Деградация. Свои люди

– Ну что, может еще одну возьмем? – с сомнением спросил Алексей, изначально не сильно надеясь на их согласие.

– Спасибо, мне достаточно, да и побегу я уже, – ответил Павел.

– Опера ноги кормят… – задумчиво заметил Алексей. Павел кивнул.

– Спасибо, что не забываете, – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. Затем наскоро попрощавшись, быстрым шагом направился куда–то по своим делам.

– И ты не будешь? – спросил Алексей Артема.

– Да ну, достаточно уже, – ответил тот. – Слушай, вообще я к тебе по делу.

– Ко мне? Это ж по какому?

– Ты вроде в деньгах нуждаешься? Могу помочь. Я же в банке работаю теперь.

– Ты можешь повлиять на принятие положительного решения о кредите?

– Не совсем, – ухмыльнулся Артем. – У меня к тебе предложение другого плана.

– Излагай.

– Помоги банку с пробитием информации на клиентов, и банк поможет тебе.

Алексей скептически посмотрел на Артема, и сказал:

– Сливать информацию предлагаешь?

– Ага, – совершенно не стесняясь, ответил Артем. – Тока ты не ори.

– А то, что за это дают больше, чем весишь, ты знаешь?

– Догадываюсь, – все так же буднично продолжил Артем. – Только банк заинтересован в тебе, и каждому встречному рассказывать про свой источник ничего не будет, так как себя же подставит таким образом. И ты помалкивай, и все будет хорошо. Да не напрягайся ты, не на ЦРУ же шпионить предлагаю!

– Чего же ты ко мне пришел, а не к Ивану? Вы же, вроде, корефаны.

– Дружим, ага. Только дружба делам иногда только мешает. Или дела дружбе… В общем, я бы не хотел его привлекать. Ты же сам прекрасно Ивана знаешь. Он нормальный парень, но что иной раз у него в голове крутиться, и чего он там решил, фиг поймешь. Хотелось бы иметь дело с человеком попроще, что ли…

Алексей скептически посмотрел на Артема, оценивая сказанное, тот же так же буднично добавил:

– Да я не в этом смысле! Впрочем, если ты откажешься, то отсюда я поеду к Ивану, вариантов не останется. Очень надо.

– А ничего, что я как бы в курсе ваших делишек останусь в этом случае? – поинтересовался Алексей.

– И что ты сделаешь, сдашь всех нас? Сильно сомневаюсь. Так что ничего, нормально все. Только возможность заработать потеряешь.

Теперь Алексей усмехнулся, тут Званцев был прав и попал в точку. Ничего бы он никому не рассказал. Артем же продолжил:

– Сколько тебе денег надо?

– Много, – коротко отрезал Алексей.

– Много это сколько, миллион? Два? Или, может, десять? – вполне серьезно спросил Артем. Оценив его деловой тон, Алексей смягчился, и сказал:

– Да не, мне бы машину купить. Без изысков, но надежную, на ходу.

– То есть, тысяч триста хотя бы на более менее приличную, – прикинув, ответил Артем.

– Ага. Что, просто так дадите?

– Нет. Мне заложили на информационную поддержку ежемесячный бюджет в 30 штук. Но под мое слово, можно тебя субсидировать сразу на год вперед. Без процентов, заметь.

Повисла пауза. Алексей удивленно уставился на Артема, сведя дебет с кредитом и окончательно поняв всю суть ситуации. Наконец, он прервал молчание:

– Званцев, ты это серьезно, или это тебе водка в башку ударила?

– Более чем серьезно, – улыбнувшись, ответил Артем, явно что–то прокручивая у себя в голове. – Послушай, Чернов, ты электронной почтой пользоваться умеешь?

– Обижаешь! – возмутился Алексей.

– Ну–ну, не кипятись. Так что, поможешь нам?

– Один вопрос, Артем, а почему именно ты ведешь эти м–м–м… переговоры?

– Их мог вести начальник безопасности банка, это его компетенция, но учитывая твои взгляды и некоторую резкость, я не думаю, что вы бы так запросто договорились. Мы это учли. А меня ты знаешь, как и я тебя. Все честно. Расклад понятен?

– Примерно…

– Ну что, вводить тебя в курс дела?

Алексей задумался, еще раз взвешивая все «за» и «против». Наконец, собравшись с духом, выдохнул:

– Рассказывай.

Артем удовлетворенно кивнул, и, казалось, что как–то сразу расслабился. Затем потянулся за кожаной папкой для документов, начиная объяснять:

– Ничего особо сложного. Много от тебя не потребуется…

Алексей слушал. Причем вопрос, а зачем ему при такой халтуре еще и заниматься сомнительным извозом, он себе задал позже. Гораздо позже, когда отказываться было уже поздно. А сейчас он просто засиделся на одном скучном месте, и ему очень хотелось хоть какой-то движухи. А значит, ему была нужна машина…

Все–таки, даже десятилетний немецкий автомобиль на голову превосходит самые новые отечественные. «Пассат» был удобным, просторным, и как–то сразу понравился Алексею, посидев потом в бюджетных новых машинах, доступных ему по средствам, он все же решил приобрести себе чистокровного немецкого железного коня, пусть уже изрядно побегавшего. К тому же оборудованному таким удобным и эффективным климат–контролем, что разместившиеся в машине девушки, да и еще, в силу профессиональной специфики, одетые не тепло, а привлекательно, не жаловались на холод даже на заднем сидении, не смотря на опускавшуюся временами ночью до минус двадцати с хвостиком температуру.

Во всю уже веяло Новым годом, и, не смотря на формально еще рабочие дни, население Москвы уже начинало отмечать наступающий год на разных корпоративах, или просто знакомой компанией, соответственно возрос спрос и на развлечения. В этот раз Алексей привез сразу трех девушек на один адрес, и теперь дремал в машине в ожидании окончания заказа. Клиент был постоянный, проблем не предвиделось, поэтому передача девушек прошла без проблем, с ним сразу же расплатились, плюс даже ему перепало немного чаевых, хотя обычно это было редкостью. Такой заказ был удобен: не нужно было метаться по Москве с адреса на адрес, то забирая, то передавая девушек клиентам, а можно было просто вздремнуть. Заиграл будильник на мобильнике, значит, оплаченное время заканчивалось. Алексей посмотрел на часы что бы удостовериться – полночь, все верно, срок утех клиентов подходил к концу. Но набрав номер Юли, в ответ услышал лишь гудки. Два других номера ответили аналогично. Попытки вызвать обитателей квартиры через домофон так же не привели к успеху. Тогда Алексей решил для верности оповестить обитателей квартиры через входной звонок. Войти в подъезд было не такой уж большой проблемой, он просто набрал другую квартиру на бум. Примерно через минуту сонный женский голос ответил:

– Кого там несет?

– Откройте, пожалуйста, милиция, – ответил ей Алексей. На том конце возникла пауза, но через несколько секунд женщина снова удивленно заговорила:

– Но я не вызывала милицию.

– На вашей лестничной площадке произошла поножовщина двух бомжей, – стараясь выдерживать нейтрально–равнодушный тон, продолжил Алексей. – Но если вам так нравится их компания, то мы не настаиваем…

– Хм… А откуда я знаю, что вы из милиции?

– Вы можете спуститься, и я вам предъявлю удостоверение.

Еще немного посомневавшись, женщина все же открыла дверь, вероятно взвесив все «за» и «против» и решив не связываться. Как показывала практика, так открывались двери любых подъездов, ну пусть не с первой, так со второй попытки точно. Алексей вбежал в подъезд, дождался лифта, поднялся на нужный этаж, и принялся трезвонить в дверь. Из–за нее доносилась долбежка музыки, было удивительно, что в такой поздний час соседи спокойно реагируют на нее. Даже если кто и услышал внутри звонок, сей факт снова оставили без малейшего внимания. Алексей задумался, а что, собственно, теперь делать дальше. Из размышлений его вывел вибровызов телефона, который он автоматически протянул к уху.

– Леха, чего не отзваниваешься?

– Олег, похоже, у нас проблемы.

– Какого плана?

– Нам не хотят отдавать девчонок.

– Странно… – протянул Олег. – Вроде проверенный клиент. А ты что трубку не берешь? Я тебе уже два раза набирал.

– Извини. Я не слышал. Телефон в кармане, я к квартире прорывался.

– Да? Вот скажи, а нахрена? Что ты там сделаешь?

– То есть как это? – опешил Алексей.

– Если им там бошки поотрезали, то твоя помощь уже запоздала. Два часа на это было, этого вполне достаточно, не находишь? – совершенно буднично ответил ему Олег. – То есть ты рискуешь собой совершенно бесполезно, а нарваться можешь запросто.

Думать о том, что с девчонками что–то случилось плохое, Алексею свершено не хотелось, а даже если и случилось… Потому он резко возразил:

– Не бросать же их! – сказал он с вызовом. – Зачем тогда я нужен?

– Спокойно, Алексей, это их выбор, они прекрасно знают, на что идут. Сейчас с «крышей» свяжемся. Посиди там где–нибудь, только без самодеятельности.

Олег сбросил соединение, Алексею ничего не оставалось, как ждать. Он разместился на лестничной клетке. Минут через двадцать снова позвонил Олег:

– Плохо дело, наша «крыша» отказывается ехать на этот адрес…

– Почему?! Кто там, бандиты?

– К бандитам бы поехали без проблем, но их и нет уже толком. Скорее какие-нибудь высокие чиновники, или менты. Может ФСБшники отдыхают. В таком раскладе с девками все должно быть в порядке.

– А если нет? Что с этим делать?

– Уходи оттуда. Ты ничем им не поможешь. Жди в машине.

– Бросить их? – удивился Алексей. – А если там их прямо вот сейчас на части режут?

– Да хоть по пакетам эти части расфасовывают, дальше–то что? – сказал Олег, повысив голос, продолжив речь акцентируя каждое слово: – Что ты можешь сейчас сделать? Штурмом «хату» возьмешь?

– Я не бросаю своих. Извини, по–другому не могу.

– Да какие они свои! Чернов, твою мать, ты…

Впрочем, дослушивать его Алексей не стал, сбросив вызов. Мнение Олега было понятно, но его позиция по этому вопросу сильно отличалась. Он вернулся к двери в квартиру и осмотрел ее. Обычная металлическая дверь, более–менее серьезный сейфовый и стандартный хлипкий дверной замок, круглый кнопочный, который закрывается снаружи простым нажатием. Особых для злоумышленников проблем он не представлял, если знать его устройство. У него в двери стоял точно такой же. Разумеется, отмычками Алексей пользоваться не умел, но вот если высверлить два болта, которые крепят круглую кнопку с прорезью под ключ, то она просто вылетит, и дверь без проблем можно будет открыть хотя бы отверткой. Разумеется, если дверь не закрыта на сейфовый замок, или щеколду. Однако тут Алексей рассудил, что сам на два запора закрывает только при длительном отсутствии в квартире кого–либо, или на ночь, и то не всегда. Когда же он покидал квартиру, гораздо проще было нажать на кнопку, не тратя дополнительного времени на возню с ключами, особенно если отлучаешься ненадолго. Но судя по переданным трем девушкам, в квартире находились не только постоянные ее обитатели; помимо хозяина, скорее всего, в ней были его гости, которые ко сну отходить под музыкальную долбежку явно не собирались. Банка из–под кофе с бычками, стоящая рядом, говорит о том, что в квартире, скорее всего, не курят, используют лестничную площадку для этих целей. Следовательно, периодически выходят. А значит, баррикадироваться в ней на сейфовый замок в ней вряд ли бы кто стал. Щеколду тоже могут не захлопнуть, особенно если курить последним выходили не хозяева.

И он принял решение и направился к машине. Но не ждать неизвестно чего. Выходя из подъезда Алексей сунул под дверь стопку бесплатных газет и рекламных буклетов, щедро разбросанных в зоне почтовых ящиков, тем самым лишив себя перспективы снова добиваться от жильцов дома великодушного открытия двери. Затем полез в багажник своего авто. Все же его автомобиль был уже в возрасте, поэтому, хотя и не сильно разбирался в его устройстве, некоторый набор инструментов и книжку по ремонту автомобиля он с собой возил всегда, просто что бы быть подготовленным к потенциальным проблемам, решать которые предполагал по мере возникновения. Взгляд тут же лег на ручную советскую дрель, которая при всей своей архаичной конструкции имела целых два достоинства: она была совершенно энергонезависимой и относительно тихой. В багажнике она оказалась достаточно давно, ее Алексей брал с собой на кладбище, поправить ограду на могиле матери, еще перед морозами, да так и не выложил. Сейчас это было то, что нужно. Дежурная отвертка тоже была на месте.

Вернувшись к квартире, он принялся за вскрытие замка, не обращая никакого внимания на вибровызовы телефона, переведенного в беззвучный режим работы, Олег ему уже все сказал, их мнения не совпали. Ручная дрель не издавала завывающих звуков, как ее более современные электрические собратья, однако все же на практике скрежет откровенно затупившегося сверла о металл, пусть и достаточно мягкий, ощущался отчетливо, оставалось лишь надеяться, что этот звук скроет музыка. Минут за десять Алексей справился с одним болтом, примерно столько же сопротивлялся и второй, кнопка замка выпала, открывая доступ к механизму вращения язычка. Его он без труда провернул отверткой, затем, не вставая, все так же уперевшись на одно колено, осторожно опустил ручку двери вниз и потянул на себя. Ему повезло, на сейфовый замок дверь действительно была не заперта. Но так же и не повезло. Едва он потихоньку открыл дверь, собираясь при необходимости использовать инструмент в качестве оружия, как стоящий за дверью человек, явно ожидавший дальнейших его действий, опустил руку сверху вниз и направил ему в лоб ствол пистолета Макарова.

Опешив, замерев в своей позе, Алексей бегло осмотрел пистолет. Уж что–что, а обращаться с этим оружием его научили в школе милиции, и впоследствии на службе он не брезговал поучаствовать в стрельбах и турнирах милиции по выявлению лучшего стрелка. До лучших результатов ему было далеко, но и просто номер он не отбывал, а уж в информационном центре и вовсе числился в лучших стрелках. Потому опознал боевую модификацию без труда. Да, диаметр ствола не оставлял никаких надежд на счет пневматической или травматической версии этого популярного оружия. Предохранитель был опущен, значит, владельцу оружия просто оставалось нажать на спусковой крючок. Подняв взгляд выше на владельца, Алексей попытался рассмотреть его, но тот прятал лицо в тени приоткрытой двери, скрываясь в ней от освещения на лестничной площадке, в самой же квартире царил полумрак. Заподозрив неладное, не дождавшись испуга от ночного визитера, он уткнул пистолет в лоб Алексею, резко предупредив:

– Не дергайся. Без резких движений.

Поняв всю безвыходность своего положения, а так же правоту Олега, скорее больше от досады, Алексей выпалил в ответ:

– Да пошел ты…

– Чернов?! – удивленно воскликнул человек с пистолетом, опуская оружие и выходя на свет. – Ты зачем вредительством занимаешься?

– Петя?! Ты что охренел, так же пристрелить можно! – ответил ему Алексей, вставая на ноги.

– И пристрелил бы! А что мне прикажете думать? Какой–то здоровый хрен в наглую лезет в квартиру, ломает замок. Причем, по всем прикидкам совсем отмороженный, раз не догадался вверх посмотреть в камеру и привет маме передать. Впрочем, подчерк твой меня ни сколько не удивляет.

– Действительно, камера, – равнодушно сказал Алексей, подняв голову и рассматривая ее объектив. – Чего сразу не признал–то?

– Она сверху вниз смотрит, твоего лица не видно было, ты же замок усердно ковырял, медвежатник хренов. Я вижу в монитор, что–то большое лезет, решил ствол взять на всякий пожарный.

– Откуда ствол–то?

– Ствол хозяина, товарищ мой. А ты чего хотел–то тут? – снова напрягся Блинов, уставившись на Алексея.

– Девок забрать, – ответил Алексей, решив ответить как есть, слегка потупив взгляд. – Вы просрочили время.

– Каких, нахрен, де… Погоди, ты чего, в сутенеры что ли подался? – спросил Блинов, теперь уже улыбаясь. – Вот ты реально идиот. Ладно, заходи на кухню, герой.

На кухне выдвинутый на середину стол с расставленными разнообразными яствами и различными бутылками явно указывал на следы застолья и веселья. Дополняла эту картину Юля, дремавшая на кушетке и укрытая пледом, на которую Алексей бросил злобный взгляд. Вошедший следом Петр прикрыл дверь, что бы немного погасить музыкальную долбежку.

– Жрать хочешь? – поинтересовался он у Алексея.

– Спасибо, весь аппетит ты мне перебил.

– Накапать антидепрессанта? – снова спросил он, указывая на бутылку коньяка с большим количеством звезд. Алексей сглотнул слюну, но вынужден был отказаться:

– Спасибо, но я за рулем.

– Как хочешь. Ладно, вернемся к нашим баранам. Зачем дверь сломал?

– Не дверь, а замок. Поставить новый такой же – пять минут делов. Врывался я, что бы им помочь, – Алексей указал пальцем на Юлю. Петр некоторое время смотрел на Алексея, не моргая, затем, придя к каким–то своим выводам, скептически показательно сплюнул в сторону, и сказал:

– Мда… Ты бы голову включал хоть иногда! То, что ты сделал – это незаконное проникновение в жилище. Это как минимум. Тебе бы еще впаяли превышение служебных полномочий. Ты их особо не превышал, и вообще сейчас не при исполнении, но это просто, чтобы было до кучи, чего зря мента судить, надо из него оборотня сделать, и журналистам показать. И поехал бы ты в «красную» зону кедры валить. Оно тебе надо? – буднично спросил Блинов, наливая себе следующую стопку и тут же осушая ее залпом. – Ты думаешь, они в суд пойдут за тебя вступаться? – снова спросил он, указывая рукой на девушку. – Типа «мы шлюхи, а он пришел за нами, нас обижали». Ага, счас. Кстати, при других обстоятельствах другие люди тебя бы здесь просто тупо грохнули. И были бы правы.

Алексей молчал, переваривая сказанное. Да, его сослуживец был прав, картина вырисовывалась не хорошая. Олег, выходило, тоже был абсолютно прав, не стоило ему вообще лезть, если уж девки вляпались, то пусть сами выкручиваются, как бы не цинично это не звучало. Но это было как–то не по совести…

– Вы почему трубки не брали–то? Дверь не открывали? – спросил он Петра, который наливал себе очередную рюмку. Все же не просто так и для него прошло неожиданное появления Алексея.

– Лично я ничего не слышал. А мои товарищи, небось, пережрали и отрубились уже. Судя по количеству выпитого, – он указал на валяющиеся на полу бутылки, – им даже тяжелый рок сгодится за колыбельную. Ты вот наверняка под него спокойно засыпаешь и без бухла. И не переживай, никто тут твоих девок не обижал.

– Это не мои девки.

– А чего тогда впрягся-то? Да мне, если честно, пофигу, чьи это девки.

– Слушай, Петя, ты же вроде женат?

– Да, и что? – равнодушно ответил Блинов.

– Ничего…

Тогда Блинов снова бросил сверлящий взгляд на Алексея, и спросил:

– А твоя дама сердца знает, чем ты на жизнь зарабатываешь?

– Нет, конечно!

– Вот и моей незачем знать о моих делах. Впрочем, она знает, да не суть. Ладно, пойду твою команду соберу.

Минут через десять Петр вернулся в сопровождении двух девушек. Подошел к Юле, похлопал ее по заднице:

– Вставай, красавица, время отваливать.

Юля пошевелилась, потянулась, затем зевнула, и только после этого села. Увидев Алексея, она удивленно спросила:

– А ты чего здесь делаешь?

– А ты чего трубки не берешь? – встретил вопрос вопросом Алексей.

– Вы чьи будете, барышни? – спросил ее Блинов.

– Олега, – улыбнулась ему Юля. – Вот вам наша визитка.

– Буду знать теперь, где девок не заказывать больше никогда.

– Что, не понравились? – пробубнил Алексей.

– Не в этом дело, – ответил ему Петр. – Зачем мне нужны приключения на свой зад? Что бы еще ты знал о моих делах и делах моих друзей? Тебе оно не к чему. К тому же, я предпочитаю пользоваться услугами более профессиональных, проверенных людей.

– В смысле? – не понял Алексей.

– Тебе Олеся все объяснит, непонятливый ты мой. В общем, вы тут проторчали где–то на час больше. По тысяче на нос, – сказал Петр, доставая купюры. – А тебе, Чернов, я дарю стоимость замка. Все, господа и дамы, не задерживаю.

Девушки засуетились и направились к двери. Перед тем как покинуть квартиру, Петр остановил Алексея, взяв его за руку:

– Леша, завязывал бы ты с этой работой.

– Можешь предложить мне другую? – огрызнулся Алексей, вырывая руку. – Нет? Так и я не буду советовать, с чем тебе завязывать. И куда пойти.

Петр Блинов скептически усмехнулся, провожая взглядом Алексея и его спутниц. Затем посмотрел на дверь, и лишь покачал головой…

До машины они дошли в полной тишине. Заняв свои места, заговорила Юля:

– Леха, ты зачем вмешался? Что тебе Олег сказал?

– Олег сказал не лезть.

– А ты что сделал?

– Я думал, вам нужна помощь.

Юля глубоко вздохнула, затем с нотками сожаления сказала:

– Они там все пережрали, и не способны были ни на что. Вообще. Твой знакомый приехал позже, он свежее, но я довольно успешно изображала спящую. Он вроде не возражал, даже пледом укрыл.

– И что дальше? – пробурчал Алексей.

– А то, что утром они бы проснулись с нами в обнимку, и оплатили бы нам каждой ночь, а не три часа, как вышло. И походу этих клиентов мы потеряли навсегда. Тебе же было просто достаточно выполнить указания Олега. А теперь… Что ж, звони ему. Работаем дальше, девушки.

С заднего сиденья раздались разочарованные вздохи, Алексей, обдумав ситуацию, сказал:

– Да, мой косяк. Коли так, я вам компенсирую. И с работой на сегодня завязываем.

– Богатый что ли самый? – подняв одну бровь, спросила Юля.

– Не издевайся. Просто после всего этого мне теперь тупо хочется нажраться.

– Отличная идея, правда, девчонки? Коли так, то позволь составить тебе компанию, – ответила Юля. – Спасибо, что за нами полез.

Алексей скривил улыбку, тогда Юля продолжила:

– Нет, серьезно. Если бы нас там резали на части, тебя бы порезали на куски вместе с нами. На такое мало кто пошел бы за компанию! – И вся машина залилась женским смехом, от которого у Алексея мурашки по спине побежали.

– Мы с вами, – подали голос девушки с заднего сиденья, отсмеявшись. – Отдохнуть охота.

– Давай телефон, Олега я на себя возьму, – сказала Юля.

Алексей не возражал и передал трубку Юле. И прекрасно их понимал. Да, они могли пригубить за тем столом, за которым Петр Блинов предлагал ему стопку, но было это в напряжении, с осторожностью. Это была работа. А отдыхать всем иногда хочется. Оставалось только решить, куда бросить машину, и где им остановиться. Но эта была не самая сложная проблема.

Заведя машину, Алексей неторопливо поехал по дворам в сторону ближайшей улицы в еще неизвестный пункт назначения, о котором теперь оживленно спорили его девчонки, стараясь аккуратно объезжать припозднившиеся компании подвыпивших граждан, по–животному реагировавших на трех симпатичных девушек в салоне.

Страна готовилась на две недели погрузиться в хмельной дурман, а значит им светило много заказов, можно было подзаработать. Потом его ждала сессия в институте, которая, впрочем, на вечерне–заочном отделении выглядела скорее формальностью. Но денежные траты все же сулила.

Предновогодняя, слегка украшенная елками, флагами и гирляндами Москва должна была настраивать на позитивный лад, однако, праздничной атмосферы совсем не ощущалось. Люди пили скорее просто по поводу, по привычке. И его симпатичная компания, увы, была не исключением. Алексей лишь вздохнул. Последний раз он радовался этому празднику в тринадцать лет. В четырнадцать дед Мороз уже не выполнил его желания.

А еще почему–то совсем не хотелось домой, к Маше. Она ему точно ничего хорошего не скажет на предложение выпить в час ночи. Почему–то эти три девушки гораздо лучше его понимают, и больше соответствуют его взглядам и образу жизни, которые служба в милиции изменить не в состоянии. И зачем только его тетка приткнула сюда? Что бы исправиться? Но как?

Ведь милиция сама живет по знакомым ему с детства правилам. Чем она отличается от его дворовой компании? Строгая униформа, более жесткая организация, иерархия и более узкие специализации отдельных структур, пожалуй, и все. Да, немного другие ставки, масштаб, но по сути–то… Такой подход сделал структуру сильнейшей сначала на улице, убрав с нее конкуренцию в лице бандитов и рэкетиров. Потом в кабинетах различных учреждений. Теперь в высшей власти крутились генералы–руководители, получая от высокопоставленных чиновников указания, как именно им следует бороться с преступностью и какой контроль осуществлять. Появилась фактическая глобальная силовая монополия. Потому сейчас многие стараются пролезть в ее ряды, что бы дорваться до кнута, а там, глядишь, пряники понесут уже тебе. До сих пор законы являются лишь поводом, удобным средством воздействия, применяемом очень избирательно. И люди просто приняли власть сильнейшего, назвавшего это стабильностью, боясь перечить. А значит, всех все устраивает.

Одна сплошная зона, поделенная на районы и сферы влияния…

Отметить факт окончания учебы Алексей решил на природе в парке, солнечный июльский денек этому благоволил. Они с Иваном сидели на бревне у мангала, уже пышущего жаром, напротив них Старков крутил мясо на шампурах, на правах старшего отстранив всех от этого занятия, но, тем не менее, не без удовольствия комментируя особенности этого процесса мужу Людмилы Владимировны, который то ли делал вид, то ли действительно с интересом слушал, иногда задавая вопросы кулинарного характера. Хотя поначалу в поведении Старкова была видна некоторая неловкость, все же раньше был начальником, а теперь, когда ему указали на дверь, он стал никем. То есть, он стал пенсионером МВД, но было заметно, что такой статус его не сильно радует. Тем не менее, его авторитет оставался неоспорим, что ему льстило, и он быстро вошел в свою привычную роль. А вот Людмилу Владимировну факт выхода на пенсию, похоже, не сильно волновал. Она шутила, улыбалась, помогая Маше чуть в стороне с холодными блюдами, о чем–то с ней периодически негромко переговариваясь, со стороны же казалось, процесс сервировки импровизированного стола не будет иметь конца. Однако Алексея не покидало ощущение какой–то искусственности повода для происходящего.