти волка, подчинить себе его силу, и благополучно вернуться из иного мира. Чтобы никто не воспользовался ею во зло. Надеюсь, он все еще жив. Прошло столько лет…
– Я… я не знаю, что сказать, – мальчик был в замешательстве. – Как я выберусь оттуда?
– Дух поведал мне рецепт снадобья, способного погрузить тебя в сон. Так ты попадешь в иной мир. Я проверял ингредиенты, описания в древних летописях по алхимии, все сходится. Оно подействует! Выбраться оттуда тебе поможет волк, – настойчиво заверял отец.