Деградация. Свои люди

– Нифига себе! – с восхищением воскликнул Алексей. – Отличная идея! Это нам руководство машину подкинуло?

– Ага, счас, жди, в булочную махнем! Арендовать этот автомобиль может любой желающий за 1300 рублей в сутки. Плюс бензин. Так что пришлось слегка раскошелиться.

– Мда… Слушь, Паш, а это вообще законно? Мне просто интересно, я как бы ни на что не намекаю, но… – начал было Алексей, но Павел его перебил:

– Заниматься извозом без лицензии – конечно не законно. А вот управлять желтой машиной без коммерческих целей имеет право любой обладатель водительского удостоверения. Согласен?

– Угу, – кивнул Алексей, – логично. И по странному стечению обстоятельств, еще и ездить по выделенным полосам общественного транспорта.

– Естественно. Это же такси, им можно. Кстати владелец конторы – из бывших наших.

– Мда, прикольный бизнес. Так нафига я тебе понадобился?

– Тут такое дело… – Павел запнулся, но сразу продолжил: – Возможно придется забирать задержанных самим… – уже отстранено, явно продолжая думать о чем-то своем, отозвался Павел.

– Ага, на такси и повезем в отдел. А чем тебя транспорт крайне дружественной нам местной районной полиции не устраивает?

Павел, услышав про дружественность местных стражей порядка и имевший на сей счет явно иное мнение, только усмехнулся, и продолжил заговорщическим тоном:

– Хотя бы тем, Леха, что никто официальный ход делу не давал.

– О как интересно! То есть по твоим личным делам… – начал было бурчать Алексей, но Павел его резко перебил, совершенно не желая выслушивать это нытье:

– Значит слушай расклад. Не далее как два дня назад один мой хороший знакомый попросил меня о помощи. У него похитили сына.

– Ни хрена себе! – Удивленно воскликнул Алексей. – Не слабая такая завязочка. А это точно наш профиль работы?

– Да успокойся ты! А то мы только по профилю работаем! Ты сам не далее как неделю назад какого-то торчка приволок оформлять, а это профиль наркоконтроля… Да и я бы и не вписался в эту историю просто так, но была одна странная деталь, из-за которой пришлось влезть самому…

– Это ж какая?

– Помимо стандартных требований, ну типа не заплатишь – убьем, позовешь ментов – убьем, и прочей подобной ереси, выкуп просили не наличкой.

– Ого как интересно! А чем? Натурой?

– Все бы тебе… Короче вебманями. Электронными деньгами.

– Чем?! – воскликнул Алексей, затем, немного подумав, спросил: – Это ты по этому вопросу просил меня у Вани проконсультироваться?

– Ну да, – кивнул Павел. – Меня интересовало, как по номеру кошелька можно установить владельца, так как я вообще не знал, как к этому вопросу подойти, не банковский счет же. И спецы наши по похищениям тоже не в понятиях совершенно, отдашь им дело, время потеряют, шум поднимут лишний, кучу народу привлекут. А зачем? Спугнут и привет.

– Что у нас, выходит, некому с преступлениями в области высоких технологий бороться? Людей толковых нет? Или их тоже потрепали?

– Хуже. Соответствующее управление в структуре московской милиции было разогнано еще до твоего поступления на службу.

– Почему? – снова удивился Алексей.

– Да потому, что не справлялось это управление со своими задачами. Совсем не справлялось. Вот ты их задачи представляешь? Компьютеры, сети, хакеры… Квалификацию требуемую для среднестатистического сотрудника прикидываешь?

– Примерно, – отозвался Алексей. – Это должен быть человек на вроде Вани нашего. Только не гик, а еще и опер в одном лице. Слушай, а так вообще бывает?

Однако Павел этот вопрос проигнорировал, закончив мысль по-своему:

– Вот только твой Иван, не долго думая, взял да свалил в Америку, причем сильно не жалеет о повешенных на гвоздь погонах, на сколько мне известно. И не он один. А кто не свалил, и здесь себя, работая на не государственного дядю, нормально ощущает.

– У Ивана сложились другие обстоятельства, его просто вымыло… – теперь уже запнулся Алексей, затем продолжил удивленным тоном: – Паш, это же что получается, нет никакого противодействия в системе…

– Выходит так. Сейчас есть если только управление «К» МВД. Что и кто там у них – я без понятия. Не наш уровень. Выше. Федеральный.

– То есть что-то есть все таки…

– Ага. Есть. Для показухи. Если банки грабят виртуальные грабители, миллионы тащат, то желающие отщипнуть всегда найдутся. Банки же процентом делятся. Да своих людей из СБ на помощь подключают. Как раз тех, кто соображает в сути проблемы. Неофициально естественно. А вот уведут у тебя со счета тысяч десять-двадцать этих электронных денег, и пойдешь ты не в «К» МВД, где ты никому никуда со своими грошами… Короче, в свой районный отдел заяву писать отправишься. Где ее и похоронят в архиве, так как тамошние опера очень далеки от всех этих ваших высоких технологий. А если кто и заинтересуется вопросом дальше, то сам знаешь, или все же тратить время и разбираться в вопросе, со смутной перспективой палку одну таки срубить на этом деле для плана, или за то же время пару-тройку бытовух разгрести, али какую еще прочую мелкую уголовку… С эффективностью в два-три раза выше, естественно. Для отчетов. Хотя сейчас и на план-то всем глубоко…

Алексей бросил взгляд на Павла, тот, улыбнувшись, лишь пожал плечами, мол не я такой порядок завел, да и сам ты все понимаешь, и сам по этим правилам живешь.

– Даааа… – протянул Алексей. – А ты, как я погляжу, выходит, что для своего знакомого время как раз потратил и вопрос изучил?

– Вроде того. Нанес я визит в ближайший офис «Вебмани». Объяснил им суть вопроса, они прониклись, просветили меня в новых технологиях. Накатал бумагу нужную, а чего мне стоит, я же вроде как начальник, полномочия имею, те заблокировали кошелек, типа простите уважаемый клиент, вы превысили порог анонимного оборота средств, разблокируем, когда паспорт покажите. Для верности туда денег кинули, что бы вымогатели перевод увидели у себя на счету. Но забрать не могли просто так.

– И что?

– Господин Елисеев, 1998 года рождения, бла-бла-бла, короче предъявил сегодня паспорт. Ему в итоге пообещали в течение суток разблокировать кошелек. Я тебе и звякнул на предмет его связей. Мысля-то сразу в эту сторону заработала… Поддержка «вебмани» выдала мне данные на IP до кучи. Потом мне еще провайдер по этому IP выдал уже данные на заключившего договор, – Павел извлек из своей кожаной папки распечатанный лист, – вот, Елисеева Анна Михайловна, 1972 года рождения, проживает там же. Мама наверное.

– И господин Елисеев оказался одноклассником…

– Ага. Похищенного.

– Вот дебилы! – воскликнул Алексей.

– Я же сразу диагноз поставил, – улыбнувшись, закивал Павел. – Осталось только понять, сговор это обиженного на папку ребенка с другом, или там реально криминал, и одноклассник сработал наводчиком для кого-то еще. Хотя, скорее первый вариант. Привыкли детки к анонимности и вседозволенности Интернета, вот итог. Впрочем, совсем исключать того, что там нет какого-нибудь м-м-м… не слишком умного взрослого организатора, я бы не стал. По-быстрому пробить адрес и всех засветившихся персон сегодня никак. Потому тебя взял для страховки, но не думаю, что там все на столько сложно.

– Хороши детки, – только и прокомментировал Алексей.

Добрались они до места назначения быстро и без приключений, выделенные полосы общественного транспорта действительно этому поспособствовали.

Это был обычный московский район спальной окраины, примыкавший к МКАДу, построенный в семидесятые годы, состоящий преимущественно из девятиэтажек. Впрочем, то тут, то там над ними возвышались верхушки многоэтажных жилых башен явно уже проектов двадцать первого века – результат уплотнительной застройки, словно всем своим видом доказывавший тезис про нерезиновость Москвы, настолько это соседство выглядело странным, если не сказать уродливым, хотя приевшийся взгляд рядовых москвичей на это уже давно никак не реагировал. Разве что поминали изредка не добрым слово владельцев легковушек, оккупировавших пешеходные тротуары за неимением другого места для стоянки.

Около одной из таких новостроек они и остановились. Помимо всего прочего, дом был обнесен металлическим забором, как будто кто-то пожелал таким образом отделить своих обитателей от аборигенов. Машину они оставили прямо у шлагбаума, перегородившего въезд к единственному подъезду за неимением альтернатив. Не доходя до дверей подъезда, Павел, задрав голову, стал по всей видимости отсчитывать окна в поисках нужной квартиры, которая вероятно была где-то на последних этажах. Наблюдавший за его действиями Алексей, не выдержал, и поинтересовался:

– Нашел нужные окна?

Вместо ответа Павел коротко кивнул. Тогда Алексей достаточно ехидным тоном добавил:

– Много дало?

Павел отвлекся от своего занятия, состроил недовольную физиономию и произнес:

– Чернов, ну ты и язва. Лично я прикидываю, с чем мы там можем столкнутся, – он указал пальцем вверх. – Смотри. Дом новый, построен недавно. Вероятнее всего, квартиры тут купили люди, кто имеет возможность, например, с ипотекой связаться. Зарождающийся московский средний класс, который толком уже впихнуть в пределы кольцевой особо некуда. Видишь сколько торчит блоков кондиционеров? На каждом окне практически. Внимание вопрос: зачем этим людям подставляться за сотню-другую тысяч рублей? Смысл?

– Паш, ну чего так издалека-то подходить? Сейчас зайдем и на месте… – закончить фразу Алексей не успел, поскольку к подъезду завернул мальчуган лет десяти, и быстро понажимав клавиши домофона, скрылся за дверью, к которой тут же бросился Павел, не давая той захлопнуться на замок. Алексею оставалось только последовать на приглашение Павла войти в подъезд.

– Вы к кому? – донеслось до них из окошка сразу за металлической дверью.

– Вот, тут еще и консьержка живет, – произнес Павел, кивая на пластиковую будку, отгородившую собой половину пространства подъезда. – Зажиточное место.

Однако женщина-консьержка, поняла эту фразу по своему, и нотками испуга в голосе произнесла:

– Я сейчас милицию вызову! Уходите!

– Девушка, вынужден вас огорчить, милицию расформировали, – произнес Алексей, отодвинув Павла в сторону от окна и заглянув в него. – Никто вам больше не поможет! Такие дела…

– Чернов, ты что, дурак? – произнес Павел, отодвигая в свою очередь Алексея в сторону и крутя пальцем у виска, но у того это вызвало лишь ухмылку. – Ладно, девушка… – Павел запнулся, поскольку «девушке», которую он теперь мог рассмотреть, было навскидку лет пятьдесят, и с округлившимися глазами и побелевшим лицом та с опаской смотрела на него из-за стола, причем руками под столешницей, вне поля зрения, явно что-то искала. Так как это запросто мог быть какой-нибудь газовый баллончик, Павел решил быстро пресечь такое развитие событий, – Гражданка, мы из полиции, – он раскрыл свое удостоверение. Та, прочитав, вроде бы выдохнула и теперь с укором уставилась на Павла. – Скажите пожалуйста, – нарочито вежливо-официальным тоном продолжил Павел, – Елисеевы тут проживают?

– Ну есть такие, – все еще с недоверием отозвалось консьержка, затем с сомнением добавила: – Что-то не больно вы похожи на милиционеров.

– Так это что бы преступники нас не опознали сразу, – вставил Алексей. – Не бойтесь, мы хорошие.

– Скажите, – продолжил Павел, не давая сделать быстрые выводы о степени их хорошести, – а Женя Елисеев домой проходил?

– Что вам надо от Женечки? Он хороший вежливый мальчик, ничего плохого никому не сделал, а вы… Я настоящих милиционеров уже вызвала, сейчас они приедут, разберутся, кто вы такие! У нас все записано! – последнее она произнесла даже с некоторым злорадством, указывая пальцем куда-то вверх.

Павел посмотрел наверх и действительно обнаружил там камеру, глубоко вздохнул, делая простой вывод, что эта дама сейчас принесет больше вреда, чем пользы. Затем произнес:

– Короче пошли отсюда, Леха.

Консьержка уже поспешила улыбнутся, считая этот результат своей маленькой победой, явно ожидая, что нежданные визитеры поспешат ретироваться, но вопреки ее ожиданиям, они последовали к лифтам. Никаких новых звуков из пластиковой будки, отгородившей половину пространства подъезда для обитания консьержки, не последовало. Уже в лифте Павел поинтересовался:

– Чернов, вот тебе людей пугать удовольствие что ли доставляет?

– Паш, да они обычно сами меня боятся. Что бы я ни говорил. Не похож я на дядю Степу милиционера. Да и ты, кстати, тоже. Посадили беспомощную пожилую женщину охранником работать. Тоже мне, догадались.

Павел лишь снова глубоко вздохнул.

– Я рад, что ты что-то знаешь про дядю Степу. Ладно, будешь с товарищами из вневедомственной охраны сам общаться. Если «девушка» не приврала для красного словца, конечно. И те пошевелятся.

– С чего ты решил, что приедет вневедомственная?

– А кто еще по тревожной кнопке должен приехать? Братва?

– Так с чего ты взял, что там у нее кнопка эта вообще имеется?

– Она никуда не звонила, если ты не заметил. При этом говорила достаточно уверено. И вон, на стене…

– Точно, вот наклейка, – Алексей ткнул пальцем на стену лифта с наклейкой «Объект под охраной милиции» еще старого, дореформенного образца. – Интересный домик. То есть, минут через пять-десять примчатся, как думаешь, сколько у них там по нормативам написано?

– Я думаю, что на заборах тоже много чего написано, это раз. А уж если и приедет кто, то минут за пятнадцать в лучшем случае, это два. Нормативы тут не при чем.

– Почему? Это как так?

– Потому что если что и случилось, например сумку у кого дернули, то даже пяти минут достаточно, что бы свалить так, что бы никто уже концов не нашел. Это жилой дом, а не банк, куда лететь надо действительно быстро, пока грабители с инкассаторами да прочей охраной разбираются и бабло сгребают в одну кучу. На это тратится время. Логично?

– Логично…

– А если на месте кого можно сцапать благодаря бдительности и действиям самих жильцов, так десяток минут не решает ничего. Тут, Леха, от камер с пожилой консьержкой толку гораздо больше, чем от тревожной кнопки УВО для последующих разборов полетов. Бойцы местного отдела приедут, кстати, совершенно бесплатно по звонку примерно за то же время. Но людям, наверное, живется спокойней «под охраной милиции», – Павел ткнул пальцем в наклейку.

Створки лифта отворились, прерывая их беседу.

– Ладно, убедил. Ну что, как в квартиру входить будем? – поинтересовался Алексей, покинув лифт и рассматривая звонки с табличками около двери, перекрывающей общий коридор, ведущий к квартирам.

– Позвоним в звонок, и войдем, – равнодушно отозвался Павел и нажал нужную кнопку. – Ксиву сразу приготовь, нечего людей пугать.

Через некоторое время послышались шаги, затем щелкнул замок и дверь открыла женщина лет сорока, в деловом костюме, посему было видно, что домой она явилась недавно и еще не переоделась.

– Анна Михайловна? – вежливо поинтересовался Павел, бегло оценив ее наряд.

– Да, а вы…

– А мы из полиции. Майор Игнатов, капитан Чернов. Ваш сын дома?

– Да, – растеряно отозвалась она, – но вы…

Но Паша не дал ей договорить, жестко перебив:

– С другом Игорем, который тут пожить решил…

– Откуда вы знаете, что…

Теперь же Паша просто деликатно отстранил женщину, освобождая проход и пропуская вперед Алексея, давая тому указания:

– Чернов, иди Игорька сгреби, а я тут с родителем пообщаюсь пока…

– Угу, – буркнул Алексей и направился в квартиру.

– Вы не имеете права! – донесся ему в спину испуганный возглас женщины.

– Еще как имеем, – спокойно ответил Павел, и проследовал за Алексеем, женщина бросилась следом в квартиру, однако попытку обгона Павел пресек, схватив ее за руку, и максимально вежливо добавил: – Не следует так спешить, гражданка.

Слушать дальнейшую словесную перепалку Алексей не стал, шагнув в квартиру. Да, Павел был прав, квартира может и не выглядела очень богатой, но явно выдавала более-менее достойный для жизни достаток владельцев. Чистая, ухоженная, добротно отремонтированная. Новая мебель на входе, красивые деревянные двери в комнаты. Обстановка в квартире Алексея была куда скромней, впрочем его это и не сильно волновало. Из кухни доносилось равномерное бубнение телевизора, а вот из-за двери одной из комнат слышалась добротная долбежка стрельбы и взрывов, воспроизводимая явно качественной акустической системой. Туда Алексей и направился.

Открыв дверь, Алексей сразу оценил обстановку. Шкаф-купе у стены, рядом наспех заправленная кровать со стоящий рядом раскладушкой, тоже с наброшенным покрывалом, на стенах постеры с изображениями каких-то музыкальных групп, и двое юношей в конце, оба с наушниками на голове, один за компьютерным столом, второй чуть в стороне за ноутбуком, стоящим за письменным, похоже что специально подвинутым ближе к компьютерному. Зачем при этом им понадобилась еще и долбежка из колонок, оставалось загадкой. Периодически они обменивались короткими фразами «прикрой», «врываемся», «фокус на Тигра» и другими подобными. Вошедшего Алексея не заметили, все внимание поглотил игровой процесс танковых баталий на экране. Тогда Алексей подошел к ближайшему юноше, стянул с него наушники, повернул на вращаемся стуле к себе, и максимально добродушно, с улыбкой, произнес:

– Привет, Игорек!

– Я Женя, – удивленно захлопал глазами парень, – Игорь вот, – он ткнул пальцем в соседа, все еще уткнувшегося в компьютер. Тогда Алексей снял наушники и с него, развернул к себе лицом вместе со стулом, так как этот не вращался, а был цельным на четырех ножках. Ну да, этих двоих он видел в социальной сети, только кто есть кто уже забыл. Впрочем, вряд ли они станут врать кто из них кто, поэтому он так же добродушно сказал:

– А я капитан Чернов. Все детки, доигрались. За тобой, Женя, сейчас придет мой друг, а ты… Пора в тюрьму, Игорек!

Полюбовавшись еще немного испуганными ребятами, Алексей взял за руку Игоря, и просто пошел назад, полностью игнорируя вялое сопротивление, к Павлу, где тот продолжал беседовать и разъяснять права и обязанности сотрудников полиции, а может что еще, судя по побледневшему лицу женщины и потерявшему всякое желание громко возражать.

– Паш, – окликнул товарища Алексей, – смотри, кого я поймал!

– Тащи его в машину, я подойду чуть позже, – Паша сделал паузу, – с Евгением. Только его маме разъясню суть проблемы.

– Угу, – кивнул Алексей, и потащил на выход задержанного.

До машины они дошли без приключений, разве что проходя мимо консьержки Алексей мило ей улыбнулся и вежливо поинтересовался, где пропадает ее «правильная» полиция, когда у нее на глазах детей похищают. Та ничего не ответила.

Усадив молодого человека на заднее сиденье и для гарантии пристегнув того к ручке двери наручниками, Алексей уселся на место водителя, бросил взгляд в зеркало заднего вида на испуганного молодого человека, и произнес:

– Ну что, Игорь, теперь ты в безопасности. А вот твоему дружку срок мотать придется за похищение с выкупом…

– Он… – начал было парень, но запнулся, сглотнул слюну. Затем все же продолжил: – он не при чем.

– Как это не при чем? Выкуп за тебя требовал? Требовал. Значит сидеть ему, негодяю, в тюрьме.

– Мы вместе все придумали, – потупившись выдавил юноша.

– Зачем?

– Что бы были деньги на игру. Нам не хватает.

– На какую игру?

– Ну на танки…

– Сто тысяч рублей?!

– Зато с запасом. Танки есть дорогие… У его отца есть деньги, это не проблема.

– Идиоты. Значит сидеть вам вдвоем, раз в группе по предварительному сговору.

Игорь тихо заскулил на заднем сидении, Алексей же решил не препятствовать этому занятию, включив радио погромче. На удивление быстро, минут через десять, вернулся Павел. Один. Бросил взгляд на Игоря, сел в машину, скомандовав:

– Поехали.

– Куда?

– Сдадим ребенка родителю. Тут рядом, пара кварталов. Игорь, покажешь как дворами проехать?

Однако Игорь, прикинув перспективы встречи с отцом, съежился, и пробубнил:

– Да пошли вы…

– Нет, ты понял?! – воскликнул Алексей. – Паш, давай его в изолятор определим, что с ним церемониться!

– Да ладно. Дурак еще, – буднично отозвался Павел, вбивая в навигатор адрес. – Это ли проблема. Пять минут расчетное время в пути. Ты кстати в курсе, чего они придумали?

– Да мне Игорек рассказал, ага. Только не понятно, как взрослая баба спокойно пустила себе на территорию проживать чужого пацана, не спросивши его родителей.

– Так она думала, что пообщалась с родителями-то.

– Как это?

– Эти хакеры использовали программу изменения голоса. И от имени папы Игоря попросили Анну Михайловну пустить на постой на недельку сына, так как родители якобы отлучаются на этот срок, а оставлять чадо без присмотра не хотят. Она согласилась.

– Их бы энергию, да в мирное русло… Ты смотри, действительно приехали, – сказал Алексей, указывая пальцем на подъехавшую машину УВО.

– Давай, рули быстрей отсюда, нечего нам с ними разговоры разговаривать и время терять.

Благополучно разъехавшись в разные стороны с машиной вневедомственной охраны, они отправились по маршруту, предложенному навигатором, и действительно всего за пять минут прибыли к другому высотному дому, так же впихнутому между девятиэтажек, где Павел забрал задержанного и скрылся с ним в подъезде. Алексей же, немного откинув спинку сиденья, решил подремать. Впрочем, в себя его привел скорый тычок под ребра пальцем и комментарий Павла довольной интонацией:

– Не спи рыбак, проспишь пучину!

– А повежливей никак? – буркнул в ответ Алексей, вернув сиденье в привычное положение и потирая ребро.

– Можно и повежливей, – ответил Павел и положил перед Алексеем конверт. – Держи. Честно заработал.

– Ага, честно…

– Ну а как ты хотел? Работа выполнена? Да. Должна быть оплачена, как оговорено. Вот твой гонорар. А в качестве адекватного наказания им родители трепку зададут. Все довольны, дело закрыто.

– Конечно, все довольны…

– А что не так? – удивленно спросил Павел, но сразу же добавил: – Чернов! Ты предлагал их реально оформить? Ты хоть представляешь, что с ними сделает наше правосудие?

– Чего?

Павел состроил кислую физиономию, затем глубоко вздохнул и принялся объяснять:

– Значит так. Имеем либо полноценное похищение человека с целью выкупа, либо мошенничество в группе по предварительному сговору. В крупных размерах, между прочим. Что там следователи пришили бы, еще посмотреть надо было бы. Да это их дело, мне пофиг в обещем-то. А система исполнения наказаний им не оставит никаких дальнейших шансов в этой жизни. Вообще никаких.

– Почему? Они несовершеннолетние, пальчиком погрозят и отпустят.

– Ага, счас! Спецшкола как минимум. Это если по закону, и я еще не вдавался в подробности, с каких лет по каким статьям полноценная уголовная ответственность наступает, и что там с борьбой с терроризмом понапридумывали. А может у следака просто план гореть? Он же статью подберет! А тут ты материал стопроцентный подкинешь к месту!

– Ладно, спорить не буду, – в свою очередь вздыхая, согласился Алексей, и сунул в карман конверт. – На пиво, полагаю, хватит?

– Не сомневайся.

– Спонсор, выходит, щедрый?

– Конкретно в твоем случае щедрая Анна Михайловна.

– Чего?! Ты и ее данью успел данью обложить?

– А почему нет?! Погрозить пальчиком, ваш сын хулиган, ай-ай-ай! Нет уж. Только что-то потеряв, человек начинает анализировать причины этой потери. И делать выводы. Так что…

– Думал ли я, что когда-нибудь буду брать взятки…

– Да не вопрос, вернись и отдай назад,– пробурчал Павел. – Только это плохая идея. Она испугается и не возьмет. Решит, что передумали. Да пойми ты! Не взяли бы мы, взял бы следователь. Не взял бы следователь, взял бы адвокат. И с судьей бы поделился. Потому что тоже кушать хотят! И все прекрасно понимают, что нефиг им в компанию к действительно уже конченым деткам попадать. Понятно?

– Вполне…

– Зер гут.

Алексей снова вздохнул. Да, его товарищ прав на все сто процентов, доводы логичны, спорить бессмысленно. Дай официальный ход делу, и наказание будет чрезмерным, на всю жизнь. Разговаривать тут не о чем. Все это не правильно, грязно и давно прогнило, но как ни парадоксально, действительно правильно действовать можно только по варианту Павла, меньшее из зол получается именно так. То есть не правильно. Словно это заложено в самый фундамент системы. Потому он просто произнес:

– Знал бы ты, как я устал от всей этой нашей действительности…

– А то я нет!

– Да я не о том. Ощущаешь себя говном иной раз, а изменить этого не можешь…

– Чернов, хочешь стать белым и пушистым? Делать все по закону? Я не против, ты не подумай. Только наши новые друзья в отделе, которые нам не друзья вовсе, тебя скушают с потрохами. Хочешь ты, или не хочешь, а все телодвижения друг друга на виду, их не скрыть. И мы или в одной лодке, или тебя утопят.